помеченные любовью

   Солнце пробивалось сквозь щель между плотными шторами, падая на большую кровать. Света, правда, от него не было ровным счётом никакого. В комнате было бы совсем темно, если бы не лампа, которую школьник забыл погасить вчера вечером, когда отрубился после подготовки домашнего задания по английскому. Что за рассеянный ребёнок.    Сегодня среда, а значит необходимо идти на учёбу. Но то время, в которое должен был звенеть будильник, прошло уже час назад. Телефон разрывался от каких-то смс, но мальчишка даже не слышал вибрации мобильника. Что же всё-таки подняло Чонгука? Всё просто. Мама, уходящая на работу и заметившая сына, пускающего слюни на подушку. Нужно ли говорить, что миссис Чон была удивлена фигуре Гука под горой подушек и одеял? Конечно, нет, потому что никакого удивления и не было. Проснуться во время и не бегать по дому, как электровеник, за пятнадцать минут до выхода – вот что по-настоящему бы удивило мать в поведении сына.    Чонгук так резко подскочил с кровати, что у него закружилась голова. Немного посидев до того момента, пока головокружение пройдёт, Гук поплелся до ванной, чтобы хотя бы умыться и почистить зубы. Идти в душ времени всё равно уже не было.    Недолго постояв напротив раковины и погрев руки под струёй воды, Чон всё же почистил зубы и прошёл на кухню. Есть он не собирался, а если бы и собрался, то времени у него все равно на это не было. Прихватив телефон с тумбочки в комнате, он двинулся к столу и шлёпнулся на стул. Когда Гук разблокировали мобильник, по времени на нём понял, что, как бы он не торопился, на первый урок он всё-таки опоздает. Но не эта новость привела его в ужас. Открыв те оповещения, которые жужжали половину утра и так и не пробудили парня ото сна, он обнаружил 412 сообщений от Юнги. Когда мальчишка встретится с ним в школе, старший покусает его. Содержимое каждого сообщения было примерно одинаково. И нетрудно догадаться, что из приличных слов там были только «Чонгук», «ты», «где». Не особо долго думая, Чон набрал друга, и первое, что он услышал в трубку спустя два гудка было: – Чон Чонгук, ты когда-нибудь включишь себе, если не будильник, хотя бы звук в нашем чате? Я писал тебе всё утро, а ты так и не прочитал! – Мин ни на секунду не прерывал поток возмущений, и Гук чувствовал, что это только начало, поэтому перебивать не стал. К тому же было забавно представлять раскрасневшегося Юнги, топающего своими маленькими ножками в порыве злости. – Ты вообще в курсе, что через 15 минут уроки начинаются? У нас первым проектная деятельность! А ты опять пропускаешь! Я что, один, по-твоему, буду делать презентацию? Мистер Хван тебя не допустит до сдачи, если… – Юнги, я понял, что я очень виноват. Я уже надеваю кроссовки и бегу. Но не думаю, что успею вовремя. Прикрой меня перед… – Где твоё уважение?! Я вообще-то твой хён! – не уставал напоминать об этом Юнги каждый раз, хотя старше Чона всего на два месяца. – Я даже не хочу снова слушать о том, чтобы я снова прикрыл тебя! А знаешь, что, Чон Чонгук? Сам и прикрывай свою задницу перед Хваном. Мне это уже надоело. Мало того, что ты не делаешь с проектом ровным счётом ничего, так ещё и на уроки постоянно опаздываешь! – Хён, я угощу тебя рамёном после школы. – Чонгук знал своего друга. – Тем, что из кафе на твоей улице? – Да, а потом посмотрю с тобой тот сериал, про который ты говорил мне на той неделе. – Если ты, Чон Чонгук, не прибежишь сюда через полчаса, я сдам тебя Хвану с потрохами. Чонгук знал своего друга, как облупленного.  На бегу закинув нужные учебники в портфель и нацепив, наконец, на ноги кроссовки, Чонгук выбежал из дома. Правда, через сто преодоленных метров он вернулся, чтобы закрыть дверь на ключ. Всё ещё очень рассеянный ребёнок. ~/////~    Чонгук – самый очаровательный мальчик во всем мире. По крайней мере, так ему говорят родители и Юнги. Он действительно выглядит так, будто бы Бэмби в человеческом теле. Его большие глаза ярко блестели, прямо как у оленёнка из мультфильма. Правда никто особо не обращал внимания на его чудесные глазки.    Чон был довольно скромным парнем. В школе его никто не знал, в принципе, как он кого-то. Он общался с некоторыми одноклассниками, но только если им нужна была помощь в  учёбе. Из близких друзей у него был только Юнги. И ему вполне хватало общения с ним. Лучше друга для себя он и желать не мог. Его маленький хён (а по сравнению с Гуком он действительно был маленьким) всегда был готов помочь и поддержать. Когда Чонгуку плохо или грустно, Юнги готов пожертвовать чем угодно, лишь бы его донсен улыбнулся и снова был счастлив. Однажды старший пролежал в кровати вместе с мальчишкой целый день и кормил его мороженым, пока они смотрели уже 12 серию дорамы, чтобы Чонгук пришёл в себя после того, как он провалил тест по математике и одноклассник назвал его глупым. Мин никогда не понимал, чем Чонгук заслужил такое отношение к себе, а Чонгук не понимал, чем заслужил такого друга.    