Early summer rain

Последующие три недели жизни Нацуми окрасились в серые краски. Она постоянно лежала в постели и смотрела в окно, если там были серые тучи, или в потолок, отдернув шторы, если день был ясный. Баа-чан больше не уходила на гуманитарные миссии, она возобновила основную работу в местном госпитале и каждый день готовила для Нацуми ее любимые блюда, пока та питалась как птичка, аппетит напрочь отсутствовал, но девушка заставляла себя есть хотя бы понемногу, чтобы не терять физической формы. Кацухи ждала момента, когда Нацуми вновь решит обучаться медицинским техникам, а сама Нацуми ждала того момента, когда к ней явится Тоби. Но время шло, а его все не было. Зато каждый день в ее голове были воспоминания об Итачи. Девушке было горестно от того, что он погиб преступником. Да, он был им и был, но эта была его миссия – уничтожения всего клана ради спасения Деревни Скрытого Листа. И никто об этом никогда не узнает. Никто не узнает настоящую правду об Учихе Итачи и то, что он испытывал все эти годы. А Нацуми хотелось поделиться этим со всем миром, чтобы все поняли, каким шиноби он был, взяв на свои плечи такую ношу. Особенно ей хотелось поделиться этим с Учихой Саске, но что-то подсказывало ей, что Тоби расскажет ему об этом сам. Не зря ведь он был уверен, что младший Учиха присоединится к Акацкам. Если он узнает правду об Итачи…. Итачи. Это имя каждый раз отдавалось болью в сердце. Ей стало казаться, будто это самое красивое имя на свете. Раньше она этого не делала, но теперь Нацуми каждый день по несколько раз медленно шепотом произносила его имя и будто пробовала его на вкус, на слух, на ощупь. Итачи. Вместе с Его именем в голову приходили воспоминания о его рубиновых глазах. Алый шаринган стал поводом к тому, что в один день Нацуми пришла к баа-чан и сказала, что готова продолжить свое обучение медицинским дзюцу, она должна найти способ противостоять проклятью этих могущественных глаз, а именно вернуть зрение его обладателю. Пусть даже того, ради которого она все это затяела, больше нет в живых. Тоби пришел неожиданно. Он просто появился в своей привичной позе, облокотившись спиной о дерево и сложив руки у груди, пока Нацуми тренировалась в полном одиночестве. Погода была пасмурной, вокруг никого не было. От легкого прохладного ветра тихо шелестела трава и листья на деревьях. Нацуми сжала в руках сюрикены, которые должны были попасть точно в цель на бревне неподалеку. Она сразу почувствовала чье-то присутствие. Обернувшись, она увидела знакомую оранжевую маску. - Я забрал твой отчет, - произнес Тоби, - нашел его в твоей спальне. На этой Нацуми ничего не ответила. Алый шаринган Тоби посмотрел на ожерелье, висевшее на шее молодой куноичи. Конечно, он сразу унал эту вещицу. Под маской он даже усмехнулся. В день битвы двух братьев Учиха он даже не заметил, что на теле Итачи не было его привычного атрибута. Теперь понятно почему: эту вещь носила на своей шее Нацуми. «Неужели она так сильно к нему привязалась?» подумал Тоби, «Это к лучшему, будет легче ей манипулировать». - Я жду имя, - произнесла девушка, заставляя мужчину перевести свой взгляд с ее шеи к ее карим глазам. – Ты же помнишь о своей части нашего уговора. - Конечно, я за этим и пришел, собственно говоря – сказать тебе, кто убил твоих родителей, Нацуми, и за что. «Неужели» подумала куноичи, чуть встрепенувшись. То, ради чего она жила последние годы, сейчас будет раскрыто этим человеком. - Дар твоего отца считывать воспоминания другого человека и передавать эти же воспоминания любому другому передались тебе, поэтому тебе следуюет быть крайне осторожной, чтобы не повторить судьбу своих родителей. Твой отец в свое время узнал кое-что секретное о другой скрытой деревне, точнее об одном человеке, следовательно он стал предствлять угрозу. И его