Как стать человеком

Домовик был еще молод, но на этом хорошее для него заканчивалось. В центр его маленького тела попала Авада, а после для верности кто-то запустил несколько Секо, практически не целясь. Оторванная правая нога, почти уничтоженная левая. Большая дыра в голове справа, затрагивающая ухо и глаз. Глубокая рана на груди, повредившая сердце. Грязная тряпка, ранее являющаяся накидкой из качественной ткани, вобрала в себя, казалось, половину нечистот той подворотни, где нашли эльфа. И совершенно неповрежденный медальон смены ипостаси. Видимо, хозяева не потрудились похоронить или сжечь умершего слугу, и просто выбросили где поближе. — Этот, — произнес чей-то голос, не выражавший никаких эмоций. — Уверен? — спросил другой. — Его даже куском мяса не назовешь. Только и осталось клумбу удобрить. — Этот, — снова сказал первый. Снова тишина, спустя какое-то время звуки возни и бормотание заклинаний. — Ногу от этого… вторую от этого… — бормотал первый голос. — Ай, не подходит, Мордреда тебе в… Тогда эту. Ухо, тут ничего сложного, где-то было тут. Ага. А вот глаз… Тьма с ним, пусть будет серый, живут же люди с гетерохромией. Сердце придется заменить. Звук от активированного заклинания и снова возня. — Это непросто, — заметил второй голос. — А ты думал, — хмыкнул первый. — Изучать утерянную ветвь науки только по книгам и советам древнего маразматика… Хорошо еще откопал портрет этого Джулиуса Как-там-его Блэка, графа какого-то там. А то пришлось бы… — И это по-твоему правильно, вот так собирать труп из нескольких? — Предложи альтернативу, и я попробую сделать, как ты говоришь. А если сказать нечего, то не пойти ли тебе на… — Отойди, Каспер, не мешай мастеру работать, — строго приказал третий голос. — Все, все, уже отошел, — пошел на попятную второй. — Мне просто интересно… С болезненным щелчком Марки вернулся в реальность. Жутко болела голова, пульсировало в груди. — На, выпей, — сказал молодой маг, обладатель первого голоса, протягивая ему склянку с оранжевой жидкостью. — Это заживляющее. Пока оно не сработает, я буду тебя держать в этой жизни. Не тупи, пей, тебе говорят! Марки послушно выпил. Обладатели двух других голосов маячили у стены едва различимыми тенями, закутанные в серые мантии. — Годится, — спустя пять минут, сказал первый. — Как себя чувствуешь? — Марки… — Домовик прислушался к своему телу, с осторожностью сделал вдох и констатировал: — Марки чувствует. — Колдовать можешь? Зрение в порядке? Прикоснись к амулету, можешь превратиться? Марки послушно отвечал и делал то, что от него просили, пока маг удовлетворенно не кивнул. — Он в норме, — резюмировал он. — Поздравляю с новой жизнью, эльф. Можешь идти, куда захочешь. — Куда захочу? — переспросил домовик ошарашенно. — А куда? А мой хозяин? А мой дом? — Твой хозяин в порядке. Его сын, — второй маг помедлил, но ответил, — тоже. Но тебе лучше туда не возвращаться. Да и на глаза аврорам лучше не попадайся. В остальном — свободен. Ты нам нужен был только как подопытный материал для мистера Поттера. — Поттера? — переспросил Марки непонимающе. — Это я. — Первый маг жизнерадостно махнул рукой. — Видишь ли, некромантию давно запретили, но нужда в ней сохранилась. Вот и приходится трупы пилить… — Заканчивайте уже, — прервал их третий маг. — У меня скоро обед. — Слышал? — обратился Поттер к домовику. — Топай отсюда давай. Кыш, кыш, кыш. Он замахал на Марки руками, явно веселясь. Эльф ошарашенно осмотрелся и попробовал спрыгнуть со стола, на котором лежал. Вокруг были трупы. Много трупов. Домовики, люди, как