Эксперимент Альбедо

      «Все еще не то», — толстый грифель зачеркнул то, что было написано на листе.       Фавониувский алхимик тщетно на протяжении нескольких недель был озабочен своей особенностью. Едва ли не с самого своего создания, Альбедо интересовался собой, если быть точнее, своим телом и своей физиологией. Искусственно созданный организм, практически без изъянов, владеющий алхимией, живописью, фехтованием. Казалось бы, нет предела совершенству. Так и есть. Не будет никто отрицать. Разве что он сам, но Принц мела никогда не размышлял на эту тему. Для человека его типа личности это было чуждо.       — Йоу, мой юный друг.       Блондинистый юноша поднял взор на дверь. В проеме красовался офицер кавалерии Кейя Альберих. К слову, никаких лошадей в Мондштадте не было, однако должность была, и смуглый мужчина с гордостью ее занимал. На этот счет ходило много слухов, шуток, баек и прочего. Только вот уверенность мондштадского красавца этим не сломить.       — Добрый вечер, какими судьбами?       Чтобы не стоять все время на пороге, офицер зашел в кабинет.       — Магисторка Джинн попросила меня помочь тебе с твоими опытами.       — Хммм…       Альбедо задумался. В детали он никого, даже Сахарозу и Тимея не посвящал. Но перед начальством отчитываться надо, что он не просто пинает баклуши, а занимается полезным делом. В итоге, все, что знала рыцарка это то, что их алхимик проводит какой-то важный эксперимент, который может (с его слов) перевернуть все представление об сотворении человека с помощью алхимии.       — Я благодарю за заботу, но, боюсь, вы мне ничем помочь не сможете. Это исследование касается только меня.       — А я думал, что я тут главная ледышка в штабе. Ну, после Эолы, разве что, — Кейя легко и ненапряженно хихикнул.       — Прошу прощения за лишнее беспокойство обо мне, — юноша немного стал переживать, не будет ли тот пытаться вытаить у него все тайны. Но ни выражение лица, ни слова не выдали его мысли. Впрочем, Кейя был более, чем тактичен, и уважал чужие секреты: своих было полно.       — Все в порядке. Я понимаю. Однако, если понадобятся мои услуги, ты можешь найти меня «там», — его палец указал наверх, но негласно было понятно, что имелась в виду «Доля ангелов» — его излюбленная таверна.       — Большое спасибо.       Альбедо решил работать над «этим» целиком и полностью один. Но… в его трудах не было прогресса с самого начала. Еще пару дней он раздумывался, будет ли полезным привлечь постороннего человека в эксперимент.       «Конечно, предложение еще в силе», — будучи в стельку пьяным, Альберих стукнул утвердительно пивной кружкой по столу. «Жду вас в своей лаборатории завтра утром», — после чего алхимик оставил капитана в покое.

