I ain't there yet but I'm healing

На удивление, всё не плохо. Они проводят замечательные каникулы вместе, не разлучаясь, буквально, ни на секунду. А самое интересное, Тони ещё раз увиделась с матерью за это время. Не то, чтобы по собственной воле, но на этот раз одна. Блоссом, конечно, предлагала пойти с ней, но не хотелось усугублять. Амелия просила встречи и разговора, и впервые за месяцы они поговорили без ссор и криков. Женщина объявила, что переезжает к Генри, но дом продавать не собирается. Кто знает, может боялась остаться без запасного варианта. Неудивительно, с таким-то парнем. Для Тони настоящий сюрприз, что мать просит её жить дома. Говорит, что так ей будет гораздо спокойнее, чем просто оставлять дом пустовать, надеясь, что какие-нибудь бродяги не вломятся и не разворуют вещи. Девушка охотно соглашается, потому что, конечно, ей нравится у Блоссомов, но она не хочет слишком их стеснять. И так жила у них практически месяц. Так что вернуться домой приятно, пусть это и всего лишь здание. По крайней мере, Шерил её не оставляет. Они всё ещё часто зависают с Клиффордом, но живут, можно сказать, вместе. Сначала Пенелопа (Клиффорд без особых возражений встал на сторону дочери, когда она заявила, что уже взрослая) упрямилась, заверяя, что никто не собирается им мешать, и вполне можно жить с ними. Но потом, видимо, вспомнив себя в молодости, согласилась. Лишь с условием, что они их не забудут. Но что за глупости? Семью ведь не забывают. В один из таких хороших дней Шерил решает, что время пришло. Тони с самого утра видит, что у рыжеволосой что-то на уме. Она ведёт себя немного отстранённо, не потому, что что-то стряслось, а так, будто задумала какую-то шалость и слишком волнуется, чтобы признаться. В конце концов, примерно к обеду, Топаз не выдерживает, останавливая рыжую, когда та проходит мимо неё, ловя за запястье. - Детка, что происходит? Шерил до сих пор смущается, когда она так её называет, но сама виновата, ведь именно её идеей было ввести прозвища в их отношения. - Ничего. - Я вижу. Скажи мне. - Нууу. - Шерил отводит взляд, но уже через секунду смотрит прямо в карие глаза. - Не знаю, как ты на это отреагируешь, но пообещай, что не будешь злиться. - Что бы ты ни придумала, обещаю. Знаешь же, что не могу на тебя злиться. Шерил соглашается, а потом садится рядом с девушкой на кровать. Она ещё минуту думает, прежде чем взять обе руки Топаз в свои. На мгновение ей правда становится страшно, ведь Блоссом давно не выглядела такой взволнованной. И где-то на задворках сознания она думает о плохом. Но всё-таки рациональная часть мозга перевешивает, и она решает сначала выслушать девушку. - Помнишь, как я сказала тебе, что ты можешь подарить подарок на Рождество попозже? Топаз кивнула. Подарок (новый набор разнообразных красок для живописи) лежал в шкафу, она просто не знала, как лучше его преподнести. - Можешь подарить мне подарок сегодня? Только выслушай сначала. Какая-то она была на странность серьёзная. Что она задумала? - Что, если я скажу, что связалась с твоим тренером перед Рождеством? Я спросила, какова вероятность того, что ты снова сможешь играть в команде. И он сказал, что для этого нужно лишь твое желание вернуться. Рыжеволосая прижала палец к губам Антуанетты, потому что ещё не закончила свой монолог. - Мой подарок - бутсы. И сегодня, ты можешь вернуть мне мой подарок. Я хочу, чтобы мы поехали в Стоунвол. Тебя ждут на тренировке сегодня. - Шер... Топаз сидела, остолбенев от шока (потому что это было не просто удивление). Она даже в параллельной вселенной не могла представить, что Блоссом такое устроит. Думала ли она о том, чтобы вернуться? Ну, разумеется. Когда её мысли прояснились, когда каждую секунду прожитого времени она перестала думать о смерти отца и горевать, когда ей, наконец, удалось почувствовать себя более-менее стабильно, она подумала о будущем. И после школы она не видела себя экономистом или юристом. Она бы хотела играть. Профессионально. Как Шерил была рождена для того, чтобы стать знаменитым художником, так и Тони, очевидно, должна была стать футболисткой. Так что, чёрт возьми, да, она бы хотела вернуться. Страшно, волнительно. Она всё-таки не видела своих бывших со-командниц целый год, так что не представляла, какие эмоции испытает, когда снова встретится. Но от этого предвкушение лишь увеличивалось. Девушка не смогла совладать с эмоциями, обхватывая ладонями лицо рыжеволосой и целуя её так, будто хотела вложить в этот поцелуй всю свою любовь и преданность. - Это да? Блоссом, казалось, расслабилась после такой реакции. Даже если Топаз собиралась отказаться, сказав, что ещё не готова, всё в порядке. Она позвонит Диксону и договорится на другое время. Главное, что розововолосая не обиделась за такое вмешательство. - Чёрт возьми, да! Конечно, да. Я не уверена, что снова в силах играть, больше года мяч даже в глаза не видела (чистая правда, форма всё ещё лежала где-то в шкафу, но мячи и кубки были забыты в неразобранных коробках в подвале), но я хочу на поле. Просто вспомнить, каково это. - Не представляешь, как ты меня успокоила своими словами. А теперь, собирайся, мы должны быть в Стоунволе через полтора часа. Топаз засмеялась, успевая шлепнуть Шерил по пятой точке, когда та резко встала с кровати. Ох уж эта самоуверенная Блоссом, которая знает её лучше, чем она сама.