маги, так и сквибы. А может и маглы. Какие-то животные, химеры, даже угадывалось пара кучек костей, бывших при жизни фестралами. На стене висело чучело какого-то рогатого чудища, прикрученное медной проволокой и для верности закрепленное чарами приклеивания. Троица магов давно скрылась за неприметной дверью, предоставив домовика самому себе. Тот прошелся по комнате, привыкая к приживленным ногам, то и дело прикладывая руку к голове, где еще сохранились кровавые разводы от раны. — Я живой, — пробормотал он. — Где я? Где хозяин? Он приложил руку к амулету. Магическая связь была только с ним. Никаких нитей, связывающих его с Ксено или Пандорой он не нашел. Вообще ничего. Но так же не бывает? Магия у эльфов не берется из ниоткуда, она всегда идет из источника… — Тихо, — внезапно понял Марки. — Очень тихо. Куда же мне теперь идти? Внезапно один из останков пошевелился. Марки опасливо глянул на него, и вдруг из кучи мертвой плоти вынырнула тощая рука домовика, схватив его за запястье. — Вот ведь!.. — испуганное вскрикнул Марки, пытаясь высвободиться. — Найди Убежище! — прошептал чей-то голос. За рукой показалась израненная туша домовика, неизвестно каким чудом остававшаяся в живых. — Убежище! — Убежище? — переспросил Марки, безуспешно дергая руку. — Убежище! — почти завопил неизвестный. — Есть место, где домовики свободны! Найди его! От умирающего к Марки протянулась слабая магическая нить, тот машинально подхватил ее. В разум хлынул целый поток координат для аппарации, он попытался запомнить их. Вдруг связь прервалась. Умер, понял Марки, освобождая свою руку из обмякшей руки домовика. Что ж, теперь у него хотя бы есть цель. Он вышел в единственную дверь, но троих магов больше не встретил. Пройдя по узкому коридору, он обнаружил высокую лестницу, от которой веяло холодным воздухом. Поднявшись, Марки очутился на улице. Свежий снег покрывал каменные надгробия. Вдалеке виднелись покосившиеся остатки ржавой ограды. Помещение, из которого Марки вылез, было чем-то похожим на каменный склеп. Потускневшая табличка на нем гласила «Совершенно секретная база Отдела тайн. Не входить. Иначе Авада». И чуть ниже: «Часы работы с 9 до 21, обед с 9-10 до 19-50, выходные дни понедельник–суббота, воскресенье — санитарный день». — Эти маги очень странные, — сказал сам себе Марки, ловя испачканной в крови ладонью снежинки. Он вспомнил утро в парке, когда шел домой из магазина, и ничто не предвещало таких перемен в его жизни. — Ничего себе, сходил за красками… Зато теперь я живой. — Он прикоснулся к амулету. Тот послушно, как и много раз до этого, изменил ему рост, нарастил ненужные домовику мышцы и волосы, превратил остатки одежды в приличный плащ по погоде. — И я человек. *** Привлекательный молодой человек возник на портальной площадке перед скучающим пожилым аврором. — Сделайте шаг в сторону, чтобы не мешать другим прибывающим, — заученно забубнил охранник. — Палочку вот сюда, на проверку… Об стойку звякнул круглый амулет на цепочке. Аврор озадаченно крякнул, но быстро сообразил, что новоприбывший не маг. — Цель визита? Отдел? Имя? …Прикрепив значок с надписью «Аврорат», посетитель уверенно прошел к лифтам, где ему повезло ехать в одиночестве. Поправив галстук, он вышел на нужном этаже и открыл тяжелую крепкую дверь с надписью «Следственный отдел Аврората». Войдя внутрь, он увидел множество столов, за которыми сидели разного возраста маги в алых мантиях. Они что-то писали на пергаментах, кто-то отправлял записки коллегам в виде самолетиков, а кто-то просто пил чай. — Простите, — обратился