Diamonds and Rust

Наконец свершилось то, о чём Лиона мечтала уже почти три месяца. Её любимый был рядом! Когда Риэм свалился ей на руки со спины Риси, Лио-Лай чувствовала себя самой счастливой девушкой Рамерии. Белис потом шепнул, что Риэм постоянно носил за ухом подаренную заколку. В тот день Лиона, Риэм и Риси пропали для всех до самого утра. Они летали над Голубой страной, а после долго сидели на памятной скале. Лио-Лай снова делала бутерброды. Оказалось, любимый тоже ненавидит помидоры. Наверное, пора было переходить на новый уровень отношений — поцеловаться хотя бы. Но почему-то не хотелось. Вместо этого Лиона и Риэм пересказывали друг другу всё, что случилось с ними за два месяца разлуки. Одной ночи для этого, конечно, было мало, но следующая неделя оказалась полностью свободной, так что Риэм и Лиона успели вдоволь наговориться. Тридцатого вайо им дали важное задание. Выяснилось, что Ланат и прочие объединились с какими-то местными мятежниками и сообща готовили некую гадость. Гномы Арахны не сумели разузнать подробностей, но место обитания мятежников указали. Рудокопы много лет назад приручили шестилапых — грозных подземных хищников ростом со взрослого арса. Четыре таких попали к мятежникам, и Ланат заколдовал их, превратив в ещё более ужасных тварей. Откуда только знаний набрался, гадёныш? Обычно с шестилапыми могли справиться драконы, но тут рудокопы испугались и попросили о помощи Риси — единственного в своём роде огнедышащего. Мон-Со в ответ на это развернул целую операцию. Кажется, он хотел обкатать на мятежниках какой-то свой антиправительственный план. В результате к убежищу мятежников направились Лиона, Риэм, Риси и отряд Ер-Виса. Капитан нёс на спине какую-то странную штуку, похожую на музыкальную трубу, в раструб которой зачем-то воткнули антенну. Эти штуки в четырёх экземплярах приволокли с базы СКК, и командующий, посоветовавшись с Ильсором, запретил колдунам даже подходить к ним. Убежище находилось на Покинутом севере, на полпути от Ранавира до Жёлтой страны. До места пехотинцев доставил Ойххо, более крупный дракон. Риэм летел на Риси в гордом одиночестве — Лиона захотела прокатиться на метле, по которой тоже скучала. Возница Рахис приземлил Ойххо среди скал и пошёл вперёд, указывая путь. Мятежники прятались где-то в пещерах, и тут была целая сеть, которая не пересекалась со страной рудокопов. В одном месте Ер-Вис нашёл удобный скальный уступ с кострищем. За ним темнела очередная пещера. В свете фиолетового пламени виднелись спальники, рюкзаки, пара рудокопских заплечных мешков и чьё-то бледное лицо. — Эльни, — опознал его Риэм. Пехотинцы тут же ощерились лучевиками. Ер-Вис поудобнее перехватил трубу. — Он спит или без сознания, — заметила Лио-Лай. — И он один. Она прошла вглубь пещеры. Фиолетовый свет сильно искажал реальность, но с арзаком определённо было не всё в порядке. Слишком бледная кожа, тени под глазами, красные пятна на щеках, прерывистое дыхание, высокая температура. На левом плече — страшная рваная рана и много-много гноя, который в ней уже не помещается. — Он тяжело ранен, — констатировала Лиона. – Риэм, аптечка у тебя? — У меня, — кивнул Риэм, тут же оказавшись рядом. — Но чем мы ему поможем? С такой дрянью — только в лазарет. — Повязку хотя бы сменим. Тут, по-моему, бинты сгнили вместе с раной. В этот момент Эльни приоткрыл глаза. При виде Лио-Лай он запаниковал, вскинулся, но тут же со стоном упал обратно. — Всё будет хорошо, Эльни, — успокаивающе произнёс Риэм. — Мы поможем тебе. — Он же Ранавир минировал! — зашипел лейтенант Ки-Нат, вошедший в пещеру третьим. — И что, должен умереть за это? — спросил Риэм, наблюдая за пистолетом. Ки-Нат вздохнул и убрал оружие. Ему не нравилось происходящее, но Эльни явно не представлял угрозы. Лио-Лай хотела попросить лейтенанта вынести раненого из пещеры, но не успела. Внезапно вверху что-то загрохотало. Пламя в её руке вспыхнуло и погасло. Вход в пещеру преградил здоровенный валун. Ловушка!