***

*The 1975 - Somebody else* Ей немного непривычно ехать этой дорогой, потому что она знает, куда та ведёт. Так давно не ездила на тренировки, но стоило увидеть знакомый путь - начали наплывать воспоминания. Отец возил её туда и обратно, бывало, по несколько раз на дню. А уж за одиннадцать лет - тысячи раз. Она и пешком сюда ходила, и на велосипеде ездила - это было её самое любимое место во всём округе. Но когда Блоссом остановилась на парковке, Тони впала в небольшой ступор. Как она посмотрит всем в глаза? Ей, конечно, могло повезти, и кроме тренера Диксона никого знакомого не будет. Но что-то ей подсказывало, раз позвали, не упустят возможности повидаться. Всё-таки, она бросила их в разгар победного сезона и совершенно открестилась от девушек, с которыми выросла. Отвернулась от своих каких никаких, но подруг. - Не торопись, понимаю, это непросто. - Непросто, поэтому, пошли быстрее, пока я не передумала и не попросила поехать домой. Шерил не стала испытывать судьбу и проверять, что будет, просто вылезла из машины, ещё несколько минут стоя на улице и ожидая, пока Тони найдёт в себе силы вылезти. Она похожа на маленького снеговика в своей тёплой куртке, так что рыжая неосознанно улыбается, умиляясь её поведению. Внутри здания (огромного здания для их маленьких городков, но Блоссом и не думала, что футбольное поле может располагаться на маленькой площади) тепло, так что Тони, не успевшая забыть, что и где находится, первым делом ведёт их в раздевалку. Глаза девушки загораются всё больше с каждым взглядом, будь то холл, стенд с наградами и фото (Шерил на мгновение останавливается, замечая фото Антуанетты парулетней давности на доске почётных игроков), или дверь, ведущая на трибуны и к полю. И Шерил ещё раз убеждается, что это лучший подарок, который она только могла придумать. У них будет ещё уйма времени, чтобы обменяться всякими безделушками, море праздников впереди. Но сначала ей хотелось, чтобы розововолосая максимально вернулась к своей привычной жизни, чтобы вновь поучаствовала в том, что приносит радость. - Стой, давай минутку постоим. Топаз остановливается прямо перед дверью, потому что знает - дальше трибуны, а внизу поле, на котором определённо разминаются игроки. Девушки, которые тут же обратят на неё внимание. Интересно, они злились за то, что оборвала контакты? Или уже забыли, кто она такая? Ей нашли достойную замену? Столько вопросов, и ответы на них (а она задавалась ими целый год) ждали за этой дверью. - Конечно, Ти. Мне не понять, что ты чувствуешь, но я стараюсь представить. И да, это волнительно. Так что, если почувствуешь себя плохо, просто скажи, мы тут же уйдём. У неё давненько не было панических атак и приступов тревоги, но всякое могло случиться. Она нормально себя чувствовала, но это довольно серьёзное потрясение за последнее время, так что зарекаться она не собиралась. Но Шерил была рядом, готовая поддержать и защитить, так что, по сути, бояться было нечего. Когда они вошли, Тони охватило невыносимое чувство ностальгии. Она сидела буквально на каждом из сидений за одиннадцать лет. Столько раз видела отца здесь во время зимних матчей, на тренировках, или просто, когда приезжал забрать её. Столько приятного и грустного одновременно. Девушки прошлись вниз по лестнице, оказываясь перед футбольной коробкой. Розововолосая как в воду глядела. Тренер Диксон увидел её и поспешил навстречу. Несколько запасных игроков, лица которых девушка не узнавала, обернулись. А самое главное - тренировка приостановилась, потому что игроки поспешили к скамейкам запасных. Когда Диксон подошёл и обнял её, у неё слёзы на глаза навернулись. Этот мужчина был ей как второй отец всю её жизнь. Очень строгий, кричащий большую часть времени, когда она его видела, но искренне радующийся за своих девчонок, готовый ради них и их успеха на всё. Девушка с удовольствием обняла мужчину в ответ, слыша, как он тяжело вздыхает. - Когда твоя подруга позвонила и попросила, я даже поверить не мог... Так выросла всего за год. Такая красавица! Шерил держалась позади. И как бы сильно ей не хотелось иметь её рядом, чтобы поддержка была не только моральная, но и физическая, сейчас Блоссом поступала более, чем разумно. Она никуда не собиралась, но в последующие как минимум пару минут, Тони надо побыть в