прибывший к ближайшей женщине в аврорской форме. У той стол был менее всех завален пергаментом. — Где я могу найти старшего аврора Грюма? — Вооон тааам, — указала женщина разноцветным эклером, который держала в руке. Отхлебнув чая из огромной кружки, она добавила: — Его стол. А найдешь или нет, как повезет. Найдя стол с табличкой «Старший аврор Хантор Грюм», прибывший огляделся. Самого аврора за столом не было, и он прикоснулся к амулету, превращаясь в домовика. Первым его порывом было вскочить на соседний пустующий стол и ждать, болтая ногами, как делают все домовые эльфы, но он одернул себя. Конни — хороший эльф, и будет вести себя в обществе людей так, чтобы не опозорить род домовиков. Стол Грюма был завален не только пергаментом разной степени помятости. На кресле висел бордовый шарф с эмблемой «Брэдфордские перехватчики», частично в рыжих волосах. Присмотревшись, Конни узнал шерсть крупного книззла. На столе стояло несколько рамок с наградами за поимку крупных преступников и банд. Среди них еле заметно стояла рамка с колдографией маленького мальчика. Конни мысленно прикоснулся к инфополю рамки. «Коул Грюм. 11 лет. Погиб на первом уроке полетов, разбившись о землю. Тренер увела пострадавшего первокурсника в больничное крыло, оставив школьного домовика присматривать за классом». Тарелка с печеньем, рядом кружка с давно остывшим кофе. На все наложены чары недосягаемости, чтобы никто не мог туда ничего подлить — Грюм был верен своей паранойе. Шар с записью какого-то музыкального концерта на нем, группа «Продиджи». Конни подумал, что вряд ли можно называть музыку, похожую на звук гигантской пилы, распиливающей вековые деревья с множеством гвоздей внутри. Несколько книг, в основном, по поисковым и защитным чарам, были разбросаны по левой части стола. Одна из них отличалась. «Мел судьбы» — гласила обложка с нарисованным рунным куском извести. По диагонали заклинанием для гравировки по дереву было нацарапано «Херня это все». На углу притулился рулон портняжного метра новой модели с возможностью превращаться в напольную вешалку. Конни присмотрелся к чарам — в вешалку рулон все еще мог превращаться, а вот основную функцию Грюм, видимо, стер, зачаровав полоску на превращение по команде в пятнадцатифутовый горящий кнут. До слуха Конни донеслись возгласы на повышенных тонах. Его бы это не касалось, но один голос принадлежал именно Грюму, поэтому домовик, мысленно оправдав себя причастностью ситуации к его заданию, наложил чары прослушки на ближайшую стену. -… конем через медный таз в безлунную ночь! Кингсли, я тебе еще раз говорю — у меня нет на это времени! — А я говорю — ты будешь заниматься этими делами, Хантор! — Судя по громкому хлопку, глава аврората от души приложил чем-то об стол. — У меня нет свободных сотрудников! Только крысы кабинетные, которые сгинут на первом же рейде! Не их же посылать! — Ты лучше бы послал свои глаза в свою же задницу! Так ты хоть что-то разглядишь! Например то, что перед тобой не следователь, и не ищейка! — Передо мной сотрудник аврората, которому я приказываю взять дело в штатном порядке! Хантор, — слегка смягчил тон Кингсли. — Ну серьезно, чего ты мне тут устроил? Ломаешься, как лукотрус перед хвойной яблоней… Перед нами серия преступлений, совершенная домовиками. С тебя требуется выяснить почему они это делают, как это предотвратить и кого за это наказать. Масштаб, опасность, перемещения по Великобритании — все, как ты любишь! Даже уродца из общины прислали в помощь! Ну чего тебе еще? — Мне не нравится это