Тут что-то встало... А нет, показалось

      Оказалось, жить с двумя суперсолдатами и командиром — бывшем наёмником, гадом-предателем — всё со слов Стива Роджерса — работавшим на две организации, и пытающимся усидеть сразу на двух стульях — была та ещё забава. Лисса переглянулась со Стивеном. Тот, как они соединились магическими ядрами, стал очень спокойным и рассудительным. И на все проблемы смотрел с чистым пофигизмом. Лишь изредка пытался помогать бывшим Мстителям, но скорее потому что надо, а не потому что хотелось. Ведь зачем напрягаться лишний раз, когда дома тебя ждёт твоя собственная пара, которая является магическим оборотнем и всегда готова помочь тебе, чтобы расслабиться и сбросить лишний груз с души. Причём очень приятным способом. Не иначе, как у родителей научилась.       И кстати. Они лишь её магические опекуны, которые удочерили. — Нет, это уже ни в какие ворота не лезет, — Северус скрестил руки на груди, наблюдая как два человека барахтаются в воздухе, пытаясь дотянуться друг до друга. Ещё и скалятся, словно пещерные псы, на кость без мяса.       Барнса конечно сложно, с натяжкой, можно было назвать костью. Но это недельное противостояние, когда Рамлоу смог вполне резво передвигаться по дому и брать магию под контроль, достало всех. Как только Стив и Брок оставались на едине — то спустя минут десять можно было услышать, как ломается какой-то очередной предмет. Который потом же и чинился, но осадочек уже остался. — Предатель, — тихо шипел Стив, крепче сжимая зубы, когда Брок невесомо проводил по волосам Баки рукой, задумавшись над какой-то очередной ерундой.       Роджерс конечно не знал мыслей Рамлоу, но подозревал того во всех смертных грехах и именно поэтому думал, что тот придумывает очередной план, как сместить Стива в сторонку и самому захомутать Баки.       Баки иногда с непониманием косился на партнёра и как мог долго, днём, оставался с Броком. Ему нравилось, как командир гладит его по голове, когда забывается и начинает о чём-то усиленно думать. Но ночью всегда возвращался под бок Стива и тот с каким-то отчаянным остервенением отдавался ему раз за разом.       Брока же вообще не трогали слова Роджерса, так как он изначально знал, что так и будет. Когда раскроются все карты. Именно поэтому он со спокойной душой подорвал себя на глазах Стива, пытаясь сделать тому больно и наконец-то забыться самому. Не видеть, как в таких родных, чего таиться, любимых, синих глазах вспыхивает ненависть, когда взгляд видит его. Брока.       Кто бы, что не говорил, но на Капитана Америку только слепой не дрочил. И Рамлоу был не исключением. Тот первый раз, когда он увидел Роджерса — то понял, что пропал. Эти, блядско-синие глаза, выворачивали душу на изнанку. Казалось, будто их обладатель знал о тебе всё. Все твои самые постыдные желания, все твои мысли, чувства. Но стоило моргнуть, как наваждение лишь оставляло после себя чувство пустоты. Брок иногда бесился, когда казалось, что вот-вот, что Роджерс подойдёт к нему, прижмёт к стене, взглянет так, что до нутра пробирает, сожмёт шею — немного душа — и скажет: — Я знаю, что ты скрываешь. Знаю, что душа твоя черна. Знаю, что ты неверен никому, кроме себя. Знаю, что ты предатель, каких ещё поискать. Я видел твою гнилую душонку. Я знаю, что ты как крыса, первый сбежишь с тонущего корабля, сжигая за собой мосты. Я знаю, что ты предан лишь одному человеку — самому себе. И что считаешь других ниже себя. Так же я знаю, что ты думаешь, когда смотришь в мою сторону, смотришь на мою спину и ниже. Знаю, какие фривольные мысли бродят в твоей голове. Я знаю, что ты, Брок Анджело Рамлоу, готов продать душу тому, кто будет сильней тебя. Но ты всегда будешь ему сопротивляться, ведь ты не любишь подчинение. Я знаю, на что ты готов пойти, чтобы очистить карму…       Дальше мысли Брока приобретали слишком уж эротичное направление. Он спешил вытряхнуть всякую нудятину из головы, трёс ей, словно пёс. И бесился. Тихо, молча, каждый грёбанный раз, избивая «грушу» в зале, когда Капитан лишь проходил мимо, и прятал свой пристальный взгляд. Рамлоу психовал всё больше и больше. Пока это не вылилось в то, что когда он в лифте пытался «приструнить» Кэпа, специально подавался на его кулаки. Он хотел чувствовать боль, но всё, что ощущал — это лишь глухое раздражение, которое горьким ядом отравляло душу и сердце. Разрывало на части. Ударяясь копчиком об потолок лифта, Брок успел поймать себя на мысли, что его львёнок вырос.       Потом, сидя за бутылкой Дэниэлса, Рамлоу думал, что же за мысли посещали его, но так ничего путного не выходило.       И вот сейчас, вися в воздухе, прямо напротив Стива, Брок всей душой ощущал, что хотел бы напиться, ведь сердце предательски сжималось, видя Кэпа в таком состоянии. — Ладно-ладно, — Брок примирительно поднял руки вверх, ладонями вперёд, — понял, принял, осознал. Пусти? — обратился он к Северусу, который беззлобно ворчал и поглаживал нюхлера.       Рамлоу кстати оценил силу Принца — одной силой мысли поднять в воздух двоих, нужно уметь. — Чтоб это был последний раз, — отпуская на пол Стива и Брока, Северус потёр ноющую переносицу, — скоро Рождество. Не портите людям праздник. Либо будете праздновать ото всех отдельно. — Постараемся не нарываться, — Рамлоу широко улыбнулся, чувствуя огромное смущение фиалки Роджерса — ведь тот, в пылу борьбы, порвал на нём рубашку. И теперь Брок красовался абсолютно голым торсом, с обрывками рубашки по бокам.       «Чёртов предатель. Ещё и подмигивает. Ну ничего. Я доберусь до твоей тощей шеи и сожму её в ладонях». Злая мысль в перемешку со смущением, бегали в голове Стива, пока он, честно пытался, не рассматривать голые участки тела Рамлоу, который в последние дни занимал все мысли Роджерса. И иногда там проскакивали шальные, которые заставляли по-другому посмотреть на предателя.

