Двойняшки

Тепло. Оно окутывала все мое болезненное тело. Рука парня лежала на мне, немного придавливая. Весь вчерашний вечер пронесся перед глазами. Я совершенно не знаю сколько сейчас времени, но мне нужно домой. Аккуратно выбравшись из объятий, я хватаю широкие штаны парня и двигаю прочь. Подальше от него, от этого дома, от всех этих мыслей. Прохладный воздух на улице скидывает остатки сонливости и я медленно бреду в сторону дома. Бреду в бреду, хах. Солнце еще достаточно низко, а значит есть шанс незаметно прокрасться к себе. Так и произошло. Часы в гостиной показывали 5:47, значит мои еще спят. В комнате быстро снимаю одежду Майки и прячу подальше в шкаф, чтобы никто случайно ее не увидел. Мельком встречаюсь со своим отражением в зеркале и понимаю, что все стало только хуже. То место, где вчера была ссадина, сейчас окрашено в сине-фиолетовый цвет. Сразу же начала замазывать эту «красоту» тональником. Выходило очень скверно, если цвет удалось перекрыть, то вот ссадина продолжала украшать мое лицо. Решила поверх наклеить пластырь, кто спросит скажу поранилась на тренировке. Если я расскажу об этом брату или отцу, то они никогда меня никуда не отпустят. Хотя, возможно, это именно то что и стоило сделать. Пока я осматривала свои раны, заново пыталась их обработать (что было пиздецки больно и не удобно, особенно спину), моя голова была пустой. Есть цель – скрыть свои болячки, значит нужно ее выполнить. Но как только я закончила с этим, одевшись в школьную форму и причесавшись, меня стала окутывать боль и жалость к себе. Ноги ослабли и я легла на кровать, повернувшись к стене. Заткнув свой рот одеялом, стала безмолвно кричать о помощи. Все тело гнулось от спазмов. Хотелось сжаться до размеров молекулы, чтобы никто меня не видел, никто больше не смог меня обидеть. Зачем вообще что-то пытаться делать, если в любой момент может появиться кто-то и использовать тебя как игрушку? Я ведь и была той самой игрушкой для них. Если бы не Майки, то мое тело могли бы искать еще несколько месяцев. И да, именно тело, потому что маловероятно что эти нелюди оставили бы меня в живых. Я молю о помощи. Взываю к ней. Спасите меня от этой боли. - Ты в порядке? – голос брата оказался слишком близко ко мне, - Отец не знает, что тебя не было ночью, но я требую объяснений. Сдерживать тряску моего тела было трудно. Он хоть и не слышал мои рыдания, но видел их. - Эй, ты чего, - рука плавно легла мне на спину, от чего я резко втянула воздух сквозь зубы и выгнулась, - Эйми, что с тобой? Брат пытался меня приподнять и я наконец-то взглянула на него своими красными от слез глазами. - Малыш, ты чего? Может именно он и должен меня спасти? Пришел на мой крик. - Они…они…, - я едва могла говорить что-то, голос был осипшим. - Что они сделали, - его лицо тут же стало злым. Я молча продолжала смотреть на него, но эта тишина говорила о многом. - Покажи. - Нет. - Эйми, блять! Как ты не понимаешь что это не шутки! Покажи! - Хватит, - я опустила свой взгляд на ноги, свисающие с края кровати, - Это заживет и все будет нормально. - Боже, какой я идиот, - Тетта закрыл лицо руками, - Ты что была там одна? - Да… - Блять…, - он опустился на пол, - Прости меня. - Ты то тут причем. Никто в этом не виноват. - Хм, - брат грустно усмехнулся, - …никто. Я погладила его ладонью по голове. - Пошли, нечего тебе на уроки опаздывать, а то подумают что твоя сестренка плохо на тебя стала влиять. Сегодня мы вместе вышли из дома. Видимо, в жизни обязательно должно происходить что-то яркое, не важно плохое или хорошее, что бы что-то начало меняться. На нужном перекрестке меня уже ждала подруга, поэтому я отправила брата вперед одного. - Ты чего-то грустная сегодня, - заметила Эма, - Что-то произошло? Да, произошло. - Нет, с чего ты взяла, - я натянула на себя улыбку. - Ну как минимум у тебя пластырь на лице. - А это, - я легонько коснулась его подушечками пальцев, - Да ерунда, на тренировке как всегда нечаянно упала и поранилась. Заживет. Да, физические раны заживут, но вот эти ужасные воспоминания навряд ли скоро покинут меня. - Это был твой брат? Вы похожи, – Эма конечно же поняла, что ей врут, но будучи умной девочкой не стала лезть. Я просто кивнула в ответ и мы молча направились на занятия. Весь день я практически не разговаривала, на что подруга обеспокоенно реагировала. Первые пару часов она старалась вывести меня на разговор, но когда поняла тщетность своих попыток просто молча стала держать меня за руку. Сегодня я не смотрела вокруг себя, только в себя. Что мне делать дальше? Так хочется забиться в угол и жалеть себя, только вот смысла от этого не будет совершенно никакого. Это все из-за моей слабости как физической, так и моральной. Позволить себе сломаться сейчас, значит признать, что те … уроды добились своего и растоптали меня. Возможно, от части это и было правдой, крупица меня так и осталась на том складе одиноко брошенной, изнасилованной, изувеченной. Но это слабая я, пусть там и остается.