Родной утёс

Антон вздёрнул головой и направился на лестницу, идя на свой пятый этаж. Окна. Антон заметил окна. Такие грязные и смуглые. Там виднелось небо, которое пылало темно-синими оттенками ночи и туда каким то Макаром вкладывались черный и даже чуть розоватый. Парень остановился выкурить сигаретку, что валялась в кармане. Сев на ступеньки и достав из заднего кармана джинс сигареты, он достаёт одну никотиновую палочку поджигает её и втягия дым, наблюдает за небом. Какие то звёздочки ярко свелят на небе, какие то еле заметны. Вдруг Антоне замечает в небе оттенок глаз Арсения, тут же вспоминает о нём и достаёт телефон, что бы посмотреть его фотографию на аватарке и убедиться, что этот цвет точно совпадает с цветом глаз. Да, и в правду, мальчишка оказался прав. Глаза Арса сияли точно таким же цветом, что и на небе. Шастун начал рассматривать лицо мужчины более детально. Многое количество родинок, своеобразный нос и аккуратные уши. Он чувствует боль на пальцах, когда сигарета стлевает вся, обжигая огоньком руки. Всё же, потупив на лестнице, он решает пойти в квартиру. Дверь поддаётся без ключей, и он заходит внутрь. Поворачивая голову направо он наблюдает незнакомого мужика, который сидит рядом с матерью Антона. —Эй, это что за щенок пришёл? - протяжный пряным голосом кричит мужчина. —Это у меня вопрос к тебе, что ты здесь делаешь? - нахмурил брови Шаст. Мужчина оторопев, от такого обращения с ним, решает взяться за разборки и шатаясь, но поднимается с табуретки и движется к зеленоглазому. —Гриша, не надо, это мой сын! - таким же пьяным голосом мычит мать на кухне, только что открыв глаза от переизбытка спирта. —Не знаю, сын он или нет, но он не должен быть в этом доме! - кричит смотря на Шаста Гриша. Парень пытается постоять за себя и готовил кулаки, что бы если этот мужик начал его бить, он сможет ударить в ответ и свалить к чертовой матери. Но нет, лёгкое телосложение мальчишки и почти отсутствие на нем мышц даёт в поддых Антону и этот Гриша его ударяет по желюсти, от чего Шастун падает на пол, сильно ударившись рукой об край тумбочки и разобрав кожу чуть ниже локтя. Мужчина бьёт его ногами в живот, бока и ноги, иногда наступая на руки. —Гриша, стой не бей его! - видно отрезвевшись от ситуации побежала мать в коридор, пытаясь оттянуть из безпощадного мужчины от мальчишки. —Сьеби! - толкает женщину Гриша, она падает в районе кухни, но удерживаясь за косяк двери. Антон успел подняться, но его тутже прибивают к двери и начинают бить по ребрам. Мальчик кривит губы от боли, зная, что он не в силах что то сделать потому просто надеятся на маму. Она же не остаёт и вновь бросается на Гришу. В этот раз она хвататет его за шею, и он падает, пытается выбраться из хватки, но ничего не получается. Антон не долго думая, забегает в свою комнату и запирается на замок изнутри. В коридоре слышны крики потом долбление в дверь и вдруг мальчишку осенило. Арсений. Он быстро достаёт телефон, открывает контакт "художник Арсений Сергеевич" и трясущимися пальцами быстро набирает буковки. 20:24 Арсений Сергеевич, можно к вам прийти? Мужчина почти сразу отвечает. 20:25 А что такое? Антон скидывает фотографию лица и плечей, на которых много кровяных разводов, царапин и всякого иного. 20:26 Ну надо, пожалуйста, я вас умоляю 20:26 Ко мне, быстро, квартира 106. Заканчивает этой фразой разговор мужчина и Шастун тут же хватая рюкзак, от считывает толчки в дверь. Как он только её не снёс ещё? Как только раздаётся бег в сторону двери, мальчишка открывает дверь на распашку, Гриша падает и Антон, отталкивая мать, выбегает в коридор, открывает дверь и спотыкаясь об ступеньки и падая с них, встаёт и бежит к Арсу. Вот дверь подъезда, чужая, не его. Он судорожно набирает номер "106" и ждёт ответа. Ответ поступил тут же, просто открыв дверь, видно дежуря около домофона. Антон поднимаеться на второй этаж, ищет глазами нужную дверь, но к счастью она уже открыта. Он подбегает в мужчине, он хватая его за плечи закрывает дверь на замок, видно по привычке, несёт его все так же держа за плечи в комнату и достает перекись, ватку и пластыри. Засучив штанину джинс, Арс тут же начал обрабатывать все изъяны на ноге Шаста, но Антон зашипел и поджав ногу под себя, не желая даваться этой вредной по его мнению жидкости. —Эй, Тоша, ну дай пожалуйста ножку, надо её обработать - тихо, почти шепотом проговорил Попов, но только из глаз Шаста полилась новая порция слёз. Художник сел рядом, обнимая за плечи и приговаривая на ушко. —Давай ну пожалуйста, ну надо, Антош - таким жалобным голосом говорит Арсений, смотря прямо в зелёные глаза мальчишки. Он вновь протестует, но после осознав ситуацию, все же выпячивает ногу вперёд, давая её обработать, шипя и плача. Арс вечно нашёптывал фразочки по типу "всё хорошо", "сейчас