***

— Рррамлоу, — Стив оскалился, прижимая Брока к полу своим телом, — какого черта ты творишь?       После того, как Роджерс, игнорируя законы физики — в его понимании — повисел в пространстве, чувствуя, как чужеродная сила крепко сжимает его в своих тисках, он поклялся, что не тронет предателя Рамлоу и пальцем. Пока не закончатся новогодние праздники. А после пообещал, что обязательно упечёт того в тюрьму. В особо охраняемую, ведь как выяснилось: Рамлоу — маг. Причём довольно сильный, раз мистер Принц хвалил успехи кузена Гарри.       Стив очень старался. Хорошо хоть сыворотка позволяла быстро восстанавливаться и не было так заметно, как под истёрлась эмаль с зубов. Ведь каждый раз, каждый, грёбанный раз предатель его провоцировал. Специально. То случайно заденет, и потом, извиняется и делает такое лицо, будто — «а как это получилось?». То приобнимет Баки за талию, положит свою голову ему на плечо и начнёт что-то тихо шептать на ухо, поглядывая на Стива, и задевая мочку губами. То начнёт рассказывать о том времени, когда Кэпа ещё не нашли, дразня Роджерса: — А помнишь, Барнс, идём мы по чистому полю. То ли пшено, то ли кукуруза — колосится. Лёгкий ветерок обдувает наши закопчённые рожи, ведь мы тогда чуть не стали «барбекю» одного местного психопата, который своим пожаром спалил нам к чертям всю технику? Он ещё тогда орал, что-то на русском. Точно не помню, но общий смысл был: ебитесь вы все конём и трахайтесь друг с другом. Я конечно не против был пожмакать твою попку, но боялся что руку по локоть оттяпаешь. Так вот. Шли мы по полю, к месту нашего забора на экстренный случай, и я думал. О том, как было бы здорово исполнить мечту шашлычника и реально завалить бы кого — хотелось конечно тебя…       Стив умом понимал, что Рамлоу специально провоцирует его. Дразнит. Словно сует пальцы ко льву в клетку. Адреналиновый маньяк? Вопрошало сознательное. Дегенерат доморощенный — вопило бессознательное и смачно, в мечтах, впечатывало рожу предателя в кирпичную стену. С размаху.       После такой картинки Роджерс встряхивал головой, отгоняя назойливые кадры и шёл проветриться. На чердак.       Где в один из дней его нашёл Брок. Он, словно бездомный котяра, просочился через небольшую щёлку в двери и замер, разглядывая, как довольно аппетитная жопа маячить перед глазами. Стив как раз подтягивался на балке, которая была одна единственная на чердаке и располагалась аккурат перед дверью. Рамлоу раз пять проследил путь туда-сюда филейной части Кэпа и… То ли моча в мозг ударила, то ли ретроградный меркурий был в поясе цветников, но Брок щипнул за правое полупопие Стива. Осознал он своё действие, когда оказался прижат к полу мощным телом Роджерса. — Я не хотел, — Рамлоу постарался приподнять руки в защитном жесте, но когда в полете на «землю» его тело ощутило отрыв от пола, то хваталки вцепились в первое попавшиеся место. В жопу Стива, если быть точнее. Поэтому поднять руки не получилось. Зато получилось сильнее сжать аппетитные «булочки» и мысленно воздать хвалу Эркинсу, что решился на эксперимент. — Я. Повторяю. Вопрос! — прорычал Кэп, крепко сжимая шею Брока. Эта шея преследовала Стива во снах, с того момента, как Баки опустился на колени перед предателем. Эта шея фигурировала в мыслях Роджерса постоянно. Он её настолько крепко сжимал, что чувствовал как сводит