I ain't there yet but I'm healing

Сегодня Топаз отчаянно хочется побыть одной и просто подумать. Подумать о том, как много всего произошло с ней за последний год, и о том, какой теперь стала её жизнь. Поэтому она просто целует Блоссом, останавливаясь рядом с полюбившейся красной Импалой, и отправляет её домой. Теперь они почти каждый день ездят вместе туда и обратно, потому что, вполне логично, живут вместе. Но сегодня пешая прогулка под предлогом того, что так ей не придётся тратить время на вечернюю пробежку. Если Шерил и не верит, то просто ничего не говорит, кроме того, чтобы она была осторожна. Ей нравилось, как гиперопека рыжеволосой претерпевала изменения с каждым днём, который они проводили вместе. Блоссом не собиралась контролировать её каждую секунду, потому что верила, что многое изменилось. И это правда. Она побывала на повторном обследовании у Джозефины на летних каникулах, и была довольна результатом. Конечно, ей всё ещё приходилось пить таблетки и ходить к Бёрбл хотя бы раз в пару недель, но это уже стало её ритуалом, так что было даже в радость. Пусть иногда её настигали приступы тревоги или резкая смена настроения, она могла справиться. Можно сказать, она победила. Нет, не так, они победили. Потому что на протяжении целого года, она не была наедине со своими проблемами. Да, год пролетел практически незаметно. Они с Шерил перешли в выпускной класс, совершенно не готовые к тому, что их ждёт в будущем. Но в этом не отличались от остальных подростков, просто откладывали принятие сложных решений в долгий ящик и старались насладиться жизнью. Она, наконец, научилась измерять прожитые дни в чем-то более приятным, чем временем, прошедшим со смерти отца. Розововолосая научилась говорить о нём практически свободно. С Бёрбл они частенько обсуждали эпизоды из её прошлого. Женщина даже предложила ей записать некоторые моменты, чтобы в особенно сложные периоды перечитывать и получать дозу эндорфина. *Jess Glynne - Take me home* На крайнем сеансе они долго разговаривали, а потом розововолосая замолчала, чувствуя переполняющие её эмоции. Да, в её жизни всё налаживалось, но такие перемены настроения не остались в далёком прошлом. Но когда Саманта обеспокоенно поинтересовалась, всё ли в порядке, Тони кивнула и улыбнулась. - Всё в порядке. Мне не грустно. Я знаю, что часто говорю о своих чувствах. Чёрт, да это тема номер один в наших разговорах. Но раньше у меня просто не было возможности это делать. Я не знала, где я буду через пару лет, кем стану, и вообще, доживу ли хотя бы до окончания школы. А сейчас я вижу будущее. И я, наконец-то, в состоянии оглянуться назад и поблагодарить себя, Шерил, вас, за то, что я не сдалась. Я наконец-то научилась говорить о своих чувствах, потому что впервые в жизни осознала, что в силах это сделать. Просто почему-то задумалась об этом, не знаю. Спасибо вам, мисс Бёрбл. Вы могли и отказаться от такой обузы. И, конечно, Саманта её отчитала за такое предположение. Девушке хотелось думать, что они с Шерил стали для неё кем-то большим, чем просто две девочки с заблудшими душами. Если бы она не грезила футболом, точно видела себя на месте Бёрбл. Она бы хотела помогать детям, которые попали в беду и не смогли сами с ней справиться. С её-то богатым опытом ей бы точно это удалось. Но, благо, у неё снова был футбол. С того спонтанного визита в клуб прошло полгода. За это время Тони стала совершеннолетней, как и большая часть девочек из её команды, так что они могли претендовать на лигу повыше. Но для этого розововолосой нужно было вернуться в большой спорт, подтянуть свою форму и технику. И пусть может показаться, что она настолько воодушевилась сюрпризом Блоссом, воспоминаниями о том, как всё было здорово, пока её окружали единомышленники, что сразу же вернулась обратно. Но нет, ей понадобилось чуть больше времени, чтобы принять не спонтанное, а взвешенное решение. Ещё одной ошибки ей бы не простили, так что девушка должна была убедиться, что снова не сбежит при первых трудностях. И, о чём можно судить полгода спустя, она приняла верное решение. Не так давно тренер вернул её в основной состав команды, и она участвовала в своей первой после долгого перерыва игре. Лучшего и пожелать сложно. Когда Тони в перерыве между таймами взглянула на трибуны, на короткое мгновение ей показалось, что видит отца, который размахивет той дурацкой перчаткой с пальцем вверх, при виде которой ей всегда было стыдно. Но, конечно, отца там не было. По крайней мере, физически. Но зато чуть повыше на трибунах сидело семейство Блоссом в полном составе. Она до сих пор не понимала, как этим двоим удалось затащить Пенелопу на футбол, который она не очень-то любила. Но, если Клиффорд был там по двум причинам (поддержка и неподдельный интерес к игре), то женщины Блоссом пришли только потому, что среди игроков была она. Невообразимо приятно было не только выиграть матч, но ещё и забить гол. А те объятия, в которые её заключили члены семьи, были просто восхитительными. Гордость в глазах Клиффорда, Пенелопы, которая практически ничего не понимала, но была рада за Тони, и любовь Шерил. Вот, что по-настоящему сделало тот день особенным. Мать вот никогда не приходила на матчи. Может, в самом начале, пару раз, когда Топаз была ещё совсем крохой. А сейчас об этом можно было и не мечтать. Но она не особо расстраивалась по этому поводу. Амелия иногда заезжала домой, чтобы проверить, как у неё дела. На деле же, по-любому беспокоилась о доме больше, чем о благополучии дочери. Но приезжала довольно