Серый Шум

Каюта вызывает у тебя неприятные ассоциации с твоей камерой. Разве что тут две кровати, а не одна, и стол побольше. Но такая же маленькая, белая и без окон. Сид это тоже заметил и уже успел отпустить комментарий по этому поводу. Ты пытаешься устроиться как можно удобнее, но речь здесь вообще не об удобстве - ноги свисают, место явно не рассчитано на высоких людей. Когда ты наконец принимаешь хоть сколько-то уютное положение, тебя пробивает на поговорить. ТЫ — “Сид… Спасибо, что вытащил.” СИД — “Не стоит благодарности. Я уже говорил, что это коллективная заслуга. Я лишь мозговой центр.” Голос твоего спутника звучит немного глухо - он выбрал нижнее место и, видимо, завернулся в одеяло полностью. ДРАМА — Ложная скромность, мессир. Он знает, что он крут, но слишком вежлив, чтобы демонстрировать это напрямую. ТЫ — “Ты нереально крутой.” СИД — “Это у тебя фишечка такая, да? Хвалить людей по поводу и без?” ЭМПАТИЯ — Не то чтобы он был против. Это чистое любопытство. ТЫ — “Вроде того. Просто считаю нужным это отметить.” Ты слышишь как Сид переворачивается внизу и совершенно внезапно начинает говорить. СИД — “Знаешь… Прости, что сейчас так резко, но мне нужно об этом поговорить. Ты поймёшь меня, судя по тому, что я уже успел услышать. Я так рвусь на волю, потому что меня ждут. Невеста. И если бы не ее голос, я не знаю, как ещё я бы крышей не поехал.” ТЫ — “Голос? Ты умеешь вычленять из этого роя воспоминания о ней? Я своей только пару раз слышал и то еле узнал…” СИД — “Я тебе больше скажу - я с ней сонастроился благодаря этому.” Снизу появляется рука, демонстрирующая тебе браслет. “Не уверен, насколько актуальная информация мне приходит по времени, но я ее слышу, Гарри. Как она смеётся или плачет. Как зовёт меня. Как ждёт… Ради нее я поставил на карту все.” Теперь тебе становится интересно, а вдруг… Вдруг ты тоже так можешь? Ох, черт, это слишком хорошо звучит, чтобы быть правдой. ТЫ — “Сид… А ты можешь меня научить так же? Я… Ужасно скучаю по его голосу…” СУМРАК — Твою мать, Гарри… Ты машинально прикрыл рот рукой от того, что ляпнул лишнего. Сид хихикает. СИД — “Понял. Не бойся, мне такое до лампочки. Я никому не скажу. Могу попробовать научить.” ТЫ — “Ты серьезно? Просто… Ну… У нас такое… Мягко говоря, не в чести.” СИД — “Гарри… Мы жрали Серость горстями, бегали от культистов и прошли вживую по маршруту навигатора, чтобы тусить в ночном клубе на краю Элизиума. Как ты думаешь, после такого мне вообще есть дело по кому ты там воздыхаешь? Я имею в виду… Если ты чувствуешь к нему то же, что я испытываю к Шай, разницы никакой. Любовь есть любовь.” ТЫ — “Спасибо… Так ее Шай зовут?” СИД — “Шейла. Так зову ее только я. Наш маленький код. А твоего?” ТЫ — “Ким…” Когда ты сказал это вслух, кажется, сам воздух вокруг тебя задрожал и свернулся питоном где-то глубоко в лёгких. СИД — “Интересный у тебя вкус, однако. Не мне судить.” Тебе очень приятно, что можно не скрываться. Слишком много поводов сидеть тихо, тебя это бесит, а тут наконец-то отдушина. СИД — “Вообще с Шай забавная история получилась. Мы встречались на протяжении 5 лет, но ее отец был против. Вечно говорил, что не отдаст свою красавицу такому как я. Что она достойна большего. Нам это, правда, не мешало, потому как его угрозы обычно ограничивались только словами. Пока я наконец не решился попросить ее руки. А он мне выставил условие - 100 тысяч и она твоя, представляешь? Как будто его дочь это какой-то товар! Я, конечно оскорбился, но Шай своего отца безумно любит, несмотря на его самодурство, так что условие пришлось принять. Естественно, первое, что я предложил, было сбежать. Но любимая наотрез отказалась. А потом этот старый хрен и вовсе запретил ей со мной видеться, пока я не наберу нужную сумму. Мотивировал тем, что так я докажу, что я настоящий мужчина и буду работать активнее. Ты не представляешь, каким адом мне тогда казалось время проведенное без нее!” ТЫ — “Могу представить.... Звучит и правда так себе.” СИД — “Мягко говоря. Спасали только телефонные разговоры да письма, которые я передавал через братьев, вместе с подарками. Она любит всякое висюльки. За год, что мы не виделись, мне кажется, я послал их столько, что у нее вся стена должна быть в подвесках. Работал на износ. Брал даже самые опасные заказы, лишь бы побыстрее накопить…” ТЫ — “А кем ты работал?” Сид резко замолкает и делает вздох. СИД — “Об этом позже, ладно? Дай договорю.” ТЫ — “Извини, что перебил, продолжай…” СИД — “Ну, в общем, к концу года у меня было уже 80 тысяч, оставалось чуть-чуть, и я взял заказ в вашем сраном Ревашоле… Не почуял подвоха. А он был. Брешь. И я поглотил ее, сам не понял как. Уже на следующий день к моему дому подъехала черная карета и… Вот я здесь. Как говорит Гаяр - Слава Единому, что браслет мне оставили. Гарри… Она такая красивая, ты себе даже вообразить не можешь, даже не как красотки с обложки, лучше. Как если бы кто-то написал книгу, в которой во всех подробностях описали белокурую богиню, а я такое сокровище наблюдал воочию! А уж более чуткого человека, мне кажется, не найти во всем Элизиуме. Она всегда так легко улавливала настроение окружающих, особенно мое, как будто видела меня с изнанки и знала, что у меня в голове, каждую мысль читала. От нее вообще ничего не скроешь.” ТЫ — “Если честно, эта часть звучит пугающе.” СИД — “Да не, это