Я останусь

***В Аэропорту***

Эмиль не мог сосредоточиться на происходящем вокруг, много раз спотыкаясь или теряя себя в пространстве, в итоге, Дима всю дорогу держал его за руку. В своих теплых грубых руках он почувствовал прикосновение холодной руки Эмиля. На лице у Димы не было никаких эмоций, но в душе бушевала буря гнева, как у садовника, пытающегося защитить самый дорогой цветок в холодное время года. Странное чувство проходило по его телу каждый раз, когда он вспоминал, что Ника и Эмиль жили вместе, целовались, вместе ложились спать в одну кровать. Ревность — самое подходящее слово для его чувств. И вопросы, новые вопросы, которые возникли у него в голове, действительно ли будет что-то, что удержит их и их любовь после возвращения? Это любовь? Что выберет Эмиль, женское тело, к которому он привык, или новый путь с ним? Ни на один из вопросов не было ответа, и по мере того, как он углублялся в каждый вопрос, он приходил к другому вопросу. Самое ужасное было время в самолете, несколько часов мыслей наедине с собой без возможности связаться с кем-то, и нет ничего кроме того судного дня, который он сам для себя создал. Эмиль заснул, прислонившись головой к окну. Когда пилот объявил о снижении высоты, Эмиль начал дрожать, он поворачивал голову из стороны в сторону и из его глаз потекли слезы. Когда Дима это заметил, он вздрогнул и попытался разбудить Эмиля, его тело было раскалено как печь. Он приблизил его лицо к своему и обнаружил, что Эмиль покраснел и вспотел, пока спал. — Эмиль! Эмиль! — Прокричал несколько раз Дима, чувствуя как страх с адреналином смешиваются и текут в его жилах. Дыхание Эмиля было быстрым и ритмичным. Диме ничего не оставалось, кромке как, схватить Эмиля за плечи и встряхнуть. Парень открыл свои карие, большие, красные, влажные глаза, как только его разум прояснился и перед своим лицом он увидел Диму, облегчение охватило его. Эмиль обнял его и уткнулся лицом в его грудь. — Мне приснился кошмар, — прошептал кареглазый, Дима успокаивающем движением провел рукой по его вьющимся волосам. — Тебе больше не нужно никого защищать и спасать, я о тебе позабочусь. — пообещал он. — Ты будешь ангелом-хранителем моих снов? — Я всегда буду твоим ангелом — хранителем. — сказал Дима, а затем добавил: — Готовься, через несколько минут нам нужно выйти и сдать тест на коронавирус. — Что опять? У нас нет на это времени. — Заявил Эмиль. Для полученья багажа, все должны были пройти тест на коронавирус, результат которого они получат через несколько часов. Эмиль ненавидел эти тесты на корону, карантин был наказанием для такого общительного человека как Эмиль. После теста им выдадут красные браслеты, которые они должны будут предъявить на выходе. Эмиль получил свой браслет быстро, но Дима задержался, работники долго рассматривали заявления об утере паспорта. — Забери пока что наш багаж, чтобы мы могли быстро уйти, я сейчас закажу такси, — попросил его Дима. В голове у Эмиля пронеслась мысль, что в такие минуты пары должны были поспешно поцеловать друг друга и разойтись. Но в стране, где они жили, это запрещалось делать двум мужчинам. Только теперь он понял, что они больше не могут держаться за руки на публике и вместе целоваться на закате. Теперь они снова стали самыми известными блогерами страны. Эмиль взял их чемоданы и побежал к выходу, где его уже ждал Дима с красным браслетом. — Такси уже ждет нас. И они побежали к таксисту. К ним вышел пожилой мужчина и помог положить чемоданы в багажник. — Медленно мальчики, куда вы так торопитесь? — спросил водитель. Эмиль быстро назвал ему адрес и попросил приехать как можно скорее. Из того времени, что ему отвела Ника, оставался всего час, они должны успеть. Нет, они обязаны успеть. Эмиль позвонил в Центр помощи, чтобы узнать, где они. Они уже ждали под домом в месте, не просматриваемом из окон их квартиры, какие-то рабочие сидели на лестничной площадке и прислушивались к звукам из квартиры: От горького плача до разбития тарелок. Уже тогда всем вокруг было понятно, что Нике нужна психологическая помощь, но заходить в квартиру для нее было бы слишком опасно. Конечно, они могли выломать дверь, ворваться в квартиру и силой отвести ее в психиатрическое отделение. Но кто будет делать