Друг. Наставник. Профессор. Возлюбленный.

Ещё вчера в стенах Хогвартса стоял шум: крики студентов, веселье, танцы, музыка. Подводили итоги учебного года и провожали во взрослую жизнь семикурсников, которые успешно сдали все экзамены и получили свои дипломы. Сейчас, к обеденному времени, стояла тишина. Многие успели покинуть замок, со спокойной душой отправляясь на летние каникулы. Кто-то ещё собирал вещи. А кто-то, такие как Том, в одиночестве прогуливались по замку в последний раз. Хотелось вобрать красоту. Задержать её в памяти, пока не потускнеет. С этим местом связаны его самые разные воспоминания, и все они грели душу. Теперь когда голову не занимали мысли об экзаменах, подготовках, заклинаниях и оценках, Том мог по-настоящему оценить места, в которых ему повезло взрослеть. По закону преемственности, кто-то другой будет лицезреть эту округу и мечтать о будущем. И только одно ценное, что навсегда связано с Хогвартсом, останется. Даже после того, как он покинет замок. Гарри. Большая часть воспоминаний связана с профессором, что навсегда останется для него самым лучшим. С человеком, давшим бесценные знания и уроки жизни. Курс сменился на четвертый этаж. Где должен находиться профессор Поттер. Постучав по привычке и воспитанию, Том вошёл после приглашения и увидел мужчину, копирующего данные с листов в другие листы. — Привет, — с довольной, но очень усталой улыбкой сказал Гарри, отложив в коробку заполненный документ, — как себя чувствуешь? — Здравствуйте, профессор, — с улыбкой поприветствовал Том. Он нарочно обращался к мужчине так, как приписывало школьное правило. Мог опустить формальности, наедине позволительно, особенно сейчас, когда больше не студент Хогвартса, но не стал. Хотел в последний раз ощутить себя частью этого места, и обращался к мужчине соответствующе. — У меня всё замечательно. А как у вас? — Дозаполнил последнюю ведомость. Осталось сдать их директору и можно уйти в заслуженный отпуск, — выдохнул профессор. Как бы ни любил свою работу, ему, как и любому человеку, требовался отдых. Недельки две поваляться дома, почувствовать себя немного овощем, а после набранных сил взять своего мальчика под мышку и трансгрессировать куда-нибудь за пределы Великобритании. С таинственным молчанием Том подошёл к мужчине ближе, поддерживая зрительный контакт, и невольно своим поведением вызвал улыбку. И особенно, когда «схватили в плен» со спины. Прохладные ладони парня были приятны для Гарри. Они легли на плечи, мягко разминая мышцы и периодически поднимались выше, к шее. — Всё хорошо, сэр. Вы как никто другой заслужили отдых. Я поздравляю вас с окончанием учебного года. — Ты тоже заслужил, Том. Твоему аттестату можно только позавидовать. Заставить себя не растечься в руках парня дорогого стоило. Даже на секунду нельзя себе этого позволить. Не здесь. Осталось совсем чуть-чуть, а потом можно дать себе волю. — Ты поедешь на поезде со всеми или же сразу домой со мной? Желание сразу отправиться домой было велико, но Том решил не нарушать традицию выпускников. Он поплывёт на лодке по Чёрному озеру, пронося через себя воспоминания семилетней давности, и на Хогвартсе-экспрессе отправится в путь. В последний раз проедет по давно заученному маршруту. — На поезде. — Да. Я должен был догадаться. В возрасте Тома, Гарри предпочёл не заниматься ностальгией, а идти вперёд. Подготовительные занятия, поступление, покупка новых вещей — масса занятий. Но среди друзей нашлись и те, кто хотел беззаботно прогуляться по родным краям, поэтому мужчина понимал его желание. Провести своеобразный ритуал прощания, покидая школу так же, как попал в неё. — Вы можете не ехать со мной, а сразу отправляться домой, — Том перестал массажировать. Только потому что внезапно обнял и следующие слова произнёс у уха, — отдохнёте в одиночестве. А через пять часов я приеду и увижу своего любимого человека, встречающего меня у порога. — Н-не делай так, — вдруг смущённо попросил мужчина, потирая покрасневшее ушко. По всей половине тела прокатились мурашки. Пришлось вскочить, чтобы сбросить наваждение. Давнее отсутствие близости играло против него, — ты прав, я могу отправиться домой, что и сделаю. Только нужно всё-таки отнести ведомости. Дома и увидимся. — Конечно, профессор. Том не стал настаивать, медленно выпрямляясь. Представлял он из себя саму невинность, а внутри злобно посмеивался, ощущая себя немного садистом. Реакция мужчины ему очень сильно понравилась. Он бы не прочь подразнить ещё немного. — Но прежде чем вы уйдёте, могу я вас попросить об одном одолжении? — М? — внимательный взгляд прошёлся по лицу парня. — Поцелуйте меня. Просьба вызвала почти усталый вздох, наравне с улыбкой. Гарри мог гордиться. Ему удалось научить Тома не отступать от своего. И теперь, когда последний год обучения закончился, им ничего не мешает. Бояться больше нечего. А если быть с собой честным — Гарри находил своего воспитанника слишком милым, чтобы отказать. Заперев дверь, Поттер осторожно, будто боясь сделать что-то не так, прижался к юношеским губам. Он ожидал от Тома резкого порыва, что при одном только маленьком контакте его мальчик тут же крепко схватит, возможно сильно прижмёт к своей груди, и будет настойчиво просить сделать поцелуй глубже. Но ждало приятное удивление. Даже получив желаемое, Том оказался терпелив. В столь юном возрасте, когда от человека, которого любишь, может буквально крышу снести. Он отвечал на поцелуй с нежностью, обхватив руками лицо мужчины. — С окончанием школы, мой мальчик, — поздравил Гарри, найдя возможность проговорить важные слова, пока поцелуи вновь не обрушились на губы. И в ответ получил теплую улыбку с тихим «спасибо». Не только за поздравления. За всё, что для него, Тома, было сделано.