Хотя Мин и Чон были лучшими друзьями, они очень отличались друг от друга не только внешне, но по характеру. У Юнги были яркие рыжие волосы от природы, из-за которых на парня обращали много внимания, а у Гука была светло-русая копна непослушных волос, с которыми он боролся каждое утро вместе в расчёской и гелем для укладки. Мин был довольно активным, участвовал во всём, в чем только мог участвовать. Чонгук же никуда, кроме дома, школы и книжного магазина, выходить не любил. Мин мог дать отпор обидчику, несмотря на то, что, вероятнее всего, он был хотя бы на пару сантиметров выше рыжеволосого (Юнги правда был маленьким), а за Чона это обычно делали или учителя, или лучший друг. Можно сказать, что Мин Юнги был личным телохранителем Чон Чонгука, и обоих это устраивало.    Смотря на кроличий нос Гука, нельзя было заметить ни единого воспаления.  Его кожа была идеальна по всей поверхности лица. Не трудно было понять, что в парня по видимым признакам влюблен никто не был.  Это и логично, потому что он дальше своего класса людей не знал. Но он особо на любовь и не претендовал. Тем более Юнги рассказывал, что ничего в этом такого не было: просто люди много времени проводят вместе, обнимаются, держатся за руки, целуются, возможно, делают что-то ещё, что похоже на это, а так ничего впечатляющего. Да, Юнги нравился кое-кому, может быть, 2-3 старшеклассникам, но его это не сильно беспокоило. Какое его дело, если они скрывают свои чувства и не хотят даже знакомиться с ним? Он и Чонгуку объяснил, что если за него не хотят бороться, то и нечего думать об этих влюблёнышах.    У рыжеволосого был некоторый опыт в отношениях, которые закончились не лучшим образом. Когда он только начал встречаться с Джэхёном, всё было идеальней некуда: прогулки по паркам, походы в кафе, поцелуи в кино на заднем ряду, подарки и прочие прелести подростковой любви. Но спустя месяц их отношений, Юнги, выйдя за продуктами в магазин недалеко от дома, заметил этого подонка с его одноклассником, который наглаживал щёку драгоценного Джэхёна. Немного наблюдая за сладкой парочкой, Мин запечатлел в своей памяти и их поцелуй, после чего написал сообщение «своему любимому» о том, чтобы он больше не подходил к нему ближе 5 метров. Рыжеволосый был сильно разбит после этого, но немного подумав над случившимся, понял, что этот подонок его не стоит и вообще теперь он не хотел иметь никаких отношений с этими гадкими серцеедами. Нет, он не отрицал существование любви и того, что он когда-нибудь снова влюбится, но он не был готов начинать новые отношения ещё долгое время. Позже даже выяснилось, что тот мальчишка, который обнимал и целовал Джэхёна, не знал, что он уже встречается с Юнги, но когда понял это, бросил гадёныша. «Поделом ему, будет ещё обижать таких красивых, как мы» – после случившегося уже говорил Юнги тот парень и вместе с ним смеялся над «мерзким соплежуем» (это они вместе назвали так Джэхёна, чтобы не произносить его имя снова).    Но даже если бы старший не рассказывал, что, знакомясь и начиная отношения, нужно быть избирательным и замечать любые мелочи, Чонгук навряд ли упал в объятия первого встречного. Он вообще не был ни в кого влюблён. Последний раз, когда ему кто-то нравился, был примерно в 4 года, когда мальчик, живущий с ним на одной лестничной клетке, играл вместе с Гуком на площадке возле дома и дарил шоколад и игрушки при каждой их встрече. Сейчас он даже не вспомнит его имя, но он улыбается, вспоминая те детские чувства. Тогда было намного проще признаться, что тебе не всё равно до другого мальчишки с твоего двора.    Пока Чонгук нарезал круги через дворы, чтобы сократить путь до школы, он понял, что опоздал на урок всего на 10 минут. Это определённо радовало, потому что не придётся придумывать изощрённые рассказы о том, как по пути в школу он споткнулся об раненого морского льва и ему пришлось тащить животное на своём горбу до ветеринарной клиники. Быстро вбегая в здание школы, Гук даже не оставил лишние учебники в шкафчике и рванул на третий этаж в кабинет мистера Хвана. Тихо постучав и спросив разрешения войти, парень встретил немного хмурый взгляд учителя и очень хмурый взгляд Юнги. Он поклонился в приветствии и направился к месту возле друга. Весь оставшийся урок они молчали и делали презентацию, но сразу после звонка у Юнги