Забери меня домой

      На небе сгустились тяжёлые тучи, вдавливающие в землю. Уже несколько дней солнечные лучи не могли пробиться сквозь них. Весь город словно погрузился в чёрно-белый фильм без смысла и продолжения.       Послышался отдаленный свист ветра. Юноша в черном пальто с растрёпанным рюкзаком за плечами резко остановился посреди бегущей улицы. Взгляд пустых глаз уставился на свое отражение в выси.       Приоткрыв губы с легким выдохом, он развел руки в стороны. В этот самый миг северный ветер пронзил его подобно множественным тончайшим иглам, проникая вглубь, в которой никому более оказаться не суждено. Но…       — Тэхееен!       Счастливый крик разрезал молчаливый шум улицы. Опустив голову, юноша насильно улыбнулся прежде, чем обернуться к кричащему.       — Почему ты молчал все утро? — сразу же начал расспрашивать подбежавший, не давая вставить и слова. — Я столько раз тебе писал. И прождал тебя у дома минут десять. А если бы я опоздал в школу?       — Прости, — Тэхен лишь в ответ расширил поддельную улыбку, пытаясь влиться в новую среду.       Ему не нравилось находится в чьем-то обществе. Возникало неуютное ощущение, как говорят старые люди: словно не в своей тарелке оказался. Но где его тарелка? За семнадцать лет жизни он сменил множество компаний, но так и не нашел свою. Будь он ленивым прогульщиком, целеустремлённым отличником, хулиганом, самым популярным мальчиком школы, общающимся только со сливками старшей школы, любимчиком учителей, примером для подражания, ночным кошмаром для отбросов, пошлым парнем, в постели которого разве что директрисы не было — все это было ни тем. Ни одна роль не оказалась ему родной. Играя изо дня в день одно и то же он, в конце концов, тяготился этим и начинал задумываться о смене амплуа — только бы не замереть в одном образе с нарастающим комом непринятия самого себя.       Но в итоге он устал.       Примерив с десяток образов, он потерял всякое рвение. Истина его существования перестала блистать вдали и быть путеводной звездой. Все вокруг погрузилось в бесконечный и тяжелый мрак. Он застрял в одной роли. Сил снять маску и надеть другую больше не было. Руки словно прибили к полу, а он, упав на колени, наблюдал за медленно стекающими из ран багровыми реками.       Он стал примерным юношей, который имеет хорошие отношения со всеми вокруг: друг всем, но близко не подпускает никого. Идеал для всех. А рядом лишь один человек — Чон Чонгук. С самой первой встречи он просто был рядом, не задавал лишних вопросов. Когда было нужно слушал, а в иные случаи говорил сам. Он будто наперёд знал, что требуется от него сегодня, и без всяких возражений исполнял всё. Это оказалось очень удобно и Тэхен не стал прогонять его, а оставил рядом как верную хозяину собаку. Но в последнее время не покидало ощущение, что поводок натянулся до треска. Тэхена что-то душило…       — Все в порядке? Ты какой-то странный последние дни…       Юноша резко остановился, чтобы не наткнуться на друга, оказавшегося вдруг перед ним. Подняв взгляд, он взглянул ему глаза — они были другие…       В глазах друга было столько разных чувств. Все они разом метались в таком крошечном пространстве, не находили себе места, пытались вырваться за границу туманного неба глаз, словно хотели пробить насквозь адресата. Нежность, сожаление, участие, сочувствие, боль, невысказанность, любовь…       Любовь?! Тэхен обошел друга и продолжил путь: «Какая еще любовь? — спросил он сам себя. — Смешно. Как будто я знаю, что это…»       Закусив губы, он несколько раз моргнул глазами. Отчего-то слезы хлынули к глазам. Вспомнились теплые объятия и нежный бархатный шепотом, согревающий самые недры сердца. Разве то была не любовь?       — Правда все хорошо? — Чонгук вновь оказался рядом и никак не собирался униматься со своими расспросами. — Ты же знаешь, Тэхен, у тебя есть я. Я всегда тебе помогу. Только скажи…и я всегда буду рядом.       «Слишком преданный пес» — мгновенно пронеслось в голове, но, повернувшись к другу, он лишь улыбнулся, скрывая предательский блеск за закрытыми глазами.       — В выходные мои родители решили уехать в дом отдыха. Не хочешь отдохнуть у меня? Я все же обеспокоенным, а под моим присмотром ты точно отдохнешь от всего, — излишне радостное лицо Чонгука вновь замаячило перед Тэхеном.       Коротко кивнув — лишь бы отмахнуться, он поскорее направился в школу, где найдется не менее десяти человек, желающих занять Чонгука своими рассказами и наконец отодрать от него.       — Я буду ждать твой ответ по поводу выходных, — быстро проговорил Чонгук, уже у входа увлекаемый небольшой компанией.       Тэхен прошел в школу, не обернувшись на застрявшего по пути друга. Это стоило бы ему еще одной фальшивой радости на губах. Но сил на это уже не было.       Он чувствовал себя разбитым с того момента, как открыл утром глаза. Раньше такое случалось редко, но теперь становилось все более частым явлением. Обычно его ночь проходит в полнейшей темноте под закрытыми веками, но сейчас пол ними пестреют сны. Они не дают ему спокойно жить и холодно мыслить. После каждого раза он просыпается с приятным покалыванием в кончиках пальцев правой руки, словно он коснулся чего-то невероятно мягкого и приятного на ощупь. Ощущение перерастало за границы физического — все загоралось и внутри. Душа пылала так, словно он вновь сменил маску, стал свежим человеком. Но он никак не мог вспомнить сон, вспомнить что вызвало забытые чувства, вспомнить чего он коснулся, по чему провел пальцами столько неосторожно.       Ответа не было.       За огромным количеством пустых вопросом следовало опустошение превосходящее по своей силе вчерашнее. Он падал все глубже и глубже. И если раньше он еще видел далеко в выси сверкающее солнце на выходе из ямы, то теперь вокруг были лишь тяжёлые серые тучи, все более темнеющие с оставленными далеко вверху пролетами. Они все дальше вдавливали его в пустоту.