Идеальный враг

— Ты всё-таки пришла, я уже и не надеялась. — Грейнджер, ты думаешь, я бы пропустила такое развлечение? Гермиона и Мэри только что встретились напротив двери в гостиную Гриффиндора. Было раннее утро вторника, до завтрака оставался почти час. Девушки спускались вниз по лестнице. Сначала в планах было найти Выручай комнату, чтобы их не заметили учителя, но потом поняли, что отсиживаться там, просто не было смысла. Спускаться надо было тихо, дабы не разбудить спящие картины. Луч утреннего солнца светил из большого окна Гермионе прям в глаза, плавно переходя на её русые волосы. Непослушные кудри блестели, переливаясь, точно струи каштанового водопада, смешиваясь коричневыми красками на её молочно-белых плечах. Её беспечный взгляд расхаживал по коридору, чтобы вовремя уловить каждое резкое движение, будто кто-то или что-то сейчас вот вот выпрыгнет из-за угла. Она беспокоилась, что за ними могут следить. Уже научившись на своих ошибках с горе-Малфоем, Гермиона стала осторожней, идя чуть ли не на цыпочках по холодному бетону, и приказала Мэри следовать её примеру. Они свернули за угол, услышав чьи-то приглушённые шаги. Притаившись, они простояли минуту. «Наверное, какой-нибудь учитель или ученик,» — подумалось девочкам. Не услышав ничего более, они продолжили идти. — Напомни мне, Грейнджер, — подала голос Мэри, — чего это ты стала ввязываться в подобные авантюры? Сколько я тебя знаю, ты не особая любительница рисковать. — Это не авантюра. Ну, подумаешь, украду зелье, мне ничего не будет, потому что никто ничего не узнает. — По крайней мере, она на это надеялась. Тем более насчёт Мэри она уж точно была уверена. Гермиона обрадовалась, когда та согласилась ей помочь. Познакомившись с этой девочкой, её будни немного скрасились и вдруг проснулось второе дыхание, благодаря которому, она сейчас здесь. С начало в голову пришла мысль сделать всё самой, но здравый голос дал понять, что одной это делать было весьма рискованно да и проблематично. — Ты всегда была так предана своим принципам. — И сейчас ничего не изменилось! — Нет, ты изменилась. Ты стала какой-то… замкнутой, ни с кем не общаешься, даже не гуляешь. Где та Гермиона Грейнджер, всегда любившая жизнь, любившая умничать… — дальше Мэри перешла на шёпот, боясь задеть чувства подруги. Гермиона расслышала только что-то вроде: «Даже нотации перестала читать». Да, к сожалению Мэри было с точностью права. «Всегда любившая жизнь» — Природа не обделила эту девочку проницательностью, и она во многих моментах подмечала именно то, что действительно волновало человека. Это и нравилось людям в ее характере. Именно поэтому у девочки всегда были друзья и своя компания. Они прошли ещё несколько поворотов. Стояла тишина, слышны были только звуки скользящих по полу мантий. — Знаешь, так даже лучше. Мне вполне комфортно в компании себя и мне никто не нужен, — Гермиона нервно улыбнулась и опустила голову. Мэри резко остановилась и посмотрела на подругу тревожным взглядом. — Это всё из-за Рона, да? Да забудь ты его уже, знаешь, пора жить дальше. Перестань думать о человеке, который не думает о тебе. — Грейнджер так и застыла, эта фраза задела её, но в хорошем смысле. Это явно не слова тринадцатилетнего ребенка — Если этот придурок с тобой так поступил, это не значит, что можно приравнивать других людей к такому же, как он. Время лечит. — Время не лечит боль, а только учит жить с ней и… — Гермиона хотела ещё что-то сказать, но запнулась. — Мэри, ты ещё не в том возрасте, чтобы говорить на подобные темы, ты многое не понимаешь. Давай закончим разговор и перейдём к главному. «М-да, не думала что ребенок будет понимать меня лучше чем я сама». Проходя третий этаж, с кухни тянулся приятный аромат курицы во фритюре. А ещё через поворот запахло земляничным компотом. Домовики Хогвартса работали как надо, «жаль им за это не платят» — сказала Гермиона ещё на третьем курсе. До завтрака оставалось сорок минут. «Может я действительно всё усложняю и мне пора избавиться от всех этих ненужных мыслей? А ведь правда, «зачем думать о том, кто не думает о тебе»? Я так до конца жизни буду мучиться, да к чёрту его». Они продолжили идти, но уже в напряжённом молчании. Гермиона решила добавить: — Как я уже сказала, со мной правда всё хорошо, даже прекрасно. У меня есть ты, есть Гарри… — Ты же сказала, тебе никто не нужен? — с прищуром и нотками обиды был задан вопрос. — Нет, конечно нужен, вы мне нужны, но я просто не брала вас в