Train Wreck

Взволнованные жители снуют туда-сюда, радуясь наступлению долгожданного дня. По улице, как и всегда в это время года, расхаживает Санта-Клаус, позволяя всем желающим сделать совместное фото. Дома сверкают от блестящей на солнце мишуры, а рестораны и клубы готовятся принимать гостей. На заснеженный город Нейтан поглядывает то ли с тоской, то ли с презрением. Возможно, желает думать, что с презрением, но на деле просто пытается обмануть самого себя? Хотел бы он быть в одном из множества домиков, что заполонили Аркадия Бэй? Стать маленькой деталькой в идеально отлаженном механизме? Возможно, когда-то он и желал обычной жизни, празднования нового года в кругу семьи или с друзьями, но если бы сейчас его жизнь стала такой, был бы он счастлив? Маловероятно, ведь едва ли с кем-то ему комфортнее, чем в компании всемирно известного фотографа. Разноцветные огни и праздничные украшения пролетают мимо, счастливые лица сливаются в одно бесформенное пятно. Парень немного хмурится, отводя взгляд от окна автомобиля, и искоса поглядывает на водителя. Марк, как всегда, прекрасен, словно и не борется вовсе со своими демонами, а просто едет на прогулку с учеником. Одна рука нашла своё место на руле, а другая покоится на коробке передач. Каждый раз Прескотт удивляется тому, насколько хорошо его наставник умеет собой управлять: как только попадает в социум, становится невероятно уверенным в себе и обходительным, а уровень внутреннего напряжения в этом случае вообще не играет роли. Джефферсон сосредоточенно смотрит на дорогу, но его голова явно забита чем-то другим. Вероятно, в закоулках памяти старается отыскать что-то, что вытащит из этого состояния и вернет в глаза огонь. Жаль, что Нейтан не может помочь с поисками. Парень несколько секунд засматривается на профиль мужчины, после чего достает камеру и делает пару снимков. — Мы ещё даже не приехали, — с ухмылкой реагирует учитель. — А я уже не могу оторвать от тебя взгляд, — беззастенчиво отвечает Прескотт, после чего решается на ещё один не менее отважный поступок. Он проводит пальцами по руке мужчины, выводя от локтя вниз замысловатые фигуры. В ответ Джефферсон лишь немного сильнее сжимает коробку передач, но положения не меняет. Тогда парень улыбается и приходит к мысли, что хотел бы прокататься так весь день. Свободной рукой он достает мобильник и в приподнятом настроении пишет Виктории поздравительное сообщение, просит прощения за то, что ввиду неотложных дел не сможет поучаствовать в новогодней вечеринке. — Уверен, что хочешь так бездарно потратить своё время? Ещё не поздно, я могу развернуться и доставить тебя к друзьям, — произносит наставник, заметив, как увлеченно печатает Нейтан. — Уверен. Всё нормально, — Прескотт быстро заканчивает переписку и убирает аппарат в карман, желая показать учителю, что хочет быть только здесь и сейчас. Лаконичный ответ в полной мере устраивает Джефферсона, и он вновь умолкает. Нейтан плавным движением кладет свою ладонь на руку мужчины и безмятежно закрывает глаза. Мерный гул мотора, словно колыбельная, уносит Прескотта за собой, и через несколько мгновений парень умиротворенно засыпает.