все это ради одной девушки? Вдобавок ко всему, если она заметит неладное, когда спасатели войдут в квартиру, они найдут только ее тело. Прямо сейчас самый безопасный способ — привести Эмиля, как она просит, и оттуда отвезти ее на лечение. Ее родители уже были проинформированы о ее состоянии и согласились с решением медицинского персонала. Такси приехало за их дом, в место, не просматриваемоме из окон их квартиры. Дима и Эмиль, вышли из такси, расплатившись и оставляя еще одного таксиста ошарашенными. Эмиль поговорил с одним из врачей психиатрического отделения, который проинструктировал его, как действовать дальше. Дима вошел с ним в подъезд, где их никто не видел. — Я люблю тебя, — прошептал Дима в губы Эмиля и поцеловал его, так много значил для них этот короткий поцелуй. Для Эмиля поцелуй был защитой и силой перед тем, что ждало его в квартире. Для Димы поцелуй был уверенностью, что после того, как весь этот кошмар закончится, Эмиль будет его, только его. — Я люблю тебя — ответил парень, прекратив поцелуй и зайдя в лифт. Двери лифта закрылись и разделили их, лицо Димы, его светлые и красивые глаза и ободряющая улыбка были последним приятным воспоминанием, что он запомнил перед тем, как дверь лифта снова открылась на 7-м этаже. Лифт был ему до боли знаком, надписи и реклама ничуть не изменились. Но как только Эмиль посмотрел на парня, который смотрел на него из зеркала, он не поверил своим глазам. В зеркале стоял совсем другой парень, несмотря на видимую усталость на его лице, он выглядел более здоровым, чем был раньше. Его вьющиеся каштановые волосы заблестели и стали еще более вьющимися от морской соли, цвет кожи приобрел красивый и здоровый загар. Его глаза больше не были впавшими и красными, в результате чего, его большие шоколадные глаза казались еще больше, а губы стали розовыми из-за его новой привычки кусать губы. Когда двери лифта открылись, он увидел дверь их квартиры, по его телу прошла дрожь, во рту пересохло, а сердце бешено колотилось. Он подошел к двери и несколько раз постучал, около полуминуты дверь оставалась закрытой. Эмиль начал нервничать и начал стучать в дверь кулаком — Ника, где ты?! — крикнул Эмиль и дверь открылась. Перед ним стояла девушка, с которой он жил, от которой ему пришлось спасаться. Теперь она стоит перед ним с красными и слезящимися глазами, с синиками и тонкими полосками от лезвия. Ее ноги также были покрыты синиками, а колени кровоточили от небольших порезов. Она упала в его объятия, как тряпичная кукла — моя маленькая… — прошептал он ей на ухо, он был уверен, что в каждой клеточке его тела горит огонь ненависти к ней, но это было не так. — Мой Эми… Если бы каждый раз, когда я думаю о тебе, с неба падала звезда, то луна была бы уже одинокой. — Ника посмотрела ему в глаза и поцеловала. Она так тосковала по его теплым губам, сильным рукам и опьяняющему мужскому аромату. Запах Эмиля в тот момент был ей не знаком, потому что это был запах парфюма Димы, впитавшийся в его одежду. В голове Ники прошла мысль, что запах символизирует принадлежность, как в природе, и Эмиль должен быть только ее. В эти моменты Эмиль чувствовал себя странно, вместо немного грубого поцелуя и сильных рук, он почувствовал аромат ванили и мягкий поцелуй. Он понял, что должен закончить то, что обязан был сделать, сначала он должен увести ее от двери и не дать ей закрыть ее. Эмиль не стал прерывать мягкий и теплый поцелуй, а затем и вовсе толкнул Нику в квартиру, как будто почувствовал неудержимое желание. — Мой Эми, я так соскучилась по тебе. Я хочу быть твоей навсегда, я хочу, чтобы ты сказал мне, что хочешь меня. — умоляла Ника. — Да, я хочу тебя, — солгал Эмиль. В этот момент у него не было ни капли желания, только жалость наполняла его сердце. Ника легла на диван и посмотрела в потолок, только сейчас у Эмиля появилась возможность осмотреть квартиру. На полу были разбросаны разноцветные осколки стекла. Посреди гостиной была разбросана одежда Ники, Эмиль заметил на полу кусок ткани и узнал в нем одну из своих любимых рубашек, разрезанную на куски. Посмотрев на кухню, он увидел, что в квартире больше нет стеклянной посуды, все было разбито на полу и покрыто кровью. Затем он повернулся к одной из самых важных вещей, которые