Неожиданный подарок на Новый Год

Утром Леон проснулся раньше всех, чтобы успеть зайти в «свою» комнату прежде, чем Герман заметит, что он там не ночевал. Поднимаясь с кровати, он ненароком зацепился взглядом за стоящее на столе их любимое с Виолеттой фото, которое также есть у него. Казалось бы: самая обычная фотография, какая только может получиться в фотостудии. Но для них это не было просто какой-нибудь фотографией. Она для них значила многое. Очень многое. А рядом стоит фото Виолетты с Франческой и Федерико. Также здесь была и семейная фотография. Виолетта любила эти фото почти одинаково, и ей нравилось, когда они стояли на столе в красивой рамке, а не висели где-нибудь на стене. В этом плане она была очень принципиальной. Леон бережно взял в руки рамку и не удержался от того, чтобы не взглянуть поближе на Виолетту, несмотря на то, что сто раз уже смотрел. Ему никогда не надоест так делать. Посмотрев на фото в последний раз, он всё же поставил его на место и подошёл к двери, перед этим бросив нежный прощальный взгляд на спящую. На выходе из комнаты Виолетты Леон встретил Анжи, которая решила удостовериться в том, что ему удастся незаметно вернуться в гостевую комнату и не наткнуться невзначай на Германа. — Доброе утро, Анжи, — приветливо улыбнулся он тёте своей девушки, на что та ответила взаимностью. — Доброе, пока Герман тебя не заметил, — заметила Анхелес, пошутив. — Я прослежу, чтобы ты безо всяких проблем смог вернуться в свою комнату. — Я правильно понимаю, что вы сегодня в хорошем настроении? — недоумённо посмотрел на неё Леон. — Правильно понимаешь, Леон, — подмигнула ему она. — Ладно, всё, иди, пока не поздно. Ольга разбудит тебя ближе к завтраку, — и с этими словами Анжи подтолкнула его к нижнему этажу, где и была гостевая комната. Леон поблагодарил её и ушёл. Анжи вздохнула с облегчением, увидев, как он запер дверь у себя, после чего пошла на кухню за стаканом воды.

***

Проснувшись, Виолетта первым делом обнаружила, что Леона рядом не было. Значит, как и обещал, встал пораньше. Можно было расслабиться. И это радует. Во многом потому, что сегодня Рождество. 25 декабря. Пора потихоньку готовиться к приходу гостей. Виолетта улыбнулась, потянулась и зашла в ванную, чтобы привести себя в порядок. В доме Кастильо две ванные комнаты, но, несмотря на это, очередь всё равно образовывается, поскольку сейчас здесь находится семь человек, не считая Ромальо (он ночует у себя дома), а для них нужно всё-таки побольше. Да и Леон с Виолеттой и Федерико всегда рано встают, так что никто никому особо не мешает.

***

— Всем доброе утро! — с необычайным для него воодушевлением бодро воскликнул Герман, как только подошёл к столу. — Доброе утро, папа! — ответила ему тем же Виолетта. Остальные последовали её примеру, но менее бодро, и вновь вернулись к своим делам. — Кстати, Леон, — вдруг снова заговорил Герман. Леон с Виолеттой тут же на него посмотрели. Анжи мельком взглянула на племянницу, прекрасно понимая, чем вызвана такая реакция. Последняя явно напряглась, подумав, что отец, наверное, понял, что Леон всё-таки не ночевал в комнате для гостей. Было видно, как она переживает из-за этого. Леон же старался сохранять спокойствие. По крайней мере, внешнее, если не внутреннее, с которым совладать гораздо труднее. — Хотел заметить, что меня приятно порадовало то, что ты не пренебрёг правилами этого дома и остался на ночь в отведённой для тебя комнате, а не у Вилу. Это похвально, правда. Для меня, как для отца, это имеет огромную ценность. Пожалуй, ты можешь почаще у нас оставаться. Ты завоевал моё безграничное доверие. Услышав эти слова, Виолетта сразу успокоилась и улыбнулась отцу. Леон сжал её руку под столом, показывая таким образом, что тоже волновался. — Спасибо, мистер Кастильо. Для меня многое значит ваше доверие. Я люблю вашу дочь, а потому и не могу с беспечностью относиться к вашим правилам. Я понимаю, что иначе окончательно лишусь вашего расположения. Герман одобрительно кивнул, чрезвычайно довольный тем, что парень его дочери не собирается переходить границы раньше, чем стоит. Анжи тоже была рада, что всё так хорошо сложилось. Дальнейшее время они провели в уютной тишине.

