Воспитательные методы генерала

      За окном была зима. Суровая и беспощадная ко всем, кроме избранного Джелем народа.       Вечер этого дня теплый, сильные заморозки сменились на короткое время мягким морозцем и пушистыми хлопьями снега. Ребятишки на улице задорно распевали песенки, благодаря божество за ниспосланное благословение, пока лепили снежную бабу.       А снежинки кружились в известном лишь природе танце, похожим со стороны на вальс.       Девочка, сидя у окна, приоткрыла от восхищения ротик, наблюдая за магией вечного холода. Маленькие пальчики обводили заледенелые узоры на окне.       Она оглянулась на суетливое веселье за её спиной. Семья была занята делами: мама вместе с сестрой сидели у очага с вышивкой в руках; брат с отцом только вернулись с крупной добычей! Они весело рассказывали о приключениях, которые успели произойти за день охоты, стряхивая у порога мокрый снег с одежды. Он мгновенно таял под натиском домашнего тепла, оставляя за собой прозрачные лужицы. - Опять стряхиваете снег дома! Что за безобразники! – Ругалась мама.       Папа смеялся, стягивая меховую шапку. Задорный взгляд нашёл её у подоконника. Играючи, он подмигнул малышке.       Девочка подпрыгнула на месте, рванув к отцу. Мужчина, широко расставив руки, принял младшую дочь в свои согревающие объятия.       От него пахло морозом, мокрым мехом и едким дымом. А ещё сосной. Девочка прикрыла глаза и втянула носом запах, испытывая в этот момент переполнющее маленькое сердечко счастье.       Длинная шерсть шкуры, наброшенной поверх тёплого тулупа, защекотала шею, и она звонко рассмеялась.       За талию её перехватил старший брат и закинул на плечо, кружа по комнате.       Мама снова забеспокоилась: - Ей станет плохо, Авгид! А если она ударится головой?       Мальчик бережно усадил малышку на диван рядом с сестрой. Девочка перевела дыхание. От нахлынувшего восторга она звонко хлопнула в ладоши.       Внезапно разговоры прекратились. Воцарилась давящая на ушные перепонки тишина.       Девочка начала озираться, всматриваясь в лица родных, искажённые ужасом. На глаза ребёнка навернулись слёзы, она не могла понять резкого изменения в настроении семьи.       Они смотрели на неё с тревогой и плохо скрываемым страхом. Мама ладонью прикрыла губы, лицо отца стало непроницаемым и … девочка не могла подобрать слова. Папа никогда так не смотрел на неё. На кого он так смотрел? На лошадь, когда та лягнула её больно в живот.       Девочка подняла глаза к потолку, чтобы не заплакать. Мама говорит, так слёзы затекают обратно. Она сделала что-то плохое? Почему папа огорчился?       Девочка замерла.       Потолок был усыпан звездами разной величины. Они сверкали голубоватым светом и кружились – прямо как снежинки за окном. Как красиво! - Она – нечисть.       Девочка легко расслышала сказанную шёпотом фразу. И сразу поняла – это о ней. Горло сдавила судорога, дышать становилось сложно, перед глазами плыли очертания предметов от скопившихся слёз.       А в голове звучало громко знакомым голосом из недалёкого прошлого: «Последний проступок, который я бы смог простить тебе. Но не прощу.»       Холодная липкая до противного ужаса тень опоясала её руку и потянула вниз. Всё падала и падала в живой непроглядный мрак, он копошился вокруг, источая гул насекомых. Она ощущала себя беспомощным малюсеньким существом, неспособным сопротивляться. Ещё немного, и она станет частью этой тьмы, просто несчастным крошечным насекомым. ***       Она проснулась от собственного громкого вскрика.       Перед глазами стоял яркий образ испуганной семьи. Глаз, полных отчаяния и разочарования. А по предплечьям, подбираясь всё ближе к сердцу торопились маленькие жучки. Она до крови расчёсывала нежную кожу в надежде избавиться от невыносимого зуда.       Мокрые от слёз щёки оказались в больших мужских ладонях. Она перевела на лицо перед ней взгляд, фокусируясь на настоящем времени.       Девушка глубоко вздохнула, как бывает после того, как ты выплакал все слёзы, что у были.       Не имея ни эмоциональных, ни физических сил сдерживать себя, она двинулась вперёд, оперившись о лоб молодого человека.       Горячие ладони успокаивающе гладили её по спине, пальцы выводили узоры на нежной коже шеи, пока она окончательно не пришла в себя.       