счёт! — Значит, не нужны. Гермиона мысленно закатила глаза. — Мэри, ты же прекрасно понимаешь, что я имею в виду. — Ну да, конечно, ты имеешь в виду, что мы не в счёт и что тебе никто не нужен кроме твоих прекрасных книг, домашнего задания и ночных походов в библиотеку. — Ну хватит! — Тихо! — Мэри резко ухватила Гермиону за край мантии и потащила назад. Мэри пальцем указала молчать. Мельком выглядывая за угол, они увидели как стояли двое мужчин и разговаривали о чем-то вполголоса. Подруги затаили дыхание. — Думаешь, они заметили? — еле-еле слышно спросила Гермиона. — Не знаю, но это наш шанс подслушать. Девушки отошли в сторонку, и Гермиона наложила дезиллюминационное заклинание как можно тише. Вернувшись на место, они начали прислушиваться к пришла голосам двух персон. Так как было ранее утро, солнце освещало весь коридор со стороны улицы, поэтому были видны лишь два тёмных силуэта. Прозвучал голос первой персоны: — Видел новую статью? Собачка Дамблдора попала в ловушку, как мы и думали. Девушки переглянулись. Этот тембр голоса невозможно было не узнать. Также как и холодный взгляд серых глаз — скользкий и неприглядный. Ироничен, самоуверен, честолюбив. Всё это принадлежало только одной персоне — Малфою-старшему. — В Ежедневном Пророке нет ничего, чего бы я смог прочитать в трезвом виде, — прозвучал бархатный голос второй персоны. Этот голос отличался от всех своим внушением. Чтобы он не приказал, всё сделается сей непременно, если, конечно, вы не хотите неделю отработок. — Но Дамблдор что-то говорил про магический кроссворд на последней странице. Непримечательное занятие. — Кроссворды? — вопрос прозвучал возмущённо и резковато. Настала пауза, а за ней и тишина, но мужчина резко перевел тему. — Я слышал что-то об этом, но даже подумать нелепо, они взяли эту идею у маглов. — Всё же это занятие лучше, чем читать эссе пятикурсников, написанное к тому же ужасным почерком. Особенно в этом «мастерстве» преуспел Уизли, Поттер также недалеко ушёл. Ты не представляешь, какую ересь они там пишут, — зельевар сморщился при воспоминании работ, которые сдали Гриффиндорцы на прошлой неделе. Обычно профессор не любил многословие как со стороны людей, так и со своей стороны не отличался этим качеством, но когда речь идёт о Гриффиндорцах… Это было исключением. — Уверен, что даже эссе пятикурсников лучше, чем «Ведьмин досуг,» — сделав кислую мину, мужчина пошарился по карману мантии, — уж изволь, я всё-таки зачитаю. Блондин достал из-за пазухи мятую газету с кричащим заголовком «Мальчик-который-лжет?» одной из статьи, красующейся на первой странице, и начал читать вслух: «Всеми известному Гарри Поттеру грозит исключение из школы чародейства и магии «Хогвартс» за нелегитимное использование магии в присутствии магла Дадли Дурсля. При этом Мальчик-который-выжил признается в содеянном, однако утверждает, что заклинание «Экспекто Патронум» было использовано для защиты от напавшего на них дементора. Напомним о случившемся в прошлогоднем Турнире Трёх Волшебников: смерть одного из участников Седрика Диггори — выдающегося и многообещающего волшебника. Именно Гарри Поттер обвиняет в смерти своего сокурсника Того-кого-нельзя-называть, тем самым настаивая на его возвращении. И вместо того, чтобы наказать по всей строгости своего нерадивого ученика-фантазера, директор школы «Хогвартс» Альбус Дамблдор поддерживает россказни мальчишки, выступая в его защиту, и тем самым ставит под сомнение репутацию и действия Министерства магии, ведь именно ему подчиняются пугающие существа, несущие холодную смерть. Остаётся вопрос: это намеренное нападение Министерства магии на всеми любимого героя Гарри Поттера или тщетные попытки Дамблдора, известного своими чудачествами, провести переворот в Министерстве?..» — Вот это да, — прошептала Гермиона, — прошло уже полгода, а они только сейчас спохватились. — Наверное, Дамблдор не хотел предавать огласке этот факт, — в тон Гермионе ответила Мэри. Немного простояв и обсудив данную статью, две персоны, попрощавшись, удалились в разные стороны. Зельевар отправился в подземелья, Малфой — в кабинет директора. Девушки решили оставить дезиллюминационное заклинание, дабы не нарваться на кого-нибудь из преподавательского состава или на непослушных учеников, гуляющих по коридору, прям как они сами. «Так, значит, Мэри отвлекает, я прокрадываюсь, выкрадываю и драпаю,» — пока Грейнджер повторяла про себя план действий, Мэри уже была на пути к подземельям.

