Колзох имени Персивальда Дамблдора

      На платформе собрались потрёпанные и давно измученные, но довольные - и главное, живые ученики седьмого курса школы чародейства и волшебства Хогвартс. Многие из ребят даже не понимали зачем решили вернуться после сложных военных дней. Наверное, наивные глупцы думали, что таким образом смогут забыть о смертях родных и близких, о собственных травмах, увечьях, Мерлин, а у некоторых даже конечности сохранились не все. Опустим этот момент.       Жутковато на самом деле стоять и смотреть, как все улыбаются и прощаются со своими оставшимися в живых близкими людьми, отправляясь доучиваться в самую «безопасную» школу мира.       Малфой посмеялся про себя, скорее от нервов, чем от реальной радости. Нарцисса, стоящая радом со своим единственным сыном, гордо подняв голову, принимала на себя уничтожительные взгляды всех на этой ссаной платформе 9¾. Этим тупым мордам не хватало только проходя мимо, смачно плевать на семейство бывших Пожирателей смерти. Всё равно он с матерью сможет сожрать любой, даже самый гадкий плевок. Они же нелюди, уроды и мучители.       - Драко, обещай мне, что будешь писать каждый вторник, - поправив дурацкий галстук на шее сына, Нарцисса заметила зорким глазом героиню войны, - Каждый вторник, Драко. Ты меня понял?       - Хорошо мама, но, если в один из вторников наша сова не принесёт в Мэнор письма, считай меня убил проклятый дух Дамблдора.        Правый уголок рта женщины подскочил вверх, а взгляд, направленный на сыночка, стал каким-то, что ли угрожающим:       - Ты будешь дружить с героиней войны, - женщина сморщила тонкий нос, снова глядя на нужную ей девушку в толпе, - завоюй эту деревенщину, а после верни нам былое величие.       - Ты в своём уме? А, мать? Какая мантикора тебя укусила? Грейнджер? Может тогда Поттера сразу? Зачем мелочится. – Малфой невольно глянул в толпу, сразу находя пышную каштановую шевелюру, окружённую одержимыми ею первогодками.       - Драко! Как ты разговариваешь со своей матерью! Даже если мы сейчас на самом дне, это не значит, что можно сразу забыть свою кровь. Ты лорд Малфой, а не какой-то простофиля.       Мать Драко сжала губы в тонкую линию, еще раз высматривая Грейнджер. Заметив девушку, брови женщины подскочили вверх, а затем сразу приняли былое, более благородное положение.       - Иди к ней, Драко. Поздоровайся, как истинный джентльмен, а после предложи проводить в купе.       Драко закатил глаза, стараясь держать себя в руках. Но блин, как же ему сейчас хотелось сбежать! Еще и мать совсем сбрендила. Какая Грейнджер? Она же чуть нос не сломала ему на третьем курсе, а теперь он должен провожать её, как благородную даму до купе? Свехнуться!       - Мать, я истинно полагаю, что это плохая идея, - мило улыбнувшись ей, Драко поклонился Нарциссе и уверенно зашагал в сторону своего провала, имя которому было - Грейнджер.              Гермиона стояла и мысленно умоляла вселённую вытащить её из рук маленький и надоедливых детишек. Она, итак, слишком много мучилась, чтобы сейчас опять чувствовать гаденькую тревогу и неопределенное чувство, описываемое её мозгом, как некие когти, царапающие по её оставшимся нервным клеткам. Вроде эта фраза звучит ниаче, не находите?       - Малыши, почему бы вам не отправиться сейчас в ад? – с лучезарной улыбкой, предложила Гермиона.       - Ад? Что такое ад, Гермиона? – спросил маленький белокурый мальчик, прижимающий к себе дурацкого медведя.       - О, это глубокая воронка, конец которой доходит до центра земли. Там целый девять этажей – и все они такие интересные и увлекательные, что порой хочется попасть туда скорее!       Дети, заинтересовавшись темой, стали переглядываться между друг-дружкой, но никто из этих чистокровных волшебников не был в курсе, о чем сейчас говорил их кумир.       - Грейнджер, доброе утро.       Малфой подходя к девушке, замечает презрительные и испуганные взгляды первогодок. Да хоть обосритесь от страха сейчас, плевать.       - Малфой, - неуверенно ответила на его приветствие девушка. Пфф. Что можно ожидать от деревенщины? Никаких манер. Это с ней лорд Малфой должен переспать, чтобы мать была вновь на коне? Как вообще этого достигнуть? Мать, а ты не много хочешь? Хотя, она вроде не предлагала спать с грязнокровкой. Ну у всех свои способы подружиться.       - Да это я! Драко Малфой, рад тебя видеть, - тон парня звучал настолько наигранно, что даже дети вокруг рассмеялись. Сама же девушка, кой обращались, скептически подняла одну бровь к верху, сказав:       - Ты хочешь выползти из Марианской впадины, используя меня в качестве спасательного троса?       - Можно вашу руку, миледи? – проигнорировал вопрос Драко т.к. совсем не понял о какой Марианской впадине она там вякала. На этот раз, кстати, голос Малфоя звучал очень даже приятно: глубокий, притягательный, соблазнительный - просто "ВАУ". Чёрт, этот подлец решил играть с самой Гермионой Грейнджер?       - Пошел вон белобрысый подиратель! – закричал мальчишка, очень похожий на уменьшенного носорога. Не знаете, как выглядит уменьшенный носорог? А я вот и не скажу, представляйте его, как хотите, поскольку Драко ассоциировал мальчика именно с этим животным.       - Ты чего такое тупое? Не подиратель, а Пожиратель. – Поправил мини-носорога Драко, вальяжно разворачиваясь вновь к девушке. – Ну так что? Будешь стоять с этими недоношенными дебилами, или пойдешь уже в вагон поезда со мной? - последние слова сопровождались непонятным подмигиванием бровей.       Гермиона выбирая между несостоявшимся Пожирателем и надоедливыми детьми – склоняется к меньшему на данный момент раздражителю. Грубо, совсем не как истинная леди, Грейнджер берет Малфоя за руку и тащит в сторону поезда, приговаривая:       - Детишки, я отправляю этого злого дядю обратно в ад! Пожелайте мне удачи!       - Да-да, его нужно отправить в ад! В самую середину земли! – кричали глупые детишки, пока Гермиона и Драко наконец не зашли в вагон поезда.              - И где твои друзья? – невзначай беря багаж Гермионы, спросил Малфой.       - Они приедут позже, отдельно от всех. У них слишком огромная фан-база, невозможно им сейчас находиться в таких местах, как вокзал с кучей людей.       - А у тебя значит из поклоников только мелкие сопляки?       - Тебе какое дело? Отвадил от меня этих детей, спасибо! Дальше мы идем по разным дорожкам, - выхватывая свой багаж из руки парня, грозно сказала Гермиона.       Драко улыбаясь выхватил чемодан Грейнджер обратно:       - Ну миледи, вам не пристало таскать такие тяжести, давай выберем самый для вас лучший вагон, - игнорируя выпученные от злости глаза Гермионы, парень шел и попутно заглядывал в каждое купе и выбирая для них подходящее.       - Я не стану сидеть с тобой в одном купе, Малфой.       Серьезный тон девушки заставил худощавое тело юноши напрячься. Драко наконец остановился, чувствуя себя сегодня полностью облитым говном. Причём человеческим, ибо именно этот вид дерьма парень считал наиболее мерзким.       - Обоснуй с чем связанно такое совсем "неожиданное" решение? - говоря сквозь стиснутые зубы и разворачиваясь лицом к Гермионе, спросил Малфой.       - Дайте-ка подумать, – Гермиона поднесла указательный палец к подбородку и подняв глаза к потолку, сделала вид, что размышляет, - может потому, что я не хочу? Да и ты этого не хочешь. Этого достаточно? Обоюдное решение.       Драко хотел задушить сейчас эту невыносимую девушку перед собой. Да кем она себя возомнила? Ах, да – она же гребаная героиня войны, а он поганый трус, чей отец сейчас отсиживает срок в Азкабане. Он хуже, чем любой, находящийся в этом поезде. Неприятно.       - Я хочу сидеть с тобой, Грейнджер. Я потерял всех своих друзей, меня ненавидят даже первогодки-сопляки. Ты же героиня, надеюсь у тебя осталось чуточку добра на такого урода, как я?       Сейчас Малфой переживал кризис. У всех в жизни бывают черные полосы, только некоторые не успевают дождаться светлой полосы, а некоторые тонут в вязкой и засасывающей смоле неудач. Драко еще не определился к какой именно категории он может отнести себя.       Гермиона сложила руки на груди, открывая Малфою невзначай свои круглые молочные полушария, называемые в простом народе – сиськами. Драко приподняв одну бровь, отвел взгляд на маленькую картинку с пёсиком, который ехал в игрушечном паровозике, высунув при этом свой длинный язык. Какая интересная картинка, намного лучше же чем грудь Гермионы Грейнджер?       - Ладно, но Малфой, пообещай мне, что рядом со мной ты будешь становиться лучше…       Малфою всё же пришлось посмотреть на лицо девицы перед ним, которое, кстати сейчас было очень серьёзным. Огромные карие радужки сейчас сверлили череп парня, а припухлые розоватые губы - двигались. Так, стоп. Почему они двигаются? Он теряет нить разговора. Его слишком сильно поразила фраза «рядом со мной ты будешь становиться лучше». Что это вообще значит?       - Ты слишком много натравил ужасного, но все должны понимать, что это вовсе не твоя вина бла-бла-бла…       Малфой на мгновение вернулся к теме разговора, как снова его отвлекли аккуратные и такие, скорее всего аппетитные сиськи Гермионы, которые так мило махали ручкой парню из-под бледно-розовой рубашки. Интересно Грейнджер девственница?       - Да ты был ребёнком! Твои родители затянули тебя в этот коварный мир садистов бла-бла-бла….       Взгляд парня скользит ниже, рассматривая точеные бедра, обтянутые маггловскими джинсами. Здорово придумали эти магглы, ну с этими джинсами. Наверное, было бы неплохо прижать её миниатюрное тело к себе, но это совсем неправильно, так о чём она там вещает?       - Знаешь, даже великие просветители, как Вольтер и Шарль Луи Монтескье считали, что любого человека можно направить на правильный путь бла бла бла…       Какая у неё гладкая и скорее всего мягкая, шелковая кожа. А эти волосы? Почему раньше они казались Малфою смешными? Они же роскошны! Так, где там моя картинка с пёсиком в поезде?       - Конечно мы можем сегодня сидеть в одном купе, даже не вспоминая о прошлом, ибо кто прошлое помянет, тому глаз вон.       - Тогда может уже найдем себе место, а то боюсь твоя проповедь может затянуться до самого приезда, а я не хочу стоять всю дорогу, – стараясь придать тону дружелюбие, наконец, заговорил Малфой.       - Ладно, веди меня, - обижено ответила Гермиона, наконец прекращая прижимать руки к груди. Спасибо! Ведите Её величество в лучшее купе Хогвартс- экспресса! Малфой открывая очередное купе, тут же замер, опустив уголки рта вниз. На грязном диванчике сношались какие-то парни, совершенно наплевав на конфиденциальность. Они же грёбаные волшебники! Всегда можно использовать запирающие чары!       Один из парней, что был сверху, посмотрел на Драко, ехидно улыбаясь и продолжая долбить задницу какому-то несчастному. Когда Гермиона была в шаге от находки, Малфой с резко закрыл дверь и развернулся на пятках, глядя на девушку так, словно она застала его за чем-то неприличным.       - Малфой, что там? – махая рукой на дверь, спросила Грейнджер.       - Там сидит целая куча индийских студентов по обмену, так, что купе занято, пошли дальше, - стараясь думать о яблочном пудинге, ответил Драко.       - Индийские студенты? Как это необычно, я бы хотела с ними познакомиться, - приподнимая брови, сказала девушка, направляясь прямиком к двери.       - Грейнджер, они там одевают школьную форму, сама понимаешь, пошли дальше!       Гермиона покачала головой, но просьбу Малфоя выполнила. Наконец они нашли свободное купе и устроились каждый на отдельном диванчике.       - Мне так раньше нравилась эта часть жизни, когда я садилась в поезд и ехала в школу на встречу к приключениям. Теперь с меня будто сняли розовые очки…Мир стал блеклым и совсем не таким волшебным, как в детстве.       Гермиона откинулась на спинку диванчика, печально выглядывая в окно. Малфой тяжело вздохнул, делая тоже самое, что и его соседка. Этот скотский мир действительно существует, только тогда, когда ты встречаешься с ним лично. До этого всё вокруг кажется тебе таким радостным и ярким, а потом ты сталкиваешься с чем-то неправильным, плохим – и твои розовые очки, как выразилась Грейнджер, разлетаются на сотни осколков, без возможности на восстановление.       Дальше они сидели молча, каждый думая о своих проблемах. Поезд давно сдвинулся с места, следуя лишь в одно единственное направление, прямиком к их конечной остановке - везя наших героев в настоящее пекло.