дело, — негромко пробурчал Грюм. — И домовик этот не нравится. — Тебе вообще ничего не нравится, — парировал Кингсли. — К счастью, я тут главный, и мне решать, невзирая на чьи-то предпочтения. Так что взял это дело и раскрыл в кратчайшие сроки! Это приказ! Сильный грохот закрывающейся двери. Конни поспешно отменил заклинание и постарался придать лицу непричастный вид. В зал ворвался Грюм и, не обращая внимания на домовика, с хрустом упал в кресло. — Здравствуйте, старший аврор Грюм, — осторожно произнес Конни. — Угу, — ответил тот. — Вы меня помните? Конни, домовик, прислан из… — Угу. Конни нервно поправил галстук. Все, что он знал о раздраженных людях — к ним опасно подходить и провоцировать на еще больший срыв. Но его задание заставляло наладить общение или хотя бы попытаться. — Давно знаете мистера Кингсли? — поинтересовался он, в соответствии с руководством по налаживанию отношений, изученном еще в Хогвартсе. — Мда, — буркнул тот. — Давно. Даже слишком. — Наверное, он хороший аврор, — продолжал домовик. — Даже министром магии успел побывать. Большая ответственность, не каждый справится… — Он справился только с тем, что всем угодил, — мрачно ответил аврор. — Политик из него никакой. Честный и прямой слишком. — Это неплохие качества для человека, — покивал Конни. — И тогда были непростые времена. — Да и сейчас, — согласился Грюм. — Очень непростые. Домовик решил, что разговор уже завязан и решил перевести его на более доверительный уровень. — У вас есть кот? — Что? — не понял аврор. — Какой кот? — У вас на шарфе рыжие кошачьи волосы, — беззаботно продолжал Конни. — Люблю котов. В Хогвартсе многие ученики с собой их привозят. Ухаживать за ними просто, да и за мышами они охотятся. А днем вообще спят. К тому же, они игривые и пушистые. Как зовут вашего? — Сэмми, — ответил Грюм уже почти нормальным голосом, все еще косясь на стену, за которой был кабинет его начальника. — Сэмми его зовут. Полукниззл. На задании подобрал. Хозяин его был та еще су… неважно. — Любите музыку? — Конни указал на музыкальный шар. — Я тоже. В ней много энергии. — Домовики любят музыку? — удивленно хмыкнул Грюм. — Ну, не то, чтобы я ее слушаю, — замялся Конни. Иногда в Хогвартсе включали старый граммофон, откуда доносилось что-то протяжное и грустное. Музыка мира вне школы была совсем другой. — Но хотел бы. За «Брэдфордские перехватчики» болеете? Смотрели их последнюю игру? Джонсон забила восемьдесят процентов голов, но Перкс все равно поймал снитч… — Да, — недобро усмехнулся аврор. — Его я в «Кабаньей голове» тогда и смотрел. — О, — растерялся домовик. — Эм, нам с вами поручено дело, вернее, дела, где преступления совершали домовики. Я могу с ними ознакомиться? Где можно присесть? — Вот этот стол ничей, — ответил Хантор, указывая пальцем. — Как устроишься, пошли запрос в архив. Наслаждайся. А мне подумать надо. — Спасибо. Конни сменил вид на человеческий и сел туда, где ему указали. Призвав с пола клочок смятой бумаги, — кто-то кинул в корзину с мусором и не попал, — он трансфигурировал его лист, вывел красящим заклинанием пару строк, сложил самолетик и запустил в воздух. Тот на мгновение завис, потом развернулся и сорвался в сторону лифтов. Спустя пять минут на столе у Конни появилась стопка тощих папок. Он открыл верхнюю. " Мистер Уизли, Рональд Б. Сообщил о нападении на него собственным домовым эльфом и краже из сейфа десяти золотых слитков. Аврорами сейф не обнаружен. Заявление о предоставлении мистеру Уизли нового слуги и возмещения пропавших ценностей отклонено до конца