Правила существуют… чтобы их нарушать!

      С момента начала спора прошла уже целая неделя. И на протяжении всех этих дней Вэй Ин виделся с Цзян Чэном исключительно на занятиях — всё остальное время он проводил либо в компании Ванцзи, болтая обо всем и изводя адептов ордена Лань напоминаниями о правилах, либо… спал в отведённые для сна часы, изо всех сил стараясь привыкнуть к дурному режиму Облачных Глубин. Да, это давалось ему тяжело, но определённо стоило минут, проведённых вместе со Вторым Нефритом. Он старался не обращать внимания на недовольные взгляды шиди, все его злобные ругательства и попытки ткнуть локтём под рёбра или отвесить подзатыльник: общество Лань Чжаня было во много раз интереснее, чем очередные нотации и рассуждения о том, что Усянь позорил весь орден Цзян своим поведением. В конце концов, если верить Цзян Чэну, любое слово или действие Усяня позорило их орден вне зависимости от его намерений и итогового результата. Так что… одним якобы постыдным поступком больше, одним меньше… Невелика разница… — И как долго ты собираешься раздражать Лань Ванцзи своим дурным поведением? — хмуро поинтересовался Цзян Ваньинь, всё-таки отловив названного брата после занятий. — Вообще-то, мы с Лань Чжанем друзья! — возразил Вэй Ин, вырвав руку из чужой хватки. Слушать очередные гадости не хотелось. — Поумерь свою фантазию, — закатил глаза Цзян Чэн. — Всю последнюю неделю ты только и делаешь, что раздражаешь всех и каждого в ордене Лань! — недовольно воскликнул он. — Лань Чжань! — крикнул Усянь, заметив Второго Нефрита, ожидавшего в стороне. — Скажи, разве я тебя раздражаю? — Нет, — без каких-либо эмоций на лице отозвался Ванцзи, мгновенно принимая сторону друга. Однако его хмурый взгляд заставил Цзян Чэна поёжиться. — Вот видишь! — усмехнулся Вэй Ин, победно глядя на Ваньиня. Впрочем, он быстро переключил всё внимание на Ванцзи. — Идём? — поинтересовался он и, получив в ответ кивок, ухватил Лань Чжаня за руку и потянул в сторону их секретного места. Последние два дня они провели именно там: Усянь беспечно болтал обо всём подряд, Второй Нефрит практиковал музыкальные техники ордена Лань. И всё это под тёплым солнцем и лёгким ветерком. Оба ощущали уют и спокойствие благодаря подобному времяпрепровождению. Цзян Чэн, глядя им вслед, лишь тяжело вздохнул и закатил глаза. — Ведёт себя, как влюбленная дева, — покачал головой он, внутренне негодуя из-за поведения названного брата. И не только его. – Ещё бы замуж его позвал! Всё-таки… Как же сильно эти двое его раздражали! Вместе они бесили даже больше, чем по одиночке.        Оставшись наедине, заклинатели удобно расположились на знакомой поляне вдали от чужих глаз. — Ты видел лицо этого Су Шэ, когда я напомнил, что запрещено вести себя высокомерно? — беззаботно рассмеялся Усянь, вспоминая адепта, которого они повстречали по пути. Тот походил на карикатурную копию Второго Нефрита, что не могло не забавлять. — Мгм, — согласился Ванцзи, достав гуцинь. — Забавно же было, да? — Мгм. — Лань Чжань, с тобой так весело! — широко улыбнулся Усянь, говоря абсолютно искренне. Он и не подозревал, что ему могло быть настолько комфортно с кем-то вроде Второго Нефрита. — А я… правда не напрягаю тебя? — осторожно спросил он, вспомнив ворчание Цзян Чэна. — Мгм. — А ты помнишь, что обсуждать других запрещено, и мы сейчас бесстыдно нарушаем правила? — Мгм.       Усянь подозревал, что рано или поздно даже у адептов самого праведного ордена закончится терпение. Правда, учитывая репутацию Гусу Лань, он искренне полагал, что его выходку с правилами будут терпеть месяц, а то и два. Реальность доказала, что обитателей Облачных Глубин хватило на полторы недели. Не так уж и много смирения осталось в «праведных» заклинателях… Поэтому юноша не удивился, когда учитель Лань и Первый Нефрит вызвали их с Ванцзи на серьёзный разговор. В отличие от занятий его невозможно было прогулять… И вновь они находились в той же отдалённой беседке, однако на сей раз никто не прятался в кустах, подслушивая чужие разговоры. Усянь ощущал какой-то смутный подвох, но не мог понять, в чём он заключался. Знал, что его будут ругать, но искренне недоумевал, в чём причина. Верил, что снова найдётся повод для веселья, но не был уверен в последствиях… — Молодой господин Вэй, наши адепты уже начинают бояться