            ***

Ученица третьего курса стремительно преодолевала лестничные пролеты. Скоро она будет на месте. «Да что же это такое! — под конец пролета лестницы начали переносить её в другие коридоры, тем самым медленно, но верно губя последние нервные клетки. — Мерлинова борода… ну почему в этой школе нельзя трансгрессировать. Это всё ходатайства Дамблдора, видите ли небезопасно ученикам такая магия, сто слизняков тебе в чай!» После всех ругательств, Мэри уже спускалась по мраморной лестнице второго этажа, по обеим сторонам которой находились две двери. Справа — к лестнице, спускающейся к гостиной Пуффендуя и кухне замка. Слева — дверь, ведущая к спуску в подземелья. Она проходила по мрачному коридору, даже пару раз натыкалась на приведений, но они не замечали девушку или им просто было все равно. Быстро преодолев расстояние до двери нужного ей кабинета, Мэри остановилась в нерешительности. «Фух, что-то боязно, — она посмотрела на свои руки, те немного подрагивали. — Так, ещё раз, значит, я должна буду сказать профессору, что в Хогвартс прокралась какая-то тварь, и я сама лично видела, как это проникло в гостиную Слизерина, а потом отмажусь и скажу, что мне привиделось или что это был мой боггарт. Ну, вроде, должно…» — не успев закончить свой мысленный диалог, слизеринка и опомниться не успела, как дверь в кабинет сама открылась, и оттуда прозвучал усталый голос: — Входите. Не медля ни минуты, чуть ли не вбежав, Мэри начала сбивчиво рассказывать. — Профессор! Срочно! Там в… гостиной… я видела своими глазами! Оно было такое чёрное… Снейп отложил недочитанный журнал, встал из-за стола, облокотившись бедром о его край и скрестив руки на груди, манерно поднял бровь. — Мисс Эланд. — Опять. Опять его голос прозвучал властно, аристократично, так сказать, по-снейповски. После этого у каждого отпрянет желание перечить или уж тем более лгать. — Я не понимаю ваш невнятный поток слов. Может, вы сначала научитесь думать, прежде чем начнёте говорить с умными людьми? Мэри не предала значение этому выпала и продолжила: — Там, в гостиной Слизерена… дементор! «Что ты несёшь, дура? Какой ещё дементор…» — Мисс, вы уверены, что вам не показалось? Дементоры, если вы не знали, находятся под контролем Министерства, и они не стали бы на нас нападать. Прошу больше не задерживать… — Да нет же! Как вы можете сидеть здесь так спокойно! Я уверена, что это был дементор: он был такой ну-у… большой, черный, и от него веяло холодом… — для достоверности девушка даже чуть поежилась и обняла себя руками. Настала пауза, Снейп проницательно и мучительно долго смотрел в глаза ученицы, но не найдя в них ни капли сомнения, сказал серьезным голосом: — Вы знайте, что будем вам за ложь? — Да! — Она стойко выдержала буравящий взгляд карих глаз. Ослабив ментальную хватку, зельевар о чем-то задумался, потом резко отмер и сказал: — Хорошо, тогда идите на завтрак, никому ничего не говорите, я отправлюсь в гостиную и лично всё осмотрю. Профессор направился к выходу, Мэри ликовала внутри, но это была лишь часть их плана. Насчёт второй ещё даже не было идей. Просто прийти, просто выкрасть зелье, просто отмазаться — всё было слишком просто в их плане. В реале, им нужно будет попотеть и она это знала, как знала и то, что обязательно получит удовольствие от этого приключения. Девушка хотела уже поскорей отправиться к подруге, но развернув и остановив ее у самого выхода, на плечо легла тяжёлая рука. Мэри вздрогнула, ей немного стало не по себе. — Если вы лжёте, — сделав эффектную паузу, зельевар скривил губы одарив девушку саркастической полуулыбкой и продолжил: — я лично распоряжусь о вашем наказании, и, поверьте, оно будет самым строгим, и никто вас не спасет. Не дождавшись ответа, профессор тут же ускользнул в противоположную сторону. «Ух… лучше бы я все-таки с дементором поболтала, от Снейпа веет холодом за километр», — решив, что надо поспешить, Мэри бегом отправилась на третий этаж, где они договорились встретиться с Гермионой.                                     *** В это время в большом зале уже начали собираться студенты. Время было раннее, поэтому большая часть всё ещё спала. От каждого факультета сидело по три-пять человек — в основном это были старосты и их помощники, друзья или коллеги — за это время они должны были сделать обход, приклеить объявления и поменявшееся расписание или же просто помочь учителям. Староста выбирается с шестого курса, но бывали исключения, когда старостами становились и на пятом, а с ещё большей редкостью, когда на четвертом. Дети любили своих старост: они были добрыми, внимательными и всегда помогали с домашней работой или с другими делами. Деканы выбирали самых лучших учеников для этого назначения. Для многих это была честь, для некоторых каторга, другим было всё равно. За преподавательским столом сидели два учителя — МакГонагал и профессор Флитвик. Они бурно о чём-то говорили, но это нас не интересует. Нас интересует другой разговор. За столом Гриффиндора сидели два ученика и вели весьма и весьма светскую беседу. —… Да и в газете этой ничего никогда не было правдой. Скитер ищет грязь везде и во всём, все это давно знают, — ученик нервно почесал макушку рыжей головы и посмотрел на собеседника, ища поддержку своим словам. — Неужели, она может безнаказанно писать такие вещи про Министерство и даже Дамблдора?! Я думал, за такое и в Азкабан легко попасть… — сказав вполголоса, студент положил «Ежедневный пророк» на стол и сложил руки перед собой. — Ну, может у неё есть связи в Министерстве? Или ей кто-то заплатил за эту статью? — Зачем кому-то платить за такое и тем более подвергать себя опасности, ведь если в Министерстве узнают, кто спонсировал такую сенсацию, сразу хватятся. Нахмурив брови, мальчик технически поправил свои очки. — Значит, это был тот, кто не боится запятнать свою репутацию… Помотав головой в знак несогласия, рыжий мальчик сказал: — Нет, по-другому — тот, кто не боится Министерства. Значит, это тот, кто там работает? — Возможно… Но я знаю только одного знакомого мне человека, кто работает в Министерстве… — голос студента резко прервала открывающаяся дверь. В зал влетел Снейп и, не смотря ни на кого, отправился к столу преподавателей. — Снейп пришел на завтрак. Вот это да. Я думал, он не ест по утрам. — Может, он на диете? — улыбаясь, предположил темноволосый мальчик и посмотрел вслед зельевару. Тот в свою очередь подошёл к профессору МакГонагалл и что-то спросил. До учеников долетели лишь обрывки фраз: «…У себя… какой ужас… Да, конечно, идите…». Потом он резко развернулся и уже было направился к выходу, как встретился взглядом с Поттером. Он смотрел на него пристальным взглядом, не изменившимся за все годы обучения — с такой же холодной яростью в темных зрачках, и эта ярость обжигала лучше любого огня. Но было в них ещё что-то. Гарри упорно не отводил взгляд, смотря прямо в омуты… боли? Боли и сожаления? Будто прочитав мысли ученика, которые отразились недоумением на его лице, зельевар тот час скривился, прячась ото всех за безэмоциональной каменной маской и оставаясь один на один со своей болью. Гриффиндорец поспешил отвести глаза, пристально рассматривая свои руки, но на самом деле обдумывая увиденное. Или показалось? Да, показалось… И выбросив все мысли из головы, он сосредоточился на болтовне друга. — …жуть, он опять сегодня не в духе. — Профессор Снейп никогда не бывает в духе, — верно отметил брюнет. Рыжий мальчик лишь качнул плечами и вздохнул. — Ты видел Гермиону? — Я за ней не слежу, но сегодня утром её не было в гостиной — может, ещё спит. — Обычно она приходит в пятьдесят минут, значит через две минуты будет. Ещё раз пробежавшись по строкам газеты, гриффиндорец порвал её на четыре части и сунул в карман. — О, леденцы! — достав из кармана красные конфеты, рыжеволосый мальчик тут же закинул пару штук в рот. — Будеф? Мефду плочем со вкуфом мятной каламели. — Нет, спасибо, — отозвался мальчик в очках, с его губ сорвался весёлый смешок.