***

Мир был временами невыносимо безумен. Тупой столовый нож в руке приводил в ужас. Бритва пугала. Карандаши нервировали. Пистолет вообще лучше было не трогать. Рин-Сай никогда бы не подумал, что его разум способен на такие изощрённые фантазии. Проще было вовсе не спать, чтобы их не видеть. Но это противоречило уставу и здравому смыслу. Спасибо Лем-Ро, что не бросил до последнего. Спасибо Сор-Ану, что догадался. Спасибо Рен-Саю, что понял и был рядом. Рин-Сай, кажется, довёл старшего брата до ручки своими бесконечными просьбами не уходить, побыть вместе ещё немного. Они давно были слишком взрослыми, чтобы вести себя вот так… Однако подкроватные чудища Рин-Сая оказались чересчур страшными. И Рен это понимал. Он каждое утро говорил, что жив. Если было нужно, повторял то же самое в любое другое время. Кроме того, он старался найти им обоим какое-нибудь дело, потому что в бездействии паника настигала Рин-Сая куда чаще. Именно поэтому близнецы однажды оказались у лингвистов. Вей-Кан разделял их любовь к истории и с удовольствием делился своими исследованиями. Он ещё на Рамерии серьёзно изучал историю магии и сделал интересный вывод: главная проблема Рамерии — колдуны. Из-за них разгорелась страшная война, окончившаяся потерей Ро-Алиам. Из-за них сотней лет позже в Вайклем проникли первые урхайцы. Из-за них арзаки стали рабами. Перечислять можно было бесконечно. Рен-Сай после случившегося с братом мнение Вей-Кана разделял, а вот Рин-Саю оно не очень нравилось. Незадолго до полёта Ирлена они даже поругались. К счастью, ненадолго. Рин-Сай сумел убедить брата, что всё не так однозначно. В конце концов, Гелли спасла комэска, а Элар и вовсе был безвреден. В конце концов, зло — не нож, а тот, кто решил вонзить его в живое сердце. Рин-Сай отправил комэску свои записи по исследованиям Вей-Кана. На Рамерии можно было скорее разобраться, прав ли профессор. Мон-Со по возвращении сказал, что изучил их. Однако он решил оставить эту проблему на потом или, возможно, передал её Элли. По крайней мере, она всё свободное время проводила с лингвистами. С Тинором, правда, чаще, но он знал об изысканиях отца вполне достаточно. Впрочем, Рин-Сай тоже выяснил кое-что новое. Утром тридцатого комэск отправил его позвать Вей-Кана, который почему-то задерживался. Восемнадцатый прошёл по библиотеке и поднялся в великанское кресло. Однако там никого не было. Рин-Сай хотел было уйти, но тут его взгляд упал на стеллаж, где стояла волшебная книга. Она уже давно ничего не сообщала, а тут вдруг приоткрылась, словно маня почитать. Лётчик приблизился и раскрыл её на единственной доступной странице. Не хотелось тратить время, поэтому Рин-Сай достал коммуникатор и сделал снимок на случай, если страница закроется. Вей-Кана он встретил на выходе из библиотеки. Лингвист, как оказалось, бродил где-то у дальних полок. Перед собранием Рин-Сай рассказал о снимке брату, и тот тут же потребовал коммуникатор. Судя по тому, что он ответил Арк-Мину, запись оказалась не из приятных. Однако делиться информацией Рен-Сай пока не стал. Следовало бы сразу рассказать о снимке комэску, но сначала тот о чём-то спорил с Ильсором и Элли, потом долго инструктировал Лем-Ро и Ирлена и в итоге покинул Ранавир в компании Сор-Ана, Элара и гудвинца Ружеро. Можно было бы, конечно, поговорить с Лон-Гором или Ильсором, но первый сразу после собрания ушёл к Вел-Зору, а второй умотал куда-то вместе с Тилли-Вилли. Близнецы отложили доклад на вечер. Пока же можно было заняться чем-нибудь другим. Майор Ол-Кет и ещё несколько человек проверяли на вертолётной площадке