История Злого Деку

Смотря в потолок, Изуку думал над тем, что сказал ему Всемогущий. «— Ты сможешь стать героем! — Я хочу, чтобы ты стал моим преемником. — Один за всех.» Младший Мидория всегда желал быть героем, потому без промедления ответил согласием. Но правда ли он хочет этого на самом деле? С самого детства его избивают каждый день. А недавно он наблюдал, как герои ничего не могут сделать при нападении на мирных жителей. Могло ли быть так, что желание стать героем было ему навязано обществом? Что если на самом деле он не хотел рисковать жизнью ради других? Но при попытках в детстве сдружиться с ровесниками, это было единственным вариантом, который даже не помог, а только усугубил ситуацию. Да, он до сих общается с Бакуго, не как друзья, конечно, но они поддерживают связь. Это же хорошо? Однако, возвращаясь к главному вопросу: правда ли он хочет быть героем? Сложно сказать точно, ведь годы самовнушения не пройдут так быстро. И когда-то навязанное желание, могло стать «настоящим».

***

Придя ранним утром на пляж, Изуку уже примерно представлял объём работы. — Доброе утро, юный Мидория! — Доброе, Всемогущий, — хотя, в мыслях парень добавил, что не очень-то оно и доброе. Герой сказал, что нужно прийти максимально рано утром, чтобы успеть провести тренировку, а также, чтобы Изуку не опоздал в школу. Возможно, жестоко, но если это сказал герой номер один, точно правильно. — Твоё тело слабо, и если я тебе передам сейчас причуду, то произойдет маленький бабах, — на последних словах он активно жестикулировал. — И, чтобы этого не произошло, мы натренируем твоё тело в течение этих месяцев до вступительных в старшую школу. Со слов Всемогущего, до тех пор пока Мидория не уберет всю груду металла, что располагается на пляже, причуду он не получит. Сомнительно, конечно, что Изуку со своими физическими данными сможет это всё перетащить. Но всё должно получиться, правильно, ведь так? Убеждая себя в собственном успехе, Мидория начал работу. И уже спустя минут десять, чувствуя как под натиском мышцы тянутся, он уже не был так уверен в этом, но показать мысль о неудаче — значило разочаровать Всемогущего. А будущий герой не мог допустить такого. Те несколько часов ада, как казалось Мидории, прошли, и Изуку мог не притворяться, так что, идя домой с болью в каждой мышце за сменной одеждой, Мидория думал, что такое состояние будет ещё долго, и вероятность того, что он сдастся могла повыситься.

***

Придя в школу, Изуку очень надеялся, что не встретит «Кац-чана» по пути в класс. Почему-то именно сейчас так называемое прозвище имело в голове Мидории неприятный оттенок. Может быть, такая неприязнь была вызвана усталостью, а может ему правда было противно так называть «лучшего друга». Но что происходит, когда человек не хочет, чтобы что-либо случалось? Именно это как раз таки происходит. Из-за угла выходит Бакуго. Изуку уже думает, что утро испорчено до конца, но, к великому удивлению Мидории, Кацуки просто проходит мимо. Уже спокойно, хотя и в небольшом шоке, Изуку достигает класса. Уроки протекают безмятежно. Его никто не трогает, что настораживает. Собирая учебники, Мидория думает, правда ли все так хорошо. И надежда на то, что всё пройдет неплохо, начинает разгораться с новой силой. Уже когда Мидория шёл по коридору, его кто-то перехватил. Та, и так висячая на волоске надежда вновь разбивается. Его заталкивают в кабинку туалета, начиная окунать голову в унитаз. И Изуку вновь испытывает то удушающее чувство нехватки воздуха. В момент, когда младший Мидория начал терять сознание, его вытаскивают, теперь уже приступая к избиению. Первые удары пришлись по ребрам, после по бедру. Изуку свернулся калачиком, чувствуя острую боль от ударов. Он надеялся на то, что по жизненно важным органам они не попадут, иначе отмазки, будто упал, уже не сработают. Инко и так подозревает сына во лжи. Получая удары Мидория желал, чтобы это поскорее закончилось. Выходя со школы, если это можно так назвать (из-за многочисленных травм он хромал слишком сильно), Изуку, во-первых, понял, что потерялся во времени, а во-вторых, размышлял над словами Бакуго. — Не смей зазнаваться, Деку! Ты беспомощный ненужный кусок дерьма, который решил, что раз единожды сделал попытку подняться, то может считать себя лучше меня. Не может! Ты не только не можешь быть лучше меня, ты даже не можешь быть ровней мне! Так что, если ещё раз будет что-то подобное… Живым ты больше не придёшь домой. После этого его вырубили, и, пролежав в «блаженстве» с полчаса на грязном полу школьного туалета, он очнулся. Боль была настолько невыносима, что Изуку не мог даже встать, он пробыл ещё минут десять в попытках подняться. Терять время ему было нельзя, он и так упустил его достаточно. А ведь ему, помимо этого, предстояла тренировка со Всемогущим. Как он будет заниматься в таком состоянии? Для начала ему надо хотя бы до дома дойти, а уже потом думать что да как.

