Какой?

♪ — Привет, Союз. — он улыбался, так словно ничего не произошло. — Остановись, пока не поздно. — отчаянно проговорил СССР. Взгляд у него был печальный и уставший. — А ты все опять о своем. — недовольно выдохнул немец, пожав плечами. — Тебе не надоело? — Это не ты. — махнул рукой Советы. — Я помню каким ты был, это совсем не ты. — Да? — удивлённо поглядел на мужчину 2. — Даже Рейха уже не хочешь вернуть? Может хочешь с ним поговорить? — он на секунду прикрыл глаза. А когда открыл, они внезапно стали уставшими. — Наци! — приблизился к нему СССР, но тот лишь отступил, зло взглянув на него. — Наци, пожалуйста! — взмолился Советы. — Я не хочу туда возвращаться. — прошипел нацист. — Мы сможем сделать нашу страну лучше. Я ему верю больше чем тебе, хватит к нам цепляться! — Наци, нет… — испугано прошептал Советы. — ты убиваешь себя. — Я иду к тому, к чему стремился с юности! — гордо поднял голову Рейх. — К справедливости! — Ты движешься к мести! — вскрикнул Советы, сделав шаг ближе к брюнету, тот оскалился и с силой размахнувшись, ударил блондина по щеке. Тот на долю секунды потерял равновесие, замолчав и со страхом взглянув на нациста. Но того уже и след простыл. — Теперь ты понял? — улыбался 2. — Пожалуйста, умоляю тебя… — прошептал Советы. — Папочка! — девочка вбежала в кабинет, весело повиснув на отце. — Да зайка, что такое? — улыбнувшись ей, присел на одно колено 2. — Ты обещал поиграть с нами. — она смешно надула щёчки.  — Ты такая милая, — мягко поглядел на неё немец, заправив черные локоны за ушко. — но ты ещё ничего не понимаешь. — он встал, тепло кивнув дочери, показав пальцами, что надо быть тише. — Союз, если ты не согласишься с моими условиями, я убью её, прямо сейчас. — Советы осекся, сделав шаг назад, неверящими глазами смотря на счастливое и чистое лицо фюрера. 2 сжал руку ребенка, из-за чего та вскрикнула, схватившись за рукав второй. — Папочка, мне больно! — криво улыбнулся девочка. — Думай, СССР. — коварно поглядел на русского немец. — Мне больно! — Хорошо, хорошо. — тяжело выдохнул Советы. — Я согласен с тобой. — Всё всё, дорогая, — 2 тут же отпустил руку девочки, и присел к ней, нежно поглаживая по спине. — Я больше никогда не сделаю тебе больно. Ступай. — она вытерла слезинки, и поцеловав брюнета в щеку, с улыбкой убежала. — Ты чудовище… — прошептал СССР. — Подписывай. — пожал плечами 2. ♪ — Я подписал пакт. — тяжело опустил голову СССР. — Так я вторгся в Польшу. Помимо Рейха, меня тоже объявили агрессором. Начинается Вторая Мировая Война. Мы разделили Польшу, заключив договор о дружбе. Франция расценила это как предательство. Мне было стыдно смотреть ей в глаза. Я понимал, что он рано или поздно уничтожит меня, как уничтожил Рейха. Мне нужно было знать, насколько я готов. Я объявил войну Финляндии. Меня исключили из лиги наций. 1940 году я завершил войну с Финляндией и понял, что абсолютно не готов ко вторжению. Я не знал, что мне делать. К этому времени, у меня уже был детский сад дома. Я помню, я приходил домой, а вы висели на моей шее с радостными улыбками и весёлыми криками. Мне хотелось рыдать, понимая, что нам ещё придется пережить. В 1940 году 2 вторгается во Францию. Мне было больно на это смотреть, мы достаточно сблизились в 1930 годах, но я был связан по руками и ногам.  