расследования». «Мистер Лавгуд, Ксенофилиус Р. Дело возбуждено аврором, прибывшем на вызов. Домовик напал на хозяина, пытался напасть на его внука, был ликвидирован аврорами при помощи проклятия «Авада Кедавра», идентификатор применения 383, аврорская лицензия на непростительные МК-0784». «Миссис Мейбл, Лилиана Дж. Домовик напал без причины, оглушил четырех собак из пятнадцати, с которыми ему доверили гулять. Список собачьих травм на пяти листах прилагается». «Мистер Браун, Маркус К. Заявляет о заговоре домовиков Британии с целью сместить всех людей с рабочих мест. Петиция от работников Косого Переулка прилагается, 109 подписей». «Мисс Кинг, Рейчел Б. Обвинила домовика в разжигании ссоры между ней и соседкой, в результате чего та наложила чары вони на ее любимые розы. Домовик убрать чары не смог, за что получил заслуженное наказание в виде десяти Круцио подряд, после чего аппарировал в неизвестном направлении. В ту же ночь домовик вернулся, чтобы поджечь дом мисс Кинг Адским Пламенем. Следователь Министерства установил, что пожар произошел от упавшей свечи, которой размахивала мисс Кинг во время очередной ссоры с соседкой, но мисс Кинг заявление в аврорат аннулировать отказалась». — Двести сорок три заявления, — констатировал Конни спустя час. — Первое — девять месяцев назад. Началось в Лондоне и быстро разрослось по всей стране. Грюм лишь задумчиво постучал пальцем по столу. — Вчера домовичка напала на мистера Уизли. По его словам, еще и украла ценности. Думаю, целесообразно с этого начать. Аврор развернулся в кресле и подпер голову рукой. Конни встал, но Хантор не спешил к нему присоединяться. — Я понимаю, у вас проблемы личного характера, — начал домовик. — Да ни хрена ты не понимаешь! — взорвался Хантор. — Ты мне не напарник, не друг, так что не лезь! — Да, но я рекомендовал бы вам… — А я бы рекомендовал оставить твои советы при себе, — огрызнулся тот. — Свали отсюда и дай подумать, какими словами послать эту ситуацию и гребаного Кингсли впридачу. Конни тяжело вздохнул. Задание ему досталось не из простых, но он же хороший эльф? — Меня прислали сюда помочь с расследованием, — твердо отчеканил он. — А не ждать, когда у вас появится желание поработать. Палочка Грюма сверкнула молнией. Невидимая петля сдавила шею домовика и приподняла его над полом. — Слышь, уродец, — процедил аврор, мигом оказавшись на ногах и буравя взглядом эльфа. — Моя бы воля, я все ваше племя отправил в Арку Смерти или скормил акромантулам. Так что лучше не зли меня… — Старший аврор Грюм, — окликнул его подошедший молодой сотрудник. Хантор раздраженно дернул щекой и отменил заклинание. Упав на пол, Конни изо всех сил постарался сохранить равновесие и надлежащий вид. — Сэр, есть информация по вчерашнему нападению домовички. Ее видели два часа назад возле Гиб-Хилл. Несколько секунд Грюм смотрел налитыми кровью глазами на домовика. — Хорошо, — кивнул он наконец. — Выдвигаемся. Конни поправил галстук и подавил желание закатить глаза. Задание становилось сложнее с каждой минутой. *** Хлопок аппарации. У старого замка на проселочной дороге появился силуэт молодого человека в дорожном плаще. Оглядевшись, он неспешно пошел по дороге. «Домовик без хозяина, — думал Марки отстраненно. — Без дома. Без источника. Живой. Хотя должен был умереть либо от Авады аврора, либо от истощения. Но не умер. Подобран, вылечен… как и любой другой человек? Ведь так бывает только у людей. Эльф без дома, но не нуждающийся в источнике. Вся магия идет из амулета. Теперь можно идти куда хочешь, делать что угодно. Как это