Родной утёс

   Утро. Позднее утро. На часах стрелки часов показывают уже "12:46" а Шастун только открыл глаза. Сладко потянувшись в постели, он увидел, что разрядившийся вчера телефон отсёкся от зарядки и совершенно не зарядился. —Ммбляяять - шепотом прорычал Антон, ставя телефон на зарядку. Утречко не задалось. Зато за грязным окном светило солнце, которое было эксклюзивчиком в конце октября, когда везде холодно и сыро.    Сев на кровати и спустив ноги на пол, мальчишка глянул в окно и зажмурился от солнышка. Смотря на ясное небо, зеленоглазый вспомнил об Арсении, и про то, что ему надо бы отдать толстовку. Но, решив что можно ещё чутка полежать, он зарылся в одеяло и погрузился в дремоту. Антон проснулся, когда уже было 13:40. Он проспал почти час, удивительно, ведь он вчера лег раньше обычного, и по сути должен был выспаться и более того, проснуться в часов 8-9 утра. Возможно, вчера было много эмоций от нового друга и все такое.    Одевшись и положив толстовку Арса в рюкзак, он направился на утёс, надеясь на наличие там художника. Что сказать, ему улыбнулась удача. Мужчина сидел, сложив ноги крест на крест и положив на них маленький холст, что то зарисовывал. —Ха-хаа, что, вдохновение поймали?) - подкравшись сзади и резко вцепившись пальцами в плечи Арсения крикнул ему почти в ухо парень. —Блять! Ах! Тьфу тьфу тьфу - постучал себя по губам художник за такие слова про ребенке - да, поймал, и испуг заодно словил, работник комнаты страха блин - смешно обозвал Шастуна Попов. —Эй, не обзывайтесь, я вообще то вам кофту вернул - сказал обиженно мальчишка, открывая рюкзак и вручая худи в руки её владельца. —Ой, и правда, спасибо что вернул, кстати об одежде, я заметил, что у тебя почти нет теплой одежды и собрал теплый мини наборчик вещей как минимум на ноябрь, можем сейчас пойти и я тебе отдам его, как предложение? - Шастун опешил. Дядька, который знает его два дня, посмотрев на него собрал для него теплые вещи. Его вещи. Он добровольно отдаёт вещи Антону, просто так. —Вы серьезно? - спросил зеленоглазый, хлопая ресницами. —Да, конечно серьезно - отвечает Попов. —Отдать в ноябре? - продолжает задавать вопросы мальчишка. —Ну если ты хочешь, можешь отдать, я тебя ни к нему не принуждаю - удивление подростка накрыла радость. У него будут теплые вещи, которые будут его вещами, а не старыми отцовскими "тёплыми" штанами в широченными коленками. ——Спасибо, Арсений Сергеевич! - ринулся обнимать мужчину Тоша, сваливая его та землю. —Хэй, аккуратнее! - рассмеялся такому детскому поведению Арс. —Хотите... Хотите я вам парк ближайший покажу?, там тоже много красивого. Хотите, я, да я... - уже не находил слов для благодарности Арсу, лёжа на нем и привстав на руках, что бы видеть его глаза. Такие же красивые и голубые, как море, такие же прекрасные и глубокие, как море, на них так же хочется смотреть вечно, как на море. —Хахах, хорошо, покажешь, обязательно покажешь, а сейчас надо бы встать, забрать вещи, и желательно тебя накормить, а то я только вес твоего скелета почувствовал - как только художник поднял тему о еде, улыбка спала с лица мальчишки. —Ну давайте нет, я сегодня уже ел утром - отрекаясь от затеянного Поповым, сказал Антон, по наглому говоря ложь. Нихера он не съел. И за вчера он выпил лишь тот чай, который ему купил Арсений. —Ладно, пошли домой, а там решим, кормить тебя или нет - встаёт наконец художник на ноги, помогая это сделать парню и пойти к дому.              ***    Подъезд, второй этаж, ключ, дверь и вот та самая квартира художника. Белые стены, стильная мебель, чистота и пара неразобранных коробок с вещами. Как у него хорошо. Такая же двухкомнатная квартира, с таким же окнами, расположением комнат и высотой потолков, но она другая, нежели квартира Антона. У Арсения уютно, стильно, мило, удобно, а дома грязно, нервно, ненавистно, неродно. Боже, он влюбился в квартиру, придурок. Художник зашел в одну из комнат, взял тот набор, вернулся обратно и дал его Шастуну. —Держи, чудо - улыбается Арс. —Спасибо больше - вновь шепчет зеленоглазый с широкой улыбкой на лице. Он начал убирать всю одежду в рюкзак, и на всю квартиру вдруг раздался дикий звон металла. —Что там у тебя бремчит в рюкзаке? - интересуется мужчина. —Да так, ничего интересного - отводил взгляд от темы Шаст - куда пойдём? - спрашивает художника, одевая рюкзак на плечо. —Ты что то говорил про парк, может туда? - поинтересовался мужчина. —Конечно давайте - пару раз чуть приподнялся на носках