устранили. Нацуми было больно слушать о моментах из прошлого своего отца, но она больше не сломается как пять лет назад, она желала довести свою месть до конца. Кто-то должен отплатить ей за ту боль и потерянные три года жизни до того вечера, когда она встертила Его… - Думаю, тебе будет очень жаль услышать, что твоего отца и мать убили за благополучение Конохагуре, ведь тебе нравится эта деревня. Нацуми будто получила пощечину этими словами Тоби. Да, ей нравилась Деревня Скрытого Листа, но при чем тут смерть ее родителей? - Твой отец стал угрозой для Деревни Листа, когда узнал о тайнах одного из старейшин – Данзо. Молодая куноичи закрыла глаза и опустила голову вниз. Конечно, она помнила это имя! Она так много раз слышала его и видела лицо этого человека в воспоминаниях Итачи о резне собственного клана. А теперь она будто перенесла образ этого мужчины к себе в сознание и видела, как он решает убить ее родителей. - Данзо всегда по-своему заботился об интересах Конохагаре, это была всего лишь политика, но для тебя это личное дело, я уверен. Вряд ли найдется человек, который смирится с тем, что его родители погибли по такой причине - узнав политические тайны одного из старейшин другого селения. Но тайна о Данзо, рассказанная твоим отцом другим могущественным деревням, могла потенциально стереть Коноху с лица земли, поэтому Данзо ничего не оставалось как устранить свою проблему – послать отряд АНБУ в Деревню Скрытых Долин. Но об одном твой отец все же заботился – о тебе. Ведь в ином случае ты и твоя бабушка могли также последовать на тот свет. Да, это была лишь политика, но в одном Тоби был прав – Нацуми с этим не смирится. Если этот человек в Конохе отнял жизнь у ее родителей, она отнимет его жизнь взамен. У нее есть как минимум одна причина убить Данзо. А остальные причины были скрыты в воспоминаниях человека, которого она беззаветно любила и была обречена жить с этим чувством – никогда больше не иметь и шанса увидеть Его. Этот мерзкий человек в Конохе заставил Его пойти на кровопролитие, и Нацуми чувствовала, что боль Итачи стала передаваться ей. Но…. Она убьет Данзо ради своей собственной мести, а не чужой. — Это всё, что я должен был сказать тебе, Нацуми, - подытожил Тоби. – Мне пора, но надеюсь, что мы еще увидимся. - Нам незачем больше видеться, - ответила куноичи, поднимая свою голову и направляя взгляд на оранжевую маску. - Почему ты так думаешь? У меня есть к тебе весьма интересное предложение, ты могла бы продолжить свою работу в Акацках, взамен мне есть что тебе предложить, поверь мне. - Мне больше ничего не нужно от тебя. Тон Нацуми был резок только потому, что никто и никогда больше не сможет дать ей того, чего она действительно хотела. «Ты не вернешь Его мне» горько подумала блондинка, когда в ее мыслях образ нукенина Листа с алыми глазами стал стирать воспоминания о родителях. - Ты думаешь? – спросил Тоби. – Я уверен, что могу предложить тебе кое-что действительно стоющее. Ты поможешь мне собрать всех джинчуриков воедино и исполнить мою миссию вечного Цукиёми, а я подарю тебе вечный блаженный сон, где ты и Итачи будете навсегда вместе. Вопросительная гримасса исказилась на лице Нацуми, когда она услышала предложение Тоби. И дело было не в том, какую бредовую идею он ей предложил, а то, что он указал ей на связь с Итачи. Неужели, это было так очевидно? А потом Нацуми выдохнула и потеребила пальцами ожерелье на своей шее. - Даже обсуждать не буду, - отрезала блондинка, - мне пора в Коноху за Данзо. Прощай. Она развернулась на месте и зашагала прочь. Два дня, что Нацуми добиралась до Конохи, были наполнены жаждой кровопролития вперемешку с мыслями о вечном сне, где она была быть с Итачи. Сначала она вспоминала те позорные три года своей жизни после смерти родителей, желая долго и мучительно