Маскарад

      Сэй заглянула в окно: дождь шел сплошной стеной и не думал прекращаться, в ближайшие два часа уж точно. Сэй широко зевнула и уронила голову на руки, на секунду прикрыв глаза. В такую погоду ее сильно клонило в сон. Чонгук обещал принести с кухни что-нибудь вкусненькое, вообще, они планировали болтать весь вечер ни о чем и обо всем, как это водится у парочек, а потом лечь спать.       — Ты уже спишь? — Чонгук прикрыл за собой дверь, тихонечко, чтобы не потревожить Сэй. Она подняла голову и уставшими глазами посмотрела на него.       — Ты же знаешь, я не переношу дождь, — захныкала она, принимая из его рук чашку с чем-то горячим, кажется, это было какао. Сэй сделала глоток и от наслаждения закатила глаза, какао — то, что надо, чтобы согреться в такую промозглую погоду.       — Может поиграем? — предложил Чонгук, подмигнув.       — Во что?       — Как мы любим, в шашки? — Чонгук положил доску на кровать и позвал Сэй. Она еще отпила какао и села напротив него, устраиваясь поудобнее, накрыла ноги шерстяным пледом.       — Не интересно! — категорично заявила Сэй. — Давай придумаем задания. Например, после каждой «съеденной» шашки проигравший будет… — Сэй думала, почесывая пальцами лоб. — Будет…       — Будет целовать победителя, — сказал Чонгук со смешинками в голосе. — Как тебе такое задание?       Сэй зарумянилась, но кивнула. Она все никак не могла привыкнуть, что теперь так много времени проводит во дворце вместе с Чонгуком, которого любит всем сердцем. Чонгук всегда целовал ее: при встрече и когда они расставались, и даже когда они гуляли по городу, он не упускал возможности невзначай коснуться губами ее щеки или волос. А еще он очень любил обнимать ее, долго-долго удерживая в объятиях, тогда Сэй окутывал его едва уловимый аромат моря, свежести и мяты. Чонгук целовал ее шею и плечи…       — Сэй? — Чонгук уже заждался ее, а Сэй все витала в облаках.       Он взял ее лицо в прохладные ладони и заглянул в блестящие фиалковые глаза. Мысль о том, что Сэй его девушка, его и ничья больше, сносила ему крышу. Он готов был на все, чтобы сделать ее самой счастливой на свете. А сейчас он просто хотел поиграть в шашки, чтобы угадать момент и снова коснуться ее кожи губами.       — Я могу начать целовать тебя прямо сейчас, — шепнул он у ее губ. От его слов Сэй стала красная, как спелая черешня. Сэй выпуталась из его рук и принялась расставлять шашки на доску, не смотря на Чонгука.       — Ты намекаешь на то, что будешь специально мне поддаваться? Нет уж! Играем по-настоящему, — заявила она, поставив последнюю шашку с громким стуком.       — Мне ж лучше, — хитро улыбнулся Чонгук, мысленно потирая ладони. — Ну что, начнем.       Он сдвинул свою черную шашку на одну клетку по диагонали, и, усмехнувшись, глянул на Сэй, мол, твой ход. У Сэй не было выбора, как «съесть» его шашку, что она и сделала, и после этого получила теплый поцелуй в левую щеку. Сегодня от Чонгука пахло сладкими ландышами, Сэй невольно вздохнула от удовольствия. Затем Чонгук «съел» ее шашку, и Сэй пришлось тянуться к нему, чтобы поцеловать в ответ. Она легонько чмокнула его в лоб.       — Главное, чтобы твой отец не застал нас врасплох, — пробормотала она.       — Его сегодня нет во дворце, а моя мама вряд ли сюда зайдет. Ты ж ее знаешь, — Чонгук покосился на дверь. Он мог и запереть ее, но волноваться действительно было незачем. Шварца никогда не мешала молодым наслаждаться обществом друг друга, а если уж приходила, то непременно стучалась, прежде чем войти.       Следующим ходом Чонгук переставил шашку, но та не попала под нападение. Сэй выбрала шашку подальше от шашек Чонгука. Но через несколько ходов Чонгук смел сразу две ее шашки и сидел довольный некуда, потому что Сэй должна была наградить его двумя поцелуями. Она придвинулась к его лицу, это взволновало Чонгука, но волнение было приятным: ему нравилось чувствовать дыхание Сэй на свой щеке или шее… Сэй поцеловала его в ключицу, а потом в уголок губ, задержавшись подольше. Чонгук еле удержался, чтобы не повернуть голову немного в сторону, чтобы крепко поцеловать ее в губы. Он уже хотел, чтобы Сэй поймала парочку его шашек, уж тогда он отхватил бы свое по полной. Но в другой ход ему тоже не повезло, а Сэй была слишком робкой, чтобы поцеловать его так, как он хотел. Она скорее поцеловала бы его в щеку и остановилась на этом.       — Сэй?       — Чего?       — Поцелуй меня в губы, — попросил он охрипшим голосом, полным непреодолимого желания. При слове «губы», взгляд Сэй сразу же упал на них. Уголки растянулись в лёгкой улыбке, Чонгук приоткрыл рот, когда Сэй оказалась возле него.       — Если боишься, я могу сам, — прошептал он, касаясь ее губ, которые были слишком близко. Сэй зажмурила глаза и подалась вперед, накрывая его губы своими, а Чонгук обхватил одной рукой ее затылок, и прижал ее к себе вплотную. Он проник языком в ее рот, углубляя поцелуй, а потом резко отпустил Сэй. Она взглянула на него с намерением продолжить и смахнула на пол доску вместе с шашками, навалилась на Чонгука всем телом, чтобы вновь прильнуть к его губам. То, что делал с ней Чонгук было не описать словами. Он дарил ей не просто любовь, он дарил нечто большее: настоящее единение душ. Любовь — просто слово, которое не могло выразить всех тех чувств, которые испытывала Сэй рядом с Чонгуком. Она и таяла от его прикосновений, и приходила в восторг от его нежных слов и купалась в его ласке день ото дня. И так не хотелось, чтобы это когда-то кончилось…       Чонгук закутал Сэй в плед, и усадил рядом с собой, приобняв ее за плечо. Его опухшие губы приятно кололо от поцелуев.       — Не знал, что ты так хорошо целуешься, — съехидничал он и пригладил ее взлохмаченные волосы. Сэй пнула его в голень, Чонгук отвел взгляд, поморщившись от боли. — Я же пошутил… Ты всегда-всегда хорошо целуешься. Мне очень нравится, — последнее он произнёс ей в самое ухо и не удержался, легко поцеловав Сэй в висок. — Ты такая милая, когда делаешь вид, что чем-то недовольна. Так и хочется… — Сэй заткнула ему рот ладонями, громко шикнув.       — Ты ничего не слышал? — пролепетала она в страхе, а Чонгук отрицательно покачал головой. —Только что кто-то стучался в дверь.       Она с неохотой выбралась из его объятий и подобралась к двери на носочках, подставила к ней ухо. Стук больше не повторялся, тогда Сэй смело дёрнула за ручку, ожидая увидеть кого угодно, но не большую, прям с нее ростом, коробку.       — Это что еще такое? — Чонгук недоверчиво покосился на коробку цвета охры, перевязанную сиреневый лентой, явно намекавший на цвет глаз Сэй.       — Интересно, от кого подарок? — сказала Сэй, двинувшись к коробке, однако Чонгук удержал ее за локоть.       — Не торопись. Вдруг это ловушка, — с сомнением проговорил он.       — Да брось! Какие ловушки? Черного Стражника давно нет, все в порядке.       Сбоку на коробке висела бумажка. Сэй отцепила ее и прочитала вслух.       Гуки, это подарок для тебя и Сэй. Подумайте прежде чем надевать на себя.       От Чимина       — Хмм… Что он удумал? — Чонгук обошел коробку со всех сторон, внимательно осматривая ее.       — Не проще ее открыть? — хихикнула Сэй от бузумно серьезного лица Чонгука, которое мог сделать только он.       — Ты права.       Он затащил коробку в комнату и развязал ленту. Открыв крышку, Сэй заглянула внутрь. Она сунула руки в коробку и вынула из нее короткую зимнюю шубку. Рукава и воротник были оторочены искрящимся серебристым мехом, а сама шубка была мягкого голубого оттенка. Сэй примерила ее и покрутилась перед зеркалом. Лицо Чонгука осенила улыбка облегчения.       — Хорошо, что это не ловушка. Тебе идет, — сказал он.       — Там еще что-то есть, — Сэй достала из коробки зимнюю куртку темно-синего цвета. Куртка была явно великовата для нее, поэтому Сэй передала ее Чонгуку со словами: — Это для тебя.       Чонгук с удовольствием примерил вещицу.       — Интересно, зачем Чимин прислал нам подарки? — спросила саму себя Сэй.       — Ну, он недавно начал встречаться с принцессой Норда, Вайс Винтер, может, хочет, чтобы мы к нему в гости нагрянули.       — Точно! — согласилась Сэй, теребя в руках записку от Чимина. — Чонгук, а ведь тут написано, «подумайте, прежде чем надевать на себя». А мы не подумали, — она испуганно посмотрела на Чонгука.       — Так. Спокойно. Пока ничего не произошло.       В тот же миг случилось вот что: вокруг них закружились снежинки, зеркальная оправа покрылась ледяной коркой, а в само зеркало дохнул мороз, нарисовав на нем необычайные узоры — ветки, покрытые снежной бахромой. Чонгук подул на руки, потому что стало холодно, и застегнул куртку. Сэй с любопытством осматривала зеркало, она никогда не видела снега, потому что в Лихте его попросту не было и уж тем более, не было снежных узоров. Сэй коснулась кончиками пальцев морозных веток и вскрикнула, когда ее рука утонула в зеркале, поверхность которого покрылась кругами, как на воде.       — Чонгук! — протяжно закричала она, не в силах вынуть руку, а он быстро схватил ее за другую ладонь.       Они рухнули прямо в пушистый снег. Жаль, Чимин не положил в коробку зимнюю обувь, она бы тут пригодилась, сейчас же на ребятах были летние туфли.       — Дааа. Надо внимательно следовать инструкциям, — сказал Чонгук, выбираясь из снега. Как только он встал, задел своей макушкой ветку, и тотчас же на него посыпался иней. Чонгук отвел ветку в сторону и протянул ладонь Сэй.       — Это и есть Норд?       — Выходит, что так, — Чонгук огляделся и цокнул языком. — Только мы явно далеко от города. Здесь лес кругом. Эх, Чимин…       — Чонгук, смотри, — Сэй увидела на снегу зимние сапоги: для нее и Чонгука. Наверно, упали вместе с ними. Натянув обувь, ребята двинулись по снегу, куда глаза глядят. Погода была свежая и морозная, ни намека на ветерок. Мороз щипал за нос и щеки, совсем чуть-чуть, будто игрался с ними. Чонгук крепко сжал ладонь Сэй, он шел впереди, время от времени смотря по сторонам.       — Ты когда-нибудь бывал здесь?       — Честно, я не помню. Может, когда был ребенком, — ответил Чонгук. — Странный у Чимина способ приглашать в гости.       — Угу.       И тут воздух наполнил звон колокольчиков, снег повалил крупными хлопьями, одежда ребят вмиг стала белой-белой, словно покрылась толстым слоем сахарной пудры. На ресницах, щеках, губах таяли снежинки, превращаясь в капельки воды. С неба прямо на них летела ледяная карета, с тройкой белоснежных лошадей. Она, словно пушинка, опустилась рядом с ними. Из ажурной дверцы вышел Чимин, одетый в пепельную шубу. Он был без шапки. В его волосах искрились звездочки снега.       — Ребята! — он замахал руками и побежал им навстречу. Его совсем не заботили сугробы, в которых то и дело тонули ноги, чуть ли не по самые щиколотки. На бегу он врезался в Чонгука, скрутив его в объятиях, и повалил на снег.       — Чимин, ты издеваешься? — выдал Чонгук, отряхиваясь от снега. — Что это за подарок такой? Даже не встретил нас! — посетовал он, косясь на друга. — Ладно, прощаю, — тут же добавил он уже спокойно. — В снег больше не вали. И так холодно.       — Привет, Сэй! — Чимин легонько сжал ее ладошку, улыбаясь ямочками на щеках. — Я так рад, что вы здесь. А, познакомьтесь, это Вайс.       К ним подошла настоящая красавица в тёплых колготках и коротком платье изумрудного цвета. На ней тоже была шубка, такая же как у Сэй, а на ногах меховые полусапожки с помпонами, в ее ушах сверкали кристаллики льда. Вайс поправила съехавшую на лоб круглую шапочку и протянула Сэй и Чонгуку варежки с вышивкой в виде ярких леденцов.       — Приятно познакомиться, — она скромно поклонилась. — Мы с Чимином недавно поженились…       — Чтооооо? — протянули в один голос Сэй и Чонгук, переглянувшись. Они давно так сильно не удивлялись чему-то. Новость о том, что Чимин уже женат на Вайс, огорошила их не на шутку.       — Хех. Простите, что не пригласил вас на свадьбу, — произнес Чимин, посмеиваясь. — Думал, что вряд ли вы захотите приезжать сюда. Тем более в день нашей свадьбы тут был лютый холод.       На Чонгука слова не возымели должного эффекта. Он подошел к Чимину и принялся в шутку колотить его.       — Ах ты! Еще друг называется!       — Чон Чонгук, прекрати! — Чимин с трудом вырвался из-под его ударов, отбежав в сторону. И тут они взорвались хохотом. Сэй и Вайс, наблюдая за ребятами, тоже не смогли удержать рвущихся наружу улыбок.       — Что у вас с Сэй? — осторожно поинтересовался Чимин, закрывая себя руками. — Дайте-ка угадаю. Мы вас опередили?       