Morirò da re

Невыносимая боль в теле. Это то что я почувствовала, придя в сознание. Голова кружилась, я не могла открыть глаза. Пытаясь немного подвигаться, я не смогла этого сделать. Задев рукой стену, я почувствовала острый импульс пронзающий конечность, двигать ею не было сил, да и это скорее всего не было бы удачным действием, ведь наверняка она сломана. Немного полежав не двигаясь, мне хватило мощи открыть глаза. В комнате было темно, настолько темно, что лежа на холодном полу и свернувшись калачиком, я ели разглядела свои ноги. Они не двигались, как и все тело. Ужасное чувство, нет не страха, беспомощности. Оно атаковала меня со спины, нанося удар точно по живому. Я попалась. Попалась кому-то, кого даже не знаю. Наверное. В голову поступали не мысли кто это, не было вопросов зачем меня забрали, нет. Были только мысли как отсюда побыстрее сбежать, где бы я не была. Как я поняла что меня поймали? Нормальные люди не связывают друг друга и не закидывают в темный подвал. Ноги немного стало покалывать, это знак, что скоро я смогу ими шевелить. Отлично, пора узнать что тут происходит. Пролежав еще пару минут, я немного поползла к стене. Уроки с отцом не прошли даром. Уже опершись на стену, я попыталась сделать шаг, но у меня не получилось. Громкий звук удара и я лежу на полу, шипя от невыносимой боли в конечностях, особенно верхних. Тут же из-за двери, скрывавшейся в темноте, послышались шаги, легкие и тяжелые. Сюда шли два человека. Перевернувшись быстро на спину, игнорируя боль, я притворилась бессознательной. За открывшейся дверью показалась полоска света. Проход открылся и шаги приблизились, остановившись у моей головы. Человек стоящий рядом наклонился и я почувствовала его дыхание на щеке. -Дорогая, можешь не притворяться.- женский голос. Я продолжала молчать и не двигаться. Удар. Больно, наотмашь. Но даже это не заставит меня «ожить». Женщина рядом больше не произнесла не слова, встала, но не вышла и комнаты. Послышался металлический звук, удар стали о сталь. Всего через пару секунд человек вернулся, но попытки пробуждения стали настойчивей. По моей щеке скользнуло что-то холодное. Сразу же теплая жидкость потекла по лицу. Меня порезали. Разные глаза распахнулись и я встретилась лицом к лицу с похитительницей. -Катарина.- только это слово я успела сказать перед тем, как меня резко подняли за веревки на руках и приложили лицом к стене. -Здравствуй милая, скучала? — девушка гаденько рассмеялась и провела пальцем по ране на скуле, на это я зашипела и попыталась вывернуться, снова встречаясь лбом с холодным камнем, ощущая запах сырости.-Ну ну, не надо так, я пришла договориться.- тон девушки стал спокойнее и она немного отошла, приказывая движением руки отпустить меня. Руки позади меня расслабились и отпустили меня. Ноги стали ватными, но я удержалась, не подавая вида о проблеме. За это на лице похитительницы появилась ухмылка. -Тебе больно, но ты этого не показываешь. Смело.- в глазах было веселье и издевка. Немного помолчав, девушка продолжила.-Ведь ты даже не подозревала о моей истинной личности, о том.- я ее перебила, быстро подходя вплотную, видя на лице брюнетки частичку страха. -Если бы я раньше знала о тебе, а не просто подозревала.- я придвинулась еще ближе, говоря с отвращением.- Я бы вырвала твое сердце собственными руками, положила в коробку и отправила сюда на почту. Но тебе повезло.- Я резко отстранилась и отошла обратно к стене. После моих слов, девушка значительно напряглась, видимо не ожидая от меня таких угроз. -Но ты здесь дорогуша, в плену.- она дернула рукой и мужчина стоявший рядом взял мои руки и завел за спину. Я дернулась так, что он немного скорчился от удара, но не больше. К сожалению силы стали меня покидать, они не бесконечны. Кисти оплели тугие наручники, приковывая меня к стене. Отвратительное чувство. Ты стоишь перед людьми, которым ты хочешь рассечь голову о коленку, но ничего не можешь сделать. Стоишь с поднятыми к стене руками, боясь сделать лишнее движение, ведь поврежденная рука, с сильным ушибом, но не переломом, ныла при каждом касании с чем-то.-Теперь ты еще более беспомощна.- Катарина подошла ко мне, беря мой подбородок и приподнимая. Глаза встретились. Светлые и темные. В первый была только ненависть, во вторых наслаждение происходящим, которое так и хотелось раскрошить, сыпя этим пеплом на землю. Пеплом разрушенным надежд, мечт и…жизни. Так хотелось чтоб эта девушка мучилась, так хотелось видеть страх в ее глазах, видеть слезы и кровь, льющуюся по ее прекрасному лицу. Хочется бить и бить по нему, пока оно не превратиться в кашу. Хочется резать ее тело, пока в нем не останется ни одной капли крови. Хочется видеть утекающую надежду из ее глаз, с последними частицами жизни. Но пока я не могу осуществить этого. Пока. Несмотря на очаровательную мордашку передо мной, в голове проявлялся план побега, как сказать побега, ну в нем будет кровь, много крови. Переместилась я обратно в реальность, только когда в правую щеку пришелся удар. Я сразу подняла взгляд, убивая ее лишь одними глазами. -Я повторю. Мне нужно чтоб ты отказалась от правления кланом. Уехала из Италии, если у тебя получиться, и никогда больше не появлялась.- гаденькая усмешка на губах. -Ни-ког-да.- твердо и с угрозой прошипела я, приближаясь к ее лицу. Следующий удар пришелся между ребер, в солнечное сплетение. Мгновенно потеряв ритм дыхания, я пыталась его восстановить. -Ты понимаешь, что будет после конечного отказа, так что советую подумать. Это возможно последний выбор в твоей жизни.- окинув меня холодным, высокомерным взглядом, девушка удалилась, оставив меня в комнате одну, приказав отцепить от стены и связать ноги. Эта ночь будет долгой. Почему ночь? В помещении имелось маленькое окошко, за ним было темнее чем в комнате. Предстояло придумать план, которому желательно строго следовать, если я хочу сделать все как необходимо.