***

— Я уж было думала, что он нас застукал, — призналась Виолетта, улучив удобный момент для разговора наедине. Её отец, как назло, не давал им возможности поговорить вдвоём. Это могло продолжаться вечность, если бы Анхелес не увела его в магазин за якобы отсутствующими ингредиентами для парильяды, за что Виолетта была ей очень благодарна. Анжи вообще часто выручала племянницу. Особенно, когда дело касалось Леона и его с Виолеттой желания остаться наедине без пристального внимания мистера Кастильо. — Я тоже, — сказал Леон в перерыве между последними приготовлениями к новогоднему застолью. — Мне очень повезло, что этого не случилось. Хвала Анжи, что спасла нас от надзора твоего отца. Ещё чуть-чуть — и я бы сошёл с ума, честное слово. — Как бы мне хотелось, чтобы папа перестал быть таким по отношению к тебе, — поделилась своими мыслями Виолетта, положив голову ему на плечо. — От этого стало бы гораздо легче. И не только нам. Но я боюсь, что он никогда не сможет измениться, — Виолетта не смогла скрыть грусти в голосе, и Леон это заметил. Он слегка отодвинулся от неё, чтобы взглянуть ей в глаза. — Никогда не говори «никогда», Виолетта. Отбрось в сторону подобные мысли. Я уверен, твой отец сможет это преодолеть. — Почему? Почему ты так уверен? Ты же знаешь моего отца. Он такой упрямый... — Как и ты, — как бы между прочим вставил он, за что получил тычок под рёбра. — Это так, и ты это знаешь. — Даже если и так, мы сейчас говорим не об этом. Не уходи от темы, — уперев руки в бока, попросила она. Леон не смог сдержать улыбки, но всё же ответил, не став её дразнить. — Да, он упрямый. И да, я его знаю. Именно потому, что знаю, я и могу с уверенностью об этом сказать. Не убедил, да? — Виолетта покачала головой. Тогда Леон продолжил. — Твой отец очень любит тебя, а это значит, что, как бы он ко мне ни относился тогда или сейчас, рано или поздно он окончательно примет твой выбор и даст нашим отношениям больше свободы, поскольку знает, что ты меня любишь. Ты же не думаешь, будто он не видит, как мы счастливы вместе? — Скорее я вижу, чего ему стоит держать себя в руках, но ты прав, — почти сдалась Виолетта, но спорить перестала. Больше Леон не мог сдерживаться и рассмеялся. Виолетта нахмурилась, глядя на него. — Что? Чего ты смеёшься? — И после этого ты ещё с трудом можешь признать, что упрямство у тебя в крови? — прочистив горло, чтобы успокоиться, весело спросил он. Виолетта покачала головой, не желая это комментировать. — Молчи уж, Леон! — воскликнула она и кинула ему в лицо подушку. Вдруг в комнату постучали. Леон замер. — Да? Папа, это ты? Заходи, — крикнула Виолетта, исподлобья взглянув на Леона. — Нет, Вилу. Это я, Ольга, — дверь открылась, и в комнату действительно зашла Ольгитта, приятно улыбнувшись. — Мистер Кастильо пока не вернулся. Кажется, Анжи не ограничилась ингредиентами для одного блюда, — Виолетта с Леоном усмехнулись. — Ну да ладно. Леон, дорогой, ты не проголодался, случайно? Время ужина не пришло, но перекусить можно, если желаешь. — Нет, спасибо, Ольга. Но, может быть, Вилу хочет. Нет? — Леон повернулся к ней с вопросом в глазах. Хорошая попытка отвлечь. Ольга посмотрела на любимицу так, что отказаться было почти невозможно. Виолетта кивнула, но потом всё же произнесла: — А знаешь, Ольгитта, я и правда не откажусь. Можешь, пожалуйста, сделать для меня биф-салат? — Конечно, Вилу. Можем даже вместе его приготовить, — улыбнулась Ольга. — Почему бы и нет? — пожала она плечами. — Леон, а ты пока иди к Федерико с Людмилой. — Так и сделаю, — согласился Леон, но пока остался сидеть на месте. Кивнув ему, Виолетта закрыла за собой и Ольгой дверь.

