Better Than You

Когда Джей только присоединился к компании, Хисын уже год там стажировался. В те времена, когда Паку было семнадцать, он носил только чёрную одежду, серебряные цепи на шее и много колец. Джей любил хип-хоп и рок, выглядел грубым и холодным человеком. Хисыну он совершенно не нравился. А когда тот узнал, что у него богатые родители, ему стало противно от Пака. Ли стажировался в компании целый год, вкладывал всего себя в танцы и вокал. Он буквально жил в репетиционной, занимаясь там по восемнадцать часов. А тут приходит какой-то Джей Пак и говорит, что хочет стать айдолом. Парня тошнило от этого. Так мало того, Пак ещё и очень самоуверенным был. Язык без костей, в каждой бочке затычка, всё время делал замечания другим трейни, мол, лучше будет так. Сам-то танцевал не особо хорошо, а вокал так вообще ужасным был. Но именно к Хисыну Джей прилип банным листом и не отлипал. Ходил за ним хвостиком, просил дать совет как старший — младшему. Ли как мог отмахивался от Пака, то говоря: «Спроси у других», то просто игнорируя. В такие моменты Джей поджимал губы, тихо говорил: «Хорошо» и, поклонившись, уходил. Сидел потом с надутыми губами, один, в репетиционном зале, а если к нему кто-нибудь подходил, то смотрел свирепым взглядом, и те сразу же в страхе убегали. — Хисын-хён, а что ты думаешь о Джее-хёне? — спросил однажды Сону, милый трейни с пухлыми щеками и глазами-щёлочками. Хисыну очень нравился этот мальчик, от него веяло позитивом и теплом. Он был похож на того самого младшенького, которого хотелось тискать, помогать и баловать. — Джей-то, — усмехнулся Хисын, наливая себе воды из кулера. Он танцевал на протяжении двух часов без перерыва и буквально умирал от жажды. — Выпендрёжник, вот он кто. Всем советы направо и налево даёт, а сам танцевать не умеет и уж тем более петь. Попал за деньги родителей в компанию и теперь строит из себя непонятно кого. Сону как-то странно покосил взгляд в сторону двери в репетиционную, а потом снова посмотрел на Ли. Закусил нижнюю губу и повёл носком правого кроссовка по полу, словно ему стало стыдно. Хисын не придал этому значения и продолжил жадно глотать воду. — Я не думаю, что Джей-хён такой уж плохой. На самом деле, его советы очень помогают. И он внимательный к окружающим его людям, — проговорил младший, качаясь вперёд-назад. — Недавно я натёр мозоль из-за неудобной обуви и хромал. Джей-хён это заметил и дал мне милые пластыри с котятами. И ещё сказал, чтобы я впредь выбирал обувь, подходящую для танцев. Поэтому, пожалуйста, не говори так про него. Он правда хороший. Хисын скептически посмотрел на Сону, не веря его словам. — Ладно-ладно, — Ли выкинул использованный стаканчик и похлопал младшего по плечу. — Хороший твой Джей-хён, хороший, а теперь давай репетировать. Скоро ежемесячная проверка. Пусть тогда Хисын и не воспринял слова Сону всерьёз, но к Джею начал присматриваться. Только тогда он заметил, как усердно Пак тренируется до поздней ночи, под конец буквально валясь с ног. Начал видеть прогресс в его танцах и вокале. Джей становился лучше каждый день, и на ежемесячных проверках тренеры хвалили его всё чаще и больше, когда про Ли говорили лишь: «Идеально, как и всегда». И Ли решил подружиться с ним. Но каково же было его удивление, когда Джей игнорировал его и смотрел вот этим своим страшным взглядом, не желая говорить со старшим. Хисын терялся в догадках, что же произошло с младшим и почему его отношение изменилось. — Почему ты постоянно игнорируешь меня? — спросил он прямо у Джея, выловив его выходящим из репетиционной. Тот поднял взгляд на Хисына и самым холодным тоном, что когда-либо слышал Ли, ответил: — Потому что я не намерен дружить с тобой, Ли Хисын. Я собираюсь стать намного лучше и круче тебя. С этого дня мы соперники, запомни это. И отпусти меня наконец, мне нужно идти репетировать. И, сбросив с себя руку Ли, ушёл обратно в репетиционный зал.