классно. Типа, представь, что тебе даже словами иногда с человеком говорить не нужно, чтобы он понял тебя? Почти телепатия! Вот такая моя малышка. И вот ты мне судья, если я не приложу максимум усилий чтобы к ней вернуться и закончить начатое.” ТЫ — “Заметано. Так, что с этим… Как ты это назвал? Сонастройка?” СИД — “Ты медитировать умеешь?” ТЫ — “Эм… Не знаю? У меня есть представления о том, как это, но, по-моему, не пробовал.” СИД — “Ну, это похоже на те упражнения, что были нужны для принятия Серости, только тут ты не выкидываешь все из головы, а наоборот, концентрируешься на чем-то одном.” ТЫ — “А, как якорь!” СИД — “Якорь?” ТЫ — “Ну, я использовал кольцо и его имя, чтобы останавливать себя в процессе поглощения. А ты как тормозил?” СИД — “Никак, брал все, что лезло. А потом научился незаметно выплёвывать. Иначе совсем худо было бы. Ну в общем, как твой якорь. Только накручивай на него не только имя, но и все связанные с ним воспоминания, какие сможешь достать. И интенсивно думай, касаясь триггера. Рано или поздно услышишь его голос. Мы ж фоним, к нам всякое притягивается. Не знаю уж, как это работает, но у меня получается.” ТЫ — “А… Вот прямо сейчас… Можешь её услышать?” Ты слышишь усмешку. СИД — “Ну не при людях же. Это, знаешь ли, интимный процесс…” ТЫ — “В смысле надо ещё и...?” СИД — “Господи, нет, Гарри, я же в переносном смысле! Я к тому, что… Это только твое. Другие люди помешают, особенно такие, как мы с тобой. Или ты думаешь, почему нас в отдельных камерах держали? Чтобы мы своими шлейфами друг другу головы не раскурочили.” ТЫ — “Ну, сейчас-то мы все вместе.” СИД — “Так а сейчас мы с Серостью не контактируем и дрянь эту не жрём. Только я-то заметил, что тебя тоже пронзило. Как и Гаяра. Как и Амбу. А дай угадаю, мысль звучала как — " Я веду...я не был никем ведом?" “ Волоски на теле вздыбливаются. Как...? СИД — “Молчишь. Значит, я прав. Это была моя мысль. Точнее, та, что изначально поглотил я. А потом разошлось по вам. Этого они и не хотели. Меня, признаться, это немного пугает, но не настолько, чтобы сворачивать с намеченного курса.” ТЫ — “Это, конечно, попахивает паранормальщиной, но вроде бы довольно безобидно. Мысль и мысль, как будто нас свои собственные так же не пронзают.” СИД — “Именно. Так что думаю, не о чем беспокоиться. Ты ещё хочешь поговорить или все же на боковую?” Ты задумался. Вообще-то тебя сейчас больше занимает вероятность поймать голос Кима, и ты бы предпочел думать об этом, но внезапно твой мозг рождает вопрос. ТЫ — “Сид… А ты не в курсе, где двум мужикам можно пожениться?” Твой собеседник смеется. Тебе немного обидно, потому что ты не сказал ничего смешного. Это вообще-то серьезный шаг. СИД — “Извини, меня такого ещё не спрашивали! Все, все, успокоился. Не обижайся, не смог сдержаться. Но вообще, в Орании никаких ограничений на заключения браков в законодательстве не прописано. Лаконичное " двух лиц по обоюдному согласию". Как-то не интересовался я этой темой. Хочешь сделать предложение?” ТЫ — “Если мы вы…” СИД — “Не если, а когда.” ТЫ — “Когда все уложится и я смогу вернуться домой… К черту все. Я хочу провести с ним остаток жизни. Нормальной жизни. А не скрываясь как уголовники боясь за руки подержаться.” СИД — “Хорошая идея, Гарри. Надеюсь, я прав. В Орании в принципе всем на всех плевать, поэтому так и привлекает людей со всего Элизиума. Даже если вам нельзя будет обручиться, то хотя бы не будут косо смотреть.” И тут тебя парализовал страх. А что, если...Ким… Не ждёт тебя? От этой мысли тебе стало настолько больно, что ты всхлипнул. Но слез не подпустил. СИД — “Гарри?...” ТЫ — “Я… А вдруг он… Не ждёт? Знаешь… Когда меня забрали. Черт, это были крайне хреновые обстоятельства…” СИД — “Вы поссорились?” Стоит ли говорить об этом? Ты хочешь говорить об этом? СУМРАК — Ооо, так ты ещё не принял произошедшее. До сих пор? И говоришь о какой-то женитьбе? ЭМПАТИЯ — Это было очень больно, знаешь ли. ДРАМА — Но не больнее перспективы потерять нашу музу на веки вечные. ЛОГИКА — Напоминаю, что к произошедшему приложил руку Брадваар. АВТОРИТЕТ — Что не снимает с Кицураги оставшуюся часть вины. Сид аж встаёт с постели, чтобы посмотреть на тебя. Видок у тебя правда отвратительный, глаза на мокром месте, руки трясутся. СИД — “Ох, братиш, что такое-то? Все настолько плохо? Прям в хлам?” Он чуть трясет тебя за плечо, приободряя. Ты ни с кем об этом не говорил. Даже с самим собой. Сид смотрит на тебя глазами, полными такой теплоты и сочувствия, что ты невольно вспоминаешь Готье, только в исполнении Сида в этом взгляде чувствуется ещё и сила. Настолько мощная, что теперь уже тебе кажется, что за этого человека пулю будешь готов словить, если он попросит. Как будто только сейчас ты увидел в нем брата, которого у тебя никогда не было. Ты как-то быстро привязываешься к людям, тебе не кажется? Тебе бы к психологу, Гарри, проработать свои семейные травмы. СУМРАК — Агась. Мы до сих пор о нем ничего не знаем, а ты ему душу нараспашку открыть собираешься. ЭМПАТИЯ — Ему можно доверять. Ты собираешься с силами, чтобы рассказать. ТЫ — “Я никому об этом ещё не говорил, Сид. Но… Я ведь говорил, что работал в РГМ. У нас было дело. Маньяк. Который, как мне казалось, охотился на меня. Не знаю уж как, но он проник к нам домой. Подсыпал Киму в чай шпанку… Ну и… В общем, я был к этому не готов, а он меня и не слышал, крышу снесло от этой дряни… Я его выгнал после этого. Удавиться хотел, чем жить с этим… Мы-то тогда не знали, что это мудак тот постарался. Думал, все… Пизда и рулю и седлу. Видеть его не хотел…” Пальцы Сида внезапно почесывают твою голову. Это успокаивает, потому что ты уже начал мелко дрожать. “А потом… Пришли мои друзья. В гневе, убить его хотели. А в итоге оказалось, что маньяк не за мной охотился, а за ним. Ну, в общем, нашел я его без сознания, покалеченного и в бензине. Маньяк его поджечь хотел и взорвать. Там меня в общем-то и забрали. Потому что этот хер оказался из культистов. Тогда-то я этого ещё не знал, он брешь открыл, а я ее принял. В общем… Последний поцелуй я подарил телу со слабым пульсом, накрытому моим пальто…” СИД — “Охренеть...