кругу своих людей. - Тони Топаз? Господи, это правда ты? У неё буквально воздух из лёгких вышел, когда члены команды налетели на неё и сжали в групповых объятиях. Шерил не смогла сдержать улыбку. Девушки действительно были рады видеть свою бывшую со-командницу, а большего и желать нельзя. Её главной миссией было показать, что по Топаз скучают, что у неё всё-таки есть друзья, хоть она и уверяла, что никому не нужна. Ей были нужны эти девчонки, а она была нужна им, потому что хороших игроков отпускать глупо. - Надеюсь, ты решила вернуться. Пожалуйста, скажи, что ты вернёшься. Мы все по тебе очень скучали. - Я... - Топаз немного растерялась, ища глазами Блоссом, ища поддержки, потому что не привыкла к такому количеству внимания в последнее время. И одной улыбки рыжеволосой хватило, чтобы она почувствовала себя чуть лучше. - Так, дамы, не наседайте. Сейчас спугнёте мне лучшего нападающего клуба, я вас тогда загоняю по полю. Диксон её хвалил? Господи, она действительно скучала по этому парню. - Не смотри так на меня, Топаз. Больше я такого не скажу, пока не докажешь мне свой титул на деле. Но за год твоего отсутствия твой рекорд никто не побил. - Мистер Диксон, а можете проконсультировать меня по одному вопросу? Топаз усмехнулась умелой попытке Блоссом отвлечь мужчину. Она обязательно хотела представить свою девушку бывшей команде (из одиннадцати девочек она не знала лишь троих, а Вив до сих пор была неизменным капитаном), но сейчас была не против просто поболтать. Всё-таки, за год, должно быть, накопилось много новостей. Но прежде всего, ей нужно было извиниться за своё поведение. Они провели в здании футбольного клуба больше пяти часов. В конце концов, остались вдвоём, ну и охранник, который должен был закрыть клуб после их ухода. Диксон никогда не разрешал игрокам оставаться после официального конца рабочего дня, но тут сделал исключение. Шерил изъявила желание попробовать себя на поле. Правда, это был лишь умелый ход, дабы заставить Тони немного поиграть. И все это понимали, даже сама розововолосая. Она пока не готова была играть на публику (конечно, навыки, за одиннадцать лет усовершенствованные практически до идеала, просто так не растеряешь, но Диксон был прав, если хочет вернуться в команду, сначала нужно вернуться к тренировкам). Но вот игра с рыжеволосой должна была доставить ей колоссальное удовольствие. Девушка даже не представляла, как скучала по мячу и по полю, пока не переобулась (эта хиртюга даже новые бутсы с собой притащила, правда Топаз пока предпочла старые разношенные) и не вышла на травяное покрытие. Сначала она была немного замкнута, катая мяч в непосредственной близости, а потом к ней присоединилась Блоссом. - У меня начинает развиваться мегалофобия. Мы одни в таком огромном зале, это пугает. - Тут безопасно, и поле хорошо освещается, так что не бойся. Тем более, это была твоя идея. - Да помню я. - Блоссом буркнула себе под нос, подходя к розововолосой и забирая у неё мяч. До Антуанетты ей было, как до луны пешком, но, разумеется, в детстве она играла с братом и с друзьями. - Готовься проиграть, Топаз, потому что я настоящий профи. - Да, обязательно, только сначала кое-что сделаю с вашего позволения. Шерил выронила мяч из рук, совершенно не заботясь о том, куда он покатился, потому что отвлеклась на свою девушку. Ладно, можно было признаться, она мечтала об этом с того момента, как они вошли в это помещение. Она не ревновала, ничего подобного. Может быть, совсем чуть-чуть, потому что познакомилась с капитаном команды - небезызвестной ей Женевьевой, о которой розововолосая рассказывала. Но Тони, не стесняясь, представила её, как свою девушку, так что бояться было нечего. Да и она ни на минуту не сомневалась в чувствах Топаз. - За что это? - За всё. Одного поцелуя тут явно не достаточно, но я поцелую тебя ещё, и ещё, и ещё. Буду целовать до тех пор, пока ты сама меня не остановишь. Спасибо тебе, Шер. Это лучший день за последнее время. Уйти из клуба было самой большой ошибкой, признаю. Мне это нужно. И так я могу почтить память папы, ведь он мечтал сделать из меня знаменитую футболистку. - У тебя получится. Я в тебя верю. Но сначала тебе всё-таки придётся доказать свою уникальность. Блоссом подалась вперёд, и на мгновение Тони даже подумала, что ей удастся первой