***********

      — П…погоди. Это слишком неожиданное заявление, мне надо отойти, — Кейя от шока еле удерживался на ногах, практически садясь на кедровый стол.       — Поэтому я и отказался.       — Никогда бы не подумал, что буду разговаривать с тобой об стояке, ха-ха!       — Прошу прощения, возможно мне стоит разобраться с этим самостоятельно, — он собирался развернуться и уйти вглубь кабинета.       — Подожди, — рука в кожаной мягкой перчатке легла на запястье юноши, — я не отказывался. Но думаю, что наш величайший ученый понимает на уровне науки в этом лучше меня.       — Эрекция происходит в результате наполнения кровью полостей пещеристых тел в органах, находящимся в состоянии полового возбуждения. Утренняя эрекция является физиологическим фактором недопущения гипоксии полового члена, который в спокойном состоянии получает очень мало артериальной крови, а, следовательно, и кислорода. Совершенно нормальное состояние. Это мне известно.       — Тогда я абсолютно не понимаю, что ты тут изучаешь, Альбедо, — нежная добрая улыбка сияла на лице сэра Кейи.       — Даже будучи искусственной формой жизни, все физиологические функции во мне сохранены, включая эту, что уже является довольно интересным. Но, — он потянулся прямо к лицу старшего товарища, как будто собираясь прошептать, хотя громкость его голоса осталась неизменной, — я хочу знать, что меня возбуждает.       Кейя неловко засмеялся.       — Будем делиться своими фетишами, а?       Альбедо с искренним удивлением посмотрел собеседнику прямо в глаза:       — Мое тело нуждается в подтверждении родства с человеческим. Что, если моя эрекция следствие не возбуждения, а накопления излишней энергии? А само семя? Будет ли оно способно к оплодотворению? Будет ли оно выходить вообще? Я хочу знать!!!       Говоря все это, он все ближе и ближе придвигался к Кейе, что у того уже самого не появилась эрекция. Он довольно редко испытывал неловкость и смущение в таких вопросах, но это был Альбедо. С Альбедо все становилось безумно серьезным и странным. Не в плохом смысле.       — Тогда тебе просто надо кончить, дружок.       — С этим как раз и проблема. С самого первого раза мой половой член не эрегировал. Все мои попытки были неудачными.       — Ну что же с тобой поделать. Альбедо, — Альберих прошептал это ему почти в его «изъян», — ты позволишь?       В ответ тот уверенно кивнул, и тогда мулат коснулся его звездочки на шее, отчего тот тут же простонал.       — Приятно?       — Да. Продолжай…те. — алхимик старался сохранить самообладание, но тело было слишком человеческим и поддавалось на ласки.       Офицер продолжал выцеловывать выделяющийся кадык, видя, как его партнер по «эксперименту» вцепился руками в столешницу. Ноги становились мягкими, как у тряпичной куклы, едва удерживая его в полусидячем положении.       — Ммм, Альбедо, надеюсь ты не против, — не дожидаясь ответа, Кейя скидывает все что было на столе на пол резким движением, разбивая несколько колб и склянок, но алхимику действительно было уже все равно. Он тяжело дышал, сжимая синюю рубашку в руке. Резким движением он был повален на пустую поверхность. Старший товарищ грубо стянул верхний плащ и отправил его куда подальше, куда-то в район разлитых жидкостей. Будучи сверху он становился безумно несдержанным, когда дело не касалось лично его партнеро_в.       — Дарлинг, отпусти, — его рука легла на руку гения, и после того, как почувствовал ослабление хватки на ткани, убрал его кисть, чтобы распахнуть рубашку и оголить мраморный торс юноши. Мраморным он был, конечно, не буквально, это лишь фигура речи. На ощупь он был бархатистый, почти детский, мягкий приятный и теплый, совсем не как мрамор. Он его оттенок, даже едва заметные вкрапления пятнышек на коже, наталкивали на мысль, что мрамор при создании имел место быть. Сама грудная клетка рвано поднималась вверх-вниз, как будто сейчас взорвется. Горячие загорелые руки ласкали грудь, едва-едва касаясь бусинок сосков. Сам хозяин лаборатории и этого стола, на котором прямо сейчас происходили непотребства, сознанием был уже где-то далеко-далеко, и вышел оттуда, только когда капитан снова обратился к нему:       — Ну, я думаю, этого достаточно, — голубые глаза упали на торчащий бугорок на шортах.       — Надо собрать. Материал, — сил не хватало на полноценные заумные фразы.       — Я думаю, ты это можешь сделать и без меня. Разве нет?              — Нет. Я не смогу сделать… Так приятно. Не знаю. Не выходит.       Альберих снова рассмеялся.       — Это потому, что ты слишком уделяешь внимание… как бы это сказать… теории! Я думаю, ты делаешь все как надо, а не как тебе понравится.       — Но я ведь и не знаю, как мне нравится.       — Сейчас узнаем.       Ширинка выпустила томящийся от нетерпения орган, его сразу же обхватила твердая мужская рука. Трение обработанной о человеческую, еще живую, кожу добавляло новых, неописуемо восхитительных ощущений. На нее легла вторая, в более плотном материале лишь на секунду, пока юноша не решил избавиться от нее вовсе и голыми пальцами прикоснуться к себе. Кейя двигал рукой,молча уча своего молодого друга основам мастурбации.       — Теперь давай сам, — Альбедо хороший ученик. Как и любое мастерство, он схватывает все на лету.       — Так странно… Как будто в моем животе образуется узел.       — Развяжи его.       Альбедо глубоко вздохнул:       — Подай, пожалуйста, чистую пробирку из шкафа 1-с, 3 ряд, 4 полка, — даже не поднимая взгляд со своего члена, он с точностью назвал нужные координаты лабораторных приборов.       Одноглазого не пришлось упрашивать. Ему как раз хотелось пройтись: неспеша, короткими шагами он преодолел расстояние до стеллажа и еще какое-то время потупил возле него. Возвращаться на место не хотелось. Иронично, но он впервые за свою насыщенную жизнь пожалел, что предпочитал носить узкие штаны. Свой собственный стояк томился в эластичных брюках, просясь на волю. Альбедо был чертовски сексуальным. Но вот ублажение офицера в договор не входило. Кейя, простыми словами, не знал, что делать дальше. «Эй, Альбедо, вот пробирка, а я пока отойду тут в другую комнату, подрочу себе, и уйду, ок?», — бред. «Так, раз моя помощь больше не нужна, я пожалуй тоже укрошу своего младшенького и потихонечку уйду», — не позорься, пожалуйста. В такие моменты он предпочитал выжидать, претворяясь заинтересованным в том, что у него перед носом. В ушах доносились только тихие полустоны-полувсхлипы блондинистого паренька.       «Интересно, какой его ротик на ощупь… Такой же горячий и мягкий, как и он сам? Или холодный, синтетический, как резиновые фа…»       В эту же секунду ученый излился себе в руку с громким для такой оглушающей тишины стоном, что стояла в помещении. Их вполне могли услышать за пределами стен.       — Немного поздновато, но держи, — злосчастная пробирка таки попала в руки адресату. В ту руку, что все еще была в перчатке и не была заляпана густой белой жидкостью. Алхимик пробирку принял, но, к удивлению своего соучастника, первым делом он погрузил один палец себе в рот, и распробовал вкус. Кейя был готов залезть на стенку.       — Я даже не стану спрашивать, зачем ты это сделал, ха-ха, — смех был его защитной реакцией на неловкость и вообще все что угодно.       — Сравнить вкус.       — Я стесняюсь спросить, а ты до этого то… сперму чужую пробовал?       — Нет.       — Понятно.       — Могу я попробовать твою?       «Да, давай, я только этого и жду, выпей все без остатка», — но в слух он сказал следующее:       — Я не думаю, что это хорошая идея. Я не хочу заставлять тебя.       — Вообще-то я думал о том, чтобы слизать ее с твоей руки, но ты видимо подумал о чем-то другом, — «черт, прокололся», — я слышал об этой практике. Минет, правильно? Я могу сделать.       — Я не думаю, что мы уже настолько близки…       — То, что произошло сегодня пару мин…       — Хееей!!! Я просто как старший брат учил тебя плотским утехам, не надо переводить это все в инцест.       — А разве вы с…       — Ни с кем я подобного не практикую! Слушай, у меня еще есть кое-какие дела, так что давай закончим с этим побыстрее.       — Может переместимся на диван?       Единственный глаз мужчины раскрылся в весь возможный размер и резко дернул головой назад. Прямо сзади стола напротив двери все это время стоял приятный уютный диванчик, как раз на нужное количество персон.       — Твою мать…       — Так пойдем?       — Да.

