Колзох имени Персивальда Дамблдора

      Серые гнилые стены, вонючая постель – Малфой провёл языком по ровным зубам, осматривая своё убежище. Немного магии не будет лишним. Подмигнув самому себе бровями в мутное отражение старинной вазы, Драко пустил по холодному камню свою магию.        Пыль, грязь и прочая нечисть стала исчезать, наполняя комнатку чистотой и приятным ароматом. Это будут его личные покои – покои лорда Драко Люциуса Малфоя.       Завершить образ идеальной обители, чистокровного волшебник решил маленькой дешевой картинкой, украденной из поезда. Маленький пёсик, впихнутый в игрушечный паровозик, ассоциировался у Драко с первой встречей сестричек Грейнджер.       Драко оценил внимательным взглядом свою работу, а после, блаженно и рвано выдохнул, закатывая глаза к потолку.       - Что это за уродство? – Нотт тыкнул палцем в любимую картинку Драко с пёсиком.       - Грудь Гермионы Грейнджер, - заваливаясь на гигантскую кровать, ответил Малфой.       - Где? Она зачарована? – Тео стал щуриться в попытке рассмотреть в этой картинке хоть что-то напоминающее грудь. Но, как бы он не смотрел, видел лишь тупую морду пса.       - Прекрати, тебя не должна интересовать её грудь, Нотт, - улыбаясь, ответил Драко.       - А тебя должна? – скептически уставившись на развалившегося товарища, задал вопрос Тео.       - Прекратите уже, я не для этого сюда явился, - облокотившись о стену, сказал Блейз Забини.       Драко резко сел, посмотрев на своих сообщников.       - Почему не позвали Крэбба?       - Малфой, он не учится в этой школе, - ответил Блейз, нервно сглотнув. Он еще не понял, что Драко зовет так Милисенту.        - Ты скажешь уже наконец зачем позвал нас в свою конуру? – Блейз прошел в глубь комнаты, подозрительно осматривая каждую деталь.       - Кратко. Нам пора вылазить из того дерьма, в которое нас засунули, это прогнившее общество и наши родители.       - Ты предлагаешь нам спать с оставшимися членами золотого трио? Тео, кого ты выбираешь Избранного или рыжего? Грейнджер ведь уже занята, как я понял. Давно её трахаешь, а Малфой?        Драко снова упал головой на огромную подушку, зло выдыхая горячий воздух через нос. Тео нахмурился, сложил руки на груди и спросил:       - Можно мне Грейнджер? Я просто не могу делать это с мальчиками…       Блейз еще пуще закатил глаза, а Малфой прикрыл лицо ладонью.       - Не обязательно заниматься сексом с героями войны. Просто прекратите, как полные кретины сидеть в углу стола. Если мы просто будем маячить рядом с Поттером и его компанией, сможем закончить школу без эксцессов.       — Это кто тебе сказал? Твоя мать? – тон Блейза был полон сарказма, но Малфоя это не волновало. Даже если эту идею предложила его мать, какая разница? Главное всё работает.       - Да, моя мать. Завтра, когда пойдем на завтрак, садитесь рядом со мной. Мне надоело смотреть, как ваши лица макают в ваш собственный ужин.       Блейз молча кивнул, обдумывая, что-то в своей голове. Нотт грустно посмотрел на Малфоя, вспоминая постыдный инцидент за ужином.       Каждому парню в маленькой импровизированной комнате, сделанной из кладовки в подземельях, нужно было переступить через себя. Уничтожить свою гордость и убеждения.              Гермиона листала учебник в душе и одновременно чистила зубы. Она встала раньше всех своих соседок, чтобы скорее дочитать параграф, поскольку вчера этого сделать не удалось. Гарри и Рон вытащили её из спальни и заставили исправлять свои ошибки. Они в первый день умудрились уничтожить механическое устройство – названное Невиллом «Накопителем памяти».       Мальчики утащили прибор из-под носа Невилла и принялись загружать туда кучу воспоминаний. Они видимо слишком увлеклись, совершенно не заметив, как прибор перегрелся. Рон только и успел, что выбросить волшебную железяку, чтобы та не взорвалась в его руках.       