Unmei no hito

Зеленоватые больничные лампы тихо жужжали, освещая серые стены и выхватывая из темноты белые квадраты дверей с узкими полосками стекол. Это жужжание было слышно только по ночам, днем его заглушали привычные звуки госпиталя. Сакура стояла у его палаты, привалившись к стене, и боялась войти. Вот уже полчаса. Она хотела поговорить, но не могла внятно сформулировать мысли, и поэтому просто застыла тут в нерешительности. Хотелось сказать ему так много, сказать так, чтобы он понял, чтобы услышал её по-настоящему. Внутри куноичи, медленно распаляясь, тлели опасения. Какаши мог снова закрыться, решив, что так будет лучше для всех. Безопаснее. Спокойнее. После утренних событий Сакура отчетливо поняла про себя одну важную вещь – она больше никогда не согласится быть на расстоянии вытянутой руки. Слишком долго с ней проворачивали подобное. Поэтому, либо все, либо ничего. С неё довольно недосказанности! Но чем дольше Сакура оставалась в коридоре, тем страшнее было повернуть дверную ручку и войти. Ведь это вполне могло стать концом всему. Почти наверняка и станет. Может быть, он спит? Может, зайти завтра? Куноичи прислушалась и вдруг отчетливо уловила щелчок зажигалки. Вот, значит, как! Нарушаем больничный режим! - Я тебя покалечу, потом вылечу и снова покалечу, если еще хоть раз закуришь в палате, - грозно заявила она, отперев дверь. Какаши замер на кровати полусидя, неловко согнув больную ногу на подушке. Сигарета нерешительно тлела в его зубах. В больничной пижаме, растрепанный, без маски он казался ей таким уютным и домашним, что от внезапного приступа нежности защемило в груди. Когда же она успела так к нему привязаться? Ловя остатки решимости начать серьезный разговор, Сакура нахмурилась и уверенным шагом направилась к нему. - Я прощу на первый раз, - она выхватила из его рта сигарету и быстро затушила в стоящем на тумбочке стакане воды, - но если это увидят другие ирьёнины или медсестра, тебе не поздоровится! - Мне и так нездоровится, - равнодушно отмахнулся Какаши, - сколько ты там простояла? - Достаточно… - Неужели только для того, чтобы меня подловить? – удивился он. - Не только, - Сакура на мгновение замялась. Какаши смотрел выжидательно. – Мне кажется, нам нужно поговорить… - Да, я тоже об этом думал. Сойджу, наверняка, не последний, кто появится… - Не об этом, – возразила куноичи, – о нас! - О нас? – тупо переспросил он. - Именно. Не делай вид, что ничего не произошло, пожалуйста! Нам нужно обсудить… то есть, я хочу сказать… то, что случилось утром... – уверенность выходила из неё стремительнее, чем воздух из пробитого шарика, - ты меня поцеловал, и я… Сакура запнулась, не зная, как правильно продолжить. Что именно – она? Хочет быть с ним? Хочет целовать его так каждое утро, просыпаясь рядом? Хочет готовить ему завтраки, а по вечерам вместе читать пошлые книжки Джирайи? Хочет свернуться калачиком у него под боком и почувствовать себя защищенной от целого мира? Все эти фантазии казались сейчас настолько наивными и глупыми. Должно быть, он рассмеётся ей в лицо, услышав такое. Какаши поморщился и устало ущипнул себя за переносицу. - Сакура, я не думаю, что… - Тихо, – она прислонила палец к его губам – дай мне договорить… я хочу быть с тобой, - присела на кровать рядом, - я понимаю степень риска, поверь, - скользнула рукой по щеке, - правда в том, что мы всегда будем в опасности, мы же шиноби, - погладила колючие волосы у виска, практически перешла на шепот, - не один, так другой обиженный мститель может заявиться в деревню… прийти за моей головой, за твоей… за чьей угодно. Саске годами пропадал где-то, пытаясь, как он думал, защитить нас с Сарадой. И к чему это привело? Я больше не допущу подобного. Я хочу любить здесь и сейчас… другого времени у нас не будет, - совсем тихо закончила Сакура, наклонившись к его лицу. - Любить? Сакура, - судорожно выдохнул Какаши, его кожа опять наэлектризовалась, слабыми разрядами разогревая её ладони, - зачем ты делаешь это со мной? - Потому что мы оба этого хотим… Не в силах больше сдерживаться, она коснулась его губ влажным горячим поцелуем, запечатывая свои слова. Пару мгновений Какаши колебался, просто позволяя себя целовать. И Сакура настолько потеряла голову, что даже не заметила, когда