Какой?

♪ Рейх недовольно поднялся по лестнице, оставив своих друзей в зале банкета, который проводился в честь того, чем он не особо интересовался, скажем прямо. Все равно он особо там никому не нравился, но это был его первый общий банкет, на котором он должен был присутствовать. Поэтому поулыбавшись там для виду, выпив пару бокалов и поговорив на деловую тему, он поспешил скрыться от этой шумной толпы. Он всё ещё не привык, что является центром чего-то большого и значимого. Болезнь он от всех скрывал, дабы не навлечь на себя скандал мирового масштаба. Тем более, всё личности вели себя довольно мирно и редко менялись. С тех пор, как РСДРП с ними говорил, стало легче, а с помощью врача удалось практически подавить их. Интересно, как он таи. Нацист приподнял голову, оттянув свой галстук. Он знал, что его друг с помощью революций отвоевал престол у отца, буквально через кровь. Его теперь зовут СССР. Интересно, как он изменился. Рейх все хранил это обещание, что встретится с ним, найдет, но так и не решался. Его взгляд золотых глаз и тот поцелуй, что остался на губах, это до сих пор вызывало частое сердцебиение и дрожь в пальцах, теплую улыбку. Парень забежал в какое-то открытое помещение на втором этаже, и захлопнув за собой дверь, выдохнул. Наконец-то долгожданное спокойствие. Он прошел чуть вперёд, легко улыбаясь, проводя пальцами по длинному столу. Нацист приподнял голову и застыл. На балконе, двери на который были приоткрыты, стоял человек, спиной к нему. Его белые, зачесанные назад волосы до сих пор немного вились, белая рубашка и черные штаны, пальто висело на перилах. Мужчина курил, выпуская серые клубы дыма в воздух, поднимая голову. Рейх знал этого человека, лучше, чем кто либо другой. Хотелось дотянуться до него. Сейчас. — СССР. — тихо позвал он. Мужчина вздрогнул и медленно обернулся. Лицо было вытянутое, аристократическое, аккуратный нос, бледные губы. И такие же прекрасные золотые глаза. — Наци… — проговорил Союз, легко отрываясь от балкона и ускоряя шаг ближе к другу, но резко остановился, виновато разглядывая его лицо. — Я должен извиниться, я считай, бросил тебя с этим всем. Прости, я пойму, если ты меня ненавидишь. — Союз. — серьёзно проговорил брюнет, внимательно разглядывая парня. — Всё случилось как ты и говорил, мы снова встретились. Я не злюсь на тебя. — он покачал головой, улыбнувшись. — Я рад, что мы снова встретились. — Советы замолчал, облегчённо выдохнув, прикрыл глаза. — Да, спасибо, что нашел меня. — улыбнулся блондин. — Ну это было не трудно, — ухмыльнулся немец, пожав плечами. — всего каких-то двадцать ступенек вверх по лестнице. — Я скучал. — тихо посмеялся Союз. — Я тоже. — Рейх подошёл ближе. Они ещё долго беседовали, рассказывая, что случилось в их жизнях. Эти ситуации, что казались сейчас смешными, тогда были безумно страшными и безумно больными. Они оба будто очутились в том лесу, что когда был для них сказкой. Все эти годы, что они пытались уйти в политику и забыться, будто улетучились. Между ними не было никакого барьера, никакой стены. Они все ещё были родными друг другу. — Ты всё-таки посещаешь врача. — довольно проговорил Советы. — Но это тайна. — пригрозил ему пальцем Рейх. — Конечно. — кивнул СССР. — У меня появились люди, которых я могу назвать друзьями. — улыбнулся нацист. — Это здорово. — выдохнул Союз, искренне радуясь за друга, ведь когда-то он был нелюдим и замкнут в себе. — Я думаю, у меня тоже есть человек, которого можно назвать другом. — Это Китай? — удивлённо приподнял брови Рейх. — Он искал тебя внизу. — Я вообще-то хотел сказать, что это ты, но Китай тоже, ладно. — буркнул СССР. — Не надо, — закатил глаза немец. — Я и не переставал быть твоим другом. — Я знаю. — смутившись, потупил взгляд Советы. — Я наверное, должен сказать кое-что. — привлек