оружие, стащенное у СКК. Трубы с антеннами. Ильсор считал, что они созданы для обезвреживания колдунов. Ни им, ни кем бы то ни было ещё рисковать бы не стали, поэтому пехотинцы просто примеривались к новому оружию. Оно чем-то напоминало снайперскую винтовку — Лем-Ро пару дней назад уже оценил. Сегодня взвод деревянного капрала Арума принёс из Плачущего леса крупные алые кристаллы, и стрелять стали по ним. При нажатии на спусковой крючок труба выдавала молнию, которая разносила кристалл в крошево. Точно антимагия. Кристаллов было много, так что постреляли все присутствующие: майор Ол-Кет, Хин-Сан, Лейн и Айни (зоологи, как выяснилось, весьма неплохо управлялись со стрелковым оружием), Тин-Мор, Сол-Дит, Мей-Кион… Несколько часов пролетели совершенно незаметно. Когда стрельбы закончились, как раз наступило время ужина. Большая часть экипажа уже была в столовой. У дверей Рен-Сай, шедший первым, замер и прошипел: — Слишком тихо. Такое только один раз было. — Только не снова! — закатила глаза Гелли, которая тоже была здесь. — Секунду… Рин-Сай вскочил на ближайший подоконник и уже ранвишем проскакал по карнизу до окна столовой. Увиденное ему не понравилось. — Там какие-то люди в голубых плащах с красными звёздами, — сообщил он, вернувшись. — Наши не спят, но похоже, парализованы магией. — Рен-Сай, к передатчику. У нас ЧП, — распорядился майор. — Остальные… Он оставил несколько человек караулить в укромных уголках, а прочих послал за оружием. Мей-Кион напомнил, что батареи для лучевиков на исходе, да и вообще, кто эти плащи? — Мы — Эсарийский конклав, — торжественно произнёс, появившись из ниоткуда, человек в плаще. В коридоре закружился сверкающий серый вихрь. Всех вперемешку — и арзаков, и менвитов — разметало вокруг, впечатывая в стены. Лёгкую Гелли и Рин-Сая, снова принявшего облик ранвиша, вынесло в окна. Оба тут же нырнули в ближайшие кусты. — Так, Ильсора здесь нет, а Сион? — зашептала Гелли. — Сион был в столовой? Рин-Сай превратился в человека и ответил: — Я не знаю, как он выглядит. — Он всегда волосы жёлтой косынкой подвязывает. — Не видел вроде. — Я тут, — донёсся голос из-за дерева. — Успел развернуться и уйти буквально за миг до начала. — Их там шестеро. Плюс Ланат и Нилиро. Но Нилиро пошёл глушить передатчик. — Спасибо, Арнис, — кивнул Рин-Сай и тут же похолодел. — Подожди! У передатчика ведь Рен! — А Ланата в лазарет понесло. Там сейчас полковник, Вел-Зор и Ваэри, — поделился Камир, вылезший откуда-то вместе с двадцать первым. — Наш план? Все почему-то выжидательно уставились на Рин-Сая. Рефлекс, что ли? — Извините, лейтенант, — вздохнула Гелли, — мы практически не умеем соображать в критические моменты вне своих специальностей. — Будь сейчас обвал, я бы дал готовый план спасения, — закивал Сион, — а так… увы. Плохо. Рин-Сай тоже не был гением тактики. Хотя война была его специализацией, если цитировать Гелли. Хоо, что делать-то? Обобщить весь свой опыт столкновения с магией? А что он знает, кроме боли и страха? Стоп! — У нас есть антиволшебное оружие. Четыре штуки. — И только один человек, умеющий стрелять, — уточнил Арнис. — У нас есть два колдуна против восьмерых. — Если мы их отвлечём, вы сможете сбегать за оружием и обезвредить их? — спросил Сион. — Да. Ещё бы снотворное какое, чтобы их придержать… — Камир, Арнис, сейф в кабинете Лон-Гора, — подсказала Гелли. — Ланат вряд ли задержится там надолго. Техники смешались с листвой, Гелли и Сион высунулись из кустов, а Рин-Сай снова перекинулся в ранвиша и припустил со всех лап к ангару, где хранили оружие. По пути Рин-Сай понял, что совершил