убивать Данзо за все, что она перенесла. Потом ее мысли занимал Итачи, и Нацуми понимала, что в ее жизни кроме мести, в принципе, не было смысла. Больше не было смысла, ведь она больше никогда не дотронется до того источника тепла, который поселился в ее сердце и при чем давно. А если нет смысла в жизни, зачем проживать ее в долгом одиночестве, когда можно заснуть вечным сном, где она сможет быть с Ним? Идея Тоби была безумной, но в ней было что-то, от чего Нацуми не могла избавиться. Это становилось привычкой – думать о замысле Тоби. Вечный сон с Итачи. Если бы не Данзо, Он бы не страдал. Если бы не Данзо, она бы не потеряла своих родителей. Если бы не Данзо, встретилась бы она когда-нибудь с Итачи? Нацуми злилась на себя и на все вокруг, что так все сложилось в ее жизни. Но одно она знала наверняка – она должна убить Данзо и только тогда она сможет успокоиться и понять, как жить дальше. Она никогда не видела вживую этого человека, а только в воспоминаниях Итачи, и это поможет ей отыскать этого старикашку. Нацуми буквально ворвалась в Коноху на эмоциях, но потом резко остановилась, оглядываясь по сторонам. Большая часть деревни Листа была разрушена, и ее старательно восстанавливали местные жители. «Что произошло?» подумала Нацуми и побежала искать любого знакомого ей человека. Первым ей попался Шикамару, помогавший каким-то незнакомцам поднимать огромные балки с помощью своих теней. Увидев Нацуми, он удивился, так как не видел ее довольно давно, хотя и знал, что Хокаге-сама поручила ей секретную миссию. - Что здесь произошло? – сходу спросила блондинка. - Привет, Нацуми, - отозвался Шикамару. – Тебя давно не было, тут многое случилось. На деревню напал Пэйн – один из организации Акацки. - А Наруто? – искреннее волнующимся тоном спросила Нацуми, снова подумав о вечном Цукиёми Тоби. - Он жив, более того, он одолел Пэйна и все его шесть тел. Никогда бы не поверил, что этот Наруто спасет деревню. Лицо Нацуми выражало легкое недоумение, то ли от геройства Наруто, то ли от того, что ряды Акацков поредели еще больше. «Лидер, Пэйн умер?» пронеслось в ее голове. А Коноха жила и цвела дальше. Люди помогали друг другу, отстраивали свои дома, разговаривали и мечтали, они продолжали жить дальше. Казалось, только Нацуми умерла где-то в глубине своей души и просто ждала дня своей мести, а что потом? Птицы щебетали, солнце светило в ярко голубом безоблачном небе, Коноха жила дальше. - Мы восстанавливаем деревню, скоро все станет как прежде, - продолжил наследник клана Нара, он думал так же, как и все жители. - А где Цунадэ-сама? Мне нужно ее увидеть. Шикамару вдруг замолчал и перевел свой взгляд куда-то в сторону, будто обдумывая ее вопрос. Он перестал использовать свою технику теней, немного откашлялся и повернулся лицом к Нацуми. С виду блондинка совсем не изменилась. Все те же светлые длинные локоны, карие глаза, спокойный взгляд. - Мне очень жаль, Нацуми, но Цунадэ-сама в коме. - Нани? – потрясенно спросила блондинка. Хотя она никогда и не чувствовала особого родства с тетей Цунадэ, здесь Пятая была ей единственным почти родным человеком, да и к тому же, как она собирается искать Данзо без нее? - Она здорово пострадала при нападении Пэйна на деревню, попыталась спасти всех жителей, теперь в коме. Я могу тебя проводить к ней, если хочешь. С ней сейчас Шизунэ. В силу своего характера Нацуми не испытала особого желания видеться с Цунадэ без причины, которая к тому же вряд ли сможет ей сейчас чем-то помочь, хотя и посочувствовала ей. Немного. Но если Цунадэ в коме, то… - Кто сейчас руководит всем? - В смысле? – спросила Шикамару. - Кто заменяет Пятую на посту Хокаге? Вдруг на деревню снова кто-нибудь нападет? - А ты про это. Ну… Мой отец, конечно, был не в восторге, но теперь кандидатом на пост Шестого Хокаге назначен один