Чонгук удостоил его лишь кивком и тычком под ребра.       — Ну и ладно. У вас все еще впереди, — сказала Вайс, беря Сэй под руку. Сэй удивилась, руки у Вайс были теплыми, а не холодными, как она думала.       — А у вас везде так? Ну, снег лежит? — спросила она, озираясь по сторонам. Лес спал, укрытый снежным одеялом.       — Да, — ответила Вайс, забираясь в карету. — Норд — страна льда и снега.       Сэй взобралась по ступенькам вслед за ней и обернулась. Чимин и Чонгук, перепихиваясь, шагали в их сторону.       «Ну что за дурачки?» — подумала с улыбкой Сэй.       Через несколько минут они уже парили над землей, снежная тройка несла их в столицу Норда, которая называлась Айс. Город раскинулся под ними высокими домами, крыши которых были покрыты снеговыми шапками, высокие шпили в форме буквы «S» венчали каждый дом. В окнах горел приглушенный оранжевый свет, в кованых чугунных фонарях танцевали языки пламени, какие-то неживые, едва заметные. Они приземлились возле высокого дворца, по стенам которого тянулись вверх ледяные цветки: розы, увитые инеем, фиалки, окутанные серебром, и мелкие цветики, скованные морозом. Ребята покинули карету и зашагали к лестнице, ведущей к большой двери с двумя металлическими кольцами. Вайс дёрнула за одно из них и из-за двери выступили стражники. Они отвесили ей низкий поклон. Все это время Вайс не отпускала руки Сэй. Они вошли в огромную залу. С потолка спускались цветные фонарики. Сэй никак не могла понять, как они держатся в воздухе. Она взяла один фонарик в руки, оглядывая его со всех сторон, а фонарик вдруг вспорхнул и улетел к самому потолку, словно он был птичкой.       — Это заколдованные фонари, — пояснила Вайс. — Как только все они загорятся, наступит Новый год.       Сэй посчитала пальчиком фонарики, их было двенадцать. В двух еще не горел огонь.       — Фонарики начинают вспыхивать за двенадцать часов до Нового года. Двенадцать — число волшебных королевств.       В камине потрескивали дрова, пуская в воздух искры.       — Устраивайтесь поудобнее. После того как вспыхнет последний фонарик, вы можете загадать желание. Оно непременно сбудется.       Они просидели за столом, поедая всякие вкусности и болтая. Сэй узнала, что в Норде иногда бывает лето, правда, оно проходит почти незаметно для жителей: снег тает, а с веток соскальзывают капельки воды. Вечером ребята пошли на площадь и катались с горки на санях, а потом играли в снежки. Чонгуку так понравилось, что он перестал возмущаться, что ему холодно. После они вернулись в залу и наблюдали за последним фонариком. Стоило ему вспыхнуть, как все закрыли глаза, чтобы загадать заветное желание. Сэй загадала встретить свою маму.       Через неделю ее желание исполнилось.       — Ну что ж… Нам пора прощаться? — Вайс достала с полки голубую шкатулку. — Сэй, подарок тебе.       — Спасибо! — она благодарно улыбнулась и приоткрыла шкатулку. Внутри были красивые браслеты, кольца и серьги, сделанные из кристаллов льда.       — Они не растают. В кристаллах спрятана частичка ледяной магии, которая делает их устойчивыми к жарким температурам.       На улице Чонгука и Сэй уже ждала карета.       — Лошади вмиг домчат вас до Хелля, — заверила гостей Вайс и погладила одну из лошадей. — Обязательно пригласите нас на вашу свадьбу. Буду ждать весточку.       — Хорошо, — Сэй обняла Вайс, а потом Чимина. — А можно к вам еще приехать?       — Конечно, — кивнула Вайс. — И Чонгука с собой бери.       — Ну уж нет! Я замерз уже, — Чонгук топтался на месте, хлопая в ладоши.       — Это он так говорит, что ему понравилось, — прошептала Сэй. — Ну что же, до встречи!       — Пока!       Из окна кареты они еще долго смотрели на дорогих друзей, фигуры которых становились все менее отчетливыми, пока не превратились в две крохотные точки.       — Давай подумаем, когда будет наша свадьба, — неожиданно предложил Чонгук, беря Сэй за руки. — Может, первого сентября? А что, неплохой день… Начало осени.       — Ага. Это же твой день Рождения, — засмеялась Сэй. — Ну, если ты так хочешь, то я не против, — и она удивила Чонгука тем, что сама поцеловала его, как он хотел, крепко и сладко.