добраться до мяча и повести его. Но в крови забурлил адреналин, и она, как в старые добрые, побежала. Спустя почти час, когда они обе выдохлись (давненько она не бегала), коллективным решением было принято объявить ничью. Топаз забила голов двадцать, потому что играли они один на один, и вратарь из Шерил был ну просто ужасный (и она уверяла, что совсем не поддается), но рыжая отказывалась признавать своё поражение. Так что уставшая не только бегать, но и смеяться с поведения своей "взрослой" девушки Антуанетта без промедления согласилась на ничью. Они вышли с поля, тяжело дыша и чувствуя себя не совсем комфортно в мокрой от пота одежде. Топаз приземлилась на ближайшее сиденье, откидываясь на спинку. В голове прояснилось и без всяких таблеток. Вот, чем ей на самом деле нужно было лечиться от расстройства, но она была слишком труслива, чтобы рассказать о проблемах и предстать в нестабильном виде перед командой. Шерил устало плюхнулась рядом. - Ну что, ещё тайм? - Ни за что на свете больше не буду играть. Это издевательство. И я, конечно, не против посидеть тут, но лучше поскорее добраться до дома и принять душ. - Рыжая сморщила нос. - От меня отвратительно пахнет. - Всё еще готова встречаться с футболисткой? От меня так часто будет пахнуть. Блоссом закатила глаза, вставая с сиденья, но лишь для того, чтобы подойти к розововолосой и перекинуть ногу через её колени, устраиваясь сверху. И как у неё только сил хватало, хотела поинтересоваться Топаз, но как только девушка обвила руками её шею и прижалась ближе, все вопросы отпали сами собой. Она смело положила ладони на обтянутые спортивными штанами ягодицы. - Хочешь ещё раз задать свой глупый вопрос? А может быть, предложишь мне найти партию повыгоднее? Сердце Топаз пропустило удар. Блоссом серьёзно собиралась завести её после тренировки? Хотя, она была совершенно не против. Девушка приблизилась к выпирающей из-под футболки ключице рыжеволосой, сначала прикасаясь мимолетным поцелуем, а потом слегка прикусывая, оставляя покраснение на коже. Она понятия не имела, что делает, просто делала то, что хотела. Но Шерил и не думала жаловаться. Девушка выгнулась в спине, предоставляя розововолосой больше доступа, и та тут же переключилась на шею, оставляя поцелуи и засосы, по которым проходилась языком. Готова. Она была готова к тому, что должно было сблизить их на новом, отличном от всех, уровне. И Блоссом должна была это узнать. - Я предлагаю тебе сейчас же поехать домой. *End of The 1975 - Somebody else*

***

Они ещё несколько раз целуются в машине, и если бы не желание принять душ и оказаться в своей постели, Тони уверена, они бы занялись сексом прямо в машине. К чёрту "особенный" первый раз. Они были вдвоём, любили друг друга, так что любая близость - что-то особенное. Шерил вновь надела свою любимую футболку с Дональд Даком, и без капли макияжа, с влажными волосами выглядела до жути невинной. Но Топаз прекрасно знала, что скрывается за этой невинностью, и ей хотелось, чтобы рыжая открыла все карты. Девушка забралась на кровать, на которой уже лежала розововолосая, и устроилась рядом. Пыл после тренировки немного спал, но они обе знали, что стоит им приблизиться друг к другу, страсть разыграется с новой силой. *Justin Bieber feat. Halsey - The feeling* - Хорошо, что я не играю в футбол. Тренировки, это, конечно, круто, и всё такое, для здоровья полезно, но слишком изматывают. - Ну, мы всегда можем заняться другим спортом. Блоссом ухмыльнулась, поворачиваясь на бок и кладя ладонь под щёку. Они множество раз спали вместе, но именно сейчас взгляд Тони зацепился за оголенные участки молочно-белой кожи. От мысли о том, что кроме её старой растянутой футболки и трусиков на девушке ничего не было, у Топаз в горле вставал ком, а руки потели. У них обеих не было достаточно опыта, и волноваться в первый раз нормально, но ей всё же хотелось идеала. Шерил заслуживала всего самого лучшего, потому что она и была лучшей. - С каких пор ты такая сексуально озабоченная? Я не жалуюсь, просто вспоминаю тебя, мою маленькую мисс недотрогу, и мне интересно. - Мне ведь становится лучше, так что я уже не нервничаю, когда ко мне прикасается любимая девушка. Шерил приблизилась, носом поддевая подбородок розововолосой, чтобы открыть себе доступ к шее. Пусть Топаз и