***

Спустя пару часов лежания на холодном полу, у меня начался сухой кашель. Кашель раздирал горло и я уже постепенно начинала чувствовать вкус крови. Ноги сводила и дальше, но чтоб в конец не ослабеть, я ими время от времени шевелила. План в голове был готов, но осуществление займет не один день и не мало сил. Дверь в подвал открылась и послышались шаркающие шаги. Что-то кинули на пол, зазвенел метал. -Ешь.- мужской грубый голос и толчок в спину, перевернувший меня на несчастную заднюю часть.-Если ты это не съешь пеняй на себя. Передо мной лежал стакан с водой и тарелка каши. Нормальный обед для таких мест. Мужчина пододвинул посуду ко мне и я взяла «изысканное» блюдо. -А что, навоза не нашлось? — сказала с сарказмом я и зашвырнула в охранника. Он моментально отскочил и даже не повел бровью, но сразу вышел за дверь. Я думала он ушел, но через минуту он вернулся. В его руках была плеть с железными прутьями. Господи. В детстве меня били не только палками. Мне доставалось плетками и всем чем под руку попадало, но первое было больнее всего. А эта еще и железная. Я резко подтянула ноги на себя и оперлась на стену спиной, смотря с ужасом, страхом и злобой. Не реагируя на мое лицо, мужчину подхватил мои дергающиеся руки и приковал лицом к стене. Понимая, что сейчас будет, я начала неистово дергаться, руки уже болели, по запястьям начали стекать тонкие струйки крови от протертой нахрен кожи. -Не надо! Ты об этом пожалеешь! — последнее, что я успела сказать перед тем, как на спину в грязной рубашке обрушился первый удар. Это было настолько больно, что из моего рта не вышел не один звук. Только резкое выгибание спины до хруста, выдавало все положение дел. Всего один удар, а тело начало трястись как гребаный листик на ветру. На месте ранения стало настолько горячо, что я начала думать, что по моим венам течет лава. Второй удар. Рассекающий рубашку чуть ниже. Было больно, очень, но я опять не произнесла не звука. Третий удар был невыносимо сильным, на что из губ вырвался отчаянный крик. По спине стекали горячие капли, впитываясь в грязную одежду и создавая впечатление сдирания слоя кожи. Четвертый удар. Еще сильнее прошлого. Крик еще отчаяннее прошлого. Горло болело до вырывания волос на голове, что было непозволительной роскошью в моем положении. Пятый удар. Железные прутья стали не только резать кожу, но и врезаться в нее, оставляя еще более глубокие раны, сдирая еще больше живой плоти. Шестой удар. Поверхность спины превратилась в кровавое месиво, которое рассекали железные полосы. Седьмой удар. Хотелось бы сказать, что остальное я перестала чувствовать, но это не так. Я чувствовала каждый оторванный кусочек, каждую задетую мышцу и каждый прут. Восьмой удар. Невыносимо. Хочется не то, что лезть на стену, хочется с нее спрыгнуть и разбиться в лепешку. Даже это будет лучше. Девятый удар. Уже по голому мясу, иногда доставая до ребер, нахер разнося все нервные окончания. Оголяя прожилки, протыкая вены и сосуды. Десятый удар. Я просто перестала существовать. Перестала чувствовать эту невыносимую боль. Перестала думать и жить. Все что осталось это мое растерзанное тело и железо, размозжающе его в щепки. -Надо было поесть.- сказал охранник и покинул подвал. Я мысленно усмехнулась, понимая, что он раскрошил мой план, затоптал и рассеял по ветру. Перед глазами были обеспокоенные лица. Всего пять человек, их тревога в глазах и я потеряла сознание, вознося свою боль на облачко, делая ее невесомой.