мышцы руки. И вот его мечта сбылась. Всей ладонью он чётко ощущал, как лишь одним сильным нажатием он может перечеркнуть жизнь Рамлоу и быть с Баки вместе. Чтобы никто не мешал их счастью, выстраданному так долго и сильно. Одно нажатие и Брок захлебнётся в собственном, беспомощном крике, царапая руку Стива, чтобы глотнуть такой живительный воздух. Одно нажатие — и проблема исчезнет. — «Давай, Стив, давай же», — бессознательное его полностью поддерживало, скандируя на все лады одну и туже фразу. И в красках представляя это.       Стив вдруг резко отшатнулся, выпрямляясь и нависая над Броком, больше не сжимая его шею и наблюдая, как медленно исчезает краснота с кожи. Рамлоу часто дышал, будто пробежал стометровку и пристально вглядывался в глаза Роджерсу. Что он пытался там найти? Стив не знал, но он сам отвечал тем же, разглядывая необычные зрачки Брока. Они, словно были не его, с этими красными вкраплениями по краям радужки. Роджерс вдруг осознал, что глаза Брока не чёрные, как он всегда считал, а тёмно-карие. Это открытие настолько поразило Кэпа, что он придвинулся ближе, буквально сталкиваясь нос к носу с Рамлоу. Тот что-то прохрипел нечленораздельное и…       Дальше Стив не мог описать, что происходило, но это касание губ к губам не было похоже на то, что он испытывал с Баки. Это был словно ураган в безветренную ночь. Это был шторм на море в штиль. Это был банальный взрыв сверхновой. Неожиданно мягкие губы предателя, нежно касались его губ и Роджерс поплыл, чувствуя ответную реакцию, когда его член задел другой. Это было грязно. Это было неправильно. Это было опрометчиво. Но эти губы. Губы Рамлоу притягивали. Их хотелось целовать ещё и ещё. Вылизывать, словно сладкоё, чуть подтаявшее мороженое в жаркий летний полдень. Кусать, словно сочный кусок мясо, только что с гриля. Много эпитетов Стив хотел бы подобрать, но в голове была лишь банальная мысль: — «Трахни его». — Которая резко переключилась на: — «Выеби из него всю дурь. А потом спрячь за решётку, запри дверь, выкинь ключ на дно Атлантического океана. И забудь».       Порой Кэп не понимал, как работает его мозг. Он мог часами залипать на чём-то красивом и в одночасье идти громить всех направо и налево. Это наводило на не хорошие мысли, но он ничего не мог с этим поделать. Это было в его мозгу с рождения. Это было частью его. — Кээээп… — протяжно простонал Брок, когда Стив чуть оторвался от его истерзанных, припухших губ и крупно вздрогнул. Кончая. Роджерс резко очнулся, словно это не он, только что, вжимал в деревянный пол предателя и так неистово вгрызался в его рот. Словно не он тёрся своим членом о член Брока и стонал. Словно не он прокрутил в голове тысячу вариантов событий. Стив моргнул и… быстро поднялся, ретировавшись с чердака. Пока его неудовлетворенное желание не докончило его остатки гордости и не «упало» к ногам предателя Рамлоу. — И что это сейчас было? — Брок открыл глаза и тупо пялился в потолок пару минут, переваривая произошедшее. Кэп его поцеловал, да так, что губы до сих пор саднит. А ещё он позволил ему кончить в штаны — словно пятнадцатилетний мальчишка. Это было за гранью понимания Рамлоу, но он пообещал себе выяснить.       «Собирая» себя с полу, Брок вдруг усмехнулся, заметив на одном из сундуков кофту Роджерса. Праздничные дни обещали стать самыми запоминающимся.

