I Can't Carry This Anymore

«Чем я могу помочь тебе, Гарри?» спросил Дамблдор, его пронзительные голубые глаза внимательно следили за Гарри. Гарри делает тяжелый вдох. Прошло около пятнадцати часов с момент, как Гарри узнал кто его соулмейт, и хотя он все еще не смог принять это открытие, возможность думать ясно вернулась. «Я хотел бы у вас кое-что спросить, профессор, » произносит Гарри и кривится насколько уставшим звучит его голос. Дамблдор смотрит на него одну долгую секунду, очевидно оценивая его внешний вид. Гарри старается не морщится и задается вопросом, насколько прошлая ночь повлияла на него и заметит ли это профессор. «Пожалуйста, спрашивай.» «Я… » Гарри медлит. «Профессор, вы помните о чем мы говорили в конце моего первого года? Вопрос, на который вы обещали ответить, когда я стану старше?» Кажется странным отсылаться к чему-то, о чем они коротко упомянули больше трех лет назад, но интуиция Гарри говорит, что этот вопрос стоит задать снова. Возможно — только возможно — ответ профессора объяснит почему судьба выбрала Волан-де-морта его соулмейтом. Конечно, шансы на это ничтожны, но Гарри все равно надеется. Кроме того, Гарри хотел бы знать ответ, даже если бы он не знал, что Волан-де-морт его соулмейт. Конечно он бы вряд ли спросил снова, если бы эта мысль не крутилась у него в голову последние пару часов, когда он надеялся найти хоть что-то, что можно будет использовать как преимущество против Волан-де-морта, но это сейчас неважно. Дамблдор вздыхает. «Ты хочешь узнать, почему Волан-де-морт пытался убить тебя, когда ты был младенцем?» «Да. Пожалуйста.» Дамблдор качает головой. «Я не думаю, что это хорошая идея.» Гарри сжимает кулаки под столом, надеясь, что он достаточно хорошо скрывает свои отчаяние и злость. «Почему?» «Ты через многое прошел.» Гарри кривится. Голос профессора звучит так чертовски мягко. Почему-то Гарри предпочел бы, чтобы Дамблдор накричал на него. «Ответ, к которому ты стремишься. Он не приятный. Нет причины, чтобы волноваться об этом сегодня. Ты вернешься к своим родственникам совсем скоро, и Волан-де-морт не сможет навредить тебе там. Спроси меня снова в начале следующего школьного года, когда у тебя будет время осмыслить, что произошло.» «Я… Профессор, пожалуйста. Я не могу ждать так долго. Я… » Гарри запинается, думая как убедить директора рассказать ему то, что он хочет, не открывая личность своего соулмейта. Он пока не готов делиться этим с кем-либо. «Мне нужно понять почему Волан-де-морт пошел на такие сложности, чтобы мы встретились на кладбище. Он мог бы провести ритуал много месяцев назад, использовав кровь кого-то другого. Почему это должен был бы быть именно я? Это должно быть связано с тем, почему он хочет убить меня все эти годы назад, правда? Я… Я не могу перестать думать об этом. Это меня сжирает.» Что-то меняется в лице Дамблдора. Кажется, какая-то часть маленькой речи Гарри зацепила его. Он закрывает глаза и вздыхает. «Хорошо. Наверное, ты уже достаточно взрослый, чтобы знать правду.» Дамблдор встает, и Гарри наблюдает как он достает и ставит на свой стол предмет, который Гарри тут же узнает. Это Омут памяти, тот же, что Гарри использовал в начале года. Затем Дамблдор показывает Гарри то, что переворачивает его мир с ног на голову, второй раз за последние сутки.

***

Гарри сидит в углу заброшенного кабинета, укутанный в свою мантию-невидимку. Холод пола распространяется с ног на все тело, вызывая озноб и ощущение смертельной пустоты внутри. Услышать пророчество было бы не так ужасно, но знание, что Волан-де-морт — его соулмейт, делает его невыносимым. Если иногда случались истории о насилии в отношениях соулмейтов, всего несколько людей в столетие убивали своих соулмейтов. Ни один человек в здравом уме даже не подумает об этом. Проще сознательно взять нож и вырезать себе сердце. Гарри закрывает глаза и задается вопросом, как именно Волан-де-морт заберет его жизнь. Потому что именно это и произойдет рано или поздно. Пророчество говорит, что один из них должен убить другого, а Гарри никогда бы не смог прервать жизнь своего соулмейта, даже зная, что он — социопат и серийный убийца. Сама мысль насколько отвратительна, что Гарри сглатывает несколько раз, чтобы предотвратить рвоту. Будет ли Волан-де-морт достаточно милосердным, чтобы использовать убивающее проклятие? Будет ли он пытать Гарри перед этим? Учитывая какие проклятия Волан-де-морт использовал на кладбище, смерть Гарри скорее всего не будет ни быстрой, ни безболезненной. Гарри чувствует как дрожь поднимается выше по его спине. После встречи на кладбище, он думал, что достиг самого дна, но это было до того как он узнал личность своего соулмейта. Это… Это гораздо хуже. Гарри обнимает свои колени, бесконтрольно дрожа. Он сидит так часами, на едине со своими мыслями, без возможности быть найденным, благодаря своей мантии. В конце концов, его тело перестает дрожать и Гарри неохотно встает. Если бы у него выбор, остаток ночи он бы провел здесь. Отчасти он чувствует, что больше не может находиться рядом с нормальными людьми. Он не хочет осквернять кого-либо своим присутствием. Но все же он не может остаться здесь. Мадам Помфри сразу сообщит директору, что Гарри пропал и не вернулся в больничное крыло вовремя. И тогда Дамблдор задумается правильный ли выбор он сделал, рассказав Гарри о пророчестве. Гарри не может так рисковать. Как бы сильно он ненавидит его содержание, узнать о существование пророчества было необходимо. Он не может позволить директору прийти к выводу, что стоит продолжать скрывать вещи от Гарри. И поэтому Гарри натягивает мантию-невидимку на голову и поворачивает в сторону больничного крыла, зная, что Волан-де-морт будет ждать его во снах.