называют люди? Свобода?» Марки взглянул на замок и привычно коснулся разумом его образа. «Чиллингем» — всплыло в мозгу название. Север. Одна из точек для аппарации, полученных у умирающего эльфа. Точек было много, кто-то явно перестраховался, придумывая столь запутанную цепочку. Обычно для того, чтобы сбить со следа, достаточно трех-четырех. Из калитки смотрителя возле замка вышел низкорослый старик с фонарем в руке. — Мистер Сэйдж? — окликнул он, разглядев одинокий силуэт. — Вы вернулись? — Силуэт дрогнул, истончился и с тихим хлопком исчез. — Показалось, — решил старик. — Как всегда после грозы кажется… Следующее место, где Марки оказался, называлось Рейнхэм Холл. Высокий трехэтажный особняк из красного кирпича. Окрестности были безлюдны, но эльф не стал испытывать судьбу. Мельком отметив сильный магический фон вокруг этого места, он аппарировал к следующему. Руины. От высокого строения, по форме стропил напоминавшего монастырь, остался только камень. Точка была на третьем этаже, и Марки поспешил аппарировать вниз, пока под его ногами не стал проседать пол. Как только он успел это сделать, сверху свалился булыжник величиной с его голову, проломивший остатки стола, стоящего, кажется, в обеденной зале. Когда шум стих, раздался шелест, и повеяло холодом. Марки поспешно наколдовал Воздушную Вуаль, чары, позволяющие оставаться невидимыми для призраков. А именно призрака он сейчас и почуял. Белая фигура сгорбленной бабки появилась из стены. Одной рукой она опиралась на кривой посох, во второй сжимала небольшой круглый камень. — Хильда что-то слышала, — оповестила она. — Хильда ничего не слышит. Снова не слышит. Снова не слышит. Хильде пора, — вдруг резким голосом сказал призрак. — Пора ловить змей и превращать их в камень! Ха-ха-ха-ха! Марки неслышно аппарировал прямо из-под Вуали. «Все призраки больные на голову или это мне так везет», — успел подумал он перед перемещением. Теперь он был явно в южной части Британии. Перед ним простиралась небольшая деревня, сверкающая огнями. «Эйвбери», подсказало информационное поле этого места. Повеяло уютом, как от многих людских поселений. Эльф даже на минуту затосковал, хотелось выйти к магам или даже магглам, пусть и под личиной, выпить чего-нибудь горячего в пабе, послушать сплетни, погреться у горящего камина… Но он одернул себя. Марки называл Марки человеком, но будут ли другие с ним согласны? Станут ли вообще разговаривать? Или снова попытаются убить, как нечто непонятное? Вздохнув, он переместился по следующим координатам. …и тут же очутился в воде. Неглубоко, около двух метров. Пасс тяжелеющей рукой, и Марки пулей вылетает на поверхность большой заводи озера. Следующий жест трансфигурирует ближайший лист кувшинки в деревянный плот, и эльф устало оседает на твердую опору. В его разум тут же полезли желания подплыть ближе к середине водоема и познакомиться с тем, кто живет в глубине. Кто-то не злой, не добрый — так ощущаются не пугливые дикие животные. Марки с трудом воздвиг мысленную преграду, и мысленный канал прервался, напоследок отправив по связи некое подобие сожаления. Отдышавшись, эльф аппарировал дальше. Безлюдная дорога. Хлопок. Крыша высокого маггловского здания. Хлопок. Заваленные хламом задворки какого-то завода. Хлопок. Марки стоял на огромной скале посреди моря. Сильный ветер, казалось, дул отовсюду. Волны громко бились о прибрежные валуны, медленно стачивая их в песок. Крохотные окна с решетками без стекол. Даже не прикасаясь к ауре этого места, Марки понял, что цепочка координат привела его в Азкабан.