внимание парня немец. — Я не успел сказать это в тот день, и я даже не знаю, нужно ли тебе это сейчас. — Рейх уверенно поглядел на друга, что с недоверчивым ожиданием разглядывал его, но удивлённо пошатнулся, когда брюнет схватив его за локоть, притянул к себе и развернув, прижал ко входной двери, легко поцеловав. В тот день Союз целовал его так по ребячески и со страхом, они были детьми, это был их первый поцелуй, но сегодня, нацист целовал его страстно, словно желая, долго, но чертовски нежно, как будто хрупкое создание, которое он боится разбить. Парень отстранился. — Я тоже хочу быть с тобой. — тихо произнес Рейх, уверенно смотря в растерянные глаза Союза. — И тогда хотел, безумно хотел. — СССР опустил голову, заставив нациста испугаться, что он сделал что-то не так. — Я рад. — посмеялся блондин. Золотые глаза его сверкали от счастья. — с того случая, я думал, что это было мое поспешное решение, что я поступил глупо и безрассудно. А сейчас ты назвал меня другом, я подумал, что ты просто решил замять это и я… — Ты такой глупый. — саркастично приподнял брови немец. Советы грозно взглянул на него. — Конечно я был без ума от тебя, это было очевидно, я и сейчас без ума. — издевательски улыбнулся он. — Мало ли что тебе там очевидно. — закатил глаза СССР. — Знаешь, что мне ещё очевидно? — придвинулся чуть ближе Рейх, продолжая коварно улыбаться. — Я теперь выше. — приподнял он руку, демонстративно показав отмеряя от себя, что Союз до неё не достаёт. — Не намного. — нахмурился русский. — И может уже отпустишь меня? — Нет. — словно невинное дитя, улыбнулся нацист. — Что? — опешил Советы. — Нееет. — протянул немец, приблизившись к блондину. — Ни за что. — он поцеловал Союза из-за чего тот удивлено опустил глаза, ещё больше вжимаясь в дверь и краснея. Понимая, что все эти поцелуи так просто не закончатся, СССР схватился за руку парня, поддаваясь ласке, а свободной рукой запер дверь изнутри. ♪ — Воу, воу, — замахал руками Россия. — только не надо нам вот этих ваших подробностей, обойдёмся без них. — А что, — усмехнулся Рейх. — знаешь что я сделал с тво… — Союз тут же заткнул ему рот рукой. — Продолжишь дальше и посмотрим, что я с тобой сделаю. — улыбнулся мужчина. Рейх недовольно поглядел на него, но закатив глаза, выдохнул, подняв руки вверх, показывая, что сдается. — Славно. — Ладно, опустим это. — покачал головой Германия. — Если все было так хорошо, то с чего бы вдруг война? — Не все было хорошо. — обернулся на него СССР. — Мы встречались, но из-за противостояния сторон в мире, нам приходилось делать это тайно. В то время у меня уже был ты, Россия, а у Рейха Германия и… — Союз резко замолчал, сжав кулаки и посмотрев на нациста. — и ГДР. — договорил за него немец. — Кто это? — удивлённо поглядел на старших Республика. — Твоя сестра. — четко ответил ему нацист. — У меня была сестра?! — опешил Германия, перекидывая взгляд с одного старшего на другого. — Да, была. — напрягся Рейх. — Что с ней случилось? — серьёзно взглянул на отца Республика. — Она умерла, когда вам было семь. — прикрыв глаза, проговорил фюрер. — Она что? — прошептал Германия. — Что? — неуверено взглянул он на Союза, тот кивнул. — Что произошло?! — старшие переглянулись. — После нашей встречи, через несколько лет, я начал замечать за Рейхом что-то неладное. Он проходил тайное лечение, но его поведение становилось странным. Он отдавал отчёт своим действиям, но его действия иногда меня пугали. — проговорил СССР. — Как это понимать? — прищурился Россия. — Я не понимал это, но я готов был быть с ним честным, поэтому напрямую спросил, он лишь отмахивался и говорил, что все нормально. Я не был дураком. — покачал головой Союз. — И вскоре наконец понял, в чём причина. Все его личности никуда не исчезли. Все стало только хуже, намного хуже. — Что