из старейшин деревни. Глаза Нацуми чуть расширились от одной только ужасной мысли, что Шестым может быть…. - Его зовут Данзо, - закончил Нара. Блондинка сжала губы в одну линию и сглотнула. Что ей будет за убийство Шестого Хокаге? - Ты так реагируешь, будто знаешь его, - заметил Шикамару. - Слышала нелицеприятные отзывы, - ответила она. – Это уже точно? Он Шестой? - Он пока только главный кандидат, так как еще не успел принять пост официально. Этому помешал срочный сбор пяти Каге в Стране Железа. Данзо вызвали в связи с тем, что… Райкаге созвал срочный совет, так как Учиха Саске похитил его брата. Цунадэ-сама в коме, кто-то должен был туда отправиться заместо нее. Но… Данзо не будет обелять Саске тем более после того, как он вступил в Акацки и теперь представляет угрозу всему миру. Данзо приказал казнить его за измену. Саске официально объявлен нукенином и подлежит устранению. Нацуми схватилась пальцами за ожерелье на своей шее и потрясенно уставилась под ноги. «Что происходит?» вертелось в ее голове. Почему все вокруг живет и цветет, а ее мир продолжает рушиться? - А где Наруто? – тихо спросила Нацуми. - Ты верно подумала. Наруто тоже отправился в Страну Железа, чтобы просить Райкаге помиловать Саске. Он хочет сам добраться до него первым, ты может знаешь, как он дорожит их прошлой дружбой. - Знаю. - С ним отправился Какаши-сенсей и Ямато-сенсей. - Аригато, - ответила Нацуми, посмотрев Шикамару в глаза. – Я пойду. Он не стал ее задерживать, а только долго смотрел ей вслед. Очень скоро Нацуми добралась до Страны железа, используя скорость техники молнии. Ей даже не пришлось искать где-то плащ в попытке укутаться от холода, ибо до снежных земель она не добралась. Не успела, да и уже было не нужно. Только на ступила на Мост Самураев как заметила вдалеке черный плащ с красными облаками. Человек в этом плаще стоял на монументе высоких каменных ворот на другом конце моста. Оранжевая маска говорила о том, что этим человеком был Тоби. Еще три человека стояли под воротами, глядя на него. Нацуми устремилась туда. И с каждым своим шагом она понимала, что один из тех трех людей и есть Данзо. Старик с забинтованной рукой остался один, пока двоих его помощников одолел Тоби и исчез сам. Данзо услышал шаги за своей спиной и обернулся. Перед ним предстала молодая куноичи, судя по катане за ее спиной, только вот она была ему совсем не знакома. У нее были светлые длинные волосы, карие глаза и какой-то странный взгляд. Нацуми смотрела на Данзо и не могла понять, почему и за что жизнь свела ее с этим человеком. Он был старым и неприятным на вид, и всем своим видом показывал ей, что они не знакомы. Нацуми вытащила свою катану, Данзо немного удивился. - Ты что, из отряда Мизукаге? – спросил он, разматывая бинты на своей правой руке. - Нет. Я – дочь Суго Танаки, - Нацуми решила перейти сразу к делу, однако Данзо, казалось, не мог вспомнить, где же он слышал это имя, а затем он чуть встрепенулся и внимательно посмотрел на блондинку. – Вспомнил? - Шиноби Танигакурэ? - Да, три года назад ты убил его и его жену. Ты убил моих родителей. Данзо такая новость вообще не впечатлила, судя по выражению его лица, он в своей жизни делал много разных вещей, например, убийство друх ниндзя из другой деревни. - И ты что же, пришла мне мстить? – самодовольно спросил будущий Шестой Хокаге. Нацуми не успела ответить или что-либо предпринять, так как за спиной Данзо будто из ниоткуда появились Саске, Тоби и какая-то красноволосая девушка в очках. Данзо повернулся в полоборота, чтобы видеть и блондинку, и тех троих. - А ты быстрая, - сказал Тоби, обращаясь к Нацуми, - придется вам с Саске делить его на двоих. Саске, до этого времени сверливший взглядом своих алых глаз только Данзо, обратил внимание на Нацуми, стоящую дальше от него. Вот только от