The red-haired liar

— Эй, если ты сейчас не встанешь, то мы опять пропустим завтрак, — возмущённый и знакомый голос вынудил девушку приоткрыть глаза. Сначала взгляд пробежал по всему, что можно было увидеть: чёрные стены, потолок, абсолютно однотонные, будто в каком то паршивом подвале. Ей отчаянно захотелось закрыть глаза и вернуться обратно в безмятежность, но страх и непонимание местонахождения не давали этого сделать. Страшно. Чёрт. Паника нарастала и не давала адекватно мыслить. На автомате прикусив язык она поморщилась от боли. Судорожный вздох, и челюсти девушки сжались. Больно, как же больно, язык будто пропустили через мясорубку. Потолок. Грёбанный чёрный потолок и чёртовы чёрные стены. Сон как рукой сняло. Конечно, положение, в котором была Нел, осложняло осмотр территории, но осматривать то уже было нечего. Она всё узнала. Да и где ещё могут быть эти отвратные стены? Конечно же, только в «Вороньем гнезде», в котором оказываются никому не нужные, но полезные блестяшки. — А побыстрее никак? Завтрак никто не отменял, — раздражённый тон, преследовавший её изо дня в день, уже порядком достал Нел. Каждый день одно и то же, словно Сара обязана её ждать, и именно она причина всех её бед, но это же не проблемы Нел, что её сюда отправили? — Тебя никто не заставляет ждать, вперёд и с песней, — Нел даже не взглянула на неё, всё было слишком предсказуемо. Наверняка она сейчас стояла у стены, сложив руки на груди и прислонилась спиной к твёрдой поверхности позади. Попытки принять сидячее положение увенчались успехом в виде появления звёздочек в глазах и пронзающей тело боли. Не ожидая таких последствий наказания, изо рта вылетел болезненный стон, а лицо искривилось. Хах, знатно этот уёбок постарался. Рёбра вроде не сломаны, но какая разница? Верно, Нел, никакой. Надо бы вернуть ему должок за это. Неожиданно врезать клюшкой в ноги, или сразу череп проломить? А может в руку зарядить? Мда, второй вариант определённо лучше, но Нату достанется тоже, так что придётся отложить. Чёрт. Как же… больно. Так, фух… соберись. Встала и пошла. Просто же? Конечно просто, если не принимать во внимание все повреждения. А теперь завтрак, руки сжала и пошла. Раз. Два. Три! С большим усилием ей удалось подняться с кровати, бельё которой, к слову, было таким же чёрным, как в общем то и всё в этой проклятой комнате. — До конца завтрака? — 20 минут. Сара стояла прислонившись спиной к стене, и, сложа руки на груди, посмотрела на меня. Всё время пока я пыталась переодеться она наблюдала, ничего не говоря и не делая. Раздражает. Но как же иронично, всё-таки я была права насчёт её позы. Прошло от силы минут 10, после чего мы поторопились на завтрак. Каждый шаг ощущался так, словно ты ходишь по битому стеклу голыми ногами. Большая часть движений получались скованными и неуклюжими, хоть это не очень бросалось в глаза, но всё же, если присмотреться, было видно: прихрамывания, небольшие остановки, потерянный взгляд и недовольное выражение лица. В голове так вообще играла целая рок группа, басы которой приходились вибрациями в висках. Во время небольших остановок, её соседка — Сара — замедлялась, подстраиваясь под Нел, а руки начинали нервно теребить ткань штанов. Сама девушка даже и не замечала этого, видимо это был её способ переживать стресс. Мы уже подходили к столовой как послышался мужской голос. — Хей, ты как? — руки парня подстроились рядом с плечами, аккуратно подстраховывая, но придерживая дистанцию — это всё было на случай, если девушка не удержится на ногах. — Всё в порядке, правда, немного царапин, а так я себя отлично чувствую, вы как, Жан? — она попыталась выдавить из себя улыбку, но та получилась измученной. — Всё так же врёт и не краснеет, видимо это у