вас, — сразу перешёл к делу Сичэнь, едва с приветствием было покончено, и все расположились за столом. Сказанное звучало довольно абсурдно: в конце концов, не Вэй Ин придумал бесчисленные запреты. И не он назначал наказания за их нарушение. — Разве моя вина в том, что они не соблюдают ваши же правила? — легко пожал плечами юноша. — За эти дни я не встретил никого, кто бы неукоснительно соблюдал их. — Ванцзи — образец для подражания, он никогда не нарушал правила, — гордо заметил Лань Цижэнь, пока Второй Нефрит разливал всем жасминовый чай. Будто и не было недавнего инцидента в этой самой беседке. Вэй Ин, возможно, и хотел бы сказать, что благочестивый Нефрит их ещё как нарушал: подглядывал же он совсем недавно за братом и дядей, обсуждал других, спорил, но вовремя прикусил язык, опасаясь, что Старик назначит другу какое-нибудь несправедливое наказание. Этого он точно не желал, потому решил смолчать. — Нарушал, — без каких-либо видимых эмоций ответил Ванцзи, не видевший смысла скрывать очевидное. Усянь, удивлённо уставился на него. — Неправда! Если ты делал это из-за меня, то не считается! — возмущенно воскликнул он, недовольно глядя на друга. — Мальчишка! — раздраженно проговорил Лань Цижэнь, привычно начиная закипать и злиться. — Дядя, молодой господин Вэй, прошу вас, успокойтесь, — стараясь разрядит обстановку произнес Сичэнь, не слишком довольный тем, что. — Мы здесь не для ссоры. А для того, чтобы прийти к компромиссу… — Тогда не… — начал было Усянь, желая защитить друга, но оказался прерван. — Вэй Ин! – предупреждающе воскликнул Ванцзи, опасаясь очередной провокации. Переведя взгляд на Второго Нефрита, юный заклинатель невольно хихикнул. Ему показалось, что чужая лобная лента слегка съехала. Чуть-чуть, всего на пару миллиметров, почти незаметных для взгляда, но всё-таки… Они достаточно много времени провели вместе, чтобы подмечать подобные нюансы. — Лань Чжань, у тебя же… — Усянь бездумно потянулся к чужой ленте рукой, мгновенно развязывая её. Знал же, как она важна для друга. — … лента.. Дай поправлю… — Вэй Ин! Названный заклинатель так и замер с лентой в руках, поймав на себе два удивлённых взгляда и один очень гневный, обещающий все муки Диюйя. Вэй Усянь сжимал в ладони налобную ленту Лань Ванцзи и с задорной улыбкой смотрел на него, силясь игнорировать реакцию остальных присутствующих. Однако видя шок, застывший в светлых глазах, тонко сжатые губы и подрагивающие кончики пальцев, юноша заметно сник. Улыбка из весёлой превратилась в смущённо-виноватую. – ВЭЙ УСЯНЬ! – разгневанно воскликнул Лань Цижэнь, наблюдавший за этой сценой и с каждой секундой раздражающийся всё сильнее. – Как ты посмел?! – Я… Я… – запнулся заклинатель, впервые в жизни не найдясь с ответом. Он желал лишь помочь , возможно, слегка подшутить над приятелем, но никак не оскорбить его. – Лань Чжань! – беспомощно произнёс он, протягивая ленту владельцу. – Вот, возьми... Прости, я… — бормотал он. – Вэй Ин, – перебил его Лань Ванцзи, сумев взять себя в руки. Он смотрел на злостного нарушителя правил серьёзно, но… было что-то на дне его глаз такое, что невольно вызывало опасения. Какая-то необычная эмоция, подозрительно схожая с ликованием. – Что написано в правилах о наших лобных лентах? Усянь нахмурился, напрягая память. На протяжении нескольких дней он изводил все Облачные Глубины, постоянно напоминая их же правила, но сегодня, именно в это мгновение, все они, как назло, напрочь вылетели из его дырявой головы, вынуждая ощущать неловкость. Лань Сичэнь прикрывал лицо рукавом, пряча от дяди улыбку и с трудом сдерживая смех из-за нелепой ловушки, в которую сам себя загнал ученик ордена Цзян. События складывались наилучшим образом, что не могло не радовать. – Налобная лента символизирует праведность, – начал Вэй Ин под одобрительные кивки двух Нефритов. – И означает, «держи себя в узде», – продолжил заклинатель, опустив взгляд на ленту, которую у него так и не забрали обратно. – Снять её можно только… — он сглотнул, наконец в полной мере осознавая ситуацию, — … в присутствии спутника на тропе самосовершенствования, – тише продолжил Усянь, понимая, как сильно опозорил Второго Нефрита на глазах его брата и дяди. Утешало лишь то, что это не произошло публично. На каком-нибудь крупном состязании или совете кланов, например. Такой исход