***

Идя в магазин, Инко прикидывала какие продукты ей надо купить, а также, хватит ли ей денег. Когда она проходила мимо какого-то переулка, кто-то схватил её за руку, тут же зажимая рот непонятной тряпкой, чтобы не кричала. Она даже не успела увидеть сколько их было, когда ей закрыли глаза. Но точно было ясно, что насильников как минимум двое. В то время, как один держал женщину, другой её раздевал. Однако, старшая Мидория не собиралась просто так плыть по течению судьбы и, пытаясь вырваться, она получила удар по животу. Согнувшись пополам, она осталась в этом положении. Не заботясь об одежде, насильники срывали ее, тем самым разрывая на части, и в итоге один из мужчин оставил её полностью голой. Инко уже на периферии сознания слышит, как расстёгивается ширинка, а после чувствует невероятно острую боль. Хоть она уже и не являлась девственницей, из-за долгого воздержания и жёсткого входа, боль была невыносимой. Слёзы уже давно текли непроизвольно. Второй решил присоединиться, и, сняв своеобразный кляп, тут же начал толкать член до основания. Давясь, старшая Мидория не получала достаточно кислорода, из-за чего начала терять сознание. Она уже даже желала, чтобы это поскорее случилось, но преграда воздуху исчезла, давая организму необходимый кислород. Они меняют позу. Боль усиливается, теперь в нее входят два члена, разрывая мышцы. Вдобавок к этому, один из насильников начинает наносить удары по всему телу. Гематомы после них точно долго будут проходить. Второй же решил оставить на некогда прекрасной и белоснежной коже своеобразные метки в виде укусов. Инко не знает, сколько времени прошло, но в неё кончают третий раз, а после кидают на землю. Она чувствует облегчение, от того, что это наконец закончилось. А также испытывает невероятный стыд. «Что подумает Изуку, когда узнает?». После этой мысли она теряет сознание.

***

Еле идя до дома, Мидория надеялся, что мама отсутствует, и, к его радости это оказалось так. Максимально быстро, насколько ему позволяло состояние, он дошёл до комнаты, прилёг, чтобы отдышаться и подумать. Сильно ли разочаруется Всемогущий, если парень ему позвонит и скажет, что сегодня заниматься не может? А если из-за этого он выберет другого преемника? Нет, Изуку не может этого допустить. Поэтому сейчас он звонит Тошинори. — Всемогущий, здравствуйте. Извините, но я подвернул ногу и могу опоздать. Вы сможете подождать? Я вас очень прошу, — протараторил младший. — Здравствуй, юный Мидория. Не переживай, я подожду, — послышался ответ. — Огромное спасибо, Всемогущий! До встречи, — на этом их диалог был окончен. Смотря в зеркало, Мидория подумал, что состояние могло быть и хуже. Из-за того, что большинство ударов пришлось по закрытым одеждой частям тела, на лице почти нет синяков, а если и есть, их можно закрасить маминой тоналкой. Прошло около пятнадцати минут, в течение которых Изуку переоделся в более чистую закрытую одежду, также замазал некоторые синяки и выпил две таблетки обезболивающего. Он даже не задумывался о том, где находится Инко.