именно он преодолел свой внутренний барьер. А, может, никакого барьера и не было? Он стиснул её в объятиях и рывком повалил на кровать, в исступлении расстегивая медицинский халат, стягивая свою безрукавку. Сакура задыхалась и тонула в жадных, требовательных поцелуях. Лихорадочно гладила его плечи, ощущая, как напрягаются стальные мускулы. Она хотела чувствовать все его тело, каждый сантиметр теплой, гладкой кожи. Сейчас он впервые безраздельно был в её власти. Острое, почти болезненное, желание заставляло крепче прижиматься к нему обнаженной грудью, обхватывать ногами его бедра, выгибать спину. Она почти застонала, когда его рука опустилась ниже, грубо сжав её ягодицу. - Я… не могу… - Какаши вдруг замер над ней, тяжело дыша. - Почему? Ты же этого хочешь, - с ноткой отчаяния прошептала Сакура, - пожалуйста, только не теперь… - Ты не поняла, - он нежно коснулся губами её виска, выдохнул в самое ухо, - нога… я не могу сверху… Сакура чуть не рассмеялась от облегчения. Какой же идиот! - Эту проблему легко решить… Она приподнялась на локтях и резким движением поменялась с ним местами. Поерзала, удобнее устраиваясь на его бедрах, сквозь тонкую ткань пижамных брюк ощущая, насколько учителю нравится происходящее. - Иногда меня пугает твоя нечеловеческая сила, - заметил Какаши, медленно поглаживая её живот. - Не переживай, я всегда деликатна с пациентами, - Сакура улыбнулась и, склонившись, легко чмокнула его в нос. С ним все было просто и невероятно, изумительно приятно. Казалось, Какаши чувствовал и понимал её без слов. Целовал там, где хотелось именно в этот момент, прикасался, гладил и сжимал ровно настолько, насколько было нужно. С остатками улетающего в космос благоразумия испарилась и последняя неловкость. Сакура поняла, а скорее почувствовала, что совершенно не смущается своего учителя. Она могла позволить ему видеть себя какой угодно, делать с ней что угодно. Боже, как же это было хорошо! Точно два кусочка паззла, они идеально встроились друг в друга, моментально отыскав нужный ритм, настроив нужную волну. Мгновения исступленного всепоглощающего удовольствия резко разорвались безумным по силе разрядом наслаждения. Оргазм с ним был похож на удар молнии, острый и неотвратимый, разрушающий её на миллион крохотных кусочков и тут же собирающий обратно, в пульсирующий комок эмоций, всхлипов, стонов и прерывистого дыхания. Задыхаясь, Сакура ощутила, как резко напрягся его пресс, и инстинктивно съехала в сторону, позволяя собственной руке закончить все. Какаши выгнулся, сжал челюсть, обхватил её руку своей, заставив подчиниться ритму его движений. Сакура завороженно наблюдала, как его тело сотрясло судорогой, затем еще одной. В ладонь брызнуло теплым, и он постепенно затих. - Прости… испачкал тебя, - тяжело дыша прошептал Какаши, упираясь мокрым лбом в её плечо. - Ерунда, - Сакура сладко потянулась и вытерла руку о край простыни. - Странный разговор получился, - улыбнулся он. - Такой, как надо, - куноичи прислушалась к внутренним ощущениям и удовлетворенно кивнула, - ты же меня понял. *** Сарада машинально дважды щелкнула шариковой ручкой и, закрыв учебник, взглянула на часы. Полночь. Дома кроме неё никого не было. Мать опять задерживалась в больнице. Девчонка лениво потянулась и встала из-за стола. Подготовка к экзамену была успешно завершена. В холодильнике оставалось еще пол бутылки любимого апельсинового сока, и теперь можно было наградить себя за продуктивную работу. Пройдя по коридору и щёлкнув выключателем, она замерла на пороге кухни. За столом в пыльном плаще и уличной обуви сидел отец. - Не хотел отвлекать тебя от занятий, - он поднял на нее серьезный взгляд, - закончила? - Д-да, - только и выдавила из себя девочка. - Слышал от Наруто, что на вас с мамой напали. Как себя чувствуешь? - Нормально, - Сарада пожала плечами. Тон отца вовсе не казался взволнованным, от чего неприятно кольнула обида, поэтому она почти сердито добавила, - Какаши-сан спас нас ценой собственного здоровья. Он сейчас в больнице… - Какаши, - задумчиво протянул Саске, - понятно. Мне нужно кое-куда отлучиться. С этими словами он встал, отряхнул плащ и стремительно покинул кухню. «Даже не обнял» - мысленно отметила Сарада и, вздохнув, открыла холодильник.