страшную ошибку. Сион и Гелли могли бы просто дождаться его в кустах, а теперь, если не сообразят, полезут в неравный бой. Хоть бы не выскочили! Гелли и Сион в драку не полезли — колдуны сами пришли к ним. Бой завязался на открытом пространстве между кустами и ангаром. Рин-Сай оказался в эпицентре, едва открыв дверь. Его удачно скрыла стена жёлтого пламени. Пятнадцать секунд на то, чтобы схватить трубу и прицелиться в щель между створками. Очень удачно подвернулся плащ. З-з-з — и он упал. Эффект неожиданности был потерян, но Рин-Сай успел выстрелить ещё раз. Мимо. Лиловые стрелы прошили двери, и что-то грохнуло. Когда лётчик проморгался, ангара не было — вокруг валялись отдельные куски металла и пустые ящики из-под батарей. Слева ударил камнепад. Сион пытался достать троих, Гелли со своим пламенем — одного особо вёрткого. Где пятый? Шур-шур. Рин-Сай крутанулся на каблуке и шарахнул арзака трубой безо всяких молний. Сломал челюсть и тут же получил в живот зелёной вспышкой. Упал набок. Один из противников Сиона развернулся и взмахом руки впечатал Гелли в дерево. Геолог поднял каменный вихрь и ушёл в глухую оборону. Один против пятерых. Рин-Сай кое-как перехватил трубу и пустил ещё одну молнию. Попал. Больше не смог — боль была такая, словно ему кишки выпустили. Трое оставшихся плащей медленно загоняли Сиона в угол, а четвёртый направился к Рин-Саю, держа на ладони ледяной нож. Арзак растянул губы в ухмылке и зашипел: — Смерть менви-кх-х-х… В шею ему воткнулся кинжал. Кто-то из лётчиков подскочил к трупу, выдернул клинок и кувырком ушёл от зелёной вспышки. Ещё один выскочил со стороны Сиона и вломил плащу ногой в поясницу. Третий выхватил у Рин-Сая трубу и добавил ушибленному молнией. Оставшиеся двое арзаков тоже получили по молнии. Сион отпустил камни и вместе с ними рухнул на землю. — Это все? — хмуро поинтересовался Мон-Со, протирая кинжал. — Ланат в лазарете, Нилиро где-то тут, ну, и остальные не колдуны, хотя их вроде никто не видел, — отозвался Сион. — Здесь только Ланат и Нилиро. Других из их отряда нет. Голос казался каким-то нездешним, но Рин-Сай узнал Элара. Ну да, бить ногами — это была его любимая тактика, так что точно он. Только какой-то подозрительно адекватный.

***

Наутро Элар чувствовал себя лучше. Лон-Гор даже не стал возражать, когда Мон-Со явился выяснять, что именно Элар наболтал Верховному. Общими усилиями они выяснили, что у Элара была навязчивая мысль о выболтанном, но он не помнил, что конкретно наговорил. Элли, узнав об этом, предложила сходить в место, где хранилась память. Мон-Со идею одобрил, поэтому тридцатого, как только Лон-Гор выпустил Элара из лазарета, они отправились туда в сопровождении Ружеро, задержавшегося специально для этого. Элли полетела на Рамерию вместе с Ирленом и Лем-Ро, зато вместе с Эларом и Мон-Со увязался Сор-Ан. Ружеро проводил их до подземного зала с зеркалами и скрылся в ближайшем коридоре, чтобы не мешать. Элар вошёл в зал и вгляделся в чёрную гладь. Он чуял, какое зеркало надо выбрать, но никак не мог решиться. — Не хотите посмотреть со мной? Сор-Ан шагнул ближе и встал за левым плечом Элара. Полковник тоже подошёл и кивнул, не произнося ни слова. Элар сжал ладонь в кулак и, разжав, впечатал в зеркало. Будь оно обычным, покрылось бы трещинами. Вместо этого в его глубине замелькали какие-то образы. Та самая комната. Кресло. Врачи и Верховный. Странно видеть его в лабораторном халате. Странно видеть себя со стороны. Жутко видеть себя в таком состоянии. Элар вновь ощутил разряд тока. — Я здесь. — Ты больше не там. И верно. Это лишь воспоминание. Что