***

— … ты что? — Баки странно посмотрел на Стива. — Я. Его. Поцеловал, — членораздельно произнёс Роджерс. — Не, — Барнс тряхнул головой, — это я понял. Зачем? — недоуменно спросил он. — Я не знаю, — Стив низко опустил голову, рассматривая носки своих кроссовок. — Так получилось, — пожал плечами он, добавляя. — Ну ты даёшь, — усмехнулся Баки и вдруг крепко сжал Роджерса в объятиях. — И как? Понравилось? — Бак, — Стив удивленно вытаращился на любовника, — ты не расслышал? Я поц… — Да понял я, — перебил Барнс Роджерса и заткнул ему рот старым проверенным способом — поцелуем. — Ммрф-м, — попытался возмутиться наглостью Стив. — Не разговаривай с полным ртом, — быстро протараторил Барнс, на секунду оторвавшись от губ любимого.       Баки и сам не понимал. Он вроде как должен злиться, что его любимый поцеловал другого. Но. Его это почему наоборот больше завело. И так сильно, что пришлось помочь Стиву с его «небольшой — большой» проблемой.

***

      Чуть позже, слушая тихое сопение Стива, Баки лежал на кровати, прижатый к ней весом стивого тела и размышлял.       «Стив поцеловал командира. Неожиданно, но вполне вероятно. Вспомнить тот случай, когда Брок размышлял в слух, думая, что Солдат спит, можно многое понять». Ретроспектива. — … оно, конечно, само, — Зимний проснулся, услышав голос командира. Тот сидел спиной к нему, на своей кровати и тихо бурчал, перебирая что-то в руках. — Черт, — спустя минуту выдал Брок, швыряя на постель какие-то карточки. Солдат не мог рассмотреть, что там, но судя по горестному вздоху — что-то важное для командира. — Как же это всё заебало, — Рамлоу подобрал карточки и сунул их в нагрудный карман куртки. Потом встал, снял её и повесил на спинку стула. Солдат притворился спящим, слушая дальнейшие действия командира. Он пытался понять, что происходит. — Роджерс, как же ты меня возненавидишь, когда узнаешь. Лучше уж сразу смерть. — Зимний услышал скрип пружин, а после обречённый стон. — Я спасу твоего Барнса, Кэп, хоть ты этого никогда не узнаешь. Конец ретроспективы.       Тогда Баки думал лишь о том, почему такие мысли посещает командира. Пока не провалился в сон под тихое сопение Брока. И сейчас Барнс пытался понять мотив Рамлоу, почему он пристает к Стиву. Банальные мысли по типу — у них что-то было — почему-то не хотят задерживаться, поэтому Баки решает всё выяснить дедуктивным методом. А проще — свести двух баранов на тонком мосту.

***

— Гарри? — Северус чуть потряс мужа за плечо, заставляя проснуться. — М? — Поттер осоловело посмотрел на Принца, часто моргая и потирая глаза. — Что случилось? — Тебе не понравится, — Северус грустно улыбнулся, — я был на Совете Высших и… — Север, не пугай, — Гарри встрепенулся, окончательно просыпаясь. — Я не люблю сюрпризы, тем более от твоих собраний. — Добавил он ворча. — Прости, — Принц взял мужа за руку, делясь с ним теплом, — но сегодня было особенное собрание. Там высшие чины были чуть ли не все в экстази. — Что-то произошло? — Поттер не на шутку испугался.       Если уж высокопоставленные лица северусовой общины взбудоражились — то пиши пропало. Эльфы всегда славились чопорностью, но заставить радоваться их могло только одно событие. Появление наследников правящей династии. Которые давно вымерли, но эльфы очень надеялись, что когда-нибудь они появятся. Ведь они очень верили в реинкарнацию. Глупо конечно, но кто Гарри такой, чтобы осуждать тех, кто верит в какой-то свой идол. Вот и эльфы верили в то, что Тёмный король почтит их своих присутствием, переродясь.       Одно время эльфы думали, что Северус является таковым, но он был лишь потомком короля. Хотя ему всё равно пришлось возглавить Клан тёмных эльфов. К неудовольствие Принца. Ну не любил он всякие сборища. Спасибо Волдеморту и его змеиной морде и отсутствию мозгов. — В ночь, когда очнулся мистер Рамлоу, пентаграмма ожила, — ответил Северус, пристально вглядываясь в глаза мужа. — Прорвёмся, — спустя минуту размышлений, проговорил Гарри и пожал плечами: — Волдеморта кокнули и с этим справимся. — И улыбнулся Принцу.