***

В один момент чувство легкости ударило в мою голову, приводя в сознание и скидывая боль на мои плечи. Вернее, расчерченную кровавыми полосами спину. Она болела так нещадно, что хотелось сдохнуть. Никогда я не испытывала такого чувства. Даже от палки на коленях, даже от сломанного плеча, даже от ножа вошедшего в ногу. Никогда. Не было сил не то, что пошевелиться, трудно было дышать. Надежда была на мою «супер способность» быстрого заживления ран, часто спасавшую меня от сильных травм. Открыв глаза, я увидела свет. За «окном» уже день. Интересно, сколько дней я была в отключке? Послышался скрип двери, шаги и женский голос. -Ты снова с нами? — Катарина ехидно сказала это и появилась перед лицом девушки, которую без сознания повернули спиной к стене. При каждом движении корка, появившаяся за, видимо, пару дней, обдиралась и болела. -Я надеюсь, ты не рассчитываешь на мою долгую слабость? — хоть мне и было больно, но я старалась не терять духа. -О нет дорогая, я рассчитываю на твой быстрый ответ. У тебя есть еще неделя. Каждый день я буду приходить к тебе и спрашивать заново. Если через неделю ты не дашь ответ, тебе конец.- девушка подвела импровизированный пистолет к виску и выстрелила.- Каждые день тебя будут кормить два раза в день. Если будешь отказываться это повториться.- они кивнула, как бы показывая на мою спину. Закончив свой монолог она вышла, оставив меня в одиночестве думать. Конечно я не отдам ей клан. Я лучше мру, чем сделаю это. Это то, что я подняла с колен, возводя на чистый пьедестал, как следует отмыв от крови предыдущий. Срочно нужен план, у меня неделя на его осуществление. По расчетам, через три дня моя спина более-менее не буде болеть, значит я смогу двигаться. Кормят два раза в день, надо съедать все, набирая силы. Слабые места охранников, которых было двое, как и у всех мужчин, обычное дело. Вот с Катариной я наиграюсь. Она не умрет легко.

***

Прошло два дня, спина уже зажила и не кровоточила. Кормили исправно, силы набирались. Поразительные способности для человека, за пару дней зажили глубокие раны, зажили порезы и ушибы. Даже рука не болела. Через два дня осуществлю план. Убью всех нахрен.

***

Через пару часов дверь открылась снова пропуская похитительницу. С порога она начала: -У тебя пять дней. Ответ не осенил? — так и хотелось размазать эту ухмылочку по лицу, но надо держаться. Еще два дня и ее не будет на земле. -Нет.- эту фразу я говорила чаще всех угроз в ее адрес, которых было много. Ведь она даже не подозревала, что они осуществляться. Ехидство сменилось на ее лице злобой. -Три дня. Даю три дня, через это время тебе конец.- она покинула подвал хлопнув дверью так, что охранники снаружи вздрогнули.