***

Гостей встречал, как обычно, Ромальо. Франческа и правда пришла с Лукой, но без родителей. Лука долго ещё извинялся перед Германом и Виолеттой за то, что они не смогли придти. Дошло до того, что Франческа просто предложила ему уже начать есть, лишь бы помолчал уже. Впрочем, Виолетта была рада и тому, что хотя бы Григорио пришёл с Диего. Но больше Виолетта радовалась приходу своей бабушки — Анхелики, с которой они давно не виделись. Только из-за этого девушка слегка обделила вниманием своих друзей, но они отнеслись к этому с пониманием. Позволив ей вдоволь наговориться с любимой бабушкой, Франческа с Диего проводили время в компании Федерико, Людмилы и Леона. Позже к ним присоединилась и Анжи. А вот Герман нашёл себе собеседников в лице Луки и Григорио, как бы ни было странно. Дружескую беседу поддержал и Ромальо. Посмотрев на Германа так, как умеет только он, Григорио произнёс: — Признаться честно, Герман, когда Диего передал мне приглашение от Виолетты отпраздновать Рождество с вами, я сразу подумал, что мы будем все вместе водить хороводы вокруг ёлки. Услышав это, Герман весьма сдержанно улыбнулся, прекрасно помня весёлый, хоть и со странностями и некоторыми сложностями, нрав Григорио. Диего услышал краем уха слова отца и закатил глаза. Франческа, увидев этот еле заметный жест, спросила у него, слегка нахмурившись: — Что такое? Я что-то сделала не так? — Нет-нет, ты здесь ни при чём. — А кто тогда причём? Или что? Что случилось? — пыталась понять Франческа, на что Диего вздохнул, пытаясь успокоиться. — Просто мой отец, как обычно, в своём репертуаре, — не без усилий выдавил из себя он. Диего не хотел об этом говорить, но, зная, как Франческа сильно переживает не только за него, но и за его отношения с отцом, решил ничего не скрывать от неё, тем более, что сейчас не такая уж и тяжёлая ситуация. Скорее смешная, ироничная, но не тяжёлая. Франческа еле смогла подавить улыбку. — Это не смешно, Фран, — теперь нахмурился и Диего. Франческа постаралась взять себя в руки ради него, но всё же не могла не признать: — Прости, но это и правда смешно, в какой-то степени. Ты же о том, что твой отец сказал мистеру Кастильо? — последовал кивок. Франческа продолжила. — Так в этом нет ничего такого. Праздник же. Почему бы ему и не пошутить, пускай даже таким образом? Ты снова слишком придирчив к нему. Нельзя так. — Это я-то придирчив? — сдвинув брови, удивился Диего. — Ты знаешь, о чём я. Вы оба такие. И упрямые, вдобавок, так что даже не пытайся оправдаться, — не растерялась Франческа. Она давно привыкла к тому, что Диего не особо любит признавать свою схожесть с отцом. — Ладно. Возможно, ты права. Я подумаю над этим, — всё же уступил он. Франческа улыбнулась ему. — Вот и молодец. Позволь Григорио вести беседу так, как он хочет, — закончив говорить, она поцеловала его в щёку и обняла. Кивнув, Диего обнял её в ответ. На мгновение Франческа зацепилась взглядом с подругой. Виолетта смотрела на них слегка обеспокоено, чувствуя, что что-то произошло, но взгляд лучшей подруги её заметно успокоил, после чего она смогла вновь переключиться на разговор с бабушкой. — Как же