Ты отличаешься от других людей

      И единственное, что сейчас отвлекло ее от всего этого ужаса, был короткий и милый рингтон, раздавшийся на весь вестибюль от ее телефона. Трясущейся рукой достав телефон, Риса обнаруживает новое входящее сообщение от Мисаки.

«Беги».

      На это слово девушка смотрела до тех пор, пока экран телефона не потух автоматически. Чтобы здесь не происходило, но оставаться или идти к себе в квартиру — явно вариант не из лучших. Хотя бы Мисаки дала сигнал о том, что она, пока что, в порядке.       Риса поспешила к выходу. Вернее хотела поспешить. Ноги были, казалось, ватными, в них чувствовалась ноющая и раздражающая слабая боль, которая мешала ускорить темп. Кровь по телу пульсировала, а дыхание было неровным. Казалось, что вот она сделает еще один шаг и упадет на пол.       Или уже не казалось? Девушка выронила телефон из рук, который упал с треском недалеко от ее тела, лежащего на холодном полу вестибюля. Она сама не почувствовала как упала на пол. Не почувствовала, как начала терять сознание. Не почувствовала ничего.

***

      В этот день шел нескончаемый проливной дождь. Осень началась довольно резко, нехарактерно и холодно для всех горожан. Но не только такие странные перемены проходили в этот период. Кризис, бушующий на тот момент, застал врасплох множество компаний и предприятий страны. Все, что строилось годами, начало рушиться.       — ДА КАК ОНА ПОСМЕЛА! — женщина лет тридцати пнула дверь туалетной кабинки от злости, сжимая кулаки. Ее лицо было искривлено раздражением и ненавистью. Другие девушки-сотрудницы, так же находящиеся в женской уборной, боялись ее успокаивать, лишь грустно наблюдая за ее неадекватным поведением. Женщина резко сорвала бейджик со своего пиджака, бросив его в урну. — ДА КАК ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВАТЬСЯ ТАКИМИ СПОКОЙНЫМИ? ВАС ЖЕ УВОЛИЛИ. — Она резко повернулась к девушкам, наблюдавшими за ней, отчего те немного попятились назад.       — М-может, не стоит так остро реагировать? Я-ямашита-сама должно быть не имела другого выбора, в стране, как-никак, сложные времена… — одна из них попыталась все же переубедить бунтующую сотрудницу. — Тем более, ей куда тяжелее, будучи беременной и разгребая некоторые наши ошибки в отчетах, которые мы допустили недавно.       — А? — женщина продолжила кричать. — И куда же нас теперь возьмут? Беременная? У нее даже, блять, мужа нет. Она сама виновата в том, что происходит. НИКАК НЕ МЫ! — Она подошла к раковине, опустив голову, чтобы не смотреть в зеркало, и облокотилась на нее обеими руками. — Т-точно… Ямашита поплатится за это. За все свои действия. — Затем она неспешно повернула голову в сторону девиц, которых настигла та же участь, что и ее. Большинство сотрудников были уволены именно в этот злополучный день, так как кто-то ошибся в денежных отчетах на приличную сумму, но не стал сознаваться в этом. — У меня есть план. Я отомщу за то, как она поступила с нами. И вы, дуры, мне в этом поможете.       Она странно улыбнулась, все же посмотрев в зеркало. В отражении было оскорбленное лицо женщины, которая, как она считала, несправедливо попала под удар. Маленькие морщинки вокруг глаз и заплаканное лицо не придавали ей красоты. И только обезумевший взгляд, от которого девушкам рядом было сильно не по себе и от которого они боялись что-либо возразить, был признаком, что женщина далеко не в своем уме. Это было чем-то большим, чем обычная злость.       — Я буду ждать вас сегодня вечером. Только попробуйте не прийти. И. Достаньте и принесите мне черную кошку.       Она прошла мимо девиц, онемевших от представления. Но злость словно стала заразной. Как только женщина вышла, они какое-то время продолжили молчать, обдумывая нынешнюю ситуацию. А ведь и правда, оставшись в числе безработных сейчас, они не сразу найдут выход из своего положения.       — Ч-что она хочет сделать? И что она сделает с нами? — одна из них в страхе схватилась за голову, перебирая в голове различные сценарии того, что может произойти в той или иной ситуации.       — Ее чувства можно понять, давайте… сделаем как она просит, а потом разойдемся. И никогда не будем вспоминать об этом дне. — Девушка, которая вела диалог с женщиной ранее, пустым взглядом посмотрела на остальных. Она так же сняла с себя бейджик, а затем покинула всех. — В этом мире все должны получить по заслугам.

«‎Молите бакэ-нэко о помощи в этой кромешной несправедливости.»

***

      Риса проснулась от странного сна. Проснулась, на удивление в постели, полуприкрытыми глазами смотря куда-то в потолок. Голова понемногу болела.       — Что произошло, — шепотом произнесла она, не двигаясь и перекручивая странные воспоминания. Или это был вовсе не сон? Она помнит, как увидела убитого кем-то человека, но не помнит, как потеряла сознание. Скорее всего, потеряла она его из-за совокупности факторов, но боязнь вида крови в этом поспособствовала больше всех.       Киношита начала ворочаться в постели, одновременно пытаясь понять был ли это сон, но… из раздумий ее вывел запах. Не сказать, что он был неприятным, скорее он был «не своим», ведь ее постель пахнет совершенно иначе! Это заставило ее подняться и принять положение сидя, с ужасом осматриваясь по сторонам. Эта комната была явно не ее. Да и кто будет делать комнату такой темной?       «На мне еще и одежды нет.» — Риса с ужасом не понимала происходящего. — «Неужели я снова перебрала с алкоголем? Надеюсь, я не оказалась в другом городе еще.» — обняв в руках одеяло, она уже хотела встать, как заметила, что ручка двери начала поворачиваться. Киношита замерла, не осознавая всей ситуации, но понимая, что у нее нет плана для отступления.       — А ты что тут делаешь? — Глаза девушки моментально округлились, смотря на вошедшего в комнату брюнета. Пути назад точно нет, как и одежды рядом.       — Ха?~ Я тут живу. — Орихара был готов к любому вопросу, но никак не к этому. В конце концов, она просто решил проверить, не проснулась ли его гостья. Он осторожно закрыл за собой дверь, нагло осматривая девушку (вернее ее уши, а вы на шо подумали, м?) и мило улыбаясь. — Доброе утречко.