Просто охренеть. Гарри...Мне так жаль. И ты… После этого все ещё?...” ТЫ — “Да. Не вижу по-другому. Не могу. Не хочу. Это, кажется, первый и последний человек, которого я любил так сильно. И которому готов простить все, что угодно. Как бы мне ни было больно.” СИД — “Бедняга… Так. Тебе реально надо срочно научиться настраиваться на него. Иначе ты с ума сойдешь, если ещё раз зайдешь на эту территорию. Чуть-чуть жалею, что спросил и поднял в тебе это… Какая же жесть. А я-то думал, у нас "весело"...” ТЫ — “Я тебе благодарен, Сид. Правда. Мне, кажется, даже полегчало, когда я все это высказал.” Сид убирает руку и возвращается в кровать. Тебе на секунду показалось, что он сам дрожит. СИД — “Не думай, что ты там начал. Просто услышь его и сделай выводы. Он, наверное, себя ненавидит…” ТЫ — “Мой друг обещал о нем позаботиться… Я надеюсь, у него получается.” СУМРАК — Ну вот на это я бы не рассчитывал. Где Викмар, а где забота. ЭМПАТИЯ — Спасибо, что НЕ помогаешь его успокоить. САМООБЛАДАНИЕ — Он в принципе никогда не помогает, ты ждёшь от него другого? Послушай Сида, дружок, сосредоточься на задаче. Лучше самому получить доступ к информации, чем полагаться на твои домыслы СИЛА ВОЛИ — Именно. Сам знаешь, ни к чему хорошему они тебя не приводят. И то верно. Тебя накрывает дикая тяжесть усталости. Как будто слова, которыми ты сейчас так легко распоряжался, высосали все силы, оставив от тебя лишь пустую безвольную оболочку. СИД — “Я почему-то уверен, что у тебя хорошие друзья. Отдыхай, Гарри. Нам завтра понадобится много сил. Доброй ночи.” Да… Доброй ночи. Но ты не говоришь этого вслух. Больше ни слова сегодня. Только тишина и... НЕОКОРТЕКС — Приветики, с чем пожаловал, дорогуша? Оу… Я думал, я просто в сон провалюсь. НЕОКОРТЕКС — Гарри, Гарри, ну когда ж ты уже начнёшь изнанку отслеживать? Ты звал меня, между прочим. Разве? НЕОКОРТЕКС — Ладно, я уже понял, что ты не помнишь. Ну что, надумал как будешь выбираться? Эм… Нет, я попросил один из голосов придумать. НЕОКОРТЕКС — Я даже знаю какой, но я не об этом. А о чем? РЕПТИЛЬНЫЙ МОЗГ — Пст, договоренность, брат. НЕОКОРТЕКС — Ну, раз ты такой вежливый, ладно. Мне это, конечно, не нравится, но тут действительно твоя территория, ящер. Гарри, ты вроде как хотел слышать любовь всей своей жизни? Что? Да, конечно! А ты это можешь? НЕОКОРТЕКС — Ну тебе ж мозги не до основания выжгло. Кое-что имеется. Смотри. Ура, картинки! О, ты помнишь это утро! Ким сонно мурлычет, прильнув к тебе. Ты ерошишь его волосы и сыпешь очередную порцию комплиментов, которые смущают лейтенанта. Он подставляет шею, чтобы ты поцеловал его. Какая у него красивая улыбка… Ты за нее готов продать душу. Было бы кому. Ты почти ощущаешь, как его пальцы касаются твоей щеки. Как зарываются в густую растительность, которой на твоём лице уже давно нет. Сейчас его властный тон, когда он отчитывает тебя за глупую шутку, кажется невероятно нежным. А может, он и был нежным, и только тогда ты оценил это как что-то страшное, сжавшись, будто нашкодившая псина? Чудесное утро. Спасибо. Ты рад это видеть. Кажется, даже для тоски места не осталось, настолько это теплое воспоминание. Простое. Человеческое. "Гаррье..." - твое имя, произнесённое шепотом. Тихим, с этой забавной смягченной “эр” - отпечаток ревашольского акцента, который ты так любишь. Он будто щекочет уши изнутри. Как бы это дико не звучало - это приятное ощущение. Тебе хочется погрузиться в эти ощущения глубже. И глубже. И ещё глубже... ЖАН ВИКМАР — “Твою ж мать… Просил же не…” ЖЮДИТ МИНО — “Ты его отчитывать собрался ещё?!” ЖАН ВИКМАР — “Нашлась защитница, тьфу ты.” ЖЮДИТ МИНО — “Жан...Ты обещал.” ЖАН ВИКМАР — “Я не вывожу. Спасибо, хоть он мирный в таком виде. Колбаса бы разнёс уже все к хуям… Блять.” ЖЮДИТ МИНО — “Нормально, не одергивай себя. Закинь его уже на диван.” ЖАН ВИКМАР — “Ох, моя спина. Доколе, Джу, доколе?!” ЖЮДИТ МИНО — “Я не знаю, Вик…И он отказывается говорить.” ЖАН ВИКМАР — “Да я уже заметил, знаешь ли. Эй, прием, ты меня слышишь?” .... ...... ........... ................ .... — Вот такая вот история. Кому расскажешь - не поверят. Но ты можешь. Да и не то чтобы нужно было об этом говорить. Скорее наоборот. Лучше бы никто вообще не знал об этом. Лучше бы я не знал об этом... Тебя сейчас стошнит от боли. Невольно ты издаешь жалостливый стон и открываешь глаза. Боже, что с головой? БОЛЕВОЙ ПОРОГ — Давление, старичок. Загонял ты свои мозги. Ты внезапно закашливаешься. Металлический вкус бьёт по вкусовым рецепторам. Ты облизываешь губу - кровь. Опять. Сид уже не спит - как только слышит твой кашель, поднимется со своего места, чтобы посмотреть на тебя. Интересно, а у всех людей эти сочувствующие взгляды почти одинаковые, или это ты их так распознаешь? СИД — “Ох, мать честная, ты что ли всю ночь пробовал мою технику?! У тебя все лицо в крови!” Он роется в сумке, достает оттуда бумажный пакет, а в нем, как оказалось, несколько одноразовых бритв, салфетки, пачка зубных щеток и мыло. СИД — “Держи, вытри хотя бы свежую, а то весь испачкался уже. Боже, Гарри, что ты за существо такое? Всегда летишь вперёд паровоза…” Ты принимаешь вертикальное положение. Судя по салфетке, кровищи действительно много. Но ты ничего же не делал! Ты спал! ТЫ — “Я уснул и проснулся с жуткой головной болью. Ничего не делал, не понимаю, откуда столько…” СИД — “Прости, это я виноват. Забыл предупредить...Черт, сам же тебе сказал научиться быстрее... Сильно болит?” Сильно. Как будто твоя голова - наковальня и из глубины бесконечных небес на нее падает тяжёлый молот. Божья кара. не иначе. Ты, правда, не понимаешь, за что. ТЫ — “Меня сейчас стошнит…” Рвотный позыв сдержан. Собственно, тошнить тебе особо нечем - в последний раз ты ел только вчера утром. СИД — “Так... Ложись-ка обратно, я сейчас вернусь.” Сид тут же покидает каюту, и ты остаешься наедине со своей болью. Разве давление так работает? БОЛЕВОЙ ПОРОГ — В сочетании с тем, через что проходит твое тело? Да, вполне. Эм...? БОЛЕВОЙ ПОРОГ — Я не медицинский справочник, Гарри, я не знаю, только ловлю сигналы. Ну окей.... Ты пытаешься вспомнить, что тебе снилось… И снилось ли? Ты отчётливо слышал голос Жана, так, будто сам был рядом. Усталый, почти отчаянный. Хотя это тебя не удивляет, он всегда так звучит, когда недоволен. Но там ещё была Жюдит… А вот это уже другая боль, не телесная. Они говорили о Киме. О его состоянии. Ты это придумал, уловил или это просто сон? Тебе хочется верить, что это просто страх и домыслы. На этом ты себя и останавливаешь. Сид возвращается в каюту. СИД — “Я раздобыл обезболивающее. И завтрак. Даже не думай жрать таблетки на голодный желудок. Можешь встать?” Даже несмотря на боль, твое тело весьма послушно. Правда, ты не уверен, что сможешь нормально спуститься вниз, как только очередной удар невидимого молота опускается на твой лысый череп. Шипение удается сдержать, ты хватаешься за перекладину и слетаешь вниз. КООРДИНАЦИЯ — Равновесие удержано. Подстраиваюсь под среду. Когда ты коснулся пола, до тебя дошло, что корабль качает. Может, тебя это так вынесло? Вряд ли ты когда-нибудь плавал на больших кораблях. Сид тут же подставляет тебе стул, чтобы ты сел. Сам садиться напротив. О боже… Опять коробки. Похожие на те самые коробки. Гримаса отвращения перекашивает твое лицо. Твой спутник замечает это. СИД — “Ага, я тоже оценил иронию. Но мы не в том положении, чтобы кривить нос.” Он распаковывает контейнер - в нем омлет с помидорами. Теплый, судя по пару, идущему от пищи. СИД — “Съедобно. Присоединяйся, тебе нужно быть огурцом в течение пары часов. Иначе я понятия не имею, как мы будем добираться, если ты останешься в таком состоянии.” Принято. Ты лениво ковыряешь завтрак одноразовой вилкой. Тошнота напрочь отбивает желание закидывать что-либо в желудок. Но взгляд Сида говорит о том, что если ты сейчас не приступишь к активному поглощению, ему придется кормить тебя насильно. Где-то такое уже было?... Машинально ты погружаешься в воспоминания, чтобы убежать от реальности, терзающей твое бедное тело. Суп. Куриный суп. Тот день, когда вы с Кимом заключили договор. Кажется, как будто это было настолько давно, что перешло из разряда воспоминаний в миф. Сид ест молча и, видя, что твоя порция почти кончилась, подсовывает под руку таблетку. Ты проглатываешь ее - уже привык не запивать. Даже горечь на языке не смущает. Лишь бы подействовала уже. Тебе очень не нравится текущее состояние. Почти беспомощность, только с вымученной миной стоического терпения снаружи. ТЫ — “Сид… А сколько тебе лет?” СИД — “36... Кажется. Должно быть уже. А тебе, судя по виду, где-то за сорокет.” ТЫ — “45 было в прошлом году.” О, вот это классное воспоминание! Лучший день рождения в твоей жизни. Даже сквозь боль ты улыбаешься. Мужчина напротив, кажется, слышит твои мысли. СИД — “И это был шикарный юбилей, да, старичок?” Вам всем не хватает доброй памяти. Только она держит от безумия. Только она спасает от хандры. Не важно - своя, чужая, вы голодны до нее, как дикие звери, неделями рыскающие в поисках добычи. ТЫ — “Да. Лучший. Мои друзья скооперировались и устроили мне концерт. Ким пел… Очень красивую песню… Собственно,” - ты кладешь ладонь на стол, демонстрируя кольцо. - “Именно тогда он мне его и подарил.” Сид присматривается к твоему украшению. СИД — “А что написано? Не могу разглядеть…” ТЫ — “Старый девиз РГМ - за жизнью смерть, за смертью жизнь.” СИД — “А каким боком РГМ имеет отношение к долорианству?” ТЫ — “Так из морализма же и выросло.” СИД — “Да, у меня пробел в этой части истории. Ну, звучит, по крайней мере… Ободряюще. Наверное. Как ты уже понял, я не фанат всяких религиозных штук. С этим тебе к Гаяру.” ТЫ — “Это не религия… Просто. В тот момент это было важно.” Сид понимающе кивает. Боль немного отступила, как и тошнота. Видимо, дело действительно было ещё и в голоде, который ты не заметил. Ты и до заключения умудрялся игнорировать этот сигнал, а после вообще перестал его замечать. Это ошибка, Гарри. Ты все ещё сделан из мяса, которому нужно топливо. А твоей-то туше МНОГО топлива. ТЫ — “Кстати, о чем ты там забыл меня предупредить?” Мужчина виновата поджимает губу, остановив руку с вилкой на полпути ко рту. СИД — “Кхм...