На крыльях

Откуда нашлись такие слова? Неужто мы их придумали сами? Тихими, тихими голосами разговаривать будем мы.

      Жить с кем-то, даже на короткий срок, оказалось… странно. — …а потом мы им как — у-ух! Нацу отличился, конечно, но что уж — привыкли. И без него справились, конечно. Силушки у него — хоть отбавляй. Или даже не Нацу виноват. Да, не он. Роуг? Роуг! Падла такая!       Он вздохнул, покивал и поболтал стакан. Потом отпил, но совсем чуть-чуть, и оттого наклюкаться не успел да и не хотел. — Прибить бы, а он вроде как и не виноват, — грустно сказала она, обнимая меч. — Но за драконов его старшей и наглой версии морду набить надо!       Ничего особенного в этом пьяном бреду не было, однако кое-что заставило его заинтересоваться. — Драконов? — Угу. Самых настоящих чертовых драконов. Мы случайно открыли врата в прошлое, а оттуда как повалят драконы. Но, благо, Люси с Юкино успели закрыть их и не допустили апокалипсиса. А он бы пришел, уж поверь.       Она нахмурилась и криво усмехнулась. — Не то что бы мы испугались или что-то в этом роде. Мы стояли до конца и до этого. Даже смогли спасти свои шкуры, когда на Тенрю прилетел Акнология. Семь лет спали, защищенные магией Первой.       Теперь настала его очередь хмуриться. Тенрю он помнил, пусть и прошло восемь лет. Не знал названия острова, но все еще хранил в памяти его образ. Тогда, движимый лишь одним желанием, он уничтожил его, драгослееров и всех волшебников вместе взятых.       Только вот он ошибся и ценой этой ошибки стала потеря руки. — Что за драконы? — снова спросил он. «И какого хрена я об этом не знаю?» — пронеслось в башке. — Их было семеро, — она посмотрела на разожженый камин. — Один из них встал на нашу сторону, потому что был знаком с отцом Нацу. А остальных подчинил Роуг. Он думал, что так обретет силу, контролируя их. Он пришел из того будущего, где над всеми драконами встал Акнология, в открытую провозгласивший себя королем.       Он подавился и закашлялся, выпученными глазами глядя на нее. А она тем временем продолжала, не заметив его изумления: — Ну, никто и не спорит, что он король и так далее по списку… Но в нашей временной линии он хотя бы не учиняет расправу над людьми, понимаешь? Совет думает, что ни Акнологии, ни Зерефа давно нет, — она покачала головой. — Но Гилдартс пострадал из-за Акнологии, чудом вернувшись со Столетнего Задания. Мы встретили их обоих на собственной же святыне. И еще раз, через семь лет.       Она отпила из горлышка и покатала ногой опустевшую бутылку. — План Роуга не удался. Дурацкий план и очень опасный, ведь своими действиями он мог привлечь к Крокусу Акнологию. Хотя, того он и добивался — думал, что тот появится после появления семерых драконов, а он не появился. Хотя, это странно. Я уверена, он убивает драконов не просто так. Должна же быть какая-то причина, а в его кровожадность и безумие я не верю. Его столетиями никто не видел: люди жили спокойно, города не разорялись.       Она замолчала, а он не стремился отвечать. И так в этот зимний вечер сказал больше слов чем за последние лет десять. Лучше выпить. Тем более, пойло отменное.       Но ее слова заставляли задуматься. Вряд ли он когда-нибудь раскроет истинную цель своих…деяний. В конце концов, человеческая память коротка, а он боролся не ради известности или титула короля, нет. Его цели были куда прозрачнее — стереть с лица земли всех огнедышащих тварей и дать покой людскому роду.       Разговор свернул в другую сторону. — Ты волшебник? — поинтересовалась она. — Никогда не видела подобные татуировки. Разве что… у Джерара под глазом есть похожая. И волосы такого же цвета. И как, удобно таскать за собой такую мочалку?       Он кивнул. — Так и думала. Хотя, от тебя практически не чувствуется магии.       Он пожал плечами. — Что ж, давай снова выпьем. За встречу!       Он потянулся к виски.