***

Три дня с последнего визита. Сегодня крайний срок. Я уже настолько набралась сил, что готова была ломать руки охранникам, но сдерживалась чтоб не выдать себя. За пару минут до их хозяйки, меня посещает один мужчина, а за ним второй. Где-то через семь минут подтягивается и она сама. Сейчас было точно так же. Как только дверь открылась я пробежала перед его носом, хватая за шею и затягивая в комнату, захлопывая дверь. Охранник пропустил момент и оказался поваленным на полу. По глазам было видно, что его шокировали мои движения и в глаза блеснул страх. То чего мне так не хватало. Он боится меня. Я поставила ему ногу на грудную клетку, но он откинул ее и прыжком поднялся. Я ухмыльнулась, но продолжила наступать. Он повторил мои действия, но пытаясь вытащить нож из-за пояса. Хороший, острый, мое любимое оружие. Я резко перехватила его руку и выбила сталь, поднимая ее с пола. Теперь уже мужчина начал пятиться. Я пошла на него, но это настолько надоело, я не вкладывалась во время. Быстрым движение я загнала клинок ему между ребер. Жизнь пропала из глаз. Тело осело на пол не издав никакого звука. Отодвинув его в угол подальше, я стала ждать. Через две минуты ко мне вошел второй охранник, тот который бил меня плетью. Ему очень не повезло. Одним ударом ручкой в висок я выбила пол духа из него. Его взгляд помутнел и он потерял ориентацию. Я встала перед глазами беспомощного и любимым движением приподняла подбородок на себя. -Неожиданно, да? — сказала я на удивление на его лице.- Прощай. Одним движением вогнала нож по самую рукоять в его шею. По руке сразу потекла теплая кровь, пачкая и так грязные руки и рубашку. С брезгливостью вынула оружие и откинула тело к другому. На звук дверь отварилась. Черт не успела. По подсчетам, у меня было четыре минуты перед ее приходом, но оказалось нет. -Какого.- сказала Катарина перед тем, как я приложила ее виском к стене, прижимая яремную вену рукояткой ножа, чтоб она потеряла сознание. Это произошло быстрее чем я рассчитывала. Не такая она уж могущественная и сильная. Приковав тело девушки к стене, я стала ждать. В моей голове всплывала куча картин издевательств над ней, ведь все будет нет так просто, как с мужчинами. Она не заслужила. Легкое движение и девушка открыла глаза. Я сразу поднялась, немного поведя плечами от маленькой лопнувшей ранки на плече. Я взяла ее за шею и притянула ближе, шипя: -Дождалась дорогуша? — на мои слова она скульнула, а я сжала глотку еще сильнее.- И кто же теперь слабее? Кто контролирует твою жизнь? — пальцы сильнее надавили, а окровавленные ногти оставили отпечатки на коже.- Я могу легко тебя прикончить, а могу заставить молить о смерти. Как ты хочешь сдохнуть? — последнюю фразу я прошипела расслабляя руку и отодвигаясь на пол метра. -Сте.Стефания Фениче.- девушка кинула смешок и закашлялась.- Ты слаба. Я подалась вперед, как и нож, проходящий ей в плече. Она вскрикнула, принося садистское удовольствие. -У кого нож в плече? — вынула оружие и воткнула правее.- А теперь в печени? — усмехнулась и вынула клинок, опять отходя и наслаждаясь беспомощностью. Катарина зашлась в тяжелом кашле, из ее рта потекла кровь. -Ладно, я тебя недооценила.- каждое слово она произносила с трудом, сквозь поврежденные органы. -Раньше надо было об этом думать.- я провела по ее животу к плечам, пронзая кожу и нанося глубокие раны. На каждое движение девушка громко кричала.- Возможно ты бы могла выжить. Теперь ты просто так не уйдешь.- я усмехнулась отводя нож и направляя нож к ее сердцу.-Этого не будет. Я хотела оторвать лезвие, но произошло то, чего я не ожидала. Она подалась вперед, раня жизненно важный орган. Какого хрена? Видимо вопрос читался на моем лице, ведь она усмехнулась сквозь кровь и боль. -Прощай.- она сказала это с ухмылкой на губах и ее глаза закатились. Она избавила себя от мучений. Понимаю ее. Я осмотрела тела презрительным взглядом и подошла к охраннику. В его кармане была зажигалка. Сомневаюсь, что все здесь сгорит, но будет что будет.

***

Смотря на горящие здание заброшенной больницы, я задумалась как добраться домой. Сейчас ночь, глубокая. Может людей будет не много, но они будут. С такими мыслями я пошла вдоль дороги, прячась от редких проезжающих машин за кустами. Телефона у меня с собой не было еще неделю назад. Я пробыла здесь восемь дней. Интересно, меня кто-нибудь искал? Опять машина, кусты и все повторялось раз пятьдесят.

***

Я иду уже больше 12 часов. Какого черта мои ноги все еще движутся? Они начали болеть еще на рассвете, а сейчас уже закат. Далеко они меня завезли.