***

Он открывает глаза и видит черное, словно тягучая нефть, небо. Нейтан всматривается в бесконечность в течение нескольких секунд, после чего пытается пошевелиться. Острая боль пронзает запястья, и он понимает, что его руки связаны за спиной. Снег, на котором он пролежал неизвестно сколько времени, отлично выполняет свою функцию, и пальцы неизбежно немеют. Паника начинает зарождаться в и без того неспокойной голове, и Прескотт сжимает зубы, постепенно поднимаясь на ноги. Хруст снега никогда ещё не был таким раздражающим, шум в голове никогда ещё не был таким громким. «Это организм тоскует по веществам или просто я уже в край ебанулся?» — фоном пролетает мысль, пока Нейтан пытается разглядеть в темноте хоть что-нибудь. Он не без труда проходит несколько метров, после чего ощущает, как медленно, но верно его начинает затягивать снег. Он позволяет себе выругаться ещё раз, постепенно утопая в рыхлом болоте. Через несколько мгновений он уже не в силах и сдвинуться с места, поэтому просто закрывает глаза и готовится принять свою судьбу. Сильные руки тянут его вверх, после чего вытаскивают из вязкой трясины и подхватывают. Мужчина уносит его в неизвестном направлении, но Нейтану наплевать. Он не вырывается и просто прижимается ближе, пытаясь согреться, но как назло ощущает лишь холод. Он устало поднимает взгляд, намереваясь разглядеть лицо неизвестного спасителя, но в тот же миг мужчина останавливается и, наклонившись, медленно опускает Прескотта. Ладони парня касаются ледяной земли, и он недовольно морщится, понимая, что такими темпами скоро получит обморожение второй степени. Неизвестная фигура, не позволяя юноше углубиться в свои переживания, немного наклоняется, берет его подбородок двумя пальцами и поворачивает голову парня в сторону, направляя взгляд на одиноко стоящую ель. Прескотт следует немому указанию и устремляет свой взор на новогоднюю красавицу. Картинка расплывается от низких температур, он щурится, вырывается из неприятной хватки ледяных пальцев и из последних сил подползает немного ближе к дереву, чтобы разглядеть, что же ему хотел показать мужчина. Спустя несколько долгих мгновений зрение приходит в норму, и глаза Нейтана округляются, он судорожно выдыхает и пытается отвести взгляд, но уже знакомые руки обхватывают голову и фиксируют положение, чтобы парень не смог отвернуться. Вместо традиционных украшений — карамельных тросточек и красных шаров — ель украшают черно-белые фотографии моделей Марка. — Не всем повезло так, как тебе, — проносится шёпот над ухом.

***

Прескотт подскакивает на автомобильном сидении, его сердце почти вырывается из груди, и он чувствует, как руки и ноги предательски дрожат. Мысли слипаются в один гигантский снежный ком, а тревога начинает хозяйничать в голове, вытесняя рассудок и всё то адекватное, что ещё не было похоронено в голове Нейтана. Он жалок. Единственное, что титаническим трудом у него получается вытащить из палитры чувств, — это желание закинуться чем-нибудь, чтобы не думать и не запоминать. Чтобы расслабиться, развеселиться и не быть таким слабым. Он поворачивается в сторону водителя, надеясь найти успокоение, поддержку или уже хоть что-нибудь, но в глаза тут же бросается открытая бутылка виски, которую бережно держит учитель. Марк даже с важным видом бормочет что-то, когда замечает, что Нейтан проснулся, но парень его уже не слышит. Шум в голове перекрывает собой любые другие звуки, и Прескотт чувствует, что больше не выдерживает. Он одним движением открывает дверь и выскакивает, надеясь сбежать от самого себя, но, кажется, весь мир превратился в один затянувшийся кошмар. Он бежит по направлению к лесу, и по мере движения белый снег постепенно становится красным, а под ногами то и дело появляются тела мелких мертвых животных. Парень кричит, стараясь заглушить звуки в своей голове, по щекам бегут слезы, его ноги заплетаются, и в один момент он спотыкается и падает, после чего поворачивается на спину и всё такими же трясущимися руками достаёт из кармана знакомый пакетик. Он с трудом открывает его, достает несколько разноцветных таблеток, на мгновение замирает, а после этого высыпает половину содержимого себе на ладонь. Он глубоко вдыхает и закрывает глаза, готовясь навсегда избавиться от мучений. — Разве я разрешал тебе умирать? — на удивление отчетливо и ясно проносится рядом вопрос. Тяжелый ботинок опускается Прескотту на живот, и даже через куртку он ощущает пронизывающий холод. Мужчина прилагает достаточно усилий, чтобы уже спустя несколько секунд парень согнулся, расслабил ладонь и выронил яркие таблетки. Нейтан открывает глаза и слабо хватается за штанину, пытаясь сдвинуть ногу учителя. Джефферсон же ухмыляется в ответ на бессмысленные потуги, и всё-таки ботинок перемещается выше, но едва ли к радости юного фотографа. Прескотт зарывается пальцами в снег, когда ощущает неприятную тяжесть у себя на шее. Он готов проклинать себя за то, что помедлил и не выпил таблетки сразу. Хотя учитель всё равно не дал бы ему пройти по небесным путям, а в случае чего достал бы и с того света. Нейтан выгибается, начиная задыхаться от нехватки воздуха, картинка расплывается, конечности расслабляются, и он понимает, что неизбежно теряет сознание. Однако наставник отлично знает лимиты своего ученика, поэтому перемещается вперёд и останавливается в нескольких сантиметрах от лица Прескотта, а после этого требовательно утыкается ботинком в щеку. — Жизнь не станет играть с тобой в догонялки, — добавляет он одну из своих коронных фраз. Парень знает, чего от него хотят, поэтому усилием воли заставляет себя вернуться в реальность, после чего устанавливает зрительный контакт с мужчиной, осторожно поворачивает голову к ботинку и медленно проводит по нему языком. Джефферсон на мгновение замирает, после чего ухмыляется и достает камеру. — Ты прекрасен, — почти шепотом произносит он, делая снимок. Нейтан чувствует, что вновь начинает проваливаться в снег, словно в болото, но на этот раз ему даже больше наплевать, чем раньше. Мысли никак не хотят собираться во что-то цельное, поэтому он просто обессиленно погружается во мрак, не имея никаких внутренних ресурсов на борьбу.