Антон, всё смотря в глаза Арса. Они двинулись из квартиры в парк, о чьём существовании художник даже не знал. Он был маленький, но красивый и с наличием пары аттракционов, которые были редкостью в их районе. —А вы тут на сколько? - невзначай поинтересовался подросток. —Не знаю, как голова освежиться от плотного Петербурга, тогда может и съеду - спокойным голосом проговорил Попов. Глаза Шаста резко распахнулись и забегали по всему, чему только можно. —Так вы из Петербурга сюда приехали? - на него посмотрел художник вопросительным взглядом. —Да, оттуда, а что такого, многие люди переезжают из популярных городов из-за внутренней рутины города куда нибудь как сюда, проживут тут чуточку и сваливают обратно, набравшись сил - закончил объяснения Арсений. —Ясно - ответил Шастун. Через пару минут они заметили какие то ворота, и Антон взяв руку собеседника в свою с улыбкой на лице сказал. —Вот, нам туда! - показал он пальцем на ворота и прибавил шагу. —Аккуратней, побежал он - рассмеялся Арсений. Они зашли в парк, который начинался в сдлинной аллеи, которая разными изгибами вела к воротам выхода, но при этом огибала весь парк. Попов ходил за мальчишкой как мелкая собачонка, пока тот показывал ему разные прикольные и красивые места.    Такими темпами уже наступил вечер, в который по правилам этикета должен быть закат. Идя мимо очередного дерева, и думая, что же ещё такого показать художнику, на его глаза упал яркий луч света. Он повернул голову влево. Маленькое озерцо огибал не очень густой лес, сквозь который было видно алое солнце, которые только собиралось сходить с неба. —Арсений Сергеевич, скорее идите сюда! - завирищал парень, прыгая на месте около мужчины. —Хорошо, что там такое - пошёл за мальчиком Арс. Увидев эту прекрасную картину, художник опешил. Какую красоту можно нарисовать! Четко осмотрев все детали природы, Попов прекрасно запомнил картину и решил, что нарисует дома, ведь сейчас есть лишь ключи, пара мелких купюр и телефон в кармане. —Антошенька, будь добр, сфотографируй меня на фоне этого заката, пожалуйста - сложив руки в умоляющих действиях и жалобным взглядом смотря прямо в глаза парнишке попросил Арсений. —Хорошо, хорошо - доставая телефон из кармана джинс и открываю камеру, соглашался Шастун.     Художник вставал в разные позы множество многих раз, пока паренёк только успевал тыкать на кнопку создания фотографии. —Арсений Сергеевич, вы закончили? - возмущенный тоном спросил Антон, держа телефон уже не напротив лица, а напротив живота. —Ладно, сколько там фоток? - поинтересовался мужчина. —Эээ, двадцать семь - глаза раскрылись по пять копеек - двадцать семь?! - отрывая все такой же взгляд от телефон, задал вопрос самому себе Шаст. —Пхах, ладно, не волнуйся, скинь мне, и можешь со спокойной душой удалить, если хочешь - подошёл к парню художник, и взяв телефон из рук, начала рассматривать фотографии. —Хорошо, только телефон свой дайте - говорит Антон. —Сейчас - Арс отдает телефон зеленоглазому и тот заходит в приложение "телефон" и послушно набирает номер, пока Попов четко произносит цифры. После он добавил номер в новые контакты и записал его как "художник Арсений Сергеевич". Ну а что? Локанично, понятно, и спокойно, без всяких этих смайликов и скобочек. Они сели по турецки рядом друг с другом, и молча смотрели на закат, который не очень то и охотно уходил.    Солнце почти зашло, но вдруг Арс почувствовал падение головы  мальчишки на его плечо, от чего он встрепенулся. А парень даже не собирался просыпаться, уснул медведем и спит. —Ц, чудо ты моё - прокряхтел Попов, пока поднимал спящую тушку на руки и шёл в сторону выхода.               *** —Шастун, Шасту-ун - тихо говорил на ушко парню Арсений, чуть теребя его по спине, в надежде что он проснется. —Ммм? - нехотя промычал Шаст, все ещё не отрывая головы от очень удобного плеча мужчины. —Просыпайся, тебе домой надо - чуть громче начал художник. —Не хочу домой - чуть двигая губами сказал Антон, не меняя своего положения тела. —Ну надо домой, уже ночь почти - взглянул на небо мужчина. —Ну ладно - открыл глаза подросток и тут же покраснел. Арсений Сергеевич нес его от парка до дома? На руках? Стоп, он уснул? Опять? Что же он так много спит. Он поспешил слезть с рук мужчины. —Ну, спокойной ночи и пока - помахал рукой Попов. —До свидания - улыбнулся уголками губ Шаст, когда художник уже уходил к своей парадной. Он достал ключи из заднего кармана, открыл подъезд и просто встал за дверью. —Боже, пиздец.