***

— Командир? — Баки постучался в комнату Рамлоу. — Спишь? — Заходи, Барнс, — Брок оторвался от разглядывания себя в зеркале и запустил в комнату Баки. — Чего не спиться? — Я… — Баки чуть запнулся, — я хотел спросить. — Говори, — Рамлоу жестом предложил присесть. Барнс прошёл к кровати и сел на край — потому как в комнате Брока мест куда сесть, кроме кровати, не было. — Тебе нравится Стив? — с места в карьер решил сразу Баки. — А, кхм, — Брок чуть прочистил горло, не ожидая такого вопроса. Увидев Барнса на своём пороге, Рамлоу решил, что его пришли бить. Либо непрозрачно намекнуть, чтоб он отстал от Кэпа. Но вот вопрос поставил в тупик. Брок глубокого вздохнул и на выдохе ответил: — Очень. Хотя я не имею на него ничего. Он твой, — поспешно добавил Рамлоу, чтобы не нарваться на железный кулак Зимнего. Свежо в памяти было, как тот одной левой отрывал головы всем, кто косо смотрел. — Да я и не против, — улыбнулся вдруг Барнс, — Брок. — Добил Баки, впервые назвав Рамлоу по имени. — А? — Брок немного охуел. Ладно. Много. — Я говорю: я не против. Только… — Баки встал и подошёл к Рамлоу, что подпирал косяк двери, ведущей в ванну, — только требую небольшой аванс. — Ты… — Брок не успел ничего сказать, когда на удивление, мягкие губы Барнса, впечатались в его.       Нежности в этом поцелуи не было. Баки, словно танк, пёр напролом, размыкая губы Брока своим языком и лаская его нёбо. Рамлоу что-то попытался сказать, но вышел лишь нечленораздельный стон. Барнса было много. Его руки гладили, сжимали, ласкали и пытались пробраться под одежду. Его язык, пытался «выпить» из него душу проникая так глубоко, что Брок глоткой ощущал эту проворную часть тела Барнса. Его губы, крепко прижимались к губам Рамлоу, неосознанно заставляя раскрывать рот шире, чтобы успеть везде. Его зубы временами прикусывали губы Брока, заставляя поджиматься яйца и пальцы ног.       Барнс оторвался от него спустя минуту, тяжело дыша. Пристально вгляделся в глаза и подхватив на руки, словно девицу, уронил на кровать, прижимая к ней своим весом. Брок громко застонал, ощущая как его член потёрся о соседа. Мысль, что Барнс пытается закончить начатое Стивом, так сильно ударила в мозг, что Рамлоу решил — будь, что будет. Он подался вперёд, крепко сжимая Баки в объятиях и целуя его. Если поцелуй со Стивом можно было назвать нежным, то поцелуй с Баки — был каким угодно, но не нежным. Он был везде.       Брок не успел понять, когда они вдвоём оказались без одежды. Лишь ощутил мягкость и упругость некоторых частей тела, за которые хватался и которые успевал обрабатывать мозг. — Детка, — выдохнул Брок, когда Баки быстрыми поцелуями спустился по его телу вниз и целиком заглотил член, посылая вдоль позвоночника табун мурашек.       Брок будто провалился куда-то, когда Барнс навис над ним, заглядывая, казалось, в самую душу. Его серые глаза так пристально смотрели, что Рамлоу, лишь на мгновение, почудился запах сандала. Ведь такое не могло быть? Брок быстрым движением поменял их местами и теперь нависал над Барнсом, разглядывая его и почему-то вспоминая совершенно другое…       Тёплый вечер, настежь открытое балконное окно, лёгкий ветерок временами задувает запах моря. Два голоса негромко стонут и просят ещё и ещё. Брок смеётся и продолжает заниматься любовью со своими остроухими. Они любили так проводить время, когда только есть они втроём. Когда пахнет сандалом и два голоса его мужей на перебой просят рассказать сказку. Когда два тела прижимаются к нему так близко, что он готов их пришить к себе, чтобы те были всегда рядом. Он настолько сильно любит своих принцев, что готов на всё. Даже отдать сердце всевышнему, лишь бы его любимые всегда были здоровый и не знали горя.       