            ***

            

«Великий Салазар… надо было мне самой пойти к профессору. Но тогда он бы меня не понял, ведь наша гостиная ближе к кабинету МакГонагал. Ладно, как есть уже», — Грейнджер не находила себе место, то и дело поглядывая на время с помощью заклинания «Таймс». Простое, но нужное заклинание, которое они учили ещё на первом курсе. До завтрака оставалось двадцать пять минут. Надо поспешить. Приближающиеся шаги-таки порадовали девушку, но для осторожности она бесшумно наложила на себя заклинание невидимости. — Гермиона! — полушепотом позвала Мэри. — А, это ты… — Быстрее! Я его отвлекла, надо быстрее… украсть зелье, — эти два слова, девушка сказала ещё тише, — давай уже, шевелись! Подруги рванули с места как можно быстрее — нельзя терять ни минуты. Необходимо скорее добежать до чёртового кабинета. Пока они быстро спускались, Эланд два раза чуть не поцеловалась с полом из-за длинной мантии: она то и дело путалась в подоле. — Ещё Пивз прилетит, если что, он сможет задержать Снейпа, — на ходу бросила Грейнджер. — Отлично. Стоп, — Мэри недоумевающе посмотрела на подругу, — а Пивз та нам зачем? — Сказал, хочет сам всё увидеть. Вот для кого это развлечение, так это для Пивза… Её голос чуть сорвался на полуслове, она прошла прям сквозь полтергейста и почувствовала этот ледяной холод. Чем-то он был похож на холодного дементора, разве что не такой жуткий. — Бу-у! От неожиданности девочки вскрикнули. — Вы, кажется, про меня говорили? — вылетевший из угла Пивз выглядел ужасно довольным. Он забавно летал из стороны в сторону, делая в воздухе круги и поглядывая на девочек. Не заметив такой же радости, он всё же решил поубавить свой неуёмный характер. Подлетев к одной из девушек, он нацепил задумчивое лицо и стал серьёзней. — Тебя, кажется, зовут Мэри? Ты со Слизерина. — Верно, — времени особо не было, поэтому девушка говорила кратко и быстро. — Говорят слизеринцы — любители приключений. — Ты перепутал нас с гриффиндорцами, — сказав это, Мэри головой указала на Гермиону. Гермиона, кажется, ничего не слышала, кроме своего глубокого дыхания. Она старалась успокоиться, вдыхая носом и выдыхая ртом. Но мандраж захватил с новой силой. «И вот зачем, зачем мне всё это? Пивз, будь ты проклят! Заинтриговал меня своим: «Я могу тебе кое-что показать и бла-бла-бла…», а я ведь могла отказаться, но нет, мне как всегда всё нужно знать и видеть. Глупая!» — пока Гермиона тысячу раз жалела о своем решении, друзья, наконец, дошли до кабинета. Дверь оказалась очевидно закрыта. Эланд потерла бока и развернулась к друзьям. — У кого-нибудь есть идеи? — выжидающе посмотрев на них, слизеринка решила обратиться к подруге. — Гермиона, ты должна была изучать такие заклинания. — Какие? Взламывающие дверь профессора Снейпа? И как они называются? Снейпо-алохомора?! У Эланд загорелись глаза в догадке: — Да! Точно! Алохомора — это же и есть отпирающие чары. — Я знаю, но они не работают, понимаешь? Снейп ставит какое-то другое, более сложное заклинание, я не знаю его, и никто не знает. — И как же ты тогда собралась красть зелье? То есть я тут рисковала ради тебя, наврала про какого-то грёбаного дементора в гостиной Гриффиндора, Снейп меня чуть не съел взглядом, и я только сейчас узнаю, что ты не знаешь, какое он накладывает заклинание? Гермиона мысленно дала себе подзатыльник. И правда, почему она об этом не подумала? Надо было изначально продумать весь план досконально, чтобы не было таких недочётов с её стороны. «Да что ты будешь делать, она опять права». — Успокойся, Мэри, сейчас что-нибудь придумаем. — Успокойся?! Знаешь как сейчас во мне адреналин бушует? Да ты хоть знаешь, как я… — Сезам, откройся. Воцарилась тишина. Гермиона с Мэри одновременно перевели вопросительный взгляд на Пивза. Полтергейст сверкнул глазами и подлетел ближе. — Сезам, откройся — попробуйте это заклинание, — Пивз пролетел вокруг них