говорила, что не волнуется, пульсирующая в бешеном ритме венка на её шее свидетельствовала об обратном. - Вот прямо-таки любимая? Она оставила влажный поцелуй под мочкой уха, проводя дорожку до плеча. - Д-да, самая-самая любимая. - Что ж, рада это слышать. - Подожди. Шерил на мгновение разочаровалась. Она не собиралась давить. Всё-таки, пусть Тони и настаивала на том, что ей лучше, да и прогресс на лицо, она понимала, что девушке может понадобиться больше времени. И ни за что не стала бы её принуждать. Просто настроилась уже на что-то большее. Но Топаз её удивила. По всей видимости, она не собиралась останавливаться, наоборот. Розововолосая приподнялась, вынуждая Блоссом повернуться на спину, а потом оседлала её бедра. Ладони в ладони, и вот уже её руки вытянуты над головой, а футболка задирается неприлично высоко, открывая вид на нижнее белье. - Даже не представляешь, как сильно я хочу, чтобы ты ко мне прикоснулась. От томного шёпота прямо на ухо по всему телу бегут мурашки, и Блоссом чувствует это возбуждение. Но с другим человеком это что-то отличное, особенное. И у неё с губ практически срывается стон, хотя по сути Тони ещё ничего и не сделала. Но она тоже очень хочет, чтобы девушка к ней прикоснулась. - Я хочу сначала доставить удовольствие тебе. Ты не позволяешь благодарить себя, говоря, что ничего не сделала. Но на самом деле, малыш, ты сделала всё. И даже больше. Ты подарила мне надежду на нормальную жизнь. Ты подарила мне всю себя без остатка. И я планирую провести годы, чтобы отблагодарить тебя. Тони понимала, как по-детски наивно звучат её слова. Кто знает, как жизнь распорядится дальше. Будут ли у неё срывы, выдержит ли хрупкая психика рыжеволосой эти срывы и не сбежит ли через год другой. А может быть, они обоюдно поймут, что всё-таки не созданы друг для друга, а их отношения были просто детским романом. Но то, что чувствовала розововолосая именно сейчас, было всепоглощающим. Она верила в них, верила в любовь, которая с каждым годом будет становиться всё сильнее. Тони целовала нежно, но настойчиво, вкладывая в каждый поцелуй всю себя. Те чувства, которые невозможно было интерпретировать в слова. Хотя она и сказать собиралась сегодня многое. Пусть этот день станет для них новых началом, точкой невозврата, обещающей, что они не вернутся в то страшное время, когда обе были разбиты. Они исцеляли друг друга, и Топаз ещё никогда не видела ничего настолько прекрасного. Пальцы несмело коснулись обнаженной кожи живота. Розововолосая замедлилась, проверяя, отвечает ли Блоссом согласием. Ей действительно было важно её доверие, и она не собиралась его предавать. Но Шерил была совсем не против. Она накрыла её ладони своими, подталкивая девушку к большему. Грудь девушки всё ещё была скрыта под тканью футболки, но ладони розововолосой аккуратно коснулись полукружий, большими пальцами слегка задевая соски. От невинности Блоссом не осталось и следа. Антуанетте невероятно повезло с девушкой, тут она не лукавила нисколько. Конечно, больше всего она ценила в ней её доброту и заботу. У Шерил была невероятно чистая душа, которой этот мир просто не достоин. Но глупо было отрицать, что её девушка невероятно красивая. Они были подростками, так что не было ничего дурного в том, чтобы поддаваться плотским желаниям. А тело рыжей было буквально создано для того, чтобы им наслаждаться. - Какая же ты красивая... - Ты бы сказала так в любом случае. Что-то в голосе Блоссом ей не понравилось, и Тони отстранилась, выпрямляясь на бедрах рыжеволосой. Ей же показалось, правда? Не может быть такого, чтобы Шерил не восхищалась собственной внешностью. - Что не так? - Почему ты так говоришь, Шер? Было что-то комичное в ситуации. Они даже сексом не могли заняться без серьёзных разговоров. Но Тони нравилось прорабатывать каждую мелочь. Тем более, поддержку она мелочью не считала. Шерил провела месяцы, доказывая розововолосой, как она прекрасна. Даже до отношений, до того, как они стали близки. - Давай не сегодня, детка. Просто продолжай делать то, что делала. - Нет. Скажи мне, что ты имела в виду, тогда я продолжу. Шерил закатила глаза, присаживаясь на кровати, что было не совсем удобно из-за груза на бедрах. - Ты меня любишь, не удивительно, что я тебе нравлюсь. Вся я, со всеми изъянами. - Да нет у тебя