того Саске, которого она видела месяц назад, не осталось и следа. Казалось, он даже не узнал ее, его взор был полностью затуманен жаждой убийства. И это очень удивило Нацуми, хотя она и сама жаждала возмездия. Тоби переместился на высокие ворота моста, дабы наблюдать за интересной битвой. - Лучше и не придумаешь, - сказал Данзо, освободив свою правую руку от бинтов, - Саске, Мадара, я заберу оба ваших шарингана! Нацуми чуть не стошнило от увиденного. Вся правая рука Данзо была покрыта алыми глазами клана Учиха. Даже Саске, мгновение назад источавший ненависть и жажду кровопролития, изменился в лице от увиденного. - Как эти глаза оказались в твоей руке? – спросил младший Учиха. - У каждого из них своя история, долго объяснять, - ответил Данзо. - И не надо, это лишь сильнее разозлит меня. Все равно я уже решил убить тебя, но сначала задам один вопрос. Это правда, что старейшины Конохи приказали Итачи уничтожить наш клан? Вопрос Саске заставил Нацуми вновь упасть в омут своих воспоминаний и безмолвно завыть от душевной боли. Итачи. Данзо не ответил на этот вопрос, а лишь побежал на Саске, чтобы нанести ему первый удар. Однако его удар был заблокирован техникой Саске. Фиолетовая чакра обволокла его тело, защищая от всего. Затем человекоподобная рука из этой чакры схватила тело Данзо. - Так это и есть Сусаноо? - Повторяю еще раз: это правда, что старейшины Конохи приказали Итачи уничтожить наш клан? Я просил, это правда? Отвечай! —прокричал Саске. Фиолетовая чакра сдавливала тело старейшини Конохи сильнее. Он не хотел отвечать на этот вопрос, ибо позади него стояла девушка, отца которой он убил. И если она унаследовала его клановые техники, то она сможет передать любому человеку свои воспоминания, а именно то, что видела прямо сейчас – как Учиха Саске принуждал Данзо говорить о прошлом Деревни Листа. Но… - Не верится, что он был способен на такое. Чертов Итачи, перед смертью все разболтал. Как я и думал, он слишком сильно привязался к тебе, - ответил Данзо, на что Саске разозлился еще больше, понимая, что он получил положительный ответ на свой вопрос. – Жизни шиноби это постоянное самопожертвование. Итачи стал лишь одним из множества шиноби, которые разделили его участь. Добрыми намерениями вымощена дорога в ад. И только благодаря подобным жертвам, мы до сих пор жили в мире. Но тем, кто отрекся от воли Итачи, этого не понять. А значит, открыв тебе свою тайну, Итачи предал Коноху! Дальше он не смог договорить, так как Саске, ослепленный злобой, просто раздавил его своей техникой Сусаноо. Речь Данзо была такой эмоциональной для Нацуми, что она даже и не сразу поняла, что Саске только что лишил ее возможности отомстить за родителей. - Не смей больше произносить его имя, - произнес младший Учиха. - Хорошо, - ответил Данзо, стоявший позади Саске, - с этого момента за меня будут говорить глаза. Нацуми даже не успела понять, что Данзо воскрес, как он нанес удар кунаем по Сусаноо. Но, Саске, совладав с потрясением, вновь ударил своей техникой по нему, размазав его по каменному мосту. Однако старейшина Конохи снова воскрес, появившись на высоком сооружении на мосту. Нацуми тут же двинулась к нему со скоростью молнии и обезглавила его своей катаной. Голова Данзо отлетела в сторону воды, но девушка не стала следить за этой частью его тела. Она обернулась и увидела, что Данзо вновь стоит внизу. Он быстро сложил техники и стал атаковать Саске, однако Нацуми заметила, что на правой руке Данзо закрылся один шаринган. Так начался долгий бой между Данзо и Саске с Нацуми на мосту Самураев. Младший Учиха даже не интересовался у Нацуми, что она тут делала и зачем пыталась убить того, кого жаждал убить сам Саске. Казалось, они даже не замечали друг друга, а просто стремились уничтожить одного общего врага. Но каждый раз, когда