Diamonds and Rust

Общее собрание устроили в столовой. Столы и стулья развернули так, чтобы они образовали ровный круг. Мон-Со не знал, кто именно делал перестановку, но они, казалось, выверили каждый угол. Из всего экипажа отсутствовал только Вел-Зор. Не потому, что сотрудничал с врагом. А потому, что сам становился им. Гелли вычитала в журналах Виллины о мерзком волшебстве, которое позволяло заменить одно лицо на другое вместе с памятью и сознанием. Видимо, именно из-за этого с Вел-Зора содрали кожу. Волшебная вода была лишь приятным дополнением, чтобы повысить вероятность удачного исхода. Среди собравшихся были и гудвинцы: Дин Гиор, Фарамант, Рамина, Железный Дровосек, Смелый Лев, Лестар и Ружеро. Двадцать четвёртого Мон-Со показалось странным, что дуболомы вдруг догнали в росте менвитов. Но сегодня явление гостей озадачило его ещё больше: все люди стали сильно выше ростом. Фарамант и Лестар, раньше не превосходившие детей, сравнялись с арзаками, остальные — и вовсе с менвитами. — Видимо, субмир в целях экономии магии уменьшил масштаб территории, — предположила Элли. — С возвращением на Рамерию необходимость экономить отпала. — То есть конец света больше не актуален? — спросил Арк-Мин. — Актуален, — каркнул со своего места Рен-Сай. Мон-Со заметил, как Вей-Кан гневно сузил глаза. С ним бы тоже разобраться, чтобы не вылезли потом новые неприятности. Так, это подождёт. — Итак, товарищи, как мы выяснили, положение на Рамерии куда хуже, чем мы полагали, — сказал командующий. — Мир стремительно деградирует по всем фронтам, Верховным официально разрешены любые бесчеловечные действия в отношении любого рамерийца, независимо от расы. Полагаю, нам пора перейти к решительным действиям. — Мы ведь не собираемся развязывать войну? — вкрадчиво поинтересовался кто-то из арзаков. — Мы не собираемся вести активные боевые действия, — сказал Ильсор. — Вместо этого будем вести войну по-арзакски. — Это как? — брякнул Ер-Вис. — При помощи информации, — пояснила Элли. — Когда-то давно колдунья Арахна, Ар-Ден, желая увеличить свою силу, заколдовала своих подданных. Она уменьшила их рост и перенаправила освободившуюся энергию на себя. Что-то пошло не так, и она стала великаншей… неважно. В общем, Ар-Ден создала гномов, и сейчас они помогают нам собирать информацию о преступлениях СКК. — Подействует не на всех, — заметил Мей-Кион. — Психов вроде Оро-Эна в расчёт не берём, но и без них не всех затронет. Арзаки ведь считаются инструментом, так что многие сочтут происходящее… приемлемым. — Что вы предлагаете, лейтенант? — спросил Мон-Со. Мей-Кион озвучил вопрос, которым задавался и сам полковник. Может, у него и ответ есть? — Дети, — ответил двадцать первый. — Дамы, вы ведь согласитесь, что дети тронут любого? — С этим не соглашусь я, — мрачно проговорил Ирлен. — Но ведь ничто не мешает нам попробовать, — поддержала Мей-Киона Гелли. — Этим мы не ограничимся, — продолжил Мон-Со. — У нас остаётся проблема с магией. Её оставим колдунам, но я всё же прошу держать остальных в курсе. — У нас на самом деле много проблем с магией, — заметила Гелли. — Но мы уже распределили обязанности и приступили к работе. — Отлично. Проблема номер три — Эсарийский конклав. По словам Ирлена, на месте убийства Дер-Раоха Ланат и компания оставили вот такой символ. — Мон-Со взял со стола рисунок и поднял его повыше, давая всем рассмотреть. — Его же я видел на воротах нашей авиабазы перед тем, как убили курсантов. Кстати, о них. Нужно разобраться с ранвишами. — Мой полковник, позвольте мне! — вызвался Лем-Ро. — Ирлен считает, что уже можно. — Разрешаю, — кивнул Мон-Со, переглянувшись с Ирленом. — Вдобавок ещё одно задание выполните, чтобы дважды не летать. Вернёмся к Эсарийскому конклаву. Их нужно нейтрализовать, пока они не принесли серьёзных проблем. — Это касается только Ланата или вообще всех? — спросил Ол-Кет. — Без жертв точно не обойдётся — один Ланат нам полкрыши снёс, а если таких же несколько в одном месте окажется? — Таких же больше нет, — заявил Элар, который сидел, положив голову на скрещенные руки. — Я не силён в теории колдовства, но заметил одну странность. Скажите, чем магия колдуний отличается от магии колдунов? — Колдунья способна на любые чары, — тоном отличника ответил Сион, — а колдун действует в каком-то одном спектре: камни, молнии, карты… — Полёт, пламя, гипноз в его изначальном виде, — дополнил Ильсор. — Именно так. А теперь смотрите: Ланат умеет становиться невидимым (ведь как-то он должен был сбежать из камеры Лин-Фай незаметно для Оро-Эна), управлять камнями (шестые подтвердят) и металлом (вспомним тройку). Многовато, не находите? — Кроме того, — сказал Тинор, — Ланат — единственный, кто применяет заклинания. То есть колдует специальными словами. — Даже мы, колдуньи, почти не пользуемся словоформами, — вставила Рамина. — Среди тех, кого я знаю, их только Элли использует и иногда Стелла, когда артефакты создаёт. — Получается, он должен был где-то обучиться, — констатировала Гелли. — Ланат родился после смены календаря, значит, учился уже подпольно. — Конклав похищает детей-волшебников, — напомнил Мон-Со. — Похоже, обучили и внедрили в состав экспедиции. Они тоже знают о субмире? — Могут, — подумав, произнесла Рамина. — Знания такого рода обычно передаются из поколения в поколение. — Ладно, об этом поговорим позже, — сказал Мон-Со. — Сейчас — более предметно. Очередь говорить наконец дошла до беллиорцев. Железный Дровосек сообщил: — Мы нашли место, где скрываются ваши и наши мятежники. Проблема лишь в том, что мы не можем с ними справиться, потому что…