он оставил в квартире: Ноутбук. У него был разбит экран, по полу были разбросаны клавиши от клавиатуры. -Нет… Зачем ты это сделала? — Спросил Эмиль, хотя ранее ему было прямо сказано не вступать с ней в конфликт. Он уже ждал, что они придут и заберут ее, пусть только закончится этот непрекращающийся кошмар. Внезапно дверь открылась, и несколько мед братьев ворвались в квартиру и схватили Нику за руки, врач, который был с ними, ввел ей какой-то успокоительное, через некоторое время она стала сонной, и ее повели в машину скорой помощи. Эмиль почувствовал, как кружится голова, руки трясутся, а к горлу подступает тошнота. Он побежал в туалет, и его начало тошнить, его желудок был пуст, поэтому голова начала кружиться и болеть еще сильнее. Вдруг он почувствовал на своих плечах пару сильных рук и знакомый запах мужских духов. — Дим, после того, как я увидел ноутбук… — прошептал Эмиль. — Я подумал, что жалею, что спас ее тогда. И после этого… я ужасно себя чувствую… Дима сел на пол и прислонился спиной к холодной стене. — Ты не такой, ты хороший человек, у всех нас есть моменты слабости, но они не определяют, кто мы есть. — подбадривал его Дима. Эмиль посмотрел на него заплаканными глазами, встал, промыл рот от ужасного привкуса и лег к Диме на колени. Масленников провел пальцами по его волосам, любимый цветок садовника снова оказался защищенным в его руках. Проведя рукой по шее Эмиля, он почувствовал, как кожа Эмиля под его рукой горит. — Эмилька, у тебя в квартире есть градусник? — Во-первых, это уже не моя квартира, во-вторых, можешь попытаться найти что-то во всем этом погроме. Через несколько минут Эмиль встал и вышел в гостиную. — Куда ты? — удивленно спросил Дима. — В психиатрическое отделение, я хочу проверить, все ли с ней в порядке. И Диме ничего не оставалось, кроме как вызвать такси. Эмиль всю дорогу думал, о том что произошло в квартире между ним и Никой, в туалете он совершенно забыл об этом. Должен ли он рассказать об этом Диме? Он знает, что они оба стоят на очень тонком льду, отделяющем их прежнюю жизнь от новой. Эмиль чувствовал постоянный холод, его тело дрожало, для него не было секретом, что с его телом что-то не так, но он мог позаботиться об этом после того, как удостовериться, что с Никой все в порядке.

***

Когда они приехали в больницу, Эмиль побежал в психиатрическое отделение, поэтому Дима остался наедине с таксистом. — Впервые вижу как человек бежит в психиатрическое отделение. — Подумал Дима, Заплатив таксисту, он тоже стал искать нужное отделение. Он ненавидел больницы, ужасный запах, белые стены, холодный персонал, больны и кашляющие люди. В этом отделении не было такого сильного запаха дезинфицирующих средств, но это не то место, где можно было чувствовать себя в безопасности. Посреди коридора он увидел Эмиля стоящего с одним из врачей. Врач был высок и имел седеющую бороду, которая подчеркивала его старость. — … вы знали, через что прошла девушка, и просто бросили ее без всякой помощи. Она разбивала тарелки и падала коленями на эти же осколки, она порезала лезвием все руки… — Врач не заметил появления Димы и не успел закончить свое предложение, потому что его прервали. — Как вы смеете его обвинять? — в голосе Димы звучала изрядная злость. — Как врач может обвинять молодого человека в психическом состоянии девушки, подвергшейся сексуальному насилию? Виноват во всей этой ситуации только подонок, напавший на нее в темном переулке. — Он прав… Я должен был ей помочь. — согласился с врачом Эмиль. — Эмиль, ты в этом не виноват! Ты спас ее и не мог знать, что творилось у нее в голове. — Нет. Тут есть и моя вина, в том что произошло, если бы я убедил бы ее пойти к врачу, ничего бы этого не было. — Парень, тебе лучше сюда больше не приходить, лучше ей тебя больше не видеть. — Вмешался врач. — Спасибо вам, — сказал Эмиль и повернулся, чтобы уйти, но Дима схватил его за руку. — Эмиль, перестань винить себя за это. — Я понимаю, что это была не моя вина, но я понимаю, что это можно было исправить. Дима не понимал, почему Эмиль до сих пор так хочет уйти от него. — Дим, Ника поцеловала меня в квартире… Прости меня, я бы хотел соврать тебе, но я не могу… — Признался Эмиль, высвободился и ушел, оставив Диму одного.