и разразился хохотом. — Ты не мог сказать раньше?! — возразила Гермиона, гневно смотря на их друга. Направив палочку на дверь, она не стала долго ждать и тут же проговорила заклятие. — Сезам, откройся, — им сегодня однозначно везло, заклинание сработало, дверь не только открылась, ее выбило со всей дури, и она разлетелось на щепки. — О, Мерлин…!!! Снейп теперь нас точно убьёт, он нас просто закопает, а сверху посыплет эти щепки…! — протараторила Мэри и с ужасом посмотрела на проделанную работу. Они все зашли в кабинет и стали искать шкаф со всеми зельями. Но в кабинете стоял лишь стол, тумба, камин и кожаный диван. Пыль летала густым дымом, в основном из-за разлетевшихся дверей. Пахло бадьяном. И ещё чем-то… странным, незнакомым. На тумбе стояли три котла с настаивающимися зельями. Свет почти не проникал, не считая маленького окна, из-за которого просвечивалось два луча утреннего солнца. На столе стояла чашка недопитого кофе и новый сборник научного журнала «Практика зельеварения». Рядом с ним оторванный лист «Ежедневного пророка». — Что это он читает? — задав вопрос, Мэри начала разглядывать вырванный лист. — Квадратики какие-то и стрелочки. «Вопрос по горизонтали: Один из основных ингредиентов в напитке Живой смерти. Десять букв», — прочитав вслух, Мэри передала лист Гермионе. — Дай посмотреть, — Гермиона взяла лист и прошлась по нему быстрым взглядом, Тем временем Пивз начал искать место, где Снейп хранит свои запасы зелий. — Это кроссворд, — уверенно сказала девушка и положила его обратно. Эланд подняла бровь, наверное переняв эту привычку у декана. — Чего? Кров… ксо… кроссдворт? — Кро-ссворд. Это такая магловская забава, обычно этим занимаются старики. Хмыкну в ответ, Мэри начала обдумывать услышанное. «Кросровды какие-то… Гермиона сказала, что это магловское занятие — очень не похоже на Снейпа… Может, он действительно стареет?» — Ну, я всегда знала, что Снейпу пора на пенсию. Осмотревшись, они не увидели ничего, что напоминало бы тайник, даже двери не было. Была только тишина. Такая тишина, что звенело в ушах, как будто в замке не было ни одной живой души. Гермионе стало очень комфортно в такой обстановке, ей, как интроверту, теперь было понятно профессора. Сидишь здесь себе в тишине и работаешь, что может быть лучше? Это тебе не гостиная Гриффиндора, где тебе приходится терпеть бесконечный шум и гам и где просто невозможно на чем-то сосредоточиться. Прочитать спокойно книгу или сделать домашнее задание. «Вот бы мне такой же личный кабинет, я бы смогла нормально отдохнуть», — от этих мыслей стало грустно. Вдруг из-под пола вылезла голова Пивза, а потом и всё тело полтергейста. — Ой, ты меня напугал, Пивз. Про тебя теперь точно можно сказать: «Как из-под земли вырос». — Ха, пока вы тут проветривались, я уже нашел закрома Снейпа. Тут есть люк, — полтергейст указал на небольшую ручку люка, и девушки решили сей непременно его открыть. Благо, люк поддался и не был заколдован как дверь, иначе пришлось бы и его взорвать… Открыв его, они увидели густую тьму. — Люмос, — на конце палочки Гермионы загорелся свет. Увиденное заставило ахнуть. Железная винтовая лестница вела неглубоко вниз. Спустившись, друзья начали искать зелье. Там их была тьма тьмущая — тысячи склянок разного размера и цвета. Сумбурный запах смешанных зелий резал нос, отчего всё время хотелось чихнуть; огромные, заляпанные шкафы, черные котлы, перчатки из драконьей кожи в трёх экземплярах, видно что новые. Фартук, книги, журналы, газеты, какие-то списки и стоящие посередине столы. Но что удивительно, так это отсутствие стула. За стеллажом с книгами находилось помещение поменьше, в котором хранились ингредиенты. Небольшая кучка, немного выделяясь, лежала в дальнем углу стола. «Это те самые, которые я принесла вчера», — промелькнуло в мыслях девушки. Рядом лежал тот самый список трав. — Гермиона! Я, походу, нашла, — девушка