вас семейное, да, Нат? — Bien sûr, le sucre, — из-за высокого роста Жана, Натаниэля, стоявшего позади до этого момента, видно не было. Нел рассмеялась, придерживая живот, дабы было не так больно. — Я вижу, что у вас тоже всё хорошо, — она перевела внимание с Натаниэля на Жана, — Сахарок, он же ничего импульсивного не сделал? — она также спародировала Натаниэля, обращаясь к Жану «Сахарок». — Нуу… Ничего такого, если не считать… — закончить рассказ ему не дал Натаниэль, начавший на тон выше что-то нервно рассказывать. — Да ничего такого, ты же меня знаешь! Мы вот например сегодня спали и уже поели, а потом нам… — Ну-ка, стоп. Жааан, что он уже успел сделать? — точно что-то случилось, этот напряжённый, словно туго натянутая верёвка, тон, не предвещал ничего хорошего. — Je t'ai dit d'agir comme d'habitude! Jean, tu n'es pas un acteur. — Diable! Ce n'est pas de ma faute, elle te connaît bien, et surtout que tu te mêles constamment de quelque chose! — Почему у меня такое ощущение, что вы забыли, что я здесь стою. — Et bien sûr, je n'insinue rien, mais je sais aussi le français, le sucre. — Оу, чёрт.. и вправду, но не суть, вам надо на завтрак, пока время не вышло! — Жан усмехнулся от попыток Натаниэля отвлечь внимание от той темы. — Нам конечно надо на завтрак, но не думай, что это освободит тебя от разговора. — Обязательно, — парень довольно хлопнул по плечу друга, стоящего рядом и, попрощавшись, отправился дальше по коридору. По пути мы разделились, они пошли в раздевалку, а мы прошли в помещение, которое называлось «столовая» и двинулись к раздаче. Ничего особенного не выдали: тарелка гречи, небольшой салат и нарезанные фрукты, точнее яблоки. Оба Веснински их очень любили. Но, если учитывать уже временем проверенные доводы Натаниэля, что в обычные дни на завтрак бывает овсяная или любая другая каша, с выбором на тарелочку нарезанных яблок или простого винограда с водой, то в дни, когда настроение у Рико с Тетсуи испорчено, выдавали именно гречу. Он не видел здесь сути, но связь нашёл. Также не всегда в набор входил салат, а раз сейчас он был, значит всё не так плохо, как могло бы быть. — Зачем ты это сделала? — Нел оторвалась от поедания яблок. — Ты, я ещё раз повторяю, зачем ты это сделала? — Сара ткнула пальцем в сторону Нел. — Что именно? Я много чего делаю, по твоим словам, — всё время Неллиан старалась не делать лишних движений, чтобы швы случаем не разошлись раньше времени, но такой разговор побудил её поставить локти на стол и упереться о них лицом, будто бы показывая всё её отсутствие интереса к происходящему. — Ты знаешь. — Нет, не знаю. — Зачем ты, чёрт возьми, полезла к Рико? Хотя тебе же не нужна причина, ты просто мазохистка, — шатенка смотрела прямо в глаза девушки напротив, а пальцы начали отстукивать незнакомую мелодию. — А-а, ты про это. Так было нужно, — Нел не отвела взгляд и продолжила смотреть. Напряжение нарастало. — Даже не отрицаешь. Её брови приподнялись: — А тебя это переубедит? — Из-за тебя многих наказали, в том числе Натаниэля. Это уже не просто ваши игры. Это серьёзно, — в очередной раз Сара попыталась сделать упор на имя «Натаниэль», что часто срабатывало. — Здесь всё всегда было серьёзно, а если ты думала по другому, то поздравляю, ты настолько тупая, — разговор заходил в тупик, как и всегда. — Я на это не поведусь, не в этот раз. Если я настолько тупая, то зачем заступилась? — её кулак пришёлся на стол. По столовой разнёсся короткий грохот и некоторые обернулись посмотреть, что происходит. — Давай поговорим об этом позже, не тут, — резкий удар о стол был несвойственен обычному поведению Сары, поэтому Нел напряглась и стала перекладывать посуду на поднос. — Ну уж нет! Сара вскочила из-за стола, подбежала к