случилось? — встревожено оглядел его Германия. — 2, личность, которая когда-то помогала Рейху, мне так казалось, что помогала, сейчас, в своей возрасте, я не уверен, что он точно хотел. — неуверено потупил взгляд Советы. — Он доводил Рейха до сумасшествия, все эти безумные решения были его словами. Сначала он просто вмешивался и советовал, а Рейх ему верил, у него не было никого ближе, но со временем, это влияние усилилось и простыми словами дело не обошлось, он начал занимать его тело, распоряжаясь ещё и другими личностями. Я видел это, снова. Рейх снова терялся в памяти, но когда я старался помочь, он лишь кричал на меня и отдалялся. — Прости. — прошептал нацист. Союз удивлённо взглянул на него, но мягко улыбнувшись, кивнул и продолжил. — Свою руку ещё и играло правительство, что заняло главную роль в стране. Адольф Гитлер и его окружение, коих 2 собрал специально для того, что произойдет в будущем, под предлогом изменения мира в лучшую сторону. Я понял, что я должен что-то предпринять, иначе станет поздно. В 1934 году, чтобы сдержать его, 2, нравы и желания правительства, я основал Восточный пакт вместе с Францией, что поддержала мою идею, хоть и не знала всей сути. Но идея провалилась. Франция вообще не была глупой, после того как дело прогорело, в 1935 она закончила Римский пакт с Италией, дабы укрепить свои позиции против усиления Нацистской Германии. В том же году, произошло то, чего мы боялись, 2 начал понемногу отвоевывать как и территории, так и тело Рейха. Второго мая мы подписали с Францией пакт о взаимопомощи. Она сказала, что постарается убедить мужа в том, что Третий Рейх это агрессор, я не стал её останавливать, но сам старался вернуть Рейха на прежний путь, освободить его от влияния 2. В этом же году, под влияние 2, попадает и Италия. Заключена первая ось. В тот момент я ещё верил, что назад дорога есть. В 1936 году Третий Рейх начал грубо нарушать условия Версальского мирного договора. Он понял, что я так просто не оставлю его, поэтому нашел себе нового союзника. 2 заставил подписать Рейха Антикоминтерновский пакт с Японской Империей, сказав ему, что якобы это поможет наладить отношения со мной, но по факту, они просто объединились против меня. Затем началась Японско-Китайская война. Я понял, они потихоньку начали двигаться к чему-то более масштабному. Моё вмешательство в эту войну дало Италии повод присоединиться к Антикоминтерновскому пакту. Когда Гитлер в 1938 получил абсолютную власть над Рейхом с помощью 2, они сделали первый шаг, начали с Австрии, поставив им ультиматум, требуя полную свободу действий для Рейха. Я выразил протест против аншлюса Австрии. Я лично пытался поговорить с 2, но тот смеялся надо мной, тогда я пытался ввести в чувства Рейха, но тот уже не понимал, что происходит вокруг. Он уже ничего не понимал. Я обратился к Европе, но те приняли аншлюс, когда Австрия присоединилась к Третьему Рейху. А затем Великобритания и Франция вместе с Фашистской Италией и Третьим Рейхом подписали Мюнхенское соглашение, что стало роковой ошибкой. Франция тогда лишь извинилась передо мной, сказав, что ничего не смогла сделать. 2 пошел на Чехословакию, пока я с ужасом осознавал, что ничего не могу сделать. Но затем прошла «Хрустальная ночь» что изрядно подпортило планы 2, это даже разозлило его. 1939 год стал концом для нас. Все больше территорий отходили Третьему Рейху. Франция пришла ко мне, понимая, что он не остановится, он предложила заключение совместных действий при нападении Рейха на Румынию и Польшу. Я предложил ей пригласить Великобританию в этот тройственный союз. Благо он согласился, мы с Францией тогда выдохнул спокойно. Но…я не мог оставить Рейха просто так, я хотел быть с ним и тогда, я заключил с 2 пакт Молотова-Риббентропа. Пакт о ненападении. За неделю до второй мировой войны.