В общем, когда сонастраиваешься, как я понял, чтобы понять, что это действительно произошло... Короче, это больно. Очень. И да, может вызвать кровотечение. Я-то как-то игнорирую этот факт, у меня чувствительность к боли практически никакая. А вот ты, видимо… Чуть помягче. Извини, тупо было с моей стороны не помянуть такое. Расчувствовался, видать.” ТЫ — “То есть ты думаешь, у меня получилось?” СИД — “А ты его все-таки слышал?” ТЫ — “Нет… Точнее, не его. Своего друга. Как будто он был со мной рядом.” СИД — “Хм… Видимо, да, но промахнулся. Нормально, у меня тоже так было, когда на братьев попадал. Ты не думай, что это магия какая. Скорее всего, это либо ещё не произошло, либо произошло давно, либо это вообще одна из вероятностей. Типа... Я не думаю, что есть хоть какой то способ выйти напрямую в текущий момент. Да даже если и есть, мы не можем об этом знать. Да и не в этом суть.” ТЫ — “А в чем тогда смысл, если этой информации верить нельзя?” СИД — “В том, чтобы услышать голоса любимых, нет? Ты разве не этого хотел? А верить вообще ничему нельзя, Гарри. Только своим намерениям.” ТЫ — “Так… Ты сам вчера сказал, что я должен научиться, чтобы получить информацию самостоятельно. А теперь говоришь, что ей нельзя верить.” СИД — “Ох, как с тобой сложно, господин полицейский… А ещё я говорил, что НЕ знаю, как это работает на самом деле. Предпочитаю верить, что все, что я слышу, действительно было или будет, как бы это ни было больно. Хоть какая-то связь. Пусть даже кривая.” Он делает паузу для вздоха. ЭМПАТИЯ — Ему не нравится, когда его ловят на противоречии в самом себе. И что-то мне подсказывает, что он этим грешит периодически. СИД — “Слушай… Как было наверняка мы сможем узнать, только когда вернёмся к своим любимым. А пока… Имеем что имеем. Думаю, лучше так, чем ничего вообще, согласен?” ЛОГИКА — Я не согласен. Сомнительной информации мы и сами себе надумать можем. СУМРАК — О да, в этом каждый из нас мастер ДРАМА — Вы так говорите, как будто это что-то плохое. По-вашему, лучше вообще никаких сценариев не представлять и не отыгрывать? Мне кажется, все прекрасно помнят вето Древнейшего. Кому из вас понравилось? Голосу-актеру никто не отвечает. Ты солидарен с этим молчанием. Тебе то состояние тоже не нравилось. Правда, постфактум. Тем не менее, дух противоречия заразителен, и тебе неспокойно. Стоит ли пытаться снова? А что, если то, что ты там найдешь, разобьёт тебе сердце? Или наоборот? Никто не знает, нет никаких гарантий… Ни на что. Никогда. Любопытство. Это то, что отличало тебя от остальных со времён… Со времён, когда ты себя помнишь. Перед ним невозможно устоять. Ты попробуешь настроиться снова при первой удобной возможности. СИД — “О чем вы там говорите?” ТЫ — “Ты так легко принял мое безумие?” СИД — “Ну, я предпочитаю смириться с тем, что не могу изменить. И все же? Мне правда любопытно, как это.” ТЫ — “Да, обычные споры. Они ещё и ругаются между собой периодически. Но сейчас вроде пришли к консенсусу.” Ты говоришь это таким небрежным тоном, будто обсуждаешь погоду. Кажется, даже с Кимом ты не был так свободен в обсуждении твоих голосов. Хм… Странная сила у этого человека. Ты, кажется, такой ещё не видел: располагать людей на откровенность одним лишь внимательным взглядом, а именно это сейчас заставило тебя говорить открыто. СИД — “Это сильно мешает?” Сид сгребает остатки вашего завтрака в мусорный пакет. ТЫ — “Обычно вообще нет. Скорее, помогает. О, а ещё есть один крутой голос, он как будто будущее предсказывает, но говорит что этого не делает.” Выражение лица твоего собеседника выдает нескрываемый скептицизм. СИД — “Серьезно?” ТЫ — “Хочешь верь, хочешь нет, но…” Ты демонстрируешь левую руку - ту, что обожгло кислотой. “Видишь ожог? Маньяк меня щелочью уделал. А за два дня до этого голос мне сказал "Убедись, что там будут лимоны", и ещё несколько раз потом их упомянул. И вот если бы я его тогда послушал и взял чёртов лимон - не ходил бы с красной клешней. А так… Да много чего было с ним связано.” СИД — “Классная история, но все равно сомнительно, Гарри. Интуицию никто не отменял.” ТЫ — “И как я, по-твоему, должен был почуять, что меня ждёт ловушка в месте, куда я вообще не планировал идти, да ещё такая специфическая?!” СИД — “Копский опыт, скорее всего. Ты же сказал, что ты 20 лет в РГМ.” Тебе очень хочется обидеться. Но это глупо. ВНУТРЕННЯЯ ИМПЕРИЯ — Не надо защищать меня, защити его. Кого? Господи, да когда ж я уже привыкну к тому, что ты не отвечаешь, и перестану задавать тупые вопросы… ЭМПАТИЯ — Он про Сида, очевидно же. Или ты не заметил, что ему стало некомфортно? ТЫ — “Прости… Наверное, я правда слишком…” СИД — “Перестань уже извиняться постоянно, это тебя не красит. Я сам спросил. Все ок. Но нам все-таки уже пора собираться. Ты как? Лучше?” Голова уже не болит. Ты встаешь, чтобы проверить координацию. КООРДИНАЦИЯ — Работаем в штатном режиме. Сбоев нет. ТЫ — “Да, все нормально. Отпустило. Спасибо.” СИД — “Чудненько. Душ за соседней дверью справа. Щётку, если нужна, возьми в сумке. Я тебя подожду, и пойдем