все сделаем", "терпи, зайчик, терпи" и дул охлаждающим воздухом на ранки, которые бережно обмакивал в перекиси. Закончив с одной ногой, он приступил ко второй, поменяв ватку и наклеив пару пластырей на тебя места, где кровотечение не прекратилось. —Вот и молодец - улыбнулся Арс, чмокнув парнишку в лоб, в качестве награды на смелость. Парень покраснел. Зачем его целовать, он же не маленький? Арсений не заметив этого, начал обрабатывать вторую ногу, все так же приговаривая что то успокаивающее и дуя на ранки в перекиси. Так же он проделал с руками, головой и шеей. Но когда дело должно до живота, когда надо было снимать футболку, что бы обработать ранки, Антон распахнул глаза и оттянул футболку к ногам, не позволяя дотрагиваться до туда. —Малыш, ну надо обработать, что бы не болело - обратился к нему Попов. —Не, там только синяки, там царапин нет, все в порядке - начал было придумывать оправдания Шастун, но художник стоял на своём. —Ну ты что, ну пожалуйста, Антош - поднялся с колен Арс и присел на кровать рядом с юношей, обняв его за плечи. —Да я правду говорю, я ничего не чувствую на подобии ран и царапин - хныкая заявляет мальчишка. Он нагло врёт. У него около пяти или даже шести царапин, которые он терпит. Почему же он не имеет поднимать футболку? —Ладно, не хочешь, не надо, ложись спать - потрепав по плечу юношу показал ему на кровать за спиной художник. —А это ваша кровать? - удивлёнными и заплаканными глазами глянул на профиль Попова. —Да, ничего, я на диване посплю, он у меня раскладной и удобный, если не ляжешь, пойдёшь туда, где избили, кстати где? - задал вопрос Арс. Антон промолчал. Он не мог ответить на этот вопрос, не заплакав. —Антош, если ты не скажешь, то я не знаю, что с тобой сделаю - качнул головой Попов. —Аа, ээ, меня на улице гопники подкараулили и побили, я домой пришёл, а мамы нет - начал придумывать Антон. Он посмотрел в глаза собеседника. Не верит. Сука. —Нет, Антош, ты мне врёшь, расскажи пожалуйста все как есть - сел по турецки напротив юноши Арс. Антон долго молчал. Он не мог вот так взять и рассказать свои проблемы какому то человеку. Он смотрел в голубые глаза, ища в них пощаду, возможность не говорить об этом, не поднимать эту тему. Вдруг его глаза наполнились слезами и он на одном дыхании, словно уже выучил эти слова выпалил чуть крича всё Арсению. —Я пришёл домой, открыл дверь, на кухне сидел какой то мудак и пил вместе с мамой, он сказал что я - щенок, который не должен тут появляться и избил, мама пыталась что то сделать но не получилось, я заперся в комнате и написал вам, вы ответили и я побежал сюда а дальше вы знаете - в надрыв зарыдал подросток, смотря в глаза напротив, по которым было видно, они в шоке. —Тише тише, Тош - говорит Арс. Он поднял тонкие ноги мальчишки на кровать, закинул их по бокам своей талии и прижал младшего к себе, а тот в свою очередь сильно вцепился длинными пальцами в спину Попова и уткнулся носом в его грудь. —Я... Я думал, я не выживу - продолжая истерично всхлипывать промямлил Антон. —Боже, бедный мальчик - начал поглаживать его по спине художник - ладно, сейчас же всё хорошо, ведь так? - улыбнулся Арс, чуть отодвинув зеленоглазого от себя, и взглянув в его большие заплаканные глазки. —Да - вздохнул подросток, чуть оспокоившись и не желая выпутываться из этих объятий. —Полежать с тобой? - обеспокоенно спросил Попов. —Если не сложно и кровать позволяет, то возможн... - не закончил свою фразу Шастун, как его перебили. —Я сейчас приду - юноша кивнул головой. Арсу нельзя перечить. Через минуты две художник уже давал в руки Тоши свои серые шорты и чёрную футболку. —Переодевайся, я сейчас принесу успокоительное на всякий и ляжем спать - объяснил короткий план мужчина уходя, видимо, на кухню. Первым делом Шаст переодел футболку а после шорты, шнурки которых пришлось затянуть очень туго, что бы они смогли нормально держаться на бедрах. Только он сложил уличную одежду на край кровати, в дверном проёме явился художник. —Держи - дал в руки Тоши рюмку с горькой жидкостью и стакан воды - выпей пустырник и запей водой. —Хорошо - сказал парень, быстро выполнил все действия и лег под одеяло, что лежало на кровати. Арс лег рядом. Шастун тут же прижался к телу мужчины, зная, что найдет там поддержку. И правда, художник тут же обнял тело мальчишки, которое тряслось. Антон почти сразу же уснул, а Попов умилялся тому, какой он спокойный, когда спит, как он мило сопит когда спит и как сильно продолжал держать хватку рук, не давая художнику выбраться из его объятий, когда спит. Выглядели ли они как педики? Да. На них бы покосились прохожие при виде этого? Конечно. Им бы было стыдно за это, если ли бы не побои и истерика младшего? Безусловно. А эти вопросы сейчас ебали кого нибудь из них? Нет, конечно же нет.