Обрыв и рыжий пёс.

Он порча, он чума. Он язва здешних мест! Рыжий пёс, сидящий на цепи. Он злой, так и норовит разорвать всё в мире. Подчинённый психом, с карими глазами. Брошенный. В этом гнилом мире на произвол судьбы. Израненное сердце давно болит от цветущей болезни. Поистине ужасно? Нет… Это прекрасно! Он грустит на берегу обрыва над километровой пропастью. Одинокая слеза ,бывало скатится по бледной щеке и растворится в непроглядной тьме. Уставшие, потухшие голубые глаза уже не смотрят на мир с былым азартом и игривой искрой жизни. Они опустели… Причина? Его предали… Вновь… человек которого он любил ненавидел, взял и ушел. Просто испарился. Правда, жаль - что тот ничего не знает. Они как жили, так и живут с преградой в сердце. Сколько лет прошло? Семь? Может меньше? Они не знают. Слишком запутанно всё. В тот самый вечер, когда один ушел. Он пробудил то что не удалось ему до этого, а именно… Любовь. И вот спустя несколько лет. Покинутый на том обрыве падает. Нет-нет! Не в обрыв! А просто на спину. Можно было видеть как красивые цветы плюмерии, в перемешку с жёлтыми розами и красной камелии прорастали у него из глаз и области сердца. Жутко, но безумно красиво. Именно эти цветы напоминали ему… Осаму Дазая. Какая ирония. Влюбиться в свою ненависть. Печально вот то, что мертвый не познал вкуса любви, а лишь вкус горя, разлуки и печали. Он хотел что бы его увидели и заметили, и вообще быть просто нужным кому-то. У него это получилось, только… Заметили его останки. Цветочную поляну. Она там и по сей день есть. – закончил высший ангел и посмотрел на учеников. – Кто знает… Может его душа среди нас есть. – проронил он вставая. На эту реплику не отреагировал лишь один мальчик. Рыжий… Он сидел в самом тёмном углу класса и лишь тихо вздохнул, пошевелив немного крыльями. «Святой». Назвал его бог. Голубые глаза, ярко-рыжие волосы, нимб и крылья излучали свет. А на левой руке “расцвели”* три цветка. Камелия, жёлтая роза и маленькая плюмерия.