Данзо умирал от рук этих двоих и воскрешался снова, Нацуми замечала, что на правой руке старейшины Конохи закрывался очередной шаринган. Саске заметно выдохся, используя свой Мангеке Шаринган, который пробудился, как думала Нацуми, после смерти Итачи. Казалось, младший Учиха держался на одной лишь жажде мести. - Сколько Учих ты убил ради этой руки? – спросил Саске в ярости, мчавшись на Данзо со своей атакой. «Действительно», подумала Нацуми, «Данзо сильный противник, имея руку с несколькими могущественными глазами клана Учиха. Смогла бы я одолеть его в одиночку?». Все участники битвы заметно ослабли. Девушку с красными волосами звали Карин, она попросила Саске укусить ее за руку, чтобы он восстановился после битвы. «Какая интересная техника» подумала Нацуми, тяжело дыша в стороне от них. Данзо тоже тяжело дышал, склонившись на коленях. На его руке не осталось ни одного открытого шарингана, однако на правом плече виднелось чье-то лицо. Внезапно его правое плечо разбухло и из него ввысь устремилось настоящее дерево. Нацуми вновь дурно себя почувствовала от увиденного. В итоге Данзо пришлось отрубить себе правую руку. Он встал на ноги и убрал бинты с головы, которые ранее закрывали его правый глаз. Но и там виднелся алый шаринган. Нацуми чуть не стошнило от мысли, что глаза такого благородного клана как Учиха, были всажены в лицо и руку того, кто явно не заслуживал быть их носителем. Отчасти это было из-за Итачи, для Нацуми он был единственным достойным человеком, который мог использовать мощь шарингана, он был Учихой. А Данзо заставил его убить других представителей клана Учиха и похитил их глаза, сделав из своего тела полигон для испытаний. Мысли об Итачи вновь затуманили ее разум, она уже и не знала, за кого хочет мстить: за родителей или за Итачи. Саске упустил тот момент, когда Данзо взял Карин в заложники. - Саске, спаси, - жалобно протянула Карин, под давлением удушья. - Карин, не двигайся, - ответил младший Учиха, и красноволосая девушка улыбнулась ему. «Ну нет, я не отдам ему свой трофей» пронеслось в голове у Нацуми, и она использовала дистанционную атаку на Данзо, однако в этот же момент Саске тоже достал его техникой райкири, но только сквозь красноволосую девушку, пронзив ее в груди. – Карин, позволив взять себя в заложники, ты стала для меня помехой. Нацуми распахнула свои глаза от увиденного. Саске не пожалел своего товарища, чтобы достать противника. Это настолько потрясло блондинку, что она осталась на месте даже тогда, когда однорукий Данзо, истекающий кровью, стал пытаться сбежать с моста. Саске глянул на Нацуми и взгляд его означал то, что либо они сейчас вместе идут за своей сбегающей жертвой, либо он сделает все сам. Однако во вгляде Нацуми Саске увидел какое-то глубокое потрясение, но оно его не тронуло. Он ухмыльнулся ей и пошел за Данзо в одиночку. Нацуми запомнила взгляд младшего Учихи, он был совершенно бездушный, полностью поглощенный местью, торжествующий от кровопролития даже своего товарища по команде, главное, что жертва уже на пол пути к окончанию его возмездия. Этот Саске был совершенно другим от того человека, которого Нацуми видела в последний раз и тем более от того человека, каким он был в воспоминаниях своих друзей и брата. Нацуми казалось, что еще немного, и он стала бы точно такой же. Она посмотрела в сторону. Тоби появился перед Данзо, заставляя того остановиться. - Данзо, я забираю глаз Шисуи, - сказал мужчина в оранжевой маске, заставляя Нацуми вновь возвращаться к воспоминаниям ее любимого человека. Она посмотрела на себя: вся в пыли и крови, едва не сделавшая шаг в полную тьму, где уже был Учиха Саске. Тело болело, голова раскалывалась от мыслей, поступила ли она правильно. - Во имя Конохи и во имя мира шиноби я не оставлю вас вживых! – Прокричал Данзо. На его теле