Отстранившись, она отвела взгляд, не зная до конца, хочет ли обсуждать свой кошмар. Или воспоминания. Голос Дарклинга явно был игрой воображения. - Это был кошмар. Или воспоминание. Я не знаю. - Попробуй в следующий раз посчитать пальцы на руках – говорят, во снах их больше.       Виктория не смогла сдержать смех. - Не смейся, это правда. - Но даже если это воспоминание, оно всё равно приходит ко мне во сне. - Тут моя наука бессильна. - Оретцев пожал плечами. - А вообще, тебе ничего не приснилось о Ледяном Дворе?       Виктория отстранённо покачала головой. Она сама не прочь узнать больше о месте, куда их ведут. Но даже если бы она помнила своё детство, вряд ли с маленькой девочкой вели разговоры о Ледяном Дворе. - Умирать совсем не хочется. – Тихо проворчал Мальен, раздумывая о чём-то.       Девушка кивнула, соглашаясь. - Хочется в двуспальную кровать с балдахином. - И сдобных булочек? - И сдобных булочек.       Они одновременно тяжело вздохнули, погрустнев. - Я изучала на истории мира Фьёрду, но знаю только, что написанной в учебниках: Ледяной Двор – это штаб дрюскелле; тюрьма – и женская и мужская; есть сектор послов. Самое охраняемое место – Белый остров. Там находится Королевский дворец, сад и часы протоколов Эльдерклок.       Следопыт смотрел на неё так, будто увидел впервые. - Что? – Не выдержала девушка. – У меня хорошая память. - Допустим. Что за часы протоколов? - Ну, если я верно толковала записи, есть несколько протоколов: для разных ситуаций. Жёлтый, красный, чёрный. В каком случае, какой используют я понять не смогла. - У нас есть хоть что-то. Как ты вообще узнала о существовании протоколов? Вряд ли такое опишут в учебнике.       Девушка пару мгновений колебалась: стоит ли говорить правду? Начни она этот рассказ он не закончится одной историей. Придётся рассказывать слишком много подробностей.       О том, почему Дарклинг на самом деле держал её при себе, например. От ярких воспоминаний о добыче необходимой информации её до сих пор порой бросало в холодный пот.       Фьерданцев, пересекающих границу Равки не всегда убивали. Некоторых дрюскелле пытали. Их ум неподатливый, а мотивы распознать и вовсе кажется невероятным чудом. При обычном раскладе вещей.       Когда говоришь с человеком, у которого не осталось пальцев, в воспалённый разум попасть проблем не составит.       Перевести было бы несложно, если бы слова связывал смысл. Но она не смогла разобрать бормотания несчастного дрюскелле, сошедшего с ума от боли.       По холке пробежались мурашки от запаха железа – он не покинет её никогда. Перед глазами застыла отвратительная картина: прожорливая тень сантиметр за сантиметром сдирала бледную кожу. Полный отчаяния вопль, последняя молитва Джелю. Её снова начало мутить. Заслуживает ли она тех же пыток, наблюдателем которых стала? Сглотнув вязкую слюну, девушка заставила себя вынырнуть из воспоминаний.       Виктория вернулась к интересующему вопросу: готова ли она рассказать эту историю? Рассказать о том, что пару часов назад, воспользовавшись положением, прочла его, как открытую книгу? Какова вероятность того, что он начнём задумываться о том, насколько решение о краже усилителя была его собственной?       Она мельком посмотрела на молодого человека. Нет, эта правда не стоит хрупкого перемирия. - В учебниках нет, а в трудах самих фьерданцев запросто. Просто нужно найти верное издание. – Ответила Виктория после неприлично долгой паузы. - Сделаю вид, что поверил.       Ей захотелось сказать «спасибо», но это было бы признанием. - У меня два варианта развития событий. Первый – тебя ведут королевской семье на смотрины. Как их там? - Династия Гримьер. Но зачем им смотреть на главную равкианскую нечисть? Разве они не считают нас чем-то противоестественным. Вести такое на святую землю было бы странным решением. - Ты делишь всё лишь на чёрное и белое. А в мире много полутонов, как по мне. - Ты говоришь, как Дарклинг. - Значит, он не так безумен, как мы думали. «Я так никогда не думала» - У него довольно разумные идеи… чаще всего.       Оретцев фыркнул. - Вижу. Ты же здесь его стараниями. - Ха-ха. Как с таким чувством юмора хоть кто-то мог на тебя повестись? - О-о, дело далеко не в шутках.       Молодой человек приподнял брови и подмигнул, демонстрируя крепкие мышцы рук. - Ещё одна неудачная шутка в копилку нелепой иронии от следопыта Оретцева.