с замиранием сердца показала на стеллаж посередине и третью полку сверху. Там стояла неприметная склянка с надписью: «Настойка амортенции». — Акцио, зелье амортенции, — склянка прилетела в руки Гермионы. Она увидела недоумевающий, а потом осуждающий взгляд подруги и нерешительно спросила: — Что ты так смотришь? — Ты не могла раньше так сделать? — Не знаю… я не подумала. «Точно, мы могли бы с самого начало применить манящие чары». — Ладно, всё. В любом случае, нам надо уходить отсюда! Ух, чувствует душенька моя, что скоро придет наш «любимый» профессор и устроит нам такууую взбучку! Он сказал мне идти на завтрак, сколько там до его конца осталось? — Таймс, — заклинание вывело прям в воздухе голубые цифры. — Осталось… мы опоздали. — И ещё на целых десять минут… — Мэри, это и к лучшему. Лучше не появляться Снейпу на глаза. Давай, нам надо спешить. — И починить дверь, — обречённо сказала слизеринка и пошла к выходу вместе со всеми. Гермиона была довольна собой и своими друзьями. Да, она не сделала ничего такого полезного, но эти приключения стоили того. Она не понимала, как раньше не видела всего этого и никогда не участвовала в подобных затеях. Ей просто… понравилось. Уже выходя за порог, она развернулась и начала думать, какие восстанавливающие чары могут подойти. Увидев задумчивый взгляд подруги, Мэри решила предложить: — Может Репаро? Мы его проходили два года назад, должно подействовать. — Не знаю, кажется, оно подходит только для восстановления мелких предметов, но можно попробовать, — и взмахнув палочкой, она проговорила заклинание. Как ни странно, оно сработало, дверь собралась по кусочкам и встала на место. Грейнджер была довольна своими чарами. — Ураа, — прокричал Пивз и начал смеяться, — вот это да, знаешь, Грейнджер, я даже сначала сомневался, что ты согласишься на такую затею. Интересно, что скажет Снейп? — А профессор Снейп зол, как черт, — раздался издевательский голос Малфоя. Он держал в руке надкусанное яблоко и ухмылялся. — Я был на завтраке, Снейпа там не было, но я видел, как он идёт в кабинет директора — вам конец. — О, Малфой, а мы видели сегодня твоего папашу — такой себе работник Министерства. Сущий павлин, — подала голос третьекурсница. — Что ты сказала?! — Драко стремительно двинулся в ее сторону. — Ещё раз так скажешь про моего отца, и я тебя по стенке размажу. — Угомонись, Малфой. Драко вытащил палочку, но внезапно чьё-то заклинание тут же выбило её из его рук. — Грейнджер! — прозвучал величественный голос профессора Снейпа. Малфой не врал, он был зол как чёрт, хотя следующая картина уже напоминало дьявола: его чёрная мантия разлеталась, а лицо исказилось от злости. Он держал перед собой палочку, и в его глазах читалась ненависть. — Гермиона… — шепотом позвала подругу Мэри. — М? — та не смогла вымолвить ничего больше. — Кажется, я уверовала, — в голове девушка три раза успела перекреститься и помолиться Богу, в которого так верили маглы. И не только, она призывала и Мерлина, и Салазара — все магические силы, чтобы их оставили в живых после такой выходки. — Какое же паскудное поведение вы себе позволяйте! Вы, мисс Эланд, и вы, мисс Грейнджер! Зная о последних событиях, связанных с дементорами, вы смеете о них так шутить, какая наглость! — Профессор, извините, я… — подала голос Мэри, пытаясь защититься от выпада декана, но тот пристально сверкнул глазами в ее сторону, и девушка тут же замолчала и попятилась назад, понурив голову. — О, мисс Эланд, для меня вообще остаётся загадкой, как слизеринка, особенно в вашем лице, опустилась до подобного: строить козни вместе с учеником Гриффиндора. Это как минимум низко! — с каждым словом профессор становился спокойнее, прежний пыл, раннее не свойственный Снейпу, потихоньку затухал, но это ни капли не улучшало положение — холодные слова по прежнему резали, словно сталь. Девочка сжала в знак протеста кулаки, но