я люблю тебя, — вдруг сказал Диего, уткнувшись в волосы Франчески. — И я тебя люблю, — покраснев, ответила взаимностью она. — Только рада встретить вместе с тобой и остальными этот Новый Год. — Ещё шесть дней... — задумчиво проговорил он. — Ещё год вместе, — закончила Франческа, улыбнувшись. Немного отстранившись, Диего отступил, но лишь для того, чтобы обхватить её лицо руками и... нежно поцеловать. Франческа закрыла глаза и полностью отдалась во власть чувств. А в это время между Григорио, Лукой и Германом продолжалась беседа. Ромальо в это время отошёл к Ольге. — Мистер Кастильо, а можно, всё-таки, я как-нибудь спою?.. — Лука, хоть я и не просто аккомпанирую, а ещё и главный в доме, решаю-то не я, кто будет выступать. Да и почему нельзя? Если есть желание, то мы с радостью тебя послушаем, — добродушно рассудил Герман, вызвав радость у Луки. Может, хоть сегодня ему удастся заполучить должное внимание. Он всегда хотел, чтобы его послушали. И ему было жаль, что сестра не всегда его в этом поддерживала. Возможно, всё дело было в его подаче. Но, памятуя слова Германа, стоит сказать: было бы желание, а возможность найдётся. Вот она и нашлась, кажется. По крайней мере, Лука на это очень надеется. — Хотелось бы мне на это посмотреть, — признался Григорио. — Хоть услышу и увижу, талантлив ли ты так же, как и твоя сестра, — с этими словами он со значением посмотрел на Франческу. Диего и Франческа, услышав его слова, тут же обернулись. — Твой отец что-то сказал? — спросила Франческа. Она была настолько поглощена разговором с Диего, что даже не расслышала слов Григорио. — Да. Он хочет проверить, насколько твой брат талантлив. Достался ли голос только тебе или нет. — Ну супер, — недовольно протянула Франческа. Диего с непониманием на неё посмотрел. — А что не так? Неужели не веришь в своего брата? — Верить-то верю, да и поёт он неплохо... — нехотя признала она. — Тогда в чём дело? Я не понимаю. — Да в том, что Григорио хочет оценить нас, сравнить наши вокальные данные. Мне это не очень нравится, поскольку... — Ты боишься, что за этим последует достаточно строгая оценка от моего отца, что может расстроить Луку? — догадался он. Франческа опустила глаза, давая понять, что ей трудно об этом говорить. Диего обхватил её подбородок пальцами и приподнял так, чтобы она на него посмотрела. Вздохнув, Франческа повиновалась. — Если ты так переживаешь, то почему бы тебе его не поддержать? Да хоть спой вместе с ним! — предложил Диего. Франческа задумалась. А что, это идея. — Хорошо, так и сделаю. Спасибо, — всё же согласилась она и, обняв его, направилась к брату. Тот, как оказалось, всё это время смотрел на неё в упор. Лука что-то услышал, а что-то нет, но увидев, как Франческа к нему подходит, решил не делать поспешных выводов. — Фран? Григорио и Герман тактично отошли в сторону, чтобы не мешать. — Лука, если хочешь, можем спеть вместе, — спокойным тоном начала Франческа. Лука посмотрел на неё с удивлением и перевёл взгляд на Диего, начиная догадываться, кто подтолкнул её. Тот кивнул ему и улыбнулся. Лука ответил тем же, с благодарностью посмотрев на обоих. — Буду только рад.

