приключения Антона

      Обе комнаты оказались на удивление просторными и современными. В кабинете два стола, побольше и поменьше, стул, два мягких кресла, диван и стеллаж во всю стену. Из техники — телевизионная панель, невидимые глазу системы климат-контроля и штук восемь разнообразных ламп, если это можно назвать техникой. В спальне — кровать, еще одна панель и душевая кабинка, похожая на высокий, перевернутый кверху дном, трехметровый стакан. Душ!       Антон прикрыл за собой дверь, скинул кеды, стянул футболку и шорты с трусами, посмотрелась в зеркало (а какой мальчик не посмотрит?) и забрался в кабинку. Дверца захлопнулась с легким всхлипыванием, свойственным вакуумной упаковке. Зафиксировав абсолютную герметизацию, стакан начал наполняться водой.       Вода дождем падала сверху, била острыми струйками со стенок, впиваясь в живот и спину, бурлила под ногами, массируя ступни, — Антон закрыл глаза и даже вздрогнул от удовольствия, будто по всему телу пробежал разряд тока. В таком душе хотелось не просто петь, а кричать от счастья. У воды есть совершенно волшебное свойство смывать плохие эмоции.       Антон стоял и чувствовал, как злость, страх, обиды, сомнения, все-все-все, стекает вниз, словно черная краска, заворачивается вихрем в воронку и навсегда убегает в сток… Вода была живой и постоянно меняла температуру от более теплой к более холодной, но так бережно и еле уловимо — в самый подходящий момент будто читала мысли и не давала телу ни остыть, ни перегреться. Никаких мыслей, ничего, больше ничего, приятно и спокойно и хочется лечь или даже уснуть вот так стоя, стоять тут до утра и спать или все-таки лечь или хотя бы сесть… Совершенно невозможно открыть глаза.       Антон вытянул руки и, скользя ладонями по стенкам, стал осторожно опускаться на колени. Теперь те струйки, что должны были массировать спину, били в затылок и лицо, Антон поморщился, на мгновение приоткрыл глаза и понял, что сидит по грудь в воде. Почему-то сток не открывался, поэтому вода набиралась в кабинку, как… ну да, в стакан. Только запаянный сверху.       Сознание мгновенно прояснилось — надо было срочно найти, как открывается сток — иначе тонна воды выплеснется на пол и потом, нет, лучше даже не думать, что будет потом.       Антон повозил пальцами по дну кабинки, потом осмотрел стены, нашел маленькую приборную панель и надавил на кнопку стока. Сток не открылся. Хотя бы выключить воду, так ничего не видно. И снова нет. Кнопки проваливались внутрь, переставали гореть. Понятно было, что команда к отключению принята, но ничего не отключалось.       Антон встал. Воды набралось по пояс, и теперь она казалась уже не такой приятной, она прибывала, поднималась. Не слушалась команд, душила и топила, заливала глаза, попадала в нос и в рот… пульс участился, стало страшно. Быстро, резко, паника.       Он ударил в дверь, хотелось поскорее выбраться отсюда, еще раз, нажал на кнопку, нажал на все кнопки сразу, вода подобралась к подбородку, казалось, будто она набирается все быстрее и струи бьют больнее. Антон попытался надавить на дверь всем телом, но попробуйте надавить на что-то, когда вы в воде. Ударил ногой, уперся спиной в стенку и обеими ногами в дверь. Вот так утонуть? Еще раз ногами в дверь и кулаком по кнопкам. Вода поднялась так высоко, что пришлось оторваться ногами от пола, чтобы не захлебнуться. Утром, или когда? Когда его найдут? Утром он не появится и никто… Антон вынырнул и схватил воздух ртом… Никто даже не знает, что он тут, кроме той девушки… Вздох… Ногами в дверь. Но она и не подумает его искать… Еще минута и кабинка заполнится до краев. Они найдут Антона через неделю или через две, распухшего, похожего на огромную белую гусеницу в пробирке с формалином… Антон стал биться всем телом, и дальше его мысли прервались.