Так Барнс или Майклсон?

1861 год

–Стефан, подожди! — крикнула вслед ему Эмма, спешно отрываясь от земли и пытаясь догнать его. Он обернулся, с улыбкой смотря на неё, и с легким упреком в голосе сказал: –Почему ты такая медлительная? Она поморщилась, поправляя пышное платье, которое мешало ей двигаться с той же лёгкостью, что и ему. Вздохнув, она ответила, надув пухлые губки: –В таком платье неудобно бегать. Он замедлил шаги и, засмеявшись, подошёл к ней. С нежностью обнял, чувствуя, как её дыхание успокаивается рядом с ним. –Прости, — прошептал он, беря её за руки. — Я просто так хочу быть рядом с тобой. Эмма подняла глаза, и в её взгляде читалась искренняя любовь. –Я люблю тебя, Стефан Сальваторе, — тихо призналась она, как будто этот момент был важен для неё больше всего на свете. Стефан, нежно прижимая её к себе, поцеловал её в макушку, её каштановые локоны мягко касаясь его губ. –И я тебя, Эмма Барнс, — произнёс он с такой глубокой искренностью, что все сомнения растворились в этом простом, но прекрасном признании. Мир вокруг них будто замер, и они остались вдвоем, в тишине, где не было ничего важнее, чем эта любовь.

1862 год

–Нет! Эмма, не оставляй меня! — вскрикнул Стефан, его голос сорвался от отчаяния, когда он смотрел на бездыханное тело своей любимой. Ещё пятнадцать минут назад её глаза светились радостью, она смеялась, подшучивала над ним, а сейчас она лежала на земле, безжизненная и обескровленная, её кожа была бледной, а волосы раскинулись по земле, как тёмная водяная лилия, утонувшая в луже крови. Его сердце сжималось от боли, а мир казался невыносимо пустым. Как это могло произойти? Как он мог позволить ей стать жертвой этих чудовищ? Ещё минуту назад она была его смыслом, его светом, а теперь — всего лишь тень, которую он никогда не сможет вернуть. Стефан опустился на колени, бережно касаясь её холодной руки, и его глаза наполнились слезами. Он не мог поверить в реальность того, что произошло. Каждый момент, каждое слово, сказанное ей, теперь казалось таким ценным, таким важным. Но теперь было слишком поздно. -Ты обещала мне… Ты обещала быть рядом, — прошептал он, как если бы она могла услышать его. — Я не могу без тебя… не могу.

Наши дни

POV: Стефан В школе устроили что-то вроде бала XIX века, и это было время, когда я ещё был человеком. Сначала я не хотел идти — душа не могла забыть боль от расставания с Еленой. Но друзья настояли, и я, как всегда, поддался их уговорам. Я надел коричневый костюм, цвет которого напомнил мне глаза Елены. С каждым шагом в сторону школы, сердце сжималось, но я всё же пришёл. Как только я вошёл, то сразу заметил несколько пьяных подростков, развлекающихся среди толпы. Людей было много, и я стал осматривать их, чувствуя себя слегка чужим среди этого безумства. Вдруг мой взгляд зацепился за знакомую макушку. Это была девушка, которая прыгала, очевидно пытаясь разглядеть что-то в толпе. Видно, её маленький рост не давал ей хорошего обзора. Я, как порядочный парень, решил помочь и пройтись к ней, пока не нашёл своих друзей. Когда я начал подходить, люди начали отступать, и я осознал, что они оставляют мне место для более чёткого взгляда на ту, кто привлекла моё внимание. Она стояла спиной ко мне. Из-за её платья цвета кофе с молоком, каштановых кудрявых волос, которые свободно падали ей на плечи, и открытых плеч, оголяющих нежную кожу, она выглядела словно вышедшая из другой эпохи. Всё в ней казалось таким знакомым и в то же время совершенно чуждым. Воспоминания о моей Эмме, той, что я потерял, ворвались в сознание, но я быстро отогнал их, убедив себя, что это не она. Это не может быть она. Я шагнул вперёд и окликнул её: -Эй, я могу помочь? Девушка повернулась ко мне, и мои глаза расширились от удивления. Это была она. Эмма. Но как? Почему она здесь? Как она появилась в этом месте, в этом времени? Я не мог оторвать взгляда. Наверное, слишком явно пялился, но что было мне теперь делать? Сердце билось быстрее, и даже в этом шумном месте мне казалось, что всё вокруг вдруг замерло. Она улыбнулась мне, её взгляд был лёгким, спокойным, без всякого удивления от того, что я пялюсь на неё, как идиот. -Да, если не затруднит, — ответила она с той самой загадочной улыбкой, которая когда-то была мне так знакома. -Эмма? — едва выдохнул я, не веря своим глазам. Её лицо изменилось. Прежде всего, её улыбка исчезла, и на мгновение она выглядела будто бы застигнутой врасплох.