***

Прескотт начинает приходить в себя и медленно открывает глаза, о чем, впрочем, в тот же миг жалеет. Несколько прожекторов устремлены непосредственно на него, поэтому он едва ли способен что-то разглядеть из-за яркого света. В глазах предательски двоится, и он от злости позволяет себе выругаться вполголоса. Реакции не приходится долго ждать, и уже через мгновение он слышит знакомый голос где-то неподалёку: — Спящая красавица уже проснулась? Нейтан находит в себе силы и немного приподнимается, понимая, что находится в хорошо знакомой проявочной, после чего задаёт вполне логичный вопрос: — Какого чёрта, Марк? — Я решил, что будет лучше, если ты взглянешь на камеру с другой стороны, — произносит мужчина, приближаясь с гирляндой в руке. Прескотт решает больше не сотрясать воздух, понимая, что может не надеяться на внятный ответ. Парень сканирует взглядом комнату, пытаясь обнаружить знакомую бутылку с алкоголем и выявить степень опьянения учителя. Он несколько раз пробегает взглядом по помещению, но не находит ничего подозрительного. Когда Джефферсон подходит вплотную и немного наклоняется, Нейтан не чувствует до отвращения знакомого запаха. Только одеколон, на этот раз без виски. Прескотт, увлеченный сопоставлением фактов, лишь в последнюю секунду замечает, что за несколько мгновений его руки оказались связанными за спиной. Он не совсем понимает, почему вместо веревки или клейкой ленты его наставник выбрал гирлянду, но вновь решает промолчать, однако Марк, словно читая мысли, отвечает: — С Новым годом, Нейтан. Кажется, на секунду парень замечает во взгляде художника ту самую искру, которую долгое время учитель искал среди фотографий своих моделей и в бесконечных бутылках сомнительного пойла. Прескотт замирает, обдумывая информацию, и как зачарованный следует взглядом за фотографом. Когда в последний раз его наставник был так увлечен чем-либо? Никто уже и не вспомнит. Парень, кажется, потерялся во времени, как только Джефферсон упал в яму творческого кризиса. Признанный художник растворился в алкоголе и агрессии, а постоянной компанией Нейтана стали наркотики и последствия их употребления. Но Прескотт не злится, ведь у каждого человека свои демоны. Марк очень своеобразный, несомненно талантливый и поглощенный своим творчеством. Наверное, даже помешанный. Разумеется, когда что-то в этой сфере идет не по плану, он теряет контроль. Парень действительно хотел бы быть для него на первом месте, иметь силы заглушить пустоту в его сердце, но прекрасно понимает, что это никогда не произойдет. И всё же он знает, что для мужчины он не просто сын Шона Прескотта или избалованный мальчик-тусовщик. Он чувствует себя понятым и принятым, ведь Марк никогда его не осуждал и даже несколько раз говорил, что работы Нейтана имеют особенный характер, и у него большой потенциал. Прескотт не дурак и отлично осознает, что, вполне возможно, Джефферсон просто играет с ним и, когда ему надоест, найдет себе новую игрушку. Но парень лежит на полотне, врезается взглядом в объектив камеры и понимает, что это того стоит. Наплевать, чем руководствуется Марк в этот момент. Пока в центре его внимания находится Нейтан, всё прекрасно, и лишние мысли тут ни к чему. — Ты настоящее сокровище, — тихо говорит фотограф, делая очередной снимок. — Как же я мог не разглядеть этого сразу... Прескотт так долго ждал этих слов. От отца, от Марка, да от кого угодно. Сам себя уверял, что не сдалось ему и даром чьё-то одобрение, но теперь по щекам льются слезы, и он вновь чувствует себя жалким, пытается отвернуться, надеясь, что его слабость осталась незамеченной. Джефферсон, видя это, недовольно отрывается от камеры и подходит к своей модели, наклоняется и поворачивает парня к себе лицом, после чего шепотом произносит: — Не лишай меня таких прекрасных кадров. Это не любовь. Зависимость, привычка, слабость. Что угодно, но не любовь. И Нейтану всё равно. Он приподнимается и утыкается Марку в шею, пытаясь сбежать от навязчивых мыслей о правильном и неправильном. Закрывает глаза, понимая, что долго это длиться не будет, и нужно успеть получить такой необходимый заряд тепла и близости. Джефферсон несколько раз грубо проводит рукой по спине юного фотографа, после чего отстраняется и возвращается к штативу. Работа превыше всего, и Прескотт это отлично знает.

