зимняя история

      — Га Он-а, просыпайся, иначе мы опоздаем, — щекотно касаясь носом чувствительной шеи, тихо говорил Ё Хан.       — Ещё рано, — не открывая глаз, совсем сонно пробормотал Га Он, сильнее кутаясь в одеяло. Он знал, что приготовленной еды хватит на несколько дней, и, что Эллия не проснётся раньше девяти утра.       Всё рассчитав, Га Он хотел насладиться оставшимся сном, как внезапно картинка вчерашнего вечера, плавно перетёкшего в ночь, всплыла в его голове. Дёрнувшись, он резко сел на кровати, рассеянно закрутив головой, конечно, замечая совершенно чужую обстановку, совсем не похожую на их спальню.       За пару секунд Га Он всё вспомнил, а ещё не удержался, вытянув перед собой руку, смотря на кольцо.       — Га Он-а? — Тихо усмехнулся Ё Хан, ложась на спину, утягивая за собой любимого, утыкаясь лицом ему в волосы.       — Так… Это был не сон? — Совсем по-детски произнёс Га Он, слыша тихий смех старшего, и чувствуя невесомый поцелуй на макушке.       — Точно нет, всё по-настоящему, — улыбался Ё Хан, и сам ещё не до конца осознавая произошедшее, пока его сердце выпрыгивало из груди от счастья.       Полежав некоторое время в обнимку, принимая друг друга в новых отношениях, они неохотно отстранились. Никто не сомневался, что Эллия не станет обижаться из-за их опоздания, но это не означало, что стоило намеренно задерживаться.       Приняв душ, по-быстрому приведя себя в порядок, Га Он сел в машину, улыбаясь, когда Ё Хан привычно пристегнул ремень безопасности, едва мазнув губами его щёку, но, остановившись, когда младший схватил за куртку, притягивая ближе, целуя гораздо настойчивее и глубже, касаясь языками.       — Га Он-а, не провоцируй, — прошептал Ё Хан, взглянув на него потемневшими от желания глазами, закрывая дверь с его стороны, садясь за руль.       Слегка покраснев, Га Он уставился в боковое окно, собираясь контролировать себя, хотя бы пока они не вернутся домой.       Поездка заняла не так много времени. Как только Ё Хан забрал главный сюрприз, он сразу передал его в руки Га Она.       — Ккоми, теперь ты с нами, какая же ты красивая, — улыбался младший, нежно поглаживая шёрстку кошки, позволив ей выбраться из специальной переносной сумки.       — Осторожнее только, — предупредил Ё Хан, специально сбавив скорость, когда кошка засуетилась на коленях парня, как будто желая перескочить к нему.       — Она так заскучала, и по тебе тоже, — усмехнулся Га Он, подтверждая намерения кошки перебраться на руки к Ё Хану, пока тот демонстративно смотрел на дорогу, даже, когда была возможность перевести взгляд.       — Это кошка Эллии, — пробормотал Ё Хан, пытаясь притвориться, что ему всё равно.       — Это кошка, которую ты спас, — напомнил Га Он, наконец-то встретившись глазами, когда Ё Хан остановился на светофоре, — не будь вредным и погладь её.       Притворяться больше не было смысла, когда Га Он видел его насквозь. Фыркнув, Ё Хан осторожно погладил кошку.       — Вот, вы рады видеть друг друга, — слыша тихое урчание Ккоми, весело усмехнулся Га Он. А Ё Хану оставалось только смириться, что он и сам скучал по кошке.       …       — Она не будет сидеть под ёлкой, — тихо ворчал Га Он, заходя в дом, напрочь отказавшись от идеи сюрприза под ёлкой, которую так воодушевленно предложил старший, закрывая дверь.       Впрочем, не нужно было прятать подарок, когда Эллия выехала на коляске из гостиной, самодовольно оглядывая мужчин с ног до головы. Её осмотр казался слишком пристальным, и Га Он покраснел.       — С Рождеством, — подходя к девушке, Га Он протянул ей сумку, и Ккоми настырно высунула наружу голову.       — Ккоми! — Закричала Эллия, скорее помогая кошке выбраться из переноски, осторожно оглаживая её пушистые бока, касаясь нежных ушек.       С улыбкой наблюдая за радостью племянницы, Ё Хан подтолкнул Га Она вперёд. Не мешая Эллии приветствовать своего питомца, они ушли в гостиную, только там сняв верхнюю одежду.       — Я так понимаю, под ёлкой остались только твои подарки для нас? — Ухмыльнулся Ё Хан, и это послужило смущающим напоминанием о невероятном несбыточном подарке мужчины на всю их жизнь.       — Да, пусть и не так значимо, но я старался, — пробормотал Га Он, шумно выдохнув, почувствовав крепкие руки на талии и губы на виске.       — Даже, если там классическая шоколадка, это уже будет очень значимо, ведь она будет от тебя, — вкрадчиво произнёс Ё Хан, убеждая своего любимого не принижать свои старания.       — Га Он, как тебе быть мужем моего дяди? — Сзади мужчин послышался довольный голос Эллии.       Ё Хан тихо усмехнулся, зная, что племянница не удержится от смущающих вопросов. Попытавшись выбраться из объятий, Га Он потерпел неудачу, всё также стоя с руками старшего на теле.       — Под ёлкой мои подарки для вас, а в рождественских носках много-много конфет, — перевёл тему Га Он, смирившись с тем, что Ё Хан не станет отпускать его, только не теперь. Невольно глянув на их кольца, младший закусил нижнюю губу. Это сводило с ума. Быть мужем Кан Ё Хана.       — Я рада за вас, правда, — совершенно серьёзно проговорила Эллия, направившись к ёлке, незаметно улыбнувшись, боковым зрением заметив, как они поцеловались.       Заняв место на диване, Га Он волнующе стал наблюдать, как Ё Хан и Эллия взяли свои яркие коробки, украшенные большими праздничными бантами.       Нетерпеливо борясь с упаковочной бумагой, какой бы она ни была красивой, Эллия первая добралась до подарка, смущённо засмеявшись.       — Серьёзно, Га Он? — Эллия держала в руках небольшого мишку, похожего на её игрушку с детства, которой она так дорожила, но всё же немного другую.       — Я знаю, ты уже не ребёнок, но пусть наша любовь с Ё Ханом к тебе будет всегда с тобой, как и любовь твоего отца и мамы в твоём детском мишке, — искренне произнёс Га Он, сжимая перед собой похолодевшие ладони, не зная, как отреагирует девушка, пока она не сжала его руку, привлекая к себе внимание.       — Знаешь, это правда продуманный подарок, правда, — со слезами на глазах, искренне проговорила Эллия, затем приблизившись к дяде, протянув к нему руки, сразу оказалась в тёплых объятиях, не таких ещё привычных, но не менее любимых, благодаря и его.       Шмыгнув носом, делая вид, что уже была в порядке, Эллия вернулась к ещё одной маленькой коробке, улыбаясь при виде маленьких винтажных заколок для волос совсем таких, какие она любила.       — Га Он, ты очень хорошо выбираешь подарки, — похвалила она, слегка наклонив голову, игнорируя наигранное бурчание дяди, которому ещё ни разу не удалось сделать незабываемый подарок для своей дорогой племянницы, проваливаясь после покупки всевозможных вещей.       Смущённо улыбаясь, Га Он ждал, когда Ё Хан откроет свою коробку, чтобы также, как и Эллия, невольно засмеяться.       — Парные шарфы, это так по-рождественскому, — протянув мягкий подарок Га Ону, Ё Хан аккуратно завязал его на шее младшего, позволяя проделать тоже самое с собой.       — Улыбочка! — Веселясь, Эллия сделала их фото, как раз, поймав момент, когда Ё Хан смешно морщился из-за шарфа, почти касающегося его носа.       Собрав внушительную коллекцию домашних рождественских снимков, состоящих из смешных кривляний, когда Га Он подставил маленькую ветку ёлки в качестве неожиданной бороды, а Ё Хан споткнулся о пустые коробки, смешно растянувшись на ковре, но сделав вид, что всё было запланировано. Эллия смеялась, надев колпак Санты, а Ё Хан же нацепил рога оленя на макушку Га Она.       — Хэй, оленёнок, — улыбался старший, и в этом обращении было слишком много близких воспоминаний, о которых знали только они, глядя друг другу в глаза.       — Так вот, почему ты был противником парных подарков? — Догадался Га Он, схватив Ё Хана за локоть, — ты давно собирался сделать мне предложение.       — Хорошо, что ты тогда не был сообразительным, маленький оленёнок, — ухмыльнулся Ё Хан, помня, как Га Он настаивал на парном подарке, но даже не подумал о возможности стать его мужем.       — Ты превзошёл мои ожидания, — сдался Га Он, всегда невольно питая слабость к ласковому прозвищу.       — Приму за комплимент, — подмигнул Ё Хан, наклонившись за красной лентой, сразу завязывая её на шее парня, ловя его удивлённо-смущённый взгляд.       — Что ты делаешь? — Вспыхнул Га Он, при этом не пытаясь отстраниться, позволяя ему сделать то, что хотел — завязать большой бант на его шее.       — Ты мой главный рождественский подарок, — широко улыбаясь, Ё Хан наклонился к нему, неторопливо сладко целуя мягкие губы, — я люблю тебя, Ким Га Он.       — Я люблю тебя, Кан Ё Хан, — с трепетом выдохнул младший, крепче прижимаясь к любимому мужу.