*************

      — Ах, Альбедо, Альбедо, Альбедо, прошу глубже, глубже, я хочу почувствовать все твое горло, кончить на небо, ах, твой рот дьявольски горяч, Альбедо, я в раю, Альбедо, — все лицо, даже не смотря на смуглый оттенок кожи, было ярко красным. По счастливой случайности в кабинете завалялась Полуденная смерть, которую тот на храбрость выпил. Альбедо, конечно, понимал, что алкоголь изменит вкус спермы, но т.к он по сути просил об этом сам, то решил, что лучше повторит эксперимент позже. Ну, или добьется баночки уже трезвого капитана кавалерии. Алхимик не чувствовал боли. Его тело было мягким снаружи, но более крепким внутри. У него отсутствовал болевой порог, он мог с легкостью заглотить весь темный ствол до упора еще и с яйцами. Но об этом его, к счастью, никто не просил.       — Я… я.скоро, друг…       Альбедо вытащил истекающий смазкой член изо рта и пару раз провел рукой, чтобы на его лицо и ладонь излилась горячая и вязкая сперма. «Вкус более горький, чем у моей. Боюсь, для моего плана надо посадить Кейю-сана на безалкогольное воздержание».       Кейя тяжело дышал и глотал ртом воздух. Откинулся всем телом на спинку дивана, пока ученый приводил себя и немного гостя в порядок.       — Как только отойдешь, можешь идти. Спасибо. Если захочешь, можешь помочь мне и дальше с экспериментом.       — Ага, я подумаю, — сказал он, но, безусловно, он еще заглянет за капелькой вкусного вина и очаровательного минета.