изъянов, Шер. Какого чёрта? Рыжеволосая улыбнулась, кладя ладонь на щёку девушки. В её глазах тоже было скрыто много чего, что она пока не могла сказать, а может, просто боялась признаться. - У всех есть изъяны. Но ты не представляешь, каким теплом наполняется моё тело, моя душа, когда ты говоришь о моей идеальности. И я благодарна тебе, потому что мне всегда не хватало этих слов от кого-то значимого. В таком случае, они обе были неидеальны. Чего только стоили шрамы, покрывающие запястья, бедра, а в случае розововолосой ещё и живот. Но главное ведь не внешняя красота, а внутренняя. Тони коснулась носом носа Шерил, а потом отрывисто поцеловала её в губы, говоря по слову каждый раз, когда отстранялась. - Я. Тебя. Очень. Сильно. Люблю. - Тогда люби меня, Ти. *ЯAVЬ - В темноте танцуй* Пальцы Топаз сжались на краях футболки и потянули вверх, обнажая тело рыжеволосой. Вроде бы Шерил немного смутилась, но Тони поддела пальцем её подбородок, вынуждая смотреть прямо в глаза, а через мгновение её ладонь сжала правую грудь девушки, вырывая стон. То, как они смотрели друг другу в глаза, пока розововолосая уже смелее исследовала обнаженное тело, было каким-то особым видом удовольствия. Тони видела, как расширяются зрачки Шерил, видела, как она задерживает дыхание, как прикусывает губу. И вскоре она поняла, что ей не хватает простых прикосновений, хотелось большего, гораздо большего. Девушка провела ладонями от поясницы рыжеволосой к лопаткам, слегка подталкивая её назад, вынуждая лечь на спину. Несмотря на доверие, Шерил всё равно была напряжена. Оно и понятно, они обе делали это впервые, так что волнение пока уходить не хотело. Тони чуть сдвинулась назад на бедрах девушки, убеждаясь, что не сильно давит на неё своим весом, а потом наклонилась, перекидывая всё ещё влажные волосы на одно плечо. Девушка взглянула на Блоссом исподлобья. Она перед каждым своим шагом будет убеждаться, всё ли делает правильно, и до сих пор ли Шерил этого хочет. И то, каким взглядом на неё смотрела девушка, дало толчок. Для неё самой это были очень интересные новые ощущения - доставлять кому-то удовольствие. Она могла закрыть глаза и наслаждаться простыми звуками, которые издавала рыжеволосая, когда она касалась губами и языком напряженных сосков, проводила дорожки поцелуев по груди и ребрам, вынуждая Блоссом чуть выгнуться в спине. Если это так приятно, что она испытает, когда займёт место девушки на простынях? У неё определенно мозг взорвётся от переизбытка ощущений. Волнительнее всего для розововолосой было спускаться поцелуями всё ниже, пока перед ней не предстал последний предмет одежды, надетый на Блоссом. Могло показаться, что она чувствует себя уверенно, но боялась до чертиков. Что если сделает что-то не так? Это ведь испортит такой прекрасно проведённый день. Если не для Шерил, то для неё точно, потому что значило это многое. - Ты там как? Ей захотелось смеяться, потому что Блоссом, несколько минут не прекращавшая стонать, явно ожидающая логичного продолжения на пике возбуждения, всё равно справлялась о её состоянии. Топаз решила не отвечать, чтобы не давать Шерил лишних поводов для беспокойства. Пусть, наконец, расслабится и просто получит удовольствие. Ну, Тони надеялась, что сделает всё правильно. Блоссом без слов слегка приподнялась на кровати, пока Антуанетта стягивала её нижнее белье. - Так, не хочу показаться человеком, который вообще не представляет, что делать, но, что тебе больше нравится? Ей стоило самой расслабиться и действовать по наитию, но она слишком много думала, поэтому нервничала. Не каждый день она, всё-таки, оказывалась между ног у девушки. - Ты можешь ничего не делать, всё нормально. - Боже, как с тобой сложно. Топаз прикоснулась подушечкой большого пальца к клитору, делая пробные круговые движения. Лучше было начать с того, что она хотя бы могла представить. Рыжая тут же отозвалась одобрительным стоном. Её ладонь взметнулась к груди. Ладно, ничего сложного, она могла это сделать. Тони поцеловала девушку в напряженный живот, продолжая медленно выводить круги на клиторе Блоссом, иногда чуть надавливая. Вдохи давались рыжеволосой всё тяжелее, и, когда она, кажется была уже на грани, положила ладонь на плечо розововолосой, сжимая до побеления костяшек. А потом она застонала так, что Топаз, покрывшая