промолчала. Вместо неё с высоко поднятым подбородком вперёд вышла Гермиона. Снейп перевел уже спокойный взгляд на нее и скривил губы. — А вы, мисс Грейнджер, перешли уже всевозможные границы! У меня просто нет слов, но они и не понадобятся, вместо них будут действия, — он мрачно оскалился, предвкушая наказания для его «любимых» учеников. Гриффиндорка на секунду прикрыла глаза, даже не представляя, что он с ними сделает — так профессора Снейпа не доводили даже Гарри с Роном, а ведь это они обычно попадают в приключения и нарушают правила. Гермиона уже тысячу раз прокляла Пивза, который сразу же смылся, почувствовав неладное, Снейпа, к которому она зачастила попадаться, а главное себя — за такую оплошность и чертово гриффиндорское сердце. Разве прежняя Гермиона Грейнджер поступила бы так? — Нет. Но обратного пути нет… А между тем декан Слизерина продолжил: — Минус пятьдесят очков с Гриффиндора и Слизерина. — Но, профессор… — ужаснулась Мэри, испуганно округлив глаза. Неподалеку послышался довольный и полный злорадства смешок со стороны Малфоя, от которого до этого ничего не было слышно. Это не укрылось от острого взгляда зельевара. — Не волнуйтесь, мисс Эланд, это ещё не всё. Я назначаю вам троим две недели отработок у меня в подземельях. — Но… — все же попыталась возразить Гермиона, перебивая Снейпа, но тот даже не дал ей продолжить. Мэри одернула подругу за мантию, призывая замолчать и уже представляя как за это получат от зельевара. — Месяц. — Поправил себя Северус Снейп, глядя в глаза гриффиндорке, на этот раз та промолчала. Лишь плотно сомкнутая челюсть выдавала ее несогласие. — Месяц отработок, и вас, мисс Грейнджер, я назначаю старостой, — Гермиона шокировано ахнула, еле устояв на ногах. Девушка с надеждой на то, что профессор отменит устрашающее наказание или скажет, что это все несмешная шутка, посмотрела в его темные глаза, но нашла там только решимость. Решимость ее уничтожить, никак иначе. Гермиона, конечно, хотела быть старостой. Даже планировала… когда-то. Но явно не так. Староста — это огромная ответственность, куча неотложных дел, которые постоянно увеличиваются, большая головная боль и отсутствие свободного времени, которого у девушки и так в последнее время не было. — Извините, профессор Снейп, но, кажется, Вы ошиблись. Вы сказали, что назначите отработку троим, — обратил на себя внимание Малфой, теперь ему было не до смеха. — Нет, мистер Малфой, ошибки быть не может — всё так, как я сказал, — хмыкнул зельевар. — Но я никак не связан с ними, — выплюнул он и совсем не по-аристократически ткнул пальцем в Гермиону и Мэри, последняя злобно прищурилась и по-детски показала язык, недовольно покосившись в его сторону. — В каком-то смысле я даже наблюдал за ними и хотел рассказать об их проделках Вам! — Что ж, раз уж вы такой блюдитель порядка, то назначаю и вас старостой, мистер Малфой. Будете в паре с мисс Грейнджер, — довольный своими действиями Снейп сложил за спиной руки и прежде чем уйти смерил строгим взглядом, не терпящим каких-либо возражений, каждого: притихшую Мэри, пылающего яростью и недовольством Драко и находящуюся в прострации Гермиону. — Это вы во всем виноваты, — закричал парень, снова тыкая пальцем в их сторону, когда тёмная спина зельевара исчезла за поворотом. — Ха-ха-ха, Малфой, наконец-то справедливость восторжествовала! — воскликнула слизеринка, уткнув руки в бока, но понимая, что теперь Гермионе придется терпеть общество ненавистного мажора, тихо и неуверенно добавила: — Ну, наверное… Гермиона была поражена и шокирована. На неё легла огромная ответственность, и теперь, помимо своих проблем и переживаний, ей надо будет решать чужие, так ещё и в компании слизеринца. Теперь уж точно покой ей будет только сниться. Малфой одарил Мэри уничижительным взглядом и обратился к Гермионе: — Ты навсегда запомнишь наши дежурства, грязнокровка — я стану твоим ночным кошмаром!