был бы во много раз хуже. – Касаться налобной ленты могут только родители, жена и дети, – закончил Усянь перечислять все правила, связанные с лентами, которые смог припомнить. – Молодой господин Вэй, – Лань Сичэнь наконец опустил руку от лица, справившись с весельем. – Вы коснулись ленты Ванцзи, не являясь ему никем из вышеперечисленных родственников, тем самым оскорбили его честь и навлекли на него позор. Разве сможет он после этого предложить свою ленту какой-нибудь деве? – с наигранной грустью поинтересовался он, намеренно вызывая чужое чувство вины. – Он просто не посмеет признаться в любви кому-то после того, как вы его опорочили… – Да-да, негодный мальчишка! – кивнул Лань Цижэнь, поглаживая свою бородку. – Испортил моего лучшего ученика! – заметил он, невольно поддерживая племянников. – Но… я же… – попытался оправдаться юноша, растерянно глядя на трёх заклинателей и опустив руку с по-прежнему зажатой в ней с лентой. Происходящее явно перестало походить на банальный розыгрыш. – И есть лишь один способ избавить Ванцзи от позора, – лукаво улыбнулся Первый Нефрит, бросив мимолётный взгляд на внешне бесстрастного брата, внутри которого в тот момент бушевало дикое пламя ликования, радости, страха и предвкушения. – Какой? – тут же обрадовался Усянь, не до конца понимая, на что же ему намекал старший из братьев. – Я на всё согласен! – выпалил он, не задумываясь о последствиях и мгновенно попадая в расставленные Нефритами сети. – Свадьба, Вэй Ин, – спокойно произнёс Лань Чжань, приблизившись и начав аккуратно повязывать ленту на запястье шокированного возлюбленного. – Но… Мы же оба мужчины! – ЧТО?! Вэй Усянь и Лань Цижэнь вскрикнули настолько синхронно, что Лань Сичэнь вновь с трудом сдержал смех. А вот довольную улыбку спрятать не смог. Он обещал младшему брату позаботиться о его счастье, и успешно выполнял своё обещание. – Молодой господин Вэй, об этом вам стоило подумать до того, как вы сорвали ленту с моего брата, – заметил он и перевёл взгляд на старшего родственника. – Дядя, не стоит так переживать. Уверен, проживание в Гусу пойдёт молодому господину Вэю на пользу, и он станет гораздо осмотрительнее, – миролюбиво проговорил Первый Нефрит, наблюдая за довольным братом и пышущим от гнева дядей. – Мы сегодня же направим брачные письма в орден Цзян. И организуем церемонию в максимально короткие сроки. – Нужно срочно ввести новое правило, запрещающее Вэй Усяня на территории Облачных Глубин! – Лань Цижэнь так сильно дёрнул свою бородку, что невольно вырвал несколько волосков и поморщился от боли. Озвученная перспектива его нисколько не устраивала, но оба Нефрита полагали, что это проблема исключительно их старшего родственника. – Ты не можешь запретить моего мужа, дядя, – невозмутимо отозвался Лань Ванцзи и, взяв опешившего Усяня за руку с повязанной лентой, потянул его за собой, под тихий смех всё-таки не сдержавшегося брата и яростные возгласы дяди. – Лань Чжань, ты же это несерьёзно, да? – непривычно робко поинтересовался Вэй Ин, послушно следуя за другом и силясь переварить свалившееся на него. По всему выходило, что он сам себя загнал в западню, позабыв о домашних правилах ордена Гусу Лань и невольно нарушив одно из важнейших. И теперь ему действительно оставалось лишь согласиться на свадьбу, чтобы сохранить честь и достоинство друга. – С таким не шутят, – покачал головой Ванцзи, сделав мысленную пометку поблагодарить брата за то, как тот ловко вывернул неловкую ситуацию и поспособствовал свадьбе, о которой недавно заклинатель и мечтать не смел. Возможно, если бы не недоразумение с лентой и помощь Сичэня, он бы ещё много лет не решался признаться возлюбленному в своих чувствах, молча сгорая в своей любви. – Может, все вокруг и нарушают правила, но… если уж делаешь это, будь готов к последствиям, Вэй Ин. – Если последствия всегда будут такими, я готов нарушить хоть каждое правило в Гусу, – рассмеялся Усянь, прижимаясь к жениху и лукаво глядя на него. Он пока не верил в серьёзность ситуации, но совсем скоро ему предстояло окончательно убедиться в том, что братья Лань слов на ветер не бросали. Однако не сейчас, а исключительно в отдалённой перспективе. – Но… Кажется, наш спор я всё равно выиграл. Значит, ты позволишь мне принести Улыбку Императора на территорию Облачных Глубин? — Мгм. На свадьбу.