Гермиона плача и моля Моргану покарать друзей, до двенадцати часов ночи, чинила непонятный ей прибор. Она даже не знает, получилось у неё это сделать правильно. Механизм вроде стал работать, но её казалось, что прибор не мешало бы протестировать еще.       Грейнджер думала, что всё ученики мирно спят в своих кроватках - в пять часов утра то. Поэтому вышла из ванной в общую гостиную в одном коротком розовом халате. Она считала, что быстро прошмыгнет к столику за своей сумкой, оставленной ночью.       На носочках девушка стала красться к своей собственной сумке, боясь издать лишний шум. Как только цель была уже в двух шагах, её внезапно окликнули. Гермиона вся встрепенулась, поднимая руки к вверху, как обычный маггловский грабитель.       - Грейнджер? Куда ты так крадешься? – Малфой не скрывая того, что пялится на её ноги, стал медленно подходить к оцепеневшей от непойми чего девушке.       - Малфой, это ты…       Гермиона расслабленно опустила руки, флегматично заканчивая свою задачу. Повесив сумку на плечо, она уже хотела уйти к себе в комнату, но Малфой был другого мнения.       - Кого ты ожидала увидеть? – парень заметил, как полы халатика Грейнджер, слегка сдвинулись, открывая грудь девушки. Еще немного и он сможет увидеть сосок Гермионы Грейнджер. От этой мысли сердце юноши забилось чаще, а на лице появилась противная улыбка.       - Не знаю, просто испугалась. Думала, что в такое время все еще спят.       Ткань сдвинулась на миллиметр, открывая парню небольшой розовый ореол. Салазар! Почему, она этого не замечает? Малфой улыбается и нервно проводит рукой по платиновым волосам.       - Доброе утро! – говорит парень, а после, подмигивает Гермионе, указывая серыми, как гребанный лёд глазами на её грудь.       До Гермионы наконец доходит. Она в ужасе прикрывает грудь руками, разворачивается и убегает наверх.       Малфой поправляет вставший член в штанах, хмыкает и уходит. Это второй раз у него встаёт на грязнокровку. Ладно, врёт. В третий, второй раз был еще в четыре утра, когда он был в душе. Тогда он лениво играл со своим членом, представляя рядом с собой деревенщину Грейнджер. Теперь опять идти в душ? Он отвратителен.       Гермиона рыдала сидя у себя на кровати. Такого позора она давно не испытывала. Просто, что было в её голове, когда она стояла и спокойно размахивала перед Малфоем своей грудью?       Она не хотела идти на уроке и видеть противное лицо этого змея. Выпучив нижнюю губу, девушка натягивала на себя колготы, стараясь перебороть себя и прекратить рыдать.       Фу! Какое мерзкое начало учебного года! Итак, на душе сплошная дымка разочарований и боли…, еще и этот Малфой. Пошел он!       - Малфой, какого ты такой счастливый? Ты еще даже не вылез из первого круга ада! – Гермиона завидев улыбающегося блондина, сидевшего на диванчике в гостиной, подошла и села рядом. Ей нужно будет заставить его молчать о случившемся.       - О чём ты говоришь? – Малфой облизал пересохшие губы, смотря на туго завязанный красно-золотой галстук.       - Предлагаю сделку, ты никому не скажешь, что случайно увидел меня в неподобающем виде, а я взамен вытащу тебя из ямы, - Гермиона демонстративно выпучила грудь вперед, показывая, что ей совершенно всё равно, хотя на деле она хотела замотаться и убежать.       Малфой лениво улыбнулся, прикусив губу, ответил:       - Не слишком ли неравные условия? Я всего навсего видел маленькую часть того, чего не должен был, а тебе за это придётся вытаскивать меня, как ты выразилась из ямы. Я бывший пожиратель, ты понимаешь, что это почти невозможно? В школе меня еще не тронут, а вот за её пределами.       - Я помогу тебе, - безапелляционно ответила девушка, - а ты молчи и никогда даже не упоминай, даже слабым намёком на сегодняшний инцидент с моей… кхм, ты понял меня.       Малфой только кивнул, думая о том, что она, итак, помогла бы ему, а он бы уж точно никому не рассказал о божественном инциденте. Но пусть будет так, как она того хочет.

Поезд отправляется, отойдите от рейсов.