***

Ещё не отойдя от покупок в Косом переулке, Тома охватили новые эмоции по пути к платформе 9 и ¾, где проходил переход между магловским и магическим миром, и где хогвартс-экспресс повезёт их в школу чародейства и волшебства, о которой мальчик успел узнать… Всё? Серьёзно, он перечитал все книги, в которых фигурировал Хогвартс. И если кто-то его внезапно разбудит посреди ночи и задаст вопрос, скажем, кто являлся основателями — Том выдаст не только имя и фамилию, но также опишет характеры и цели, что они преследовали. Потребовалось всё лето и беседы до глубокой ночи с Гарри, старательно рассказывавшим обо всём, что интересовало. А имеющийся у Поттера домовик помог сэкономить время в сфере уборки дома и готовки, дабы пустить их в образование мальчика. — Финни положил тебе перекусить в сумку, так что можешь поесть в дороге. Одними сладостями с тележки не наешься, — предупредил Гарри, — я буду в вагоне профессоров. — Да, я помню, что вместе мы не поедем. И есть те сладости я не буду. Том изучил магические сладости, которые сильно отличались от обычных, магловских, и не желал пробовать их вновь. Хватило опыта летом. — Умница. Ты справишься, я могу не волноваться. Успокаивал Гарри больше себя, приобнимая воспитанника. Это первый опыт для них обоих. Нервозность нормальна. Том у него умница. Без лишних наставлений изучал магию и школу, в которой проучится следующие семь лет. А его способностям можно только позавидовать. С приобретением сестры-палочки, чья сердцевина оказалось той же, что и в палочке Гарри, Том показывал удивительные способности. По стандартной книге заклинаний, доступной для любого первокурсника, он выучил два десятка простых заклинаний и почти без проблем пересказывал теорию. Гарри открывал для него два пути. Слизерин или Когтевран. Тогда как сам являлся деканом Гриффиндора. И всё же, факультет — важное, но не основополагающее. Что действительно важно, так это то, что Гарри позаботится о нём. Вне зависимости от того, чья гостиная распахнёт перед ним двери. — Гарри! — Том особенно сильно дернул мужчину за руку, привлекая внимание. Они дошли до нужной платформы. — В поезде помечтаешь. Скажи, как лучше пройти сквозь стену? Разбежаться? Или так пройти? Она ведь точно пропустит? Были ведь случаи, когда маги просто врезались. — Пропустит. Мы не опоздали. Пройдём быстрым шагом, — собрался Поттер, беря тележку и помогая её толкать, — вперёд, я за тобой. Волнение набирало обороты. Сложно было обмануть мозг, который проецировал сильный удар и последующую за ним боль. На последней секунде Том позволил себе слабость — он зажмурился, проходя за черту. До слуха долетели голоса собравшихся людей, шум поезда и голос, предупреждающий об отбытии через десять минут. А когда Том открыл глаза, его охватил восторг. Всё было другим! Совсем не похоже на магловскую часть. Сам воздух будто был напитан магией. Красный локомотив стоял под парами, готовясь отправляться, толпы родителей и детей разных возрастов сновали по платформе, старшие здоровались между собой, а младшие, как он, ещё никого не знали и с любопытством озирались вокруг. Гарри оказался позади и мягко положил ладони на плечи вздрогнувшего мальчика. А когда тот обернулся и поднял взгляд, утонул в синеве глаз, горящих детской радостью. Как было в Косом переулке. И когда он впервые показал магический мир, проведя экскурсию по самым разным местам, оставляя последние два места, связанных со школой, напоследок. На конец августа. И не жалел об этом. Радость мальчика приносила и ему радость. Его грусть была и грустью Гарри. Потому что он успел привязаться, живя вместе и больше не завися от отпусков, графиков посещений и необходимости скрывать что-то. Гарри верил, что его мальчик будет лучшим. Он сделает его таковым, поможет приобрести всё, что будет нужно в будущем. Том заслужил, чтобы его потенциал был раскрыт в полной мере. — Сказали, что через десять минут поезд отправится. Пойдём занимать места! — Том потянул опекуна за собой, который через несколько часов станет его профессором по Защите от Тёмных искусств. — Иди, занимай любое место. А мне надо увидеть коллег, — отпустил его в плавание Гарри, — я всё равно буду рядом. — Хорошо! Цепляться за опекуна до последнего только потому что для Тома здесь всё новое и незнакомое — глупо. Он самостоятельный мальчик и найдёт себе место. А может с кем-то успеет познакомиться. Гарри ведь рассказывал, что со своими лучшими друзьями именно так и познакомился. В поезде. Отправляясь в школу. Теперь Тому предстояло пройти по этой дороге. Это не приют и дети здесь гораздо дружелюбнее. Он сможет чувствовать себя в безопасности. Потому что больше не один в этом плавании. У него есть тот, кто любит его и сможет поддержать на любом пути.