Брок тряхнул головой, прогоняя наваждение. Это был секундный порыв и Барнс вроде бы ничего не заметил. Рамлоу пообещал подумать об этом ведение позже. Сейчас его ждал Баки. Бывшее оружие Гидры, который стал человеком и смог преодолеть многое. — Детка, ты готов? — Брок достал из-под подушки тюбик со смазкой и покачал его в воздухе перед лицом Барнса. — Да, — тот отрывисто кивнул и перевернулся на живот, — прошу тебя, командир. — Баки выгнул спину так, что его пятая точка оказалась в довольно соблазнительной позе. На взгляд Брока.       Брок сел на колени, разглядывая аппетитную картинку и пережимая основание своего члена, чтобы позорно не кончить раньше времени. Если уж вспомнить — секса у него давно не было. Он выдавил большую порцию смазки на пальцы и потёр ими по промежности Баки. Тот громко простонал в подушку и крутанул жопой. Рамлоу свободной рукой придержал Барнса за бедро, заставляя замереть. Тот послушно замер, но тихо скулил, когда пальцы Брока невесомо задевали дырочку ануса. — Ну, же, — Барнс повернул голову в бок и проговорил, — прошу, не мучай. — Сейчас, детка, всё будет, — Брок погладил Баки по бедру и вошёл одним пальцем.       Барнс застонал и вильнул жопой, сильнее насаживаясь на палец Рамлоу. Брок с силой сжал бедро Баки и к первому добавил второй. Зрелище собственных пальцев, исчезающих в Барнсе, завело Брока так сильно, что он, сделав пару раз «ножницы» пальцами, вытащил, выдавил на руку ещё смазки и размазал по своему члену. — Прости, Барнс, не могу больше, — пробормотал Брок, приставляя головку члена к анусу Баки. — Брооок, — протяжно проскулил Барнс, когда головка Рамлоу преодолела сопротивление мышц и замерла. — Ах. — Да, детка, какой же ты тугой, — Брок двумя руками удержал Барнса за бёдра и легонько толкнулся вперёд, по миллиметру заходя.       Пот стекал по лбу, попадая в глаза. Брок лишь пытался его сдуть и продолжал заходить, ощущая шелковистость стеночек. Может это и было самовнушением, но анус Барнса казался раем небесным. Рамлоу готов был сдохнуть, но обязательно перед этим кончить в Баки.       Барнс устал ждать и когда Брок слегка отвлёкся, чтобы переждать преждевременный оргазм, толкнулся сам, встречая промежность Рамлоу своей задницей. Брок громко застонал, крепко удерживая Барнса, чтобы тот не двигался. — Детка, ты смерти моей хочешь, — Рамлоу наклонился к уху Баки и пробормотал. — Ах, нет, — Барнс чуть мотнул головой, ощущая наполненность. Это было одновременно хорошо и охуенно. Мозг отказывался работать в полной мере и Баки не мог подобрать красивых эпитетов, чтобы описать это чувство.       И почему он раньше не так часто подставлялся Стиву?       Рамлоу отклонился назад и немного вышел из Баки, наблюдая за этим. Действие завораживало. Его член находился полностью в ком-то и это было охуенно. Брок вышел до конца с лёгким чпоком и услышал тихий разочарованный стон. Не давая долго почувствовать пустоту, Брок вновь толкнулся, в неуспевший закрыться проход, только головкой и замер, привыкая. Баки же не хотел ждать, поэтому он как мог, крепко сжал мышцы, удовлетворенно слушая негромкий мат Брока и следом ощутил мощный толчок, который выбил из него весь дух. — Ну, всё, детка, держись, — предупредил Брок и…       И Баки уплыл, почувствовав как Рамлоу без остановки стал толкаться в него, выходя почти полностью и вновь заходя. На третьем заходе он попал по простате и Барнс крупно вздрогнул, ощущая как из его члена просочилась большая капля смазки. Брок вбивался в него, задевая каждый раз простату и Баки чувствовал поступающий оргазм. Но было ощущение, что чего-то не хватало. Барнс не мог понять чего и когда попытался это сделать, