зимняя история

      Колеблясь между любимым клетчатым халатом Ё Хана и футболкой с пижамными штанами, Га Он смущенно переминался с ноги на ногу, стоя посреди ванной комнаты. Он, конечно, знал, что в любой одежде притягивал к себе всё внимание мужчины, но почему-то именно сейчас было сложно определиться с выбором.       Проведя остаток Рождества, играя в настольные игры, ставшие семейным досугом, Га Он почувствовал себя нуждающимся в Ё Хане. Как бы ему ни нравилось проводить время вместе с Эллией, ему всё же хотелось уединения, особенно, когда старший делал незаметные намёки вроде таких, как задержать руку на бедре под предлогом упавшей палочки от дженги или провести по спине, вовсе невинно, как могло показаться со стороны.       Да, Га Он хотел открытой ласки, и, больше не раздумывая, надел излюбленный халат.       — Я подумал, что неплохо будет немного выпить, — улыбнулся Ё Хан, стоя спиной к Га Ону, ставя на прикроватную тумбочку бокалы и бутылку вина.       — Хорошая идея, — вытирая влажные волосы, Га Он присел на край кровати, тогда уже поймав на себе заинтересованный взгляд.       — Ты ведь нарочно? — Усмехнулся Ё Хан, проведя пальцами по его оголённым ключицам, потом только коснувшись халата.       Домашние халаты, которые с первого дня казались для Га Она чем-то большим, чем просто элементом уюта. Именно поэтому, когда он надел халат Ё Хана, то сразу был нетерпеливо прижат к столу.       Со временем, вместе надевая схожие халаты, мужчины обрели некоторую выдержку, иногда по несколько часов благополучно справляясь со своими желаниями, глядя друг на друга, но это не всегда так работало, к тому же, без исключения имея очевидный конец, приводящий к тому, что они оказывались в постели, и Ё Хан ненасытно брал его.       Га Он хитро улыбался, избежав ответа, когда и так всё было очевидно. Приятно замирая от тёплых прикосновений к коже, он слегка поддался вперёд.       — Ты правда сводишь меня с ума, — пробормотал Ё Хан, стоя напротив сидящего парня, сжав его подбородок, приподнимая, чтобы впиться в губы, желанно целуя.       Отпуская, Га Он откинулся назад на спину, пока Ё Хан вернулся к вину, наливая его в бокалы.       — Это ведь ты меня весь день дразнил, — с упрёком произнёс Га Он, взяв свой бокал.       — Не мог отказать себе в удовольствии увидеть твою смущённую растерянность, — сразу сознался Ё Хан, присев рядом, протянув свободную руку к его поясу, развязывая, удобно проскальзывая внутрь, касаясь горячей кожи живота.       Ощущения были сильнее, чтобы Га Он мог придумать внятный ответ, издав тихий всхлип от его руки на теле.       — Тшш, не так быстро, — улыбаясь, Ё Хан отставил свой бокал, при этом придерживая бокал Га Она, помогал сделать ему несколько глотков насыщенного вина, сразу прижимаясь к уголку его губ, слизывая стекающую каплю.       Прикрывая глаза, Га Он невольно тянулся к Ё Хану, пытаясь прижаться к нему губами, но ловя пустоту.       — Что ты хочешь? — Ё Хан знал, что всё зависело от степени возбуждения, когда Га Ону было плевать, как грубо он скажет свои желания или наоборот, когда он всё ещё стеснялся, справляясь с твёрдым членом.       — Мы собирались выпить, — и сейчас Га Он ещё мог контролировать себя, заметно поёрзав ягодицами, но не собираясь легко сдаваться.       — Отлично, с завершением Рождества, к которому мы готовились больше месяца, — ухмыльнулся Ё Хан, подняв бокал. Он принимал игру младшего, слишком хорошо зная его предел.       Усмехнувшись комментарию, явно адресованному ему с его тщательной подготовкой, Га Он также поднял бокал, опустошая наполовину.       Лидируя по количеству выпитого, на удивление, Га Он сохранял непоколебимое терпение, не проявляя никаких прямых развратных действий. Только прямых, ведь, пока он пил, Ё Хану хватало видеть его пухлые губы, дольше нужного задерживающиеся на бокале или язык, который так навязчиво касался влажных от вина губ. К тому же, Га Он не переставал часто ёрзать, как будто…       — Насчёт Нового года, можно составить список планов, что бы ты хотел сделать, это необязательно, но было бы интересно, — ставя пустой бокал на тумбочку, улыбнулся Га Он, при этом опять провокационно облизав губы, сделав невинные слова порочными.       — Планы? — Усмехнулся Ё Хан, будто уже для себя решив, что ему хотелось больше всего.       — Да, что бы ты точно хотел сделать…       — Почувствовать твою узкую дырочку, накрыть твой стонущий рот своими губами, с каждым толчком вжимать твоё тело в кровать, — спокойно, но от этого ещё вызывающе говорил Ё Хан, видя его покрасневшие щёки и слегка приоткрытый рот, — вот мои планы на ближайшее будущее.       Схватив за край халата, Га Он резко потянул Ё Хана на себя, лишая его возможности продолжить говорить пошлости, вжимаясь в его рот, напористо целуя. Чувствуя его самодовольную улыбку, он слегка прикусил губу.       Пользуясь импульсивностью своего мужа, Ё Хан подмял его под себя, снимая халат, ненасытно прижимаясь к соскам, облизывая и посасывая. Сжимая пальцами волосы старшего, Га Он несдержанно крутился на месте, создавая трение, как только их члены соприкасались.       Пылко хватаясь друг за друга, Ё Хан хаотично оставлял раскаленные поцелуи по всему телу любимого, особенно выделяя его дрожащие бёдра.       — Ё Хан, пожалуйста, — на выдохе прошептал Га Он, и его голос дрожал.       Прижимаясь губами к его возбужденной плоти, Ё Хан дразняще чмокнул её, кончиком языка слизнув выступившую смазку с головки члена. Га Он тихо всхлипнул, почувствовав пустоту.       Раздвинув его ноги, Ё Хан довольно ухмыльнулся, наконец поняв причину, почему его мальчик с самого начала нетерпеливо ёрзал. Коснувшись пальцами конца анальной пробки, он медленно вытащил её, прижимая пальцы к растянутой дырочке.       — Только не говори, что ты был таким нуждающимся ещё с игры в дженгу, — помня, как неустойчиво сидел Га Он, всё понимая, произнёс Ё Хан, и это знание имело самый возбуждающий смысл.       — Д… Да, — заикнулся Га Он, чувствуя горящие щёки, видя, с каким вожделением Ё Хан рассматривал его, поглаживая сжимающуюся дырочку.       — Га Он-а, — пробормотал Ё Хан, развязывая свой халат, оставляя его на плечах.       Нависая над Га Оном, прижимаясь к губам, Ё Хан медленно толкнулся в подготовленное тело, выдыхая от узости и жара внутри. И это точно были слишком правильные планы.       Обвив шею Ё Хана, Га Он сильнее прижимался, постанывая, когда чувствительные соски касались разгорячённой вспотевшей груди мужчины, задевая его соски.       Несильно прикусывая плечо младшего, Ё Хан глубже вонзался в него, с каждым толчком задевая простату, вырывая из его горла прерывистый стон.       Оказываясь на всю длину в податливой дырочке, с пошлыми шлепками яиц о его ягодицы, Ё Хан подходил к концу.       Опустив руку на истекающий член Га Она, он несколькими резкими движениями довёл его до желанной разрядки, и, вновь сжав его ослабшие бёдра, он наполнил его собой.       Тяжело выдыхая, Ё Хан перекатился на бок, притягивая к себе Га Она, лениво целуя в губы.       — Такой красивый, мм, — тихо прошептал Ё Хан, видя растрепанную чёлку, оленьи глаза, легкий румянец на щеках и слегка приоткрытый рот, не удерживаясь от мягкого долгого поцелуя, а потом ещё и ещё…       …       Сидя на крае кровати, закутавшись в одеяло, Га Он завороженно наблюдал за метелью за окном. Снег красиво отражался в их панорамном окне, и казалось, будто всё было сказкой. Улыбаясь, Га Он и правда иногда думал, что живёт в сказке, в которой он любит и, в которой он любим. Только всё было по-настоящему.       Чувствуя легкий поцелуй на волосах, а затем нежные объятия со спины, Га Он опёрся назад, на грудь Ё Хана, прикрывая глаза.       — Ты счастлив? — Шёпотом спросил Ё Хан, некоторое время не мешая парню любоваться зимним пейзажем, но, отвлекая, когда он слишком задумался.       — Очень, — также тихо прошептал Га Он, улыбаясь, поворачиваясь за мягким поцелуем.