уже почти все доступные участки кожи поцелуями, почувствовала вибрацию, распространяющуюся по телу девушки. Она подняла голову, и её взгляду открылось безумно возбуждающее зрелище. Губы девушки были приоткрыты, пока она дышала, глаза зажмурены, брови нахмурены, мокрые волосы, разметавшиеся по подушке. Тони не смогла сдержать улыбку. Может быть, ей самой ничего не нужно было. Хватило такого зрелища, удовлетворенной Шерил. Розововолосая привстала, чтобы перестать давить на девушку, и легла рядом на бок. Сложно было отвести взгляд от такого произведения искусства. Блоссом всё-таки была глупышкой, не видя очевидных вещей - своей красоты, например. - Я... Дай мне минутку. Всё-таки, это не одно и то же, когда это делает другой человек. Топаз не собиралась её торопить. Собственное возбуждение уже сходило на нет, но она знала, что это просто адреналин. Ей хватит одного прикосновения, чтобы зажечься. Так что следовало тоже передохнуть. Она взяла девушку за руку, переплетая пальцы и поднося их руки к губам, чтобы поцеловать Блоссом в шрамы на запястье. Если эта глупышка стеснялась увечий, то она готова была начать хоть сейчас убеждать её в обратном. Эти шрамы - доказательство того, какой она сильный человек, потому что до сих пор была здесь, рядом. Нашла в себе силы не сдаться, когда забвение так манило. Шерил повернула голову, посмотрев на Тони и улыбнувшись. Самой невероятной улыбкой, на которую была способна только она. Девушка таяла от простого взгяда, чувствуя, что определённо бы подогнулись колени, если бы стояла. - Я люблю тебя. Она прошептала одними губами, но Топаз сразу же уловила суть. Нет, секс тут совершенно ни при чём. Они бы и без него обошлись, он скорее приятное дополнение. Передышка, которую они обе заслужили. То, что было внутри, их чувства и эмоции, вот, что важно. Шерил всё ещё обнажена, но не стесняется этого. Тоже поворачивается на бок, кладя ладонь на шею розововолосой и целуя. Нежно, невесомо, нетребовательно. Но от этого поцелуя на глаза наворачиваются слёзы, потому что она не может почувствовать больше, чем уже, но Блоссом её в этом переубеждает. Её ладонь в пижамных штанах Топаз, длинные пальцы, плавно скользящие по клитору, вздох прямо в губы. Ей так хорошо, как никогда. Она хочет больше, хочет, чтобы Шерил не останавливалась, а та и не собирается. Выгибает запястье, толкая пальцы дальше, открывая для Тони новые возможности, новые территории. Она замедляет темп, позволяет привыкнуть и тут же интересуется. Потому в их отношениях согласие - главное. Они медленно привыкали друг к другу, открывая свои личные границы друг другу. - Всё в порядке? Ты как? Я могу остановиться. Тони всё ещё переводит дыхание, чувствуя что-то непривычное в своём теле, но это не плохо. У неё нет тех пугающих мыслей, так что она отрицательно качает головой. - Н-нет. Не надо. Блоссом делает пробные движения, сама стонет, когда ногти Топаз царапают спину. Ладно, она готова потом поцеловать каждую царапину, что оставит, просто сейчас тяжело себя контролировать. Но Шерил нисколько не против. Она задает темп, оставляет засосы на незащищенной шее. А Тони может только стонать от удовольствия, боясь открыть глаза и понять, что всё это неправда. Ведь когда в последний раз всё было хорошо так долго? Давно, очень давно. Но, может, это её новая реальность, в которой проблемы, наконец, отступят на второй план? Ей ведь всего семнадцать, когда наслаждаться жизнью, если не сейчас? Немного абсурдно, что она, полностью одетая в отличие от рыжеволосой, чувствует себя обнаженной. Но особо по этому поводу не волнуется. Она ещё успеет раздеться, потому что, чёрта с два они на этом закончат. У них всё время мира, целый дом в их распоряжении, чтобы познать друг друга. Что-то внутри резко взрывается. Тони знает, что такое оргазм, но это действительно по-другому. В миллион раз ярче, а от того, что девушка, доставившая ей удовольствие, сейчас лежала рядом и также тяжело дышала, он лишь усиливался. *FLETCHER - Healing* В конце концов, они просто лежат в темноте. Под потолком висит сигаретный дым, но розововолосая не жалуется. Сегодня можно всё, она ведь празднует своё возвращение к нормальности. Они обе обнажены. В этот раз Шерил лежит на её груди, перекинув одну ногу через бёдра. Девушка перебирает её влажные (только