сорвало краны и он вывалил на друга: – То, что ты добрался сюда за пол часа, хотя живёшь за тридевять земель от школы, кое о чем говорит. Не хочешь заняться бегом? Мне кажется, если привязать перед тобой морковку на верёвочке, ты таким образом пробежишь километров сто, – Юнги было весело поддевать Чонгука за его бесконечные опоздания, но светловолосого таким не возьмёшь. – Твои издевки уже не имеют должного эффекта, – Чонгук немного обижен на друга, потому что тот утром накричал на него в трубку, и поэтому бурно не реагировал на всё, что говорил Мин. – И вообще ты даже не представляешь чего мне стоило прилететь сюда так быстро. – Ты чего, обиделся что ли? – Юнги наклонился прямо перед лицом Гука, чтобы посмотреть ему в глаза. У младшего щёки горели красным от злости. – Чонгуки, когда ты злишься, у тебя щёки становятся малинового цвета, и это выглядит мило, – Юнги знал, какой эффект произведут эти слова. – Это по-твоему выглядит мило?! Да я выше тебя почти на полголовы, и, если бы ты не был моим слабым хёном, я бы тебе уже треснул за такие замечания, – Чонгук только сильнее краснел, и оттенок розового переходил уже даже на уши, а улыбка Юнги от этого выше ползла вверх. – Я же знаю, что ты даже муху не обидишь, не то что человека. – Ты думаешь, я не способен защитить себя?! Юнги, я может и не кажусь грубым и дерзким, но я не сопляк какой-нибудь, – уже тише проговорил младший. Юнги и не считал его таковым, но прекрасно понимал, что такому, как Чонгук, нужна защита. Не потому что он слабак или не может дать куда следует своему обидчику, а потому что он этого делать не хочет. Гук привык решать конфликты мирным путём, в то время как ему подставляют кулак ближе к носу.    Рыжеволосый взял маленькую ладошку Чона в свою и, вставая прямо напротив донсена, который действительно выше его почти на полголовы, мягко произнёс: – Чонгук, ты же знаешь, что я не думаю, что ты беспомощный мальчик, и я знаю, что ты можешь постоять за себя, но позволь я буду рядом с тобой, когда ты снова нарвёшься на того говнюка из моего класса. Гук понимал, что хён заботится о нём. Он ведь правда ни за что не сможет никого ударить. Младший слабо улыбнулся, смотря в пол, но Юнги заметил движение губ и сразу спросил: – Солнышко, ты же больше не обижаешься на меня? Прости, что накричал на тебя, я не хотел тебе нагрубить. Конечно, Чонгук не обижался на рыжеволосого. Как он вообще мог держать обиду на такого чудесного хёна? Он резко вырвал свою руку из руки Юнги и накинулся на старшего с объятиями. Старший знал, как Чонгук любит его, потому что сам любил его не меньше. ~/////~    После звонка с последнего урока оба парня собрали свои вещи и пошли, как и договаривались, в кафе рядом с домом Чонгука. Хоть Юнги и не пришлось сильно изворачиваться, чтобы прикрыть Чона перед учителем, но младший обещал угостить его рамёном. Тем более им было о чём поболтать, потому что виделись они последний раз три дня назад.    Пока парни разговаривали об обыденных вещах и рассказывали, у кого как дела, сидя за тарелками с рамёном и мясом, Юнги резко вспомнил, что ему сказал учитель перед первым уроком. – Чонгук, чуть не забыл тебе сказать! Мистер Хван просил нас прийти в пятницу на дополнительные занятия, потому что мы очень отстаём по сравнению с другими, – Чонгук знал, что не успевают за остальными они из-за его постоянных опозданий и уже начинал паниковать, но Юнги не выглядел злым или возмущённым. Старший выглядел спокойно, так, будто бы говорит само собой разумеющие вещи, и Чонгук сразу успокоился. – Он приглашает нас вечером, вроде бы в пять, чтобы мы нагнали до того уровня, как у остальных в группе. – В пятницу? В пять? Юнги, как он мог выбрать именно этот день? Я же всегда в этот день хожу в книжный, – захныкал Чонгук и опустил голову на стол. Почему его планы должен нарушать какой-то проект? Ну и что, что они почти самая отстающая пара из проектной группы? Но почему именно пятница? Хван как будто специально издевается на Чоном. – Извини, он сказал, что свободен только в этот день. Давай ты сходишь в книжный в субботу? Твои комиксы никуда не убегут. Тем более, в выходной наверняка будет меньше людей, – Юнги очень старался приободрить друга, зная, как для него важен поход в любимое место. – Делать нечего, проект важнее развлечений, – Чонгук немного поник, но осознавал, что если они не сделают работу в пятницу, то они вообще никогда её не сделают. – Значит, в пятницу в пять? – Угу, – дожёвывая остатки лапши, промямлил Юнги.    Как бы не было печально откладывать любимое занятие на целые сутки, выбора у Чонгука не было. Может, это и к лучшему. Может, пора что-то менять.