Заточение

Сакура так и не смогла объяснить, почему слышит голос Учихи, которого даже и не помнит вовсе. Она рассказала о проблеме Ино, и подруга, не на шутку встревожившись, потащила ее к Пятой, без стеснения прерывая какой-то серьезный разговор с их бывшим капитаном Команды 7, Какаши Хатаке. — Цунаде-сама! Нам срочно нужно поговорить! — Воскликнула Ино, врываясь в кабинет. Хокаге сидела за столом, сцепив руки в замок перед собой, ее брови в изумлении взлетели вверх, когда Ино втащила Сакуру в кабинет. Сначала Сенджу подумала, что Сакура все вспомнила, поэтому Яманака так бесцеремонно вломилась, прерывая беседу, но когда она услышала, что возможно у ее потерявшей память ученицы начались галлюцинации, не на шутку перепугалась. Пятая тут же приказала им направляться в госпиталь и готовить Сакуру к обследованиям. Сказав Какаши, что обсудит с ним его вопрос позднее, она извинилась за прерванное совещание и последовала за своими ученицами. Там, в восточном крыле на третьем этаже, где когда-то лежала Сакура, приходя в себя после ранения, Пятая провела очередное обследование. — Никаких изменений. — Заключила Пятая после продолжительной диагностики. — Все раны затянулись и воспалительный процесс после ранения уже прошел, пришла пора начинать реабилитацию, Сакура. Возможно, голос — это последствия травмы и с началом реабилитации он больше не станет тебя беспокоить. А возможно голос — это признак начала восстановления и Сакура скоро все вспомнит. — Цунаде-сама, есть еще кое-что. — Начала было Сакура, а потом прервалась на полуслове. Она не была уверена, что Пятая — именно тот человек у которого она имеет полномочия спрашивать. — Говори. — Я… Не уверена, что могу задать этот вопрос. Но, все же. Я встретила сегодня молодого человека. Его зовут Джиро Нобу и у него точно такие же шрамы и он тоже ничего не помнит. — Ваши травмы вызваны одним источником, Сакура. — Его реабилитацией не занимаются? — Сакура занервничала. — Он добровольно отказался. Спустя несколько дней после выписки, он заявил, что не хочет вспоминать. — Цунаде развела руками. — Но, мне сегодня показалось, что он совершенно подавлен и, наоборот, хотел бы вспомнить. — Сакура смущенно опустила глаза в пол. — Понимаешь ли, я успела сообщить ему, что травму он получил из-за моей ошибки. И он обозлился на меня. А так как я глава деревни и по совместительству глава госпиталя — он заявил, что дел с нами иметь он не хочет и найдет решение сам. Я присматриваю за ним издалека. Возможно, все-таки, он передумал. Это было бы замечательно, если бы он тоже начал реабилитацию. — Вы расскажете мне, что со мной случилось? — Сакура свесила ноги с кушетки, намереваясь встать, но Пятая ее остановила. — Сегодня ты останешься в госпитале. Я расскажу тебе, что произошло с тобой. Ты должна знать, но тебе будет больно от этих воспоминаний. После этого я снова тебя осмотрю. Завтра на работу ты не выходишь. Как войдешь в нормальный режим реабилитации, сможешь вернуться к административной деятельности в госпитале. — Спасибо Цунаде-сама… 
Ино принесла несколько обезболивающих настоек и пару поддерживающих пилюль, что должны были помочь Сакуре прослушать как можно больше. Когда Пятая начала рассказ, ей казалось, что это будет легко. Рассказывая про эксперимент по восстановлению шарингана (что это за вещь такая?) в глазу Хатаке Какаши и про открытие порталов в другие измерения (что???), Пятая тоже отметила, что ее ученица даже не поморщилась от полученной информации. Однако, когда рассказ дошел до попытки найти Учиху, Сакура схватилась за голову. — Так, вы все-таки его искали… — Выдохнула она. Внутри нее было стойкое ощущение, что делать это категорически нельзя. А почему — она не знала. — Да. Однако, едва этот страж появился в одной из пространственных дыр, все силы были брошены на борьбу с ним… Цунаде рассказала, что множество шиноби было отправлено для сражения с этим монстром. Сначала это были ниндзя АНБУ, коим и был Джиро Нобу, пострадавший от сражения сильнее всех. Затем, частота атак увеличилась и было принято решение подключить одних из лучших воинов деревни. В этом бою Сакура и пострадала. Цунаде вскользь упомянула, что до этой битвы в сражение вступила еще одна команда деревни, но там все обошлось без серьезных ранений. — После того, как ты своим ударом вложила деревянный элемент на голову стража, Ямато захватил его в ловушку, Сай запечатал бумажной печатью, щупальца, наконец, больше не держали проход, и Какаши смог закрыть эту дыру. Тебя тут же доставили в операционную и несколько часов мы боролись за твою жизнь. В этот момент голова Сакуры безвольно откинулась на подушку. Ее мозг не выдержал такого количества болезненной информации и просто отключил куноичи.