стороне Нел, и, уперевшись рукой о стол, заговорила на повышенных тонах: — Ты постоянно что-то недоговариваешь, врёшь, даже тогда, когда настолько очевидно, что это неправда, и ты постоянно пытаешься настроить меня против себя! Зачем ты это делаешь? — голос надорвался от крика. Он был слышен по всему помещению. — Сара, сядь и успокойся. Своими криками ты только привлекла лишнее внимание, и сама же говорила, у нас осталось мало времени. — Я не могу это терпеть, почему ты это делаешь? Я же вижу, ты пытаешься защитить и Натаниэля, и Жана, и меня. Так почему ты настраиваешь меня против себя? — она присела на свободный стул рядом и посмотрела на Нел. Веснински в ответ вяло поднялась со стула и, взяв поднос, направилась в сторону угла, в котором находилось большинство грязной посуды. — Ты меня вообще слушаешь? Та обернулась и просто несколько секунд смотрела на собеседницу, после чего, как ни в чём не бывало, пошла дальше. Сара быстро схватила пустую тарелку и переставила на поднос. Быстрым шагом она поторопилась за Неллианой, одновременно стараясь не уронить посуду. Со стороны это могло напоминать простую дружескую ссору, которая в итоге исчезнет из-за простого разговора. На самом деле всё было намного маштабнее — это был не просто спор, где подруги поругались из-за разных игр или предпочтений в кино. Это была ссора не друзей, скорее соседок по комнате, что лишь изредка общались, а причиной стали разные мнения и способы выживания в таком жутком месте, как «Воронье гнездо». Здесь не было никаких действующих законов, только правила, установленные «начальством». Здесь не было поблажек, каникул, перерывов для восстановления физического или морального состояния. Зато здесь присутствовали все виды унижений, оскорблений, насилия и даже пыток. — Вы опоздали, — он повернулся в нашу сторону, — На 10 минут. Натаниэль негромко обратился к Жану, подойдя поближе перед этим: — Je me demande pourquoi? — Нат, не сейчас, — Жан умоляюще посмотрел на друга. — Просим прощения, господин, — Сара склонила голову перед Рико, она уже давно сдалась, смысла сопротивляться не было, так же только хуже, но почему-то Веснински постоянно это делали, кто же они, если не мазохисты? По своей воле стремиться получить боль? Или это было что-то другое? На это ответа у шатенки не было. — Ничего не хочешь сказать, Четыре? Я сжала зубы. Глаза остались смотреть на Мориярму. Оригинального ответа на этот вопрос не предполагалось, надо было лишь сказать то, что он хочет и перетерпеть это, снова. Меня порядком достал этот цирк, который Рико каждый раз, так стремится устроить. Внутри будто бушевал огонь, в буквальном смысле! Чувствовалось так, словно разрывает на мелкие кусочки, а ссора с Сарой перед этим только подлила масла в огонь. Терпение и только. Просто перетерпеть. — Нет, не хочу. — А жаль… я так надеялся услышать, что ты одумалась, — по его лицу расползлась надменная ухмылка, подбородок приподнялся вверх, а глаза сощурились, он хотел показать всё своё могущество и величие, но со стороны это выглядело смешно. Пульс участился. Всё тело горело. Меня разрывало от желания врезать ему по морде. Он выглядит нелепо, просто нелепо. Уёбище. Все чувства обострились. Именно гнев всегда давал, стремительно идущую, дорогу вниз. Гнев был её слабостью. Почти все наказания давались из-за её неумения контролировать свой гнев. И сейчас она теряла над собой контроль. Последнее наказание возможно вот-вот повторится, в любом случае, это было не самым страшным для неё, ведь боль была их с Натом спутником с самого детства. Тело само двинулось навстречу Рико. Скорее всего большинство швов уже разошлись, так что смысла беречь себя нет. Девушка совсем не понимала, что делает. Помочь ей могло только чудо.