оно покажет? В лаборатории будто бы находился другой Элар, не капитан, а колдун. — Что ты знаешь о планах эсарийцев? — Готовятся теракты во всех крупных городах и на нескольких энергостанциях. — Подробности. И Элар рассказывал. Дата, время, место, предполагаемый урон, отряды… — А теперь забудь всё это. Смотри мне в глаза! Ты выдал своих сообщников. Ты всех предал. Ты виновен в гибели твоей семьи. Верховный довольно оскалился, и видение утонуло в зеркальной глади. Элар, настоящий Элар, стоял посреди тёмного зала между Сор-Аном и Мон-Со. Комэск чуть заметно улыбался, а Сестра смотрел встревоженно. — Как ты? — Не знаю. Это жутко, но почему-то даже смешно. — Всё в порядке, Элар, — сказал комэск, положив руку ему на плечо. — Рискну предположить, что по вашей наводке два конклава сцепятся и никто не будет нам мешать. Или мы как минимум избавимся от одной из проблем. — Вы думаете? — Сор-Ан нахмурился. — А мы не сможем привлечь эсарийцев на свою сторону? — Нет. В Бассании я заглянул в архив и перечитал газеты за последние годы до. Эсарийцы — это арзакские националисты. Идеологи… скажем так, обратной ситуации. Я даже не знаю, как это назвать. — Назвать! Это даже представить трудно! — заметил Сор-Ан. — Идёмте обратно. Ближайший выход из пещеры находился примерно в часе пути от Ранавира. Ещё минут двадцать они потратили на отдых, пока привыкали к дневному свету. Мон-Со в это время рассматривал кинжал. Хорошая, несмотря на возраст, сталь. Рукоять, выточенная из неизвестного серебристого камня. Навершие в виде головы сокола. Гравировка с именем на лезвии. Длина клинка около тридцати саен — если бы не форма, можно было бы принять его за короткий меч Эпохи раннего государства. М-да, близнецовская библиотека всё-таки была полезна. Этот кинжал Элар нашёл на могильной статуе Манрея мен Дилианта. Вытащить его сам не смог, а вот у Мон-Со получилось. По-хорошему, клинок надо было вернуть статуе, но комэск порезал о него руку. По старой примете это означало, что кинжал теперь его. Элар тогда почувствовал, что всё правильно, а недавно выяснилось, что Ланат ищет какой-то клинок, спрятанный в Ранавире. Значит, кинжал был не просто железякой. Интересно, что в нём такого? Сегодня Элар попросил Мон-Со взять кинжал с собой. Он сам не осознавал зачем. Однако по возвращении понял: для боя. На Ранавир напали. Пришлось вступиться за своих. Мон-Со пробил кому-то горло, Элар своего противника лишь оглушил — порезанная нога подвела. Однако Сор-Ан помог — обезвредил тех, кто остался. Из замка тут же прибежали Камир, Арнис и Рен-Сай с разбитым носом. Семнадцатый кинулся к брату. Рин-Сай выглядел невредимым, но вставать не торопился. — В него какой-то зелёной вспышкой попали, — подсказал Сион. — Ланат обезврежен, — одновременно с ним заявил Арнис. — Ваэри ему… вломила, в общем. — Нилиро сдался сам, — доложил Рен-Сай. — Я его в шкафу запер. Говорит, что не эсариец. — Разберёмся, — кивнул Мон-Со. — Там «Квезаль» вернулся. Я, когда о нападении сообщал, смог до Ильсора докричаться. Он сказал их в Озёрный край отправить. — Это дом Элли, — пояснил Элар. — И у меня есть подозрение, что Ранавир лучше переселить туда, — сказала сама колдунья, появившись рядом. — Если сюда попали эсарийцы, то и второй конклав сможет. А Озёрный край — ненаходимый, туда можно только с моего разрешения попасть. — Вы самолёты украли? — поинтересовался Мон-Со, явно обдумывая предложение. — Они уже там. — Отлично. Итак, приводим всех в порядок и переезжаем. Элли, можете узнать, когда Лио-Лай и прочие закончат? — Конечно. — Элли стукнула каблуками и исчезла.