***

Учиха думал о своем прошлом и о своих ошибках. Наверное, впервые за все время он понял, что все эти чувства ненависти, желания отомстить и все его поступки были ошибочными. Если бы его не поглотила ненависть… Если бы он не ушел из Конохи… Если бы тогда уходя послушал Сакуру, или же дал Наруто себя вернуть… Он думал, что если когда-то еще раз их всех увидит — попросит прощения. Потому, что тот Саске был настоящим идиотом. Сейчас он это прекрасно понимал и чувство вины начало постепенно приходить и завладевать его сердцем. Едва это чувство пришло, лес, окружавший его излюбленную поляну, где Учиха тренировался, стал засыхать. И Саске не знал, как его спасти. Он совершенно не хотел, чтобы прекрасная природа, что приносила в его мире покой и умиротворение, погибла. Саске часто разговаривал сам с собой, точнее, говорил он с деревом, что цвело у пруда. Оно все еще сохраняло на себе прекрасные розовые цветы — самые красивые в этом маленьком мире и самые благоухающие среди всех ароматов, что встречал Саске здесь. Вот и сейчас Учиха сидел под раскидистыми ветвями сакуры, оперевшись спиной о ставший таким мощным ствол и признавался, наконец, себе, что он мудак. Точнее, был им. Он корил себя, зная, что от этого его гармония рассыпается в дребезги, а мир в его заточении погибает, но он ничего не мог с собой поделать, ему нужно пережить этот этап самобичевания, и, наконец, простить себя за все. Однако у него это не получалось. Он уже принял тот факт, что сердце Сакуры уже, наверное, принадлежит другому, что возможно прошла вечность и все, кто ему был когда-либо дорог, давно покинули этот мир. Что он возможно никогда не покинет это заточение и это его самое настоящее пожизненное наказание. Это были догадки и, наверное поэтому, их было принять легче — всегда оставалась надежда на то, что это не так. Однако, то, как он поступал в прошлом — неоспоримый факт и простить себя он пока не смог.