***

Лука и Франческа выбрали песню «Ven y canta», которую он очень любит петь. Зная об этом, Франческа сама подала идею на выбор такой песни. Под их нежные и мелодичные голоса все стали танцевать парами: Герман пригласил Анжи, Ромальо — Ольгу, Леон — Виолетту, Федерико — Людмилу… Григорио, на удивление, пригласил Анхелику — та только с радостью приняла приглашение. Он проявил себя довольно галантным, внимательным кавалером. Ну а Диего... Улучив удобный момент, он закружил в медленном танце Франческу, украв её у брата, но Лука не обиделся, а лишь продолжил петь с улыбкой на лице. В этот момент он был счастлив, настолько, что больше поддержки ему не требовалось — Лука прекрасно справлялся и сам. Григорио слушал его с неприкрытым удовольствием, отчего Франческа с огромным облегчением улыбнулась, уткнувшись Диего в плечо. Так переживала, и напрасно. Всё прошло хорошо. — А Лука очень даже неплохо поёт, — заметила Анжи, прошептав Герману на ухо. — Согласен. Он довольно талантлив, — согласился Герман. — Вечер удался на славу. — Да. Это стоило того, чтобы наконец с тобой потанцевать, — полушутливым тоном высказалась она, чем заслужила нежный взгляд, направленный только на неё. Время остановилось для них в этот момент. Герман прижал Анжи к себе ещё крепче и вывел её в центр гостиной. Виолетта с улыбкой на них смотрела. Умилилась даже Людмила, которую Федерико вёл в довольно быстром темпе. — Я рада за них, — не удержалась от комментария Людмила, но потом, будто опомнившись, замолкла, не веря, что сказала это. Федерико только посмеялся этому, из-за чего она обиженно надулась. — Ну не обижайся, сверхновая моя. Не бойся говорить о том, что чувствуешь. Тут все свои, к тому же. — Ладно, — сдалась Людмила, позволив ему вести себя в танце и дальше. — Слишком легко и быстро со мной соглашаешься, — не мог не подметить Федерико. — Неужели? А я думала, тебе это нравится, — округлила глаза Людмила в притворном удивлении, подмигнув ему. В глазах Федерико заполыхал огонёк. — Ещё как, — ответил он, приближаясь к её лицу всё ближе до тех пор, пока между ними не остались какие-то миллиметры. Людмила затаила дыхание. — Ещё как, — и наконец-то поцеловал её, со всей страстью. Ноги Людмилы подкосились, и Федерико пришлось крепко обхватить её за талию. Глядя на них, Виолетта и Леон почувствовали, как их всех охватывает романтичная, по-настоящему праздничная атмосфера, и боялись это разрушить. — И нам, что ли, поцеловаться уже? — пошутила Виолетта, пребывая в эйфории. Леон неоднозначно на неё посмотрел, отчего было непонятно, что у него на уме. — Может. Давно уже ждал твоего предложения, — шутливо ответил он на её реплику, но говорил со всей серьёзностью. Набравшись решимости, Виолетта потянулась к нему. Их губы слились в долгожданном поцелуе. Лишь Григорио с Анхеликой и Ромальо с Ольгой спокойно себе танцевали. Первых не связывали никакие романтические чувства, а Ромальо просто было неловко, хотя он видел настрой Ольгитты и понимал, что, скорее всего, разочаровывает её, но ничего поделать не мог. Не так уж и просто перебороть себя. Некоторым сложно это сделать даже в праздники. Увы, Ромальо именно из таких, но Ольга не перестаёт верить в него. И не зря. Порой он способен удивлять. Под конец песни все остановились и громко похлопали Луке в знак поддержки. — Молодец, Лука, — похвалила Франческа, подбежав к нему. — Спасибо, сестрёнка. Я так благодарен вам с Диего за поддержку, — поблагодарив, он обнял Франческу, после чего подошёл к Диего. Тот похлопал его по спине, принимая объятия. — Присоединяюсь к поздравлениям, — выступив вперёд, подал голос Григорио. Лука замер, посмотрев на него. Франческа сжала руку брата, зная, как он волновался. — У вас есть потенциал. Ничуть не меньший, чем у Фран, так что я доволен. — Спасибо-спасибо, — пожимая ему руку, рассыпался тот в благодарностях. — Да, — вклинилась в разговор Франческа. — Правда спасибо. — Да не за что. Это всё ваша с братом заслуга. Талант всегда виден, — покачал головой Григорио, показывая, что он тут ни при чём, это было просто наблюдение. — Лука, — тут подошла Анжи. Лука обратил своё внимание уже на неё. — Я согласна с Григорио. Двери студии всегда для тебя открыты. Если ты захочешь у нас учиться, конечно. — Я... Я даже не знаю, что и сказать. — растерялся он, но, подбадриваемый сестрой, пришёл в себя. — Спасибо, для меня это огромная радость и честь. Анжи улыбнулась ему. — Я и не сомневаюсь.

***

Праздничное застолье началось в саду, поскольку главное блюдо — парильяду — готовят за пределами дома, да и праздник приходится на очень жаркое время года, потому такой выбор логичен. Были здесь и холодные закуски (традиционные для аргентинской кухни), и витель тоне, и мясные рулеты из говядины, эмпанады с многочисленными начинками и многочисленные салаты (к примеру — русский салат)… На десерт Ольга подала фруктовые салаты и рождественские кексы. Что до напитков, то здесь было и шампанское, и вино, и ликёр, и сидр.