***

Полковник их бросил. Было уже тридцатое вайо, а от него до сих пор не поступало никаких вестей. Тес-Ин и Ал-Рос остались наедине со стайкой ранвишат, из которых был важен только кто-то один. Один из пятнадцати любопытных хвостатых гадёнышей, которые заполонили всю комнату. Они царапали диван Ал-Рос, со скрипом скакали по раскладушке и Тес-Ину, который на ней спал. Обгрызли нашивки на форме, разбили экран коммуникатора, съели карандаши. Один из обычных, не «особых» ранвишей поселился в капюшоне куртки Тес-Ина. Лейтенант смирился. Самое интересное, вещи квартирной хозяйки, кроме и так раздолбанного дивана, зверята не трогали. Ал-Рос заявила, что, если розовый ранвишонок не окажется тем самым, она заберёт его себе. Чем-то ей этот пушистик приглянулся. Кади-Ро наведывалась в гости каждый день и всякий раз беззлобно посмеивалась над курсантами. Сегодня она тоже пришла — принесла сливок ранвишатам и сливовый пирог всем остальным. Старушки и Тес-Ин сидели на кухне, а Ал-Рос пыталась собрать всех зверят в большую коробку, чтобы сделать общий снимок. Вдруг в дверь позвонили. Хозяйка шикнула на привставшего Тес-Ина и пошла открывать сама. Тут же из коридора раздался возглас удивления, и в кухню вошёл мужчина в полосатом коричнево-зелёном пальто, больше похожем на плед. В руках мужчина держал чуть подвявший букет незнакомых розовых цветов. Кади-Ро сначала замерла, а потом вскочила и бросилась к гостю, чуть не опрокинув на Тес-Ина полный заварочный чайник. — Ты вернулся! Вернулся! — запричитала она. — Вернулся, бабуль, вернулся. Это тебе. — Гость с трудом оторвал от себя старушку и вручил ей изрядно помятые цветы. — Ты совсем вернулся? — живо спросила Кади-Ро. — Проходите, Лем-Ро, садитесь, вы как раз к чаю, — затараторила хозяйка. — Я ненадолго, — ответил гость сразу обеим. — Мне курсанты нужны и ранвиши. Из коридора в кухню заглянула Ал-Рос с шуршащей коробкой в руках. — Полковник всё-таки нам поможет? — с надеждой спросила она. — Я не знаю, какой из них волшебный! — Разберёмся. Собирайтесь давайте. — Опять улетаешь? — грустно поинтересовалась Кади-Ро. — Хочешь с нами? Нам нужен сторонний взгляд на наш бардак. Полковник не против. — Буду готова через двадцать минут! Она управилась за семнадцать — так не хотела снова расставаться с внуком. Через двадцать минут Кади-Ро с сумкой, Ал-Рос с рюкзаком и Тес-Ин с коробкой ранвишей уже шагали следом за капитаном Лем-Ро куда-то в поля. Тес-Ин мучился, оттого что не представился как положено. Вернее, вообще не представился. Да и Ал-Рос тоже. А ведь перед ними был капитан, звеньевой командир! Впрочем, самого Лем-Ро это, очевидно, не беспокоило. Примерно в томаэ от города, в низине, стоял самый странный самолёт в мире: типа Фо-7, серый и сплошь утыканный красными кристаллами. — Это что же, Ле-15? — воскликнула Кади-Ро, остановившись. — Иль-Сор его «Квезалем» назвал, — сообщил Лем-Ро. — Не помню у вас такого лётчика, — задумчиво отметила старушка. Капитан рассмеялся и пояснил: — Это наш главный инженер. Тот гений, который «Диавону» придумал. Странно. Тес-Ин был уверен, что звездолёт изобрёл генерал Баан-Ну. Или?.. — Да арзак он, арзак! — Лем-Ро махнул рукой, видимо, разгадав мысли Тес-Ина. Из кабины «Квезаля» высунулся человек в зелёном комбинезоне и крикнул: — Вы там долго? Сюда какой-то вертолёт движется! Все моментально преодолели оставшиеся маэ и заскочили в самолёт. Он тут же поднялся в воздух и, развернувшись кругом, понёсся на запад. За штурвалом сидел арзак. Лем-Ро, занявший кресло второго пилота, представил его: — Ирлен, первый техник нашей эскадрильи, он же — лётчик-испытатель. — Ирлен Волари? — переспросила Кади-Ро. Арзак обернулся, взглянул на неё и кивнул. — Рад снова видеть вас после стольких лет. — Вы знакомы? — удивился Лем-Ро. — Виделись на одной научной конференции. Весна 7899, Киро. Ле-15 представили широкой общественности. Я тогда переводчиком была в менвитской делегации. Помню и всех испытателей, и инженера. Ханор Олири ведь его звали? И подумать страшно, что этот человек — сейчас чей-то раб. — Его убили в тот день, — сказал Ирлен. На этой тяжёлой ноте разговор заглох. До самого белого тумана никто не проронил ни слова. Однако когда мгла осталась позади, капитан попросил: — Уступишь? Ирлен перевёл управление на второго пилота, и дальше самолёт вёл Лем-Ро. Они летели над какой-то неизвестной страной, по-детски пёстрой и почему-то зелёной в зиму. Лейтенанты прилипли к окнам — они никогда не видели такой яркой природы. — Как в юность вернулась! — восторгалась Кади-Ро. Вдруг на приборной панели зашипел передатчик. — Говорит Цифра. Квезаль, как слышно? — Это Квезаль, — отозвался Ирлен. — Слышно хорошо. — Квезаль, летите на северо-восток. Повторяю: на северо-восток. Ориентир — Тилли-Вилли. Повторяю: ориентир… А-а-а! Связь прервалась, и напрасно Лем-Ро переключал лио-частоты — никто ему не отвечал. Капитан развернул самолёт и лёг на заданный курс. Через несколько минут внизу возникла огромная фигура железного рыцаря. Он осторожно взял самолёт за край крыла и потянул за собой на другой берег голубой реки. Перейдя, тут же отпустил. — Добро пожаловать в Озёрный край! — прогудел рыцарь и зашагал вперёд, указывая дорогу.

***

Раз в пару месяцев генерал-полковник Ши-Май наведывался в Виери, местечко около Эсари, где много лет покоились, покрываясь ржавчиной, четыре десятка Ле-15-1. Они были совершенно бесполезны. Когда арзаки представляли их, то показали лишь Ле-15-2, упрощённую версию. Несколько лётчиков-менвитов, включая тогда ещё капитана Ши-Мая, успели обучиться управлять ими. Но у Ле-15-1 был немного иной принцип действия, который не достался менвитам, потому что какой-то идиот записал создателя самолёта в контрольные жертвы. Однако Верховный и высшие армейские чины не теряли надежды, что однажды найдётся гений, который вдохнёт жизнь в этот склад металлолома. Герою даже заранее присудили орден Золотого созвездия — наивысшую государственную награду. Но пока такого не находилось, и Ши-Май, принявший эстафету у предшественника, лично проверял сохранность колдоключей, спрятанных в бункере под одним из ангаров. Тридцатого генерал снова заглянул сюда… и не обнаружил сейфа! Мало того, стоило Ши-Маю выйти из ангара, как самолёты с пустыми кабинами взмыли ввысь и исчезли где-то на западе, в направлении Великой пустыни. Набирая на коммуникаторе номер министра Тор-Лана, Ши-Май буквально чувствовал, как с него слетают ордена и нашивки.