***

Спустя еще пару часов, глубокой ночью, показались огни города. Гребанного Рима. Мои ноги резко подкосились, будто стояла батарейка, отказывающая при виде родного города. Я не была здесь девять дней, вернее еще один день я шла сюда. Этот гребанный день я что только не делала. Убегала от собак, бегала от машин, пряталась от людей, мне не нужны статьи о Стефании Фениче, девушке идущей кровавой по дороге. Губы и горло нещадно болели от нехватки влаги, как ни странно есть не хотелось. Даже в РПП есть свой плюс. Тупой факт. Когда я по кустам подходила к своему дому, то молилась всем богам чтоб консьержки не было, чтоб она не вызвала полицию и не слегла с инфарктом от такого зрелища. Пройдя в холл, я оглянулась. Не живой души. Только полу-живая я. Только ступив на первую ступеньку ведущую ко второму этажу, я почувствовала слабость. Гребаная лестница. Лифтовой карточки не было, вернее была, но в другой одежде. В моей одежде. Преодолела я первые пять ступенек из десяти с трудом. Как оказалась, при подъеме используются мышцы спины. Раны открылись, по спине стекала теплая жидкость, и скорее всего капала на плитку. Голова невозможно кружилась. Видимо всплеска адреналина хватило всего на 23 часа. Еще три ступеньки, новые потоки крови. Каждый шаг давался с борьбой, будто резко я начала бороться за жизнь. В голове кружились мысли о неминуемой смерти. Смешно, девушка убившая трех человек и прошедшая день по дороге, умерла на лестнице в свою квартиру. Один шаг и я хватаюсь за перила, стараясь не упасть и сделать еще шаг. От неминуемой гибели, от потери крови и абсурдности ситуации голова кружилась еще сильнее. Видимо здесь я умру. Руки буквально опустились, а ноги перестали держать. Я покатилась по лестнице, сдирая со спины все «плотины» сдерживающие жизненно важную жидкость. Щеки были влажные, как и руки. Вся лестница была в крови и все, что я могла сделать- это еще больше испачкав стены, опереться на стену, прощаясь мысленно со всеми кого любила. Жалея о невежествах в сторону Стива, жалея о игнорировании Виктории, Томаса, Итана и.и Дамиано. Единственным правильным выбором было отправить то сообщение. И надеяться, что он его прочтет и простит. Перед глазами пролетали счастливые моменты воспоминаний. Я маленькая гуляю с мамой, вот мне уже пятнадцать и я спрашиваю у нее же какое платье надеть на свидание. Вот мы с ней едим мороженое и она пачкает в нем мой нос. Вот я нахожу своего пса, своего Алекса, знакомлюсь с Итаном. Вот я на вечеринке, Виктория достает мою коробку. Я открываю свою и вижу подарки Дамиано, эту кожаную портупею, которую я так и не надела, она лежит у меня в шкафу, этажом выше. Вот мы с Томасом напиваемся, вот мы все вчетвером смотрим фильм, Итан дрожит при каждом скримере. Вот я засыпаю и просыпаюсь в комнате Дамиано. Вот я проснулась в их доме, наше первое нормальное знакомство. Вот и Лео, наш ужин. Вот наше прощание, пролитые и не пролитые слезы, спрятанные за маской безразличия, слезы скрытые за дверью, упакованные в чемодан и отвезенные в Париж. Моя прогулка до утра, до похищения. Рим на рассвете, мне холодно, руки дрожат, но я печатаю Дамиано, печатаю сообщение, которое наверняка изменит его жизнь. Хотя может и нет, может это не любовь, а проявление знаков внимания для галочки. От мыслей об этом, глаза стали еще более мокрыми. От мыслей о Виктории впавшей в истерику, увидев мое имя и лицо в новостях. Шокированного Итана, скорбящего Томаса и плачущего Дамиано, мое сердце как будто разорвалось на четыре части, отдавая по одной каждому, делясь всеми хорошими и плохими моментами. О этих людях я думаю перед смертью. Никогда я ни к кому так быстро не привязывалась, так быстро не влюблялась, но это видимо исключение. Смешная Виктория, спокойный Итан, веселый Томас и простой Дамиано навсегда запали в душу, выходя из нее с боем и кровью. Выходя вместе с жизнью. В глазах потемнело, а картинки перед глазами пропали, сменившись тьмой. Последние секунды сознания и я чувствую горячие руки на своем теле, карие глаза смотрящие в светлые. Последнее что я слышала это: -Держись amore.