***

Парень, как обычно, лежит на черно-белом диване и медленно крутит в руках пакетик. Наверное, приятели Прескотта весело отмечают наступление нового года, пьют и закидываются всякими подобными «ешками» на очередной вечеринке. А в проявочной, в общем-то, из праздничных атрибутов можно увидеть только гирлянду, что теперь одиноко мерцает на полу, где её и оставили после съёмок, и разноцветные таблетки. Нейтан невольно вспоминает свои сны и галлюцинации, сильнее сжимая в руках упаковку. «Нахрен это дерьмо!» — делает он для себя вывод, одним рывком поднимается и выбрасывает её в мусорное ведро. — Не хочешь взглянуть на результаты? — доносится до парня голос учителя. Прескотт подходит к компьютеру и смотрит, как на мониторе сменяются изображения. На всех снимках он напоминает рыбку, что отбилась от стаи. Она растеряна и пытается понять, куда двигаться дальше, но момент уже упущен, и теперь она просто замерла на месте, готовая принять свою мрачную судьбу. Ранее Джефферсон всегда пытался запечатлеть невинность и страх, но в новых работах было что-то другое. Нейтан совсем не боялся, да и невинным его назвать тяжело. Наверное, он смотрел на Марка как на спасителя, который может взять его своими руками и вернуть в стаю. — Растерянность и надежда, — произносит учитель, словно отвечая на мысли юноши. — Мольба. Парень, больше не желая смотреть на такого уязвимого себя, со спины подходит к наставнику, что сидит в кресле у рабочего стола, и спокойно опускает руки тому на плечи, уводя тему в другую сторону: — Жаль, что я так и не смог тебя пофотографировать. — Без твоей идеи я бы не нашел такую прекрасную модель, — отвечает Марк, проводя ладонью по руке Нейтана. — Не против, если эти снимки украсят спальню? Прескотт замирает и осознаёт, что его сокровенное желание действительно исполнилось. Он не находит нужных слов, чтобы ответить, но учитель и так всё понимает, едва заметно улыбаясь. Нейтан знает, что Марк не вернёт его в стаю, но, вполне возможно, он станет его новой семьей. Очень странной и далёкой от идеала, но бесконечно нужной семьей.