***

      Сидеть на месте было невыносимо. Выспавшись наконец, девушка была готова действовать, но глупый отказник настаивал на своём. «Сиди на месте, пока жива» Широкими шагами она отмерила площадь амбара, попыталась даже подойти ближе к живности, но они не возлюбили новую соседку. Мальен бы повеселился, наблюдая за её метаниями, но он безразлично храпел развалившись на колком сене. Одни Святые знают, чем бы это закончилось, если бы в дверях не появился Авгид.       Одним коротким жестом он показал на выход не удостоив её взглядом. Она было потянулась чтобы разбудить следопыта, но мужчина отрицательно покачал головой. Виктория нахмурилась, выбирая из множества вариантов подходящий такому поведению. Они вдвоём вышли на сумрачную тропку, пройдя около ста метров в молчании. Впереди показался силуэт.       Виктория заволновалась сильнее. Стиснула кулаки под меховой накидкой, готовясь защищаться. Вот бы Оретцев был рядом… но он не позволила себе долго тешить себя мыслью о прекрасном спасении и цепким взглядом окинула местность, ища пути отступления.       Если действовать расторопно, можно затеряться в лесу. Она незаметно окинула взглядом снаряжение Авгида. Ни арбалета, ни ружья не было. Верёвка и клинок в ножнах. Конечно, он может метнуть ей в спину нож. Поэтому бежать нужно зигзагом, не давая хорошо прицелиться.       Но тут неизвестный скинул объёмный капюшон и в мягких полутонах вечера легко стало распознать лицо Агнешки по тёплой улыбке.       Сердце Виктории замедлилось, не отбивая больше сумасшедший ритм. Она перевела дыхание, тщательно скрывая облегчение при виде женщины. - Привет, милая!       Руки нежно сжали её холодную от пережитого волнения ладонь.       Авгид цокнул языком и проговорил неразборчивое ругательство в бороду. - Зачем мы здесь?       Взяв под руку младшую сестру, Агнетта неспешно продолжила путь по тропинке, уходящей вглубь леса. Авгид шёл позади, внимательно наблюдая за каждым движением. Напрасно она расслабилась. - Я очень хочу, чтобы ты вспомнила свою жизнь во Фьёрде. Это важно, понимаешь? - Нет. - Разве у тебя нет чувства, будто чего-то в тебе не хватает? Какой-то части или детали?       Девушка пожала плечами. - Не то чтобы. Я же не пазл, а человек.       Иногда ей казалось, будто она что-то знает, что могло бы помочь ей. Порой было чувство, что не хватает силы воли и терпения. Но это дело личностных качеств и жизненного опыта, не так ли? - Тогда придётся нелегко. – Женщина тяжело вздохнула. – Мне казалось, всё не так сложно. - Я говорил тебе, женщина. Не слушала меня, самонадеянная.       Внутри у Виктории всё натянулось в неприятном предчувствии, когда они дружной кампанией вышли к заледеневшему озеру. Под ложечкой засосало, она в нервном жесте потёрла ладони друг о друга. - Почему мы остановились? Что это за место?       Не проронив ни слова, мужчина вышел на лёд и одним отточенным движением ударил увесистым копьём о поверхность озера, образуя прорубь. - Раздевайся. – Бросил он безразлично.       На секунду девушка вскинула брови, не веря в абсурдность происходящего. - Это так вы решили прикончить меня? - Нет, дорогая. Джель живёт водой – даёт нам энергию от неё, он поможет тебе.       Виктория отшатнулась от новоявленных родственников в ужасе. - Религиозные фанатики, волькра бы вас подрала! Вы меня приносите в жертву своему нелепому божеству! – Ноги поскользнулись, запутавшись в корнях, но она удержала равновесие. – Я не собираюсь просто так умирать.       Она упрямо вскинула подбородок и посмотрела в глаза мужчине с непробиваемым упорством.       Он спокойно, будто растягивая момент, вынул из ножен оружие. Металлический клинок сверкнул в свете голубой луны. - Ты либо опускаешься в озеро и возможно выживаешь, либо я без сожалений убью тебя. В этом варианте выжить не представляется возможность. Либо, - он скинул с крепкого плеча верёвку – я могу привязать тебя на ночь к дереву. Посмотри, какой большой выбор!       Она сглотнула вязкую слюну, переводя взгляд на озеро. Выхода нет – нужно лезть. - К чертям вас.       Развернувшись спиной, она начала стягивать с себя одежду. Оставшись в ночной рубашке, девушка передёрнула плечами от морозного воздуха, который впился в кожу тысячью иголками. Она с тоской глянула на тёплые сапожки, снимая и их. - Не волнуйся, тебе пойдёт это на пользу. И не сопротивляйся. - Течению? Тогда можете вылавливать мой труп сразу у противоположного берега. - Течению мысли.       На её талии затянулся крепкий морской узел. Теперь она похожа на наживку рыбе покрупнее. - Ловите на живца? - Не озвучить ироничный вопрос было выше её сил.       Большая ладонь грубо толкнула её ближе к воде. Затормозив в сантиметре от неминуемой участи, она затаила дыхание.       Палец коснулся ледяной глади озера тут же отпрянув. Её окутали мурашки с головы до пят, тело сжало судорога. Сопротивляясь противоестественным действиям, ноги отказывались ступать даже на миллиметр вперёд.       Виктория подняла глаза к спасительному источнику силы. Луна освятила болезненно бледное лицо. Девушка прикрыла глаза. Как давно она не чувствовала силу. Всё существо тянулось к холодному свету неба, упрашивая призвать хоть одну звёздочку, лучик серебряного света.       Она резко развела руки в стороны, позволяя себе насладиться мгновением свободы. Тихое, будто неживое, место совсем перестаёт походить на нечто реальное. Тонкий лёд над поверхностью недвижимой воды заискрился светом тысячи звёзд. Небо будто нашло своё отражение в этом небольшом озерце.       Эта короткая вспышка смелости, эта вольность придала ей сил. Вдох. Не раздумывая больше ни секунды, она шагнула вперёд, погружаясь с головой в ледяное озеро.