С этого года, США начинает объявлять о себе, отрекаясь от своего нейтралитета. С Японской Империей мы подписали пакт о ненападении, кажется, он не был так глуп и даже его 2 смог напугать. И вот, наступает 1941 год. ♪ — Привет, Союз. — весело пропел 2. — Спешу тебе сообщить, что Рейх сошел с ума! — Зачем ты назначил встречу на 4 утра? — зло поглядел на брюнета Советы. Встречались они словно в детстве, в лесу, однако, ситуация не располагала к дружескому разговору и душевным посиделкам. — Он больше не вернётся. — ухмыльнулся немец, поправив фуражку. — Вообще я пришел не с пустыми руками. — 2 поманил русского к себе, тот хоть и неохотно, но подошёл. — Тебе понравится. — тепло посмеялся брюнет и достав черный, достаточных размеров, чемодан из своей машины, он медленно отстегнул бляшки и приоткрыл его. Союз скривился и едва устояв на ногах, сделал два шага назад, прикрыв рот рукой, едва сдерживая рвотные рефлексы. В чемодане лежало тело девочки семи лет. Черные волосы, красные потухшие глаза, истерзанная кожа. — Милая, правда? — погладил мертвого ребенка по волосам 2. — Словно куколка. — он достал её синее тело из машины, что безвольно повисла в его руках. СССР в шоке смотрел на него, рукой прикрывая рот и опираясь второй о край машины. — Ой, уронил. — наивно, будто случайно, отпустил он тело, но подняв с земли, тут же отряхнул. — Хотя, оно мне не нужно. — швырнув его куда подальше, он подошёл ближе к Союзу. — Зачем? — прошептал Советы, наконец убирая руку. — Ты обещал, что не тронешь её… — Я солгал. — пожал плечами немец. — Как и тебе. — его взгляд резко стал безразличным и жестоким, смотря на него можно было увидеть, как стонут люди от кошмарной боли. — Союз, моё солнце, — мягко улыбнулся он мужчине, приподняв его голову за подбородок. — я объявляю тебе войну здесь и сейчас. — Хватит… — упал на колени СССР, вздрагивая и приобнимая себя. Не плакал, просто устал, понимая, что пути назад уже нет. — Как скажешь, — приподнял брови нацист. — жди, скоро я вновь приду сюда, но уже как правитель. ♪ — Эти четыре года были адом. — закрыл лицо руками СССР. — Я виноват в том, что она умерла, Германия, прости. — Республика сидел с лицом ахавого фаталити. — Если бы я сразу отказался, если бы я только сразу забрал её и тебя, она была бы жива. Я просто… — Пап. — тихо положил руку на колену мужчине Россия. — Ты не в чем не виноват. Ты сделал все что смог. Это вина 2. — Федерация впервые видел столько эмоций на лице отца, но сейчас даже не знал, радоваться этому или нет. — И моя. — прошептал нацист. — Это я довел все до такого состояния. — Но его поступки, не твои поступки. — запротестовал младший русский. — Я позволил ему совершить эти поступки. Я слышал его и я был на его стороне, это моя вина. Я виноват в её смерти и во всей второй мировой войне. Во всех этих страданиях виноват только я. — опустил руки немец. — Я мог остановить его, но ничего не сделал. — Россия просто кивнул, сжав кулаки. — Я понимал, что не справлюсь, если оставлю детей рядом с собой. — покачал головой Советы, понимая, что эту паузу нужно заполнить. — Я отправил большую часть из них подальше в Сибирь, куда навряд ли кто-то бы смог продвинуться, оставив только старших при себе. — Поэтому тогда остались мы втроём. — выдохнул Федерация, удивлённо поглядев на отца. — Ваши территории были первыми занятыми. — кивнул СССР. — Тебе было двенадцать на начало войны, Беларуси одиннадцать, а Украине всего десять, но мне кажется, вы и тогда прекрасно понимали, что происходит. Я часто пропадал, иногда даже на поле боя, мне некогда было за вами следить. Я знаю, ты пожертвовал собой и попал в плен к 2. Беларусь никогда не говорила тебе, но они с Украиной были партизанами, после того как это случилось. — Что? — выдавил из себя Федерация — Я узнал об этом слишком поздно, им повезло, они остались целы, но смотря на них, я понимал, они уже давно не дети. — печально поглядел на сына Союз.  — В конце 1941 года немцы были уже под Москвой. Я понимал, что дальше отступать уже некуда, но ты был у 2, Беларусь и Украина пропадали в партизанской армии, младшие дети сидели за моей спиной в Сибири, а я ничего не мог сделать. Руки опускались. Однако, каким-то чудом, мы смогли отразить атаку, откинув немецкую армию подальше. Я наверное и в бога поверили под Москвой. Дальше, все тем же чудом дела хоть немного, но улучшились. Руки не опустились. Тогда США вступил в войну, взяв Японию на себя. Заставив своего отца так же объявить войну по нацистским фронтам. Наверное, у американца дар, раз он смог уговорить этого старика на такую авантюру. — усмехнулся Советы. — Китай так же встал на моей стороне. Мы ввели первое соединение «Объединенных наций». Уже тогда, 1942 году, 2 начал сводить с ума Итальянское Королевство. В 1943 мы отвоевали Ленинград, что стало переломом в войне. С этого момента, передо мной стояло только две задачи: вернуть тебя, — он серьёзно посмотрел на Россию. — и изгнать немцев со своей территории. Я двигался к этому. В это же время, в Италии подписана капитуляция. Итальянское Королевство совершает попытку самоубийства, его сын Италия вовремя его останавливает. Его сын умён, он объявил марионеточную Италию, понимая, что отец не сможет справиться с нашим натиском, а так же вступает в войну на нашей стороне. Я освободил Украину. В этом же году, вместе с США и Великобританией мы собрали Тегеранскую конференцию, дабы окончательно решить, какие действия предпринять, чтобы уничтожить Третий Рейх. 1944 году я освобождаю Беларусь. И в 1944 году мы вернули тебя обратно, полностью очистив нашу территорию от захватчиков. Но я понимал, что этого мало, я должен был добраться до 2, чтобы поговорить с Рейхом. 16 апреля 1945 года я направился на Берлин. И 8 мая, я был у него. ♪ Союз стёр пепел с щеки. Берлин ему нравился, но вся эта пыль мешала ясно смотреть на красивый город. В любой другой момент он бы и рад оказаться здесь, но не сегодня. Повезло, что он оказался здесь первым. Мужчина поднялся по лестнице, чувствуя глухое одиночество в груди. Он устал. Устал от этой войны, от этого ужаса, от всего этого. Кровавая картина не уходила из головы. Тихо открывая двери, он наконец дошел до того помещения, где его ждали. — Привет, СССР. — тихо, но с улыбкой проговорил 2. — Соскучился по мне, раз сам пришел? — Нет. — шикнул Советы. — Рад, что победил нас? — ухмыльнулся немец. — Нет. — блондин прикрыл глаза, сжимая в руках винтовку. — Ты опечален? — У меня нет эмоций. — пожал плечами 2. — Ты же знаешь, чтобы принимать решения, нужна ясная голова. Мои солдаты как и я, холодны на голову.  — Тебе должно быть страшно. — прошипел Союз. — Мне? — вопросительно улыбнулся немец. — Подожди, это я устроил войну, разве это был не Рейх? — Что? — опешил Советы. — Хах, ты такой смешной, — махнул рукой 2. — ты думаешь мне за это отдуваться? Я даже не хозяин этого тела. Это он позволил мне это сделать. Он мне разрешил. — немец прокрутил револьвер в руках. — Не смей. — прошептал СССР. — Представляешь, что с ним случиться, когда он вернётся после четырех лет отсутствия и узнает обо всем, что натворил? — хитро посмотрел он на русского. — Вот и я не представляю, но мне жутко интересно. — он прикрыл глаза, но когда открыл их, Советы увидел лишь растерянный взгляд красных глаз. — Рейх… — внимательно поглядел на немца СССР. — Что происходит? — со страхом оглядел стены знакомого ему помещения нацист. — Почему…ты так выглядишь? — блондин напрягся, всматриваясь ему в глаза. — Я…я знаю почему. — осел немец, приложив руку к голове и опустив взгляд. — Что я натворил…нет… — Рейх, спокойно. — постарался придвинуться к немцу, но тот резко вскочил, отчаянно поглядев на друга и приставил оружие к своей голове. — Опусти револьвер. — остановился СССР, напрягаясь. — Нет! — вскрикнул нацист. — Я, всё это сделал я! Я устроил геноцид! Я сжигал и пытал людей! Я довел Итальянское Королевство до самоубийства, а Японской Империей манипулировал! Я пытал твоего сына, Союз! И это я, я собственными руками убил ГДР! — Успокойся, — как можно размеренно проговорил Советы. — всё ещё можно решить. — Что, Союз?! Что ещё можно решить?! — рассмеялся нацист в истерике. — Ты в своем уме, они же прикончат меня! — Нет. — покачал головой Советы. — Я не хочу жить. — внезапно тихо сказал Рейх, заставив русского вздрогнуть. — Я не