уже от пота) кудри, наслаждаясь тишиной. Но на самом деле, она планирует. Складывает слова в предложения, чтобы признаться Шерил в том, что она и так знает, но ей катастрофически нужно это сказать. - Шер, ты спишь? - Ммм? Нет. Что такое? Она не поднимает голову, потому что, правда, у обеих силы на исходе. А им ещё по новой нужно принять душ. Но она слушает, а это самое главное. - Просто хочу сказать, что никогда не забуду тот день, когда ты впервые сказала, что любишь меня. Не тогда, когда мы обменялись неловкими признаниями по телефону, потому что просто должны были это сказать. Я про тот вечер, когда ты спасла меня от самого ужасного поступка в моей жизни. Блоссом вроде задерживает дыхание на мгновение, но продолжает молчать, не желая перебивать откровения. А Тони безумно хотелось поделиться своими чувствами, чтобы они не разрывали её изнутри. Пусть для этого и придётся ещё раз вспомнить тот жуткий день. - Те слова так легко и непринуждённо слетели с твоих губ... Мне так сильно хотелось поверить, так сильно. Я провела час, убеждая себя, что поступлю правильно, что никому не нужна, и вообще, такую, как я, невозможно полюбить. Но ты сказала. И я надеюсь, что, когда говорю тебе "я люблю тебя", ты чувствуешь хоть долю того же прекрасного, что чувствую я, видя в твоих глазах неподдельную любовь ко мне. Она выдыхает. Это легче, чем она думала, но некая грусть всё-таки накатывает. Конечно, она рада, что познала такую любовь в раннем возрасте. Некоторые люди до конца жизни живут во лжи (как её мать, например, которая нашла себе "идеального" парня, но продать дом всё-таки боялась). Но в реальности, разумеется, она отдала бы свою способность так сильно полюбить, если бы могла вернуть отца. И пусть Шерил никогда не удастся его заменить, как и она даже на одной ступени не встанет в сердце Блоссом рядом с Джейсоном, они очень вовремя вошли в жизни друг друга. - Я просто рада, что ты у меня есть. - Ну вот, заставляешь меня плакать, Топаз. Это нечестно. Шерил и правда смахивает слёзы. Тони не такого результата добивалась, не хотела её расстраивать. Но рыжеволосая улыбается, так что, всё в порядке? - У меня тоже, знаешь ли, есть для тебя речь. Хочешь послушать? Топаз кивает, наслаждаясь тем, как вес головы Блоссом вновь возвращается на грудь. - Поначалу я боялась, что это не настоящие чувства. У меня всегда был только Джейсон, остальное я считала мимолётным увлечением. Потому и не давала людям шанс. Боялась сделать больно, боялась того, что никогда не полюблю кого-то, как брата. Но с тобой всё как-то сумбурно и неожиданно, что я сама не ожидала. Что ж, у Шерил со словами однозначно получше. - Хочу, чтобы ты понимала. Я влюбилась в тебя не тогда, когда просто хотела влюбиться. Или когда мы впервые встретились взглядами. Или прямо в тот момент, когда ты вошла в мою жизнь. Я влюбилась в тебя, когда больше всего в тебе нуждалась. И я даже этого не знала. Ну да, обычно они обе сходились во мнении, что Тони эти отношения нужнее. Шерил ведь уже "смирилась". Но это для окружающих. Розововолосая же знала, что девушке не менее тяжело, чем ей самой. Просто проявлялось это не так жёстко. - Я влюбилась в человека, в котором больше всего нуждалась. Ты делаешь меня счастливой, позволяя мне быть той, кто я есть. Ты заставляешь меня осознать, что я способна любить, делаешь каждый мой день лучше. Когда я вижу тебя, я чувствую неконтролируемый поток радости, я чувствую себя переполненной чувствами к тебе, даже если день только начался. И дни без тебя... Знаешь, они будто длятся вечность. И я не могу поверить, что выдерживаю всё это время без возможности любить тебя. Розововолосая на мгновение забывает, как дышать, так что буквально хватает ртом воздух. Она плачет, но это не плохие слёзы. Это слёзы радости. Слёзы ребёнка, который, наконец, получил всю ту любовь, которой не хватало. Она стискивает Блоссом в крепких объятиях. Обе плачут, но плачут от любви, и больше ничего в этом мире не важно, только эта комната, только они, только их отношения. - Наше фото надо поместить в словарь под выражение "любители серьёзно поговорить". Опять она со своими шуточками, пытающаяся разрядить обстановку, но Тони смеётся, подыгрывая. Она счастлива, и даже если потолок радости в её жизни, ей всё равно. У неё есть всё, что нужно.