редко, потому что каждый раз в её взгляде читалось, может быть, не отвращение, но уж точно недовольство тем, что Шерил живет вместе с ней. Тони же было совершенно наплевать, что по этому поводу чувствует мать. Она её жизнью не интересовалась. Слышала, что у них с Генри намечается свадьба осенью, но присутствовать не собиралась. Тони была счастлива здесь и сейчас. Она отпустила старые обиды и искренне желала матери счастья с новой семьей. Но не собиралась притворяться, что ей есть хоть какое-то дело. Так что они вполне обоюдно отстранились друг от друга. Она кое-что поняла к восемнадцати годам. Тебе нужен кто-то, кто захочет быть рядом, когда всё сложно или всё наперекосяк. Не только когда весело и беззаботно. Тебе нужен тот, кто выберет тебя, даже когда будет не просто сделать такой выбор. И тебе нужен кто-то, кто предпочтёт заниматься ерундой вместе с тобой, нежели заниматься чем-то важным с кем-то другим. И для неё таким человеком несомненно стала рыжеволосая. Тут тоже играл свою роль не зря прожитый год, ведь именно столько прошло с момента, когда Шерил Блоссом настояла на том, чтобы она ей доверилась. И, может, она совершила самую глупую ошибку в своей жизни, ведь больше не представляла себя без этой девушки, но она тогда доверилась. Доверилась рыжеволосой новенькой, к которой прикасаться-то боялась. И эта новенькая стала самой важной составляющей её жизни. Её настоящей семьей. Да, может, это немного глупо, ведь с вероятностью 70% им придётся продолжать свои отношения на расстоянии после окончания школы. Но Тони гордилась тем, какими серьёзными были их отношения сейчас. Они буквально жили вместе. Не хватало только завести домашнего питомца, которого потом придётся передать в добрые руки Клиффорда. Но Тони старалась думать о том, что ждёт их в ближайший год. Сколько прекрасных моментов, не омрачаемых избиениями, срывами, попытками самоубийства ждёт их в эти месяцы. Она планировала создать массу приятных воспоминаний. Например, в их доме уже начали появляться совместные фотографии. Мало того, что Блоссом вернула на законные места фотографии Тони с отцом (она каждый раз улыбалась, замечая тут и там их счастливые лица), так у неё ещё и оказалось несколько совместных. Клиффорд (она плохо помнила, потому что в то Рождество была немного не в себе) оказывается сделал множество фотографий. Но любимой была фотка у рождественской ёлки в тех нелепых рождественских свитерах. Топаз прижалась к Шерил, как котёнок, крепко обнимала и целовала в щёку. Именно эта фотография висела прямо в прихожей. И это первое, что Тони видела, когда возвращалась домой - счастливые физиономии обитателей. Её прогулка заняла больше времени, чем обычно, потому что она никуда не спешила в попытке обдумать как можно больше. Нет, перед ней не стояло цели принять какое-то жизненно важное решение, просто хотелось вспомнить и подытожить всё хорошее, что произошло в этот непростой год. И, раз уж она затронула тему хорошего, как не странно, можно было вспомнить школу. Многие Змеи решили не идти в выпускной класс, видимо не видя перед собой перспектив, поэтому в коридорах стало значительно спокойнее. Но главное отличие, скорее всего, произошло в ней самой. Она больше не была той девочкой, которую задирали все, кому заблагорассудится. Но и Тони "до трагедии" она тоже не была. Топаз стала новым человеком, и этот человек ей нравился. Она не стеснялась заступаться сама за себя, больше не стеснялась публичного проявления чувств с Шерил. А самое главное, у неё, наконец, появились друзья. Блоссом была права, однажды сказав, что Бетти Купер не плохой человек. Просто она была зависима от своих "благородных" друзей. И в этом плане ничего не изменилось - насколько ей были известно, блондинка всё также встречалась с Эндрюсом и была лучшей подругой Лодж. Но при этом она отлично общалась с Шерил, что автоматически означало общение с Тони. Они даже посетили несколько вечеринок на летних каникулах, что вообще для розововолосой было в новинку. Но главное открытие - милый мальчик Кевин Келлер. Пусть их взаимодействие и началось с того, что он, перепуганный до смерти, вёл её в медпункт, это дало повод дальнейшему общению. Она поблагодарила Келлера, а он пригласил её посидеть в кафе. Странно, но друг к друге они нашли настоящих друзей. Ей бы полностью хватило Шерил, но приятно было осознать, что рядом был ещё кто-то. Топаз остановилась на подъездной дорожке, смотря на свой дом. Шерил естественно была уже там, потому что Импала была припаркована рядом. И розововолосой вдруг очень захотелось войти внутрь. Полезная прогулка, помогающая прочистить мысли и выстроить логичную картину. Но так хотелось вернуться в спокойствие и уют, созданный ими обеими с таким трепетом. Когда она открывает дверь и заходит, сразу же чувствует себя в безопасности. Это не из-за дома, покупка которого была сопряжена с одним из ужаснейших событий в её жизни. Тем более, когда она жила тут с матерью, а по большей части, одна, ей было не по себе. Так что эти ощущения полностью заслуга девушки, которая хлопотала на кухне, очевидно готовя свой очередной шедевр (Топаз тоже умела неплохо готовить, но до способностей рыжеволосой ей было далеко), напевая одну из песен из нового альбома Адель. Шерил любила Адель. Она много что любила, и Тони была рада узнать о каждой мелочи. Так что нет, это здание тут никакой роли не играло. Тони всегда считала, что дом - это не здание. Это любимые люди, ради которых ты пойдешь на всё. И она была благодарна за то, что могла назвать Шерил Блоссом своим домом.