***

— А теперь, давайте перейдём к песенной части нашего праздника! Никто не против? — спросила Виолетта, подойдя к центру сада. — Ты ещё спрашиваешь? — поразился Федерико. — Да мы только за! — все согласно кивнули, подтверждая его слова. Виолетте стало приятно. — Ну тогда… Начинаем! Я первая, уж простите. Вторую песню споём все вместе, — весело сказала она. Анжи принесла ей микрофон, а Герман пододвинул синтезатор и сел. Собравшись с мыслями, Виолетта закрыла глаза и начала петь. Наконец-то началась её самая любимая часть. Она очень любит петь. Да и поёт настолько хорошо, что всем только в радость послушать. В такие моменты, как и сейчас, все уважительно замолкают. Last Christmas I gave you my heart But the very next day you gave it away This year To save me from tears I'll give it to someone special* Last Christmas I gave you my heart But the very next day you gave it away This year To save me from tears I'll give it to someone special. Остановившись, Виолетта махнула рукой Леону, как бы подзывая его. Поняв намёк, он встал, взял второй микрофон и подошёл к ней, прежде чем развернуться к гостям и запеть. Once bitten and twice shy I keep my distance But you still catch my eye Tell me baby Do you recognize me? Well It's been a year It doesn't surprise me «Happy Christmas» I wrapped it up and sent it With a note saying «I love you» I meant it Now I know what a fool I've been But if you kissed me now I know you'd fool me again Виолетта вновь запела на куплете, и их голоса слились в один. Чем больше, тем дольше они смотрели друг на друга, становясь друг к другу ближе. Германа даже пришлось удерживать, чтобы он им не помешал и дал закончить. A crowded room Friends with tired eyes I'm hiding from you And your soul of ice My god I thought you were Someone to rely on… Me? I guess I was a shoulder to cry on A face on a lover With a fire in his heart A man undercover But you tore me apart oh oh Now I've found a real love You'll never fool me again Закончила петь Виолетта уже одна, под громкие аплодисменты. Всем очень понравилось их выступление. На глазах у Франчески, Анжи, Анхелики и Ольги даже выступили слёзы на глазах.

***

Под конец праздника друзья встали в круг и стали петь одну из главных праздничных песен. No more champagne And the fireworks are through. Here we are, me and you Feeling lost and feeling blue… It's the end of the party And the morning seems so grey So unlike yesterday. Now's the time for us to say…** Happy new year!!! Happy new year!!! May we all have a vision now and then Of a world where every neighbour is a friend. Happy new year!!! Happy new year!!! May we all have our hopes, our will to try If we don't we might as well lay down and die You and I. Как только ребята закончили петь, Герман откуда-то достал петарды и запустил их. Также он передал всем бенгальские огни, а Ольга наполнила все бокалы шампанским и передала каждому. Как только она закончила, все чокнулись, крикнув: "С Рождеством! Feliz Navidad!" и посмотрели на небо, залюбовавшись праздничным фейерверком и обняв друг друга. - А теперь за подарками! - воскликнула через некторое время Виолетта, показав рукой на дом, где под ёлкой всех ожидал сюрприз. *** Первыми свой подарок Виолетте вручили Анжи с Германом. Зная о том, как она хотела получить новый альбом своей любимой группы «Rock Bone's», они подарили ей диск с песнями и даже билеты на ближайший концерт. Виолетта, обрадовавшись, крепко обняла их и сказала, что с радостью пойдёт на концерт с Франческой и Леоном. Потом к ней подошёл Леон, подарив ей цепочку с надписью «L + V = A», чем заслужил поцелуй в щёку. А вот Франческа подарила памятный альбом, в который были включены все их совместные фото. Но там также были и ребята со Студии. Такой подарок очень тронул Виолетту, и она всё никак не могла обрести дар речи, чтобы сказать хотя бы элементарное «спасибо», но Франческа и так всё поняла по сияющим глазам лучшей подруги. Диего подарил ей плеер и флешку, на которой он записал для неё поздравление от всех друзей. Виолетта в ответ крепко его обняла, пообещав просмотреть видео как можно скорее, а он ответил, что совершенно незачем так торопиться, посмотрит, как сможет. Вскоре Виолетта перешла к самому главному подарку. Это то, что она давно хотела получить. То, о чём она так мечтала… Увы, неожиданный, но такой приятный (!) для неё сюрприз, не был подписан, потому Виолетта могла лишь гадать, кто же этот таинственный аноним, который знал об её тайном желании. О таком не знал даже Леон. Но, возможно, знала Франческа, поскольку почти без удивления смотрела на самый огромный из всех, что был, подарок. А он и правда был огромным. Это был сундук с новыми наушниками и современным музыкальным центром. Федерико и Диего даже подошли поближе, чтобы оценить. Не удержался и Лука. — Как думаешь, кто мог тебе это подарить? — с нескрываемым интересом спросила Людмила, не отводя глаз от новогоднего подарка сестры. Это заинтересовало её даже больше собственных подарков. Кстати, сама-то она подарила Виолетте книгу об истории музыки, в то время как Федерико, по её совету, вручил подруге шикарное вечернее платье с клатчем и туфлями. Виолетта была так приятно поражена, что ей было неловко принять такое, но сестра уговорила её. Федерико был доволен тем, какой эффект вызвал его подарок. Виолетта, посмотрев на Людмилу, растерянно ответила: — Даже предположить не могу. Мне это ещё предстоит выяснить…