собирать остальных.” Ты киваешь. Водные процедуры занимают не так много времени. Шкала хорошего самочувствия плавно ползет вверх. Каюты Амбы и Гаяра оказываются в конце коридора, и вы наконец-то выбираетесь на верхнюю палубу. Охренеть, красота какая! До берега действительно осталось совсем немного, и он разительно отличается от того, что ты видел в предыдущей локации - это же тропики! Настоящие джунгли, освещенные ярким утренним солнцем! Кали разделяет твой восторг, пытаясь вглядеться в очертания прибрежного города. Ты уже был в джунглях на одной из миссий, только в тот раз тебе там сильно не понравилось - шел проливной дождь, не чета тем дождям, что бывают в Джемроке - просто стена воды с неба, как будто кто-то поставил море вертикально, чтобы вода стекала вам на головы. Соответственно, разглядеть что-либо было проблематично. Теперь у тебя появится такая возможность, что, несомненно, радует. В ожидании причаливания вы почти не говорите, изредка перебрасываясь фразами кто что где видит. Гаяр самый спокойный из вас - ему эту картину наблюдать не впервой, но даже он с каким-то упоением взирает на эту часть архипелага. Здесь совсем другой воздух - тип духоты - влажный и жаркий, и только морской бриз несколько облегчает положение. Поток туристов, приехавших вместе с вами, словно волна, выносит вас на площадь у причала. Ты с завистью смотришь на людей, отдыхающих на пляже - очень уж хочется к ним присоединиться и не думать ни о чем, но крепкая рука Гаяра подталкивает тебя идти за остальными членами группы, когда ты засмотрелся на плескавшихся в море девиц. Ваш путь лежит к стоянке двухколесных монстров, которые здесь, видимо, заменяют кареты. Такие же топорные, будто собранные на коленке, они снуют по узким улочкам, стоят почти у каждой лавки или кафе, а тут и подавно похожи на стаю доисторических чудовищ, пришедших к водопою. И как на этом передвигаться вообще?... СИД — “Гаяр, мы сможем на байках добраться до твоей церкви?” Сид задумчиво осматривает транспортные средства. Хозяев нигде не видно, но краем глаза ты замечаешь сидящего под широким зонтом смуглого мужчину, который очень внимательно на вас смотрит. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Частично. Это не лучшая идея. Церковь в горах, все равно большую часть пути придется идти пешком.” СИД — “И что ты предлагаешь? Устроить марш-бросок? Где она вообще находится?” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Не торопи меня, хабиби, я не так быстро соображаю, как ты.” АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “То есть раньше ты об этом подумать не мог?” Голос Кали почему-то звучит раздражённо. Да и она с какой-то злостью смотрит на самарца. Сид это тоже замечает, но предпочитает не лезть. А тебя хлебом не корми - дай расковырять, что же между ними такое произошло. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Я пытался, но *кто-то* меня отвлекал все время.” АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “Ох, ну извините, святой отец! И вообще, не моя идея была выпереться ночью на палубу.” ТЫ — “Что произошло то? Вы чего? Нормально же все было.” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Небольшое недопонимание с мисс Дворжак. Пройдет.” СИД — “Агась, нам сейчас не до этого. Это, конечно, все ещё считается людным местом, но, если честно, я себя чувствую сейчас как в чистом поле. Здесь даже укрыться негде на непредвиденный случай, соображай резче.” Кали только фыркает, натянув шляпу чуть ли не на глаза. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Нам нужно на другой конец острова. Благо, он не очень большой. Но тропы извилистые. Предлагаю поймать возничего, а дальше пешком.” Он уходит со стоянки по улице вниз, вглубь города, не дожидаясь ответа. Вы следуете. Амба нагоняет тебя и молча смотрит. Явственно ждёт, что ты продолжишь расспрашивать. ТЫ — “Так, что произошло? Почему ты на него злишься?” АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “Он назвал меня глупой женщиной!” ТЫ — “А повод?” Она удивлённо поднимает брови, и теперь злой взгляд обращён уже в твою сторону. АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “Да какая разница? Разве можно кого-то в принципе оскорблять? А ещё корчит из себя святошу.” ТЫ — “Ну, ситуации бывают разные, Кали. Мой лучший друг, например, кажется, задействовал по отношению ко мне все доступные в нашем языке ругательства и издевки. Но он все ещё мой лучший друг.” АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “Тогда я ещё концепт дружбы не понимаю. Да и мы тут не друзья, а союзники.” СИД — “Что вы там шепчетесь, камрады?” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Мисс Дворжак жалуется на мою несдержанность, хотя я извинился.” Бросает мужчина из-за плеча, изучая знак на, как тебе кажется, остановке общественного транспорта. Город очень маленький и тесный. И в нем не так много людей, как ты ожидал. Видимо, вся активность сосредоточена на пляже. Или, что более вероятно, местные просто попрятались от палящего солнца, а туристы в такое время либо купаются, либо спят. АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “Слова назад ты не взял.” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “...И не имею привычки. Потому что я действительно так считаю, прости.” СИД — “Что за детский сад? Нам ещё конфликтов не хватало. Сосредоточьтесь. Где там твой возничий или как там это называется?” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Каждые 20 минут. С учётом менталитета - каждый час. Придется подождать здесь. Лучше подумай, в достатке ли у нас вода и провиант.” СИД — “Уже подумал, за кого ты меня держишь?” Вы садитесь на лавку. Места едва хватает на всех, и доски под вами нехорошо прогибаются. Повисло напряжённое молчание. Нда уж... Ты рисуешь облачко в пыли носком ботинка. Душно. Во всех смыслах. Ты будто слышишь, как оба этих индивида усиленно думают. Недобро думают друг о друге. Это сводит с ума. И терпеть ты это тоже не намерен. ТЫ — “Так, господа хорошие, в ваших головах слишком громко. Мне некомфортно. Решите свои проблемы как взрослые люди здесь и сейчас.” Ты ловишь на себе три взгляда — один удивленный, один злой, третий ободряющий. Гаяр запрокидывает голову и вздыхает. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — Гаяр запрокидывает голову и вздыхает. “Амба, что ты от меня хочешь? Чтобы я отказался от своего мировоззрения в пользу твоего?” АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “Нет, объяснений, почему должно быть так, как ты говоришь.” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Природой так сотворено, не я это придумал.” АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “То есть у тебя даже аргументов внятных нет? Просто "потому что"?!” ТЫ — “Эм… Я не понимаю о чем спор…” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Мисс Дворжак попыталась примерять на себя роль мужчины и чуть не надорвала себе спину. Комментарий про глупость был отпущен исключительно из-за волнения за ее хрупкое тело, за это я ещё раз приношу свои извинения. Но я не могу согласиться с тем, что женщина может и должна выполнять ту же работу, что и мужчины. Не в этом роль женщины.” СИД — “О, за что мне это?... У нас Моралинтерн на хвосте - а это все, о чем вы думаете? Вам совсем серостью мозги проело? Никто никого ни в чем убедить не сможет. Оставьте своих сексистские рассуждения до лучших времён. Извинитесь друг перед другом ОБА, и чтобы больше такой хрени я не слышал! До чего же люди странные создания… Как будто не настрадались. Так сложно говорить о чем-то приятном?” Амба нервно сжимает руки. Гаяр выглядит виновато. Ты почему-то тоже. Опять все принимаешь на свой счёт, Гарри? АВТОРИТЕТ — Это не твоя война, сделай лицо попроще. САМООБЛАДАНИЕ — Вот именно. Не ты тут оголтелый сексист. ГРУБАЯ СИЛА — Мужик вообще то дело говорит, чего вы? ДРАМА — Только не начинай нести околесицу, ради всего святого... СИЛА ВОЛИ — Решает выдержка, а не то, что и у кого между ног. ТИХО! АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — Амба шумно выдыхает. “Ладно. Но с ним я все равно не согласна.” СИД — “Тебя никто не просит с ним соглашаться. Возьми себя в руки, Амба. Нам всем тяжело, мы тут не на праздной прогулке.” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Прости меня, Калисто. Я был слишком груб.” Сложно представить, что самарцу так тяжело даются извинения. Голос звучит очень тихо. АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “Извинения приняты. Я тоже извиняюсь, что так завелась. Во мне просто все вскипело, я не понимаю, почему ты так категоричен, Гаяр. Вон у Гарри же женщина в полиции работает, да и я уверена, что есть ещё куча других примеров, что с этим не так?” ТЫ — “Все нормально, не принимай близко к сердцу. У нас у всех есть право на свое мнение.” Вы переглядываетесь с Сидом, он только пожимает плечами. Кривая ухмылка на лице женщины не добавляет ситуации оптимизма. Это лучше, чем если бы она продолжила нервно сжимать пальцы. Гаяр предпочитает отмолчаться, хотя видно, что его так и тянет начать снова отстаивать свою позицию. СИД — “Вот и договорились. Ни у кого не появилось идей, куда нам податься после церкви?” Ребятки, у нас есть в памяти карта Элизиума? Потому что я понятия не имею, где мы сейчас. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ — Изола Самара, империя Сафре, территория Сигая, Ксин Яо. Да не это, относительно других Изол. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ — Остравалия на западе, на севере Граад. Уже лучше. Нет, ничерта это не лучше. Серость в обе стороны. Без аэростата вы туда не доберетесь. А перелеты требуют документов, которых у вас нет. И неприличное количество денег. Тупик. ЭНЦИКЛОПЕДИЯ — Некоторые пиратские суда пересекают территориальные воды Остравалии по узкому перешейку в местах, где серость наименее концентрирована. Я, пожалуй не буду уточнять, откуда я это знаю.. Потому что этого не требуется - тебя пронзает воспоминание о смерти как раз одного из таких пиратов, который не выдержал тишины при прохождении серости. Ты обхватываешь себя руками, как будто это поможет унять боль. Разве что это взбудоражило твоих спутников. СИД — “Опять прилетело, да?” Ты киваешь и глубоко дышишь. Сейчас оно отступит. Амба гладит твое предплечье. Гаяр встал, чтобы размяться. ТЫ — “Я думал о том, куда нам дальше и мне тут подсказали, что теоретически можно добраться до Остравалии или Граада без аэростата.” СИД — “Я тоже об этом думал. Твои познания впечатляют, Гарри. Это весьма специфическая информация.” ЛОГИКА — А он откуда знает?... СУМРАК — Я же говорил, он наемник. Или пират. Кто ещё может знать о таких маршрутах? РИТОРИКА — Как вариант, он просто эрудированный. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “О чем это вы? Там же Серость.” СИД — “Да, но она не везде одинаковой плотности. Это опасный маршрут. Но если ничего лучше никому в голову не придет, используем его.” АМБА-КАЛИСТО ДВОРЖАК — “А можно поподробнее?” СИД — “Не сейчас. И не здесь. Где там твоя тарантайка, Гаяр?” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Я предупреждал, что на часы тут тоже никто не смотрит.”Вопреки словам мужчины вы наконец-то видите нечто похожее на помесь велосипеда с мотором и телеги с крышей, битком набитое народом, сидящим на узких сидениях. Транспортное средство высаживает пассажиров аккурат там, где сидите вы. Когда телега пустеет, Гаяр забирается в нее и подзывает вас. Потом что-то говорит возничему, тот улыбается и одобрительно кивает. Вам пришлось прождать ещё минут 20, пока телега так же не заполнилась народом. Только после этого чудо инженерной мысли тронулось и медленно поползло вниз по улице. Тебе показалось, что путь занял целую вечность. Люди то высаживались, то забирались, пока, наконец, вас не осталось буквально шесть человек в самом конце маршрута, где уже и дороги как таковой не было - только колея да буйная зелень повсюду. У небольшого перекрестка Гаяр попросил остановиться - тут даже переводчик не нужен. Мужчина повел вас чуть ли не сквозь джунгли - тропа, точнее, жалкая пародия на нее, начала зарастать. Хуже того: она все время вела вверх, так что ты начал уставать быстрее, чем ожидалось, но вида не подал. Ты, кажется, никогда не ходил по горам, судя по тому, как начали ныть ноги - а сил на мысли не осталось вообще. Ты с трудом помнишь, как ты вообще дошел, и только радостный голос Гаяра объявил о финише. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Добро пожаловать в Церковь Семи Добродетелей!” Возвестил он, показывая на… Камни?... Ты, кажется, ещё и зрением успел повредиться. Или рассудком. Или это Гаяр с катушек слетел, приведя вас к подножью какой-то горы и посчитав ее церковью. ТЫ — “Я, конечно, дико извиняюсь, но мне одному кажется, что тут нет никаких строений - только камни да деревья?” СИД — “Айеп. Ничегошеньки.” Гаяр смеётся. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Имеющий глаза да увидит.” Он подходит к камням и проводит рукой по одной из частей скалы - самой плоской. Стоп...Это не… Это дверь! Дверь, замаскированная под скалу. Очень умело замаскированная: фактурный рисунок становится виден только при ближайшем рассмотрении, а уже с пары метров - это просто часть скалы. Как круто! Но возникает вопрос: зачем такие меры предосторожности? Сид смотрит на тебя и на Амбу. В его глазах читается тот же вопрос. СИД — “Скажи-ка мне, хабиби... Какая церковь будет так тщательно скрывать свое местоположение?” Гаяр понимает вашу настороженность и не торопиться открывать дверь. Если это вообще возможно с этой стороны: никаких ручек или выступов, за которые можно ухватиться, нет. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Та, что перешла дорогу своему монарху. Ты мне не веришь?” СИД — “Не пойми меня неправильно, но я очень не люблю быть загнанным в угол. Что за дверью? Амба опять вцепилась в тебя. Ее происходящее снова не смущает - тот же интерес, что и в поезде. Странная все-таки женщина. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Это аварийный выход старых шахт. Сама церковь находится по ту сторону горы. Здесь сейчас складские помещения и оборудованные убежища для страждущих. По крайней мере, раньше были.” СИД — “Судя по тому, что тропа выглядит почти нехоженной… Ты уверен, что она все ещё здесь?” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “А ты разве не слышал, о чем я говорил с возничим?” СИД — “Ты слишком высокого мнения о моем уровне владения самарским. Я не понимаю сигайский диалект.” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Четыре дня назад он также подвозил паломников в это место. Не удивляйся состоянию дороги, это же джунгли, тут все за сутки зарастает.” Сид что-то подсчитывает в голове, оценивающе смотрит на Гаяра. СИД — “Хорошо, веди. Я очень надеюсь, что это не ловушка. В противном случае…” Мужчина поворачивается к тебе. “Гарри?” А? Что? СУМРАК — Он намекает на то, что если Гаяр нас предал - тебе придется его убить. ЧЕГО?! ТЫ — “Сид, откуда такая паранойя? Мы же вместе выбирались, ты забыл?” ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — Гаяр только горько усмехается. “Знакомьтесь, истинное лицо нашего спасителя.” СИД — “Я бывал в разного рода переделках, предпочитаю подстраховаться на всякий случай. Ничего личного, Гаяр. Исключительно беспокойство за свою шкуру.” Самарца это, кажется, никак не оскорбляет. Ты бы на его месте уже возмутился до глубины души. ГАЯР ИСМ КАФРИ НИСБА — “Я так и понял.” Мужчина стучит кулаком по двери дважды. Судя по звуку - тяжёлая и металлическая. Некоторое время ничего не происходит, а потом дверь все же открывается изнутри - в проходе бритый мужчина в оранжевых одеждах, как те, что ты видел на женщине в поезде, только короче - словно простыня вокруг тела. Гаяр что-то быстро и немного сбивчиво говорит. Ты замечаешь,, что Сид расслабляется и мотает головой. ЭМПАТИЯ — Он почувствовал себя виноватым. Гаяр делает жест рукой, чтобы вы подошли ближе. Вы по одному заходите внутрь. Дверь почти беззвучно закрывается.