***

Пятая оставила Сакуру отдыхать, пообещав зайти вечером и Сакура позволила себе вздремнуть, ведь в скучной палате делать совсем нечего. Заходил Хидеки, просмотрев ее каналы чакры и сделал пометки в ее карте и Харуно, оставшись снова одна, принялась читать историю своей болезни, довольно небольшую. Все никак не восстанавливающаяся тенкецу в голове, именно она не позволяла восстановить память. Сакура нервно выдохнула, ее голову посетила небольшая догадка. Она обязательно спросит у Пятой о Неджи… Стук в дверь оповестил о том, что ужин принесли. Сакура пригласила войти медсестру, что разносила еду и та внесла небольшой поднос с мисо-супом, парой вареных креветок, пиалой с тофу, тушёным с овощами и пиалой с разваренным рисом. Больничная еда не была невкусной, наоборот, она была довольно сбалансированной и Сакуре очень нравилось, особенно по тому, что не нужно думать о готовке, однако, есть ей не хотелось. Поблагодарив медика за заботу, Харуно отставила в сторону поднос и вернулась к чтению своей карты. И ничего… Все говорили, что она была сильным медиком, но все эти слова в истории болезни не говорят ей ровным счетом ни о чем. Как, собственно, и слова о ее опыте в работе ирьенина. — Черт! — Выругалась куноичи, откладывая свое медицинскую карту. В дверь снова постучали и Харуно пригласила войти гостя. Она думала, что это Пятая, потому, что та обещала зайти вечером. Но, это был Джиро Нобу — тот самый потерявший память и способности шиноби. — Привет. Что ты здесь делаешь? — Удивилась Сакура. — Ко мне заходила Хокаге-сама. Она рассказала о тебе и том, что произошло с тобой. — Он неуверенно подошел к креслу возле крохали и присел. — Она предложила присоединиться к твоей реабилитации… — Давно пора было начать. — Харуно улыбнулась. — Нет, я не мог. Я не был готов. Злился и винил Хокаге во всем. Но, я, ведь, даже не помню, что случилось. — Выпалил. Он на одном дыхании. — А ты хочешь вспомнить? — И да и нет. Понимаешь, ты окружена друзьями, а с момента моего ранения ко мне так никто и не пришел. Это наталкивает на мысль, что я лишился всех, или у меня никого никогда и не было… Мне страшно вспоминать. Вдруг это окажется больнее, чем не помнить… Сакура понимала его опасения. Ей тоже было страшно… — Джиро, ты должен понимать, что какое бы ни было прошлое, оно уже есть, хочешь ты этого, или нет. Даже если ты его не помнишь — оно свершилось и уже прошло. Даже наш разговор сейчас постепенно превращается в прошлое. И его не изменить. Но, ты можешь поменять будущее — то, что еще не случилось. Вместо борьбы с памятью, чтения книг о восстановлении и убегания от помощи, прими ее, заведи друзей, начни жить жизнью, которую хотел бы для себя. Ты уже не один. У тебя есть я и Пятая, она очень хочет помочь. Я уверена, что если ты спросишь, то она расскажет о твоем прошлом. Пусть это будет больно… Харуно еще не знала, что он уже принял решение, однако ее слова только укрепили в нем уверенность в его правильности. Джиро поведал ей, что согласился на реабилитацию и сообщил, что его определили в соседнюю палату и теперь каждое утро они будут встречаться в реабилитационном блоке для определенных упражнений. Сакура порадовалась за потерявшего память и силы бывшего шиноби, ей действительно хотелось, чтобы он вернул свои способности и воспоминания, ведь она видела, что неведение причиняет ему много неудобств. А будет ли легче оттого, что он вернет? Она не знала. И ей точно так же было страшно и за себя… Джиро ушел, ему еще предстояло оформить несколько бумаг и встретиться для осмотра с его лечащим врачом. Сакура махнула ему на прощание и уже хотела предаться своим мыслям, как в дверь снова постучали. Может, на этот раз все-таки пришла Пятая? — Сакура? Можно войти? — Это был голос Неджи. Она была рада видеть друга, однако, что еще больше ее обрадовало — так это то, что он пришел с Тен-Тен. Сакура сразу поняла, кто эта куноичи по взгляду Хьюга на нее. А, вот, Такахаши, кажется и не подозревала ни о чем. 
Она добродушно обняла Сакуру, восклицая, как ей жаль, что произошло. Они проболтали. Немного, но Такахаши сообщила, что ей необходимо доставить Пятой отчет, но клятвенно обещала навестить Сакуру через день, так как завтра ей ещё предстоит одна небольшая миссия, связанная с успешно проведенной одиночной. — Как же ты отпустил ее так на долго? — Удивлялась Сакура, когда Такахаши оставила их вдвоем. — Я лишь член команды, не в моей компетенции решать, кто идет на миссию, а кто нет. Тем более, я давно уже не выполняю функции шиноби и не могу использовать свою силу. А значит, даже пойти с ней не мог. — Из-за ран на сердце? — Да. — Неджи, а ты уверен, что эти раны из-за того, что произошло на Четвертой Мировой Войне Шиноби? — Он кивнул, но Сакура решила не останавливаться. — Ты случайно после окончания войны не участвовал в ликвидации электрического стража? Хьюга на мгновение потерял контроль над дыханием. — Откуда ты знаешь? Это засекречено. — Я просто сопоставила факты. Твоя тенкецу повреждена и не восстанавливается, раны не исцеляются. Моя тенкецу повреждена и память не восстанавливается, есть еще один человек, чьи точки напряжения почти все повреждены и тоже никаких изменений ни в лучшую ни в худшую сторону. — Сакура села на кровати, скрестив ноги. — Знаешь, если я найду способ восстановить точки напряжения, я смогу вылечить всех нас…