могу. Я… — нацист спустил курок, зажмурившись. Выстрел прогремел, эхом отдаваясь по помещению, но немец удивлённо открыл глаза. — Не надо, — тихо прошептал Союз, смотря нацисту прямо в глаза. Он успел одернуть руку Рейха, пуля улетела в воздух. — пожалуйста, после всего этого, — они оба спустились на колени. СССР аккуратно разгибал пальцы немца на оружие, пока тот дрожа всем телом, безысходно глядел на него. Глухие слезы катились по лицу брюнета, но не способный их стереть, он мог только смотреть на пустое, измученное лицо когда-то такого дорогого ему человека. — я не хочу потерять ещё и тебя. — Как ты вообще можешь продолжать дорожить мной вот так…? — со страхом усмехнулся Рейх, чувствуя, что сходит с ума. — Я чудовище, понимаешь? — Нет, — покачал головой Союз. — всё нормально. — он напряжённо выдохнул. — Пожалуйста, пообещай мне, что ты останешься. — Я… — растерянно начал нацист. — Пообещай. — серьёзно посмотрел на него блондин. — СССР! — по ту сторону двери послышался крик США. — Они уже здесь. — осторожно оглянулся Советы. Он выжидающе посмотрел на Рейха, что испуганно вглядывался в дверь. — Рейх, пожалуйста, сейчас… — Я обещаю… — тихо шепнул нацист, когда американец ворвался в дверь. ♪ — Война была окончена, а после, спустя месяц, мне пришло это письмо. — СССР тихо протянул его парням. — Что в нем? — спросил Россия. — Это предсмертная записка. — проговорил Рейх. — Твоя? — хриплым голосом спросил Германия. Нацист кивнул. — Я могу вслух? — осторожно спросил Федерация. — Да, конечно. — отвернулся Рейх. — «Дорогой Советский Союз, я не смогу выполнить обещание, которое дал тебе. Мне сложно и страшно. И страшно от того, что он ещё вернётся. Я чувствую, он внутри меня, сидит и держит за сердце. Мы не справимся с ним, как бы не хотели. Ты и сам это знаешь. Я не хочу, чтобы кто-нибудь ещё пострадал. Я добровольно убью свою личность и заберу его с собой.  Я знаю, ты будешь меня ненавидеть, но так лучше для всех, поверь мне. В этом мире нет места такому демону, как я и никогда не было. Они все ненавидят меня и ты тоже должен. Так было заложено судьбой, ещё с детства. Я всегда буду дорожить тобой и желать тебе счастья. Пожалуйста, не вини себя и не вспоминай меня. Живи дальше. И ещё одна просьба, когда я уйду, позаботься о ФРГ, моём сыне. Не говори ему, кто его отец, я не хочу, чтобы он ненавидел себя или считал не таким как все. Спасибо за все и прощай. Навеки твой, Третий Рейх» — закончил Россия, выдыхая, пытаясь переварить прочитанное. — На этом все. — тяжело прошептал Союз. — Нет, — резко вскочил Германия. — простите, я не могу. — он рванул к двери, выбегая прочь из кухонного зала. — Гер! — крикнул Россия, вскакивая за ним и выбегая в коридор. — Гер, стой, куда ты! Германия! — Они потеряются в лесу в такую темень. — прошептал Советы поднявшемуся встревоженному нацисту. — Нам нужно идти за ними. — серьёзно проговорил Рейх, но когда обернулся на русского, застыл. — Союз, что с тобой? — СССР, свесил голову, схватившись за рубашку на груди. — Звони США, он поможет. — проговорил блондин, чувствуя, как в груди все сжимается. После войны здоровье пошло ни к черту, такие сильные волнения выбили его из колеи. — Только не говори мне, что умираешь. — обеспокоено подлетел к мужчине Рейх. — Нет, я просто, неважно себя чувствую. — прошептал Советы и уронив голову, отключился. — Черт. — приподнял на руках мужчину немец, обеспокоенно оглядывая, и уложил на диван. С телефоном он научился дружить только сегодня утром, и то только руки друг другу пожимать, не более. — Чееерт. — он взял телефон блондина и недовольно оглядел, включая. Нужно было действовать быстрее. Разблокировав, спасибо, что без пароля или как там это называется, немец не знает, и найдя что-то под названием «Контакты» он отыскал там США и чудом позвонил. На той стороне быстро сняли трубку. — Да? — холодно проговорил Штаты.