появились черные печати, а затем он стал сам изливаться будто чернилами. - Обратная печать четырех знаков. Саске, уходи отсюда! – приказал Тоби. Они отпрянули от Данзо, который по всему видимому совершил свою последнюю технику. Нацуми осталась стоять на мосту в раздумьях. Ну вот, Данзо умер, что дальше? Разве она не этого хотела? Где ее чувство наслаждения от его смерти? Послевкусие от битвы осталось, но только какое-то горькое на вкус. И все дело было в Саске. То, как он пронзил Данзо через Карин, шокировало Нацуми, она терялась в мыслях, сделала бы она то же самое, будь на месте Карин… Хамуо сенсей например? Или Хьюго Нейджи, с которым она подружилась в Конохе? Одно она знала наверняка, Саске был поглощен тьмой, и Нацуми не могла его в этом винить. До слуха блондинка донесся звук чьих-то шагов. Она обернулась и увидела, что младший Учиха шел в ее сторону, глядя на Карин, лежащую на мосту. Затем взгляд его черных глаз перешел на Нацуми. - Так зачем ты вместе со мной атаковала этого старика из Конохи? - Он убил моих родителей. - Хм, тогда можешь праздновать свое возмездие, - металлическим голосом произнес Саске и ухмыльнулся. В отличие от него, девушка не чувствовала ничего кроме горечи по рту. Она могла стать такой как он. Но ведь не стала, верно? А вот Саске почувствовал какую-то особую связь с Нацуми, потому что она тоже потеряла родителей из-за какого-то ублюдка Конохи. И после сказанного он был даже не против разделить с ней победу. Ведь она действительно должна его понять, а не этот Наруто, у которого вообще не было родителей, чтобы сравнивать его боль и свою. Он даже и предположить не мог, что эта блондинка, которую он видел до этого пару раз в своей жизни, вновь появится возле него, да еще и с такой же судьбой, как у него. Он не ошибся, когда почувствовал с ней какую-то особую связь. Вот только их триумфу мешала красноволосая девушка свидетель. Учиха подошел к Карин, в его руках засветилась техника Райкири. - Что ты собираешься делать? – встрепенулась Нацуми, подходя к нему ближе. - Она мне больше не нужна, - бросил брюнет, - я избавлю ее от страданий перед смертью. - Но она помогла тебе в бою, - сказала блондинка, смотря, как дорожка слез катиться с глаз Карин, которая слышала всю речь Саске. - И что? Она стала помехой. Так может быть, ты займешь ее место в моей команде? —спросил брюнет, чуть повернув голову к Нацуми и одарив ее насмешливым взглядом. – Сколько мне еще предлагать тебе? Нацуми хотела ударить своим кулаком по его физиономии, как они оба услышали знакомый голос, который позвал Саске. На другой стороне на них во все глаза смотрела Сакура. Розоволосая куноичи, конечно, удивилась присутствию Нацуми возле друга своего детства, однако виду не подала, она вообще делала вид, будто Нацуми тут и не было. Она смотрела на Саске и не могла им наглядеться. - Сакура, - жестким тоном голоса сказал Учиха, поглядев на нее. - Саске-кун, я ушла из Конохи, чтобы быть с тобой! Нацуми сдержалась, чтобы ее лицо не исказилось от саркастических эмоций. «Ками-сама, Сакура, как ты не можешь понять, что ты ему не нужна» подумала блондинка, испуская тихий почти смешок. Саске посмотрел на Нацуми. - Кажется, я здесь лишняя, - тихо произнесла блондинка, обращаясь к брюнету. – Я пойду, а то испорчу вам свидание. И оставь Карин в покое. Она сделала шаг назад, но Саске, как обычно, резко схватил Нацумии за запястье. В его мрачных черных мыслях обрывками летали мысли, зачем он остановил ее, но сформулировать свое желание до конца он не мог, слишком тяжелый день выдался. Однако он чувствовал, что она должна быть с ним и тогда, когда он пойдет рушить Коноху. - Куда ты? – спросил он. Нацуми хотела ответить, что они больше никогда не увидятся, потому что в их содействии друг другу не было смысла, они ведь совершенно чужие друг другу люди. Тем более, доверять этому Учихе она не может после всего увиденного. Однако, смотря в его глаза, она вспоминала Итачи и то, как он любил своего младшего брата. А Саске был в полной тьме своей ненависти, на эмоциях готовый убить любого, кто разрушил его жизнь, в особенности желая разрушить деревню Листа. Она не хотела оставлять его на произвол судьбы, потому что он был частью того человека, которого она безмерно любила и вряд ли когда-нибудь разлюбит. - Еще увидимся, - сказала Нацуми, отдергивая свою руку и оставляя Саске надежду на скорую встречу, забавно, а ведь он даже не знал, как ее зовут. Нацуми удалилась с Моста Самураев, однако задержалась неподалеку, решив понаблюдать некоторое время за Сакурой и ее действиями. Розоволосая куноичи подошла ближе к Учихе и достала кунай, а Саске показал пальцем на лежащую Карин. Казалось, будто брюнет проверяет Сакуру на прочность, предложив убить Карин, чтобы доказать свою решимость присоединиться к нему. Сакура колеблилась. В руках Саске засветился Райкири, и он уже замахнулся на Сакуру, как из ниоткуда появился Какаши и буквально спас свою ученицу. Нацуми прикрыла рот ладонью от увиденного, «Не знаю, что меня шокирует больше: то, что Саске пытается убить всех вокруг него, или то, что эта тупица пришла к нему с одним кунаем?». Между ними завязался разговор. - Верни мне Итачи, верни мне клан, верни мне их всех, и тогда я остановлюсь! – закричал Саске так, что его голос донесся до Нацуми. Нацуми обхватила себе руками, пытаясь избавиться от мурашек на коже. Итачи. Если бы только он был жив… Блондинка поспешила удалиться с этого места. По прошествию часа, когда эмоции отошли на второй план, тело стало расслабляться, а мысли проясняться, Нацуми заметила, что ранена. Ранее на адреналине она, видимо, этого не чувствовала. Она пыталась излечиться сама, но от усталости не могла контролировать остатки своей чакры, а затем потеряла сознание. Очнулась Нацуми в палате больницы. На ней было светлое больничное платье, сама она была бережно укрыта одеялом. За окном светило солнце, вокруг было тихо и безлюдно. Но ненадолго, так как дверь палаты отворилась и вошла Сакура. Ее, будем честны, Нацуми хотела видеть меньше всех в виду последних событий. «Сейчас пойдут вопросы» подумала блондинка, но Сакура, напротив, выглядела какой-то крайне грустной. - Привет, я рада, что ты очнулась, - сказала она, подходя ближе. - Что произошло? - Мы нашли тебя в Стране Железа, неподалеку от Моста Самураев. Ты истекала кровью. Слушай, я не буду задавать вопросы о том, что было там и что ты там делала, Какаши-сенсей сам спросит. Я лишь хотела тебе кое-что сказать. Выглядела она так, будто кто-то умер. - Я залечила все твои раны, но… Мне очень жаль, Нацуми, у тебя случился выкидыш… Эмоции Нацуми сменились удивлением, а затем потрясением. Она. Была. Беременна? - Если у тебя есть еще вопросы, - начала Сакура, но Нацуми перевела свой взгляд на окно. – Хорошо, я пойду тогда... Если что, ты всегда можешь позвать кого-нибудь. Мы будем рядом. Мне жаль, Нацуми. И она вышла, оставляя блондинку одну. Она была беременна. Это был совсем крохотный эмбрион внутри нее, который потом мог бы вырасти в ребенка и появится на свет спустя несколько месяцев. Это был бы Его ребенок. Он был бы продолжением Итачи и ее. И она все это потеряла в один день, когда решила совершить свое возмездие… Кому? Старикашке, который даже не знал ее! Который бы все равно умер от рук Саске! А она? Она сделала то, что хотела, но потеряла то, о чем даже не догадывалась. Она была совсем юна, чтобы мечтать о материнстве, но… Это мог быть Его ребенок, с темными волосами и глазами, Его генами. По щекам Нацуми пробежали дорожки слез. Пальцы девушки схватились за ожерелье на ее шее. Что дала ей эта месть? Ничего, кроме вкуса горечи.