***

      Жить с кем-то было, даже на короткий срок, оказалось… непривычно.       Раскрасневшаяся, Эльза ослабила завязки халата, повела плечами и отодвинулась от камина. Было жарко. Раскрутив крышечку, она глотнула виски и бросила пустую бутылку куда-то под кровать.       Взглянула на своего незнакомца — тот, полностью одетый, сидел на ковре и глядел на огонь, и маленькие языки пламени отражались в его глазах. Ступнями ног он сжимал кружку, рукой — крутил между пальцев свой золотой браслет.       Вступал он в диалог по-прежнему неохотно, да и вообще, по его виду было ясно, что он бы скорее предпочел одиночество компании. На упоминание о Рождестве он недоуменно похлопал глазами, когда Эльза поздравила его и поинтересовалась, точно ли он хочет разделить этот вечер с ней, а не с семьей или друзьями. Он помотал головой, и Эльза уже было подумала, что мужчина так и просидит весь вечер молча, однако, казалось, драконы вызвали у него искренний интерес.       Странный он. Может, потому что не местный? Эльза тяжело вздохнула, окинула долгим взглядом бутылки с алкоголем. Выпила она много и оттого здраво опасалась, что начнет буянить, как это обычно бывало в Хвосте Феи. Но вечер протекал спокойно. И пусть сейчас рядом не было ее гильдии, все же, она не была одна в это Рождество.       Хотя, ее незнакомец мог бы хотя бы сделать вид, что ему интересно слушать ее сплетни. Она не была глупа, и недоумение вскоре сменилось пониманием.       Пониманием, почему он так молчалив и так чудно и непривычно разговаривает. Его речь была невнятной, но медленной. Словно, перед тем как завести разговор он пробовал каждое слово на вкус, как шарик катая его на языке. Оттого все его фразы были рублеными и немного грубоватыми.       Он плохо знал язык. Какие-то простые слова понимал сразу, другие — пропускал мимо ушей. Не имел понятия ни о манокатах, ни об электричестве. И слов таких — не знал. Он говорил коротко, перевирая фразы на свой лад. У Эльзы не раз возникало ощущение, что она сидит с древним стариком, любящим классическую древнюю литературу и архаичные словечки. И почему так?       Он вопросительно посмотрел на нее. Эльза осознала, что сказала это вслух. — Ты странно говоришь, — выдала она, сверля его внимательным взглядом. — Ничего… непростого.       Эльза усмехнулась. — Хотел сказать, ничего необычного?       Он смерил ее тяжелым взглядом и отвернулся к огню. Он долго молчал, Эльза уж было решила, что незнакомец снова проигнорировал ее и мысленно подумывала об оставленной в Крокусе квартирке с горячей ванной. — Забыл язык, — пробурчал он глухо, почесывая щеку. — Меняется каждый день. — Но ты из Фиора, — сказала Эльза полувопросительно-полуутвердительно. — И точно не из столицы. И говоришь как-то… — она сделала паузу и выговорила почти торжественно, заплетаясь: -… по-дурацки.       Он потянулся к ней, выхватил из рук Эльзы виски и отставил его с громким стуком в сторону. — Эй! — Хватит, — проворчал он. — Уже наклюкалась. Задаешь тупые вопросы. И я не из Фиора. Его тогда даже в помине не было.       Они обменялись взглядами и посмотрели на кучку бутылок. Ее — возмущенный; у него — чуть насмешливый. — Сегодня праздник, — вздохнула Эльза. — Есть повод. — Нажраться? — хмыкнул он. — Именно, — она сверкнула глазами и тут же поникла, сгорбившись. — В Хвосте Феи всегда было весело. Вернуть бы те деньки.       Вздохнула мечтательно. — Ты состоял в гильдии? — Нет. — А состоишь? — Нет. — А хотел бы? — Нет.       Эльза фыркнула и, пошатываясь, встала. Чуть не завалилась на бок, но вовремя уцепилась за его плечо. Он скосил глаза на ее руку и стряхнул ее. — А вот я хотела бы, — сказала Эльза в обнимку с виски. — Хотела бы состоять в гильдии. — Ну так иди. Тебе никто не мешает свалить отсюда, — проворчал он. — Я спать.       Последние слова он произнес твердо и посмотрел на нее исподлобья. Пить она продолжила в одиночестве. Так и просидела почти всю ночь — перед камином, в тонком домашнем халате.       Не так она представляла себе Рождество.       Стало одиноко.       Кажется, Люси сейчас в Крокусе живет? Навестить что ли?