Один на двоих

— Ты уже закончил своё новое исследование на Драконьем хребте? — даже не оборачиваясь, Кэйа может узнать эти шаги из тысячи. Походка у Альбедо тихая, но при каждом шаге украшения на его одежде издают тихий звон. И Кэйа с лёгкостью узнаёт этот звон. — Угу, — слышится тихий знакомый голос в ответ. Альбедо снимает плащ и высокие сапоги, проходя внутрь их совместного жилища. Он всегда был молчалив и немногословен. Альбедо такой же, как и всегда: с растрёпанными волосами, чуть румяными от вечных морозов щеками и бледной кожей. Только верхняя пуговица на рубашке в этот раз почему-то была застёгнута, скрывая привычную ромбовидную метку на шее. И Кэйа чувствует — что-то не так. Прежде, чем Альбедо проходит мимо, Кэйа одёргивает его. — А как же поцеловать в щёчку своего любимого? Мы не виделись целую неделю! — без слов, Альбедо целует. В доме тепло, но его губы всё такие же холодные и сухие от вечного нахождения в горах, как и всегда. Кэйа даже несколько удивлён — обычно, Альбедо приходилось ещё поуговаривать. Он слишком не любил прикосновения, а поцелуи тем более. Но сейчас он со спокойным выражением лица отстранился, чтобы наконец пройти в спальню. — Хэй, Бедо… Ты случаем не простудился, пока морозился на том диком холоде в своих горах? — Кэйа поднимается, чтобы пройти за Альбедо. Сейчас становится заметно их разницу в росте: капитан почти на голову выше алхимика. — О чём ты? — Альбедо хмурится. Он не любит, когда его отвлекают. А сейчас алхимик хочет только одного: отдохнуть. Его исследования отнимали много сил и Кэйа это знает. Но сейчас он чувствует, что Альбедо не против поговорить. — Ты немного… Хм. Не такой, как обычно. Ты, случайно, не брат-близнец Бедо, а? — Кэйа, легко усмехнувшись, положил руку на плечо Альбедо. На губах того проступила лёгкая улыбка. — Нет. Я просто злой клон, что решил занять место Альбедо, — Альбедо хмыкнул. Повисла секундная пауза. — Ладно. Я — это я. А сейчас, пожалуйста, дай мне отдохнуть. Я очень устал. Кэйа понимающе кивает, выходя из комнаты и оставляя Альбедо одного. Он уже не замечает усмешки на губах алхимика, что была ему не присуща.

***

Завтрак в «Хорошем охотнике» был сытным, а поэтому сейчас Кэйа и Альбедо прогуливалась по улицам Мондштадта. Не сказать, что у Кэйи не было других дел — напротив, он ускальзывал от своих обязанностей, в отличие от Альбедо. Хотя и назвать Кэйу бездельником было нельзя — он выполнял свою работу, просто своими способами. — Эй, Бедо… Так каковы результаты твоих исследований? — Кэйа знал, что всё равно не поймёт ничего из того, что скажет Альбедо, но ему просто нравилось слушать голос своего парня. — Ты всё равно не поймёшь… — будто читая его мысли, ответил Альбедо. Вот чёрт. А если правда читает? — И нет, я не читаю твои мысли. — Порой ты меня правда пугаешь… Иногда мне кажется, что я совсем тебя не знаю. А сейчас в особенности, — Альбедо лишь пожал плечам, мол, он тут не при чём. — В таком случае… Что ты хочешь узнать? — Где твоя метка на шее? Вчера я не мог этого увидеть, но сейчас… — Альбедо останавливается, как и Кэйа. Глаза Альбедо пустые — в них ничего не отражается. Но уже в следующую секунду он принимает свой обычный вид, хотя Кэйа видит — тот нервничает. — Нам… Правда есть, о чём поговорить. Но я не хотел бы говорить об этом тут. Тут слишком много людей, — Кэйа послушно идёт за Альбедо, выходя за пределы города. Вместе они усаживаются рядом с озером. Вид воды правда успокаивал. Было тихо, вся жизнь осталась за стенами города. Эту обстановку можно было бы даже назвать романтической, если бы не одно «но» — они пришли сюда не расслабляться, а поговорить о том, что было важно для Альбедо. — Как ты знаешь… Я не человек. Эксперимент своей создательницы, — Кэйа согласно кивает. Сейчас он серьёзен, как никогда. — Эта ромбовидная метка — доказательство того, что я не человек. Доказательство моего несовершенства, как человека. Я хочу быть совершенным для тебя, Кэйа. Кэйа без слов обнимает Альбедо, вжимает его хрупкое тело в своё, гладит по волосам. Возможно, он не был так хорош в утешениях и не всегда мог подобрать нужные слова, но всё равно хотел передать свою любовь Альбедо, хотел развеять его сомнения. — Глупый… Ты всегда будешь для меня самым идеальным, Бедо. Кэйа целует Альбедо в лоб, в щёки, в шее в то место, где раньше находилась метка. Он хочет доказать — он любит Альбедо любым, каким бы тот себя не считал. Он уже валит Альбедо в траву, когда слышит оклик: — Кэйа-сенпай, вот вы где! Опять отлыниваете от работы? — Кэйа нехотя слазит с Альбедо под громкий оклик Эмбер. Как не вовремя. — Уже иду. Повернувшись к Альбедо, он тихо прошептал: — Мы продолжим вечером. Дома.

***

Проснувшись на утро в объятиях Альбедо, Кэйа поднимает взгляд и буквально замирает. В проходе стоит другой Альбедо и сверлит Кэйу гневным взглядом. Тот, кажется, теперь вообще не понимает, что тут происодит. Переводит взгляд со спящего рядом и обратно, на настоящего Альбедо. — Бедо… Как ты… Вы… — это единственные слова, которые приходят на ум. Кэйа не понимает. Ничего не понимает. Рядом слышатся шорохи. Двойник, наконец, садится на кровати, недобро усмехаясь. — Не хочешь объяснить, Альбедо? Тогда я сделаю это сам. Я — один из неудачных экспериментов мастера, но оказался слишком слаб. Поэтому меня выбросили. Пробудившись, видя, как он живёт обычный жизнью… Я завидовал. Это я должен был жить этой жизнью, а не он. Кэйа сглатывает. Так сейчас его просто использовали? Для двойника Альбедо он был не более чем прикрытием, попыткой быть обычным человеком. — Но самая главная причина… Я завидовал, что ты достался ему, а не мне. Ведь я люблю тебя не меньше, чем он. Это я должен был быть на его месте и ты был бы моим… Прежде, чем Кэйа успевает ответить, в его губы впиваются жадным поцелуем. И в следующий момент уже настоящий Альбедо отпихивает клона от него, недовольно хмурясь, не желая смиряться с таким положением вещей. — Что же, парни… — выдыхает Кэйа. — Мы будем учиться жить втроём. Кэйа знает — это будет непросто. Но в глазах клона он видит лишь благодарность. А с настоящим Альбедо они ещё поговорят. Но Кэйа знает точно — обоих он любит одинаково сильно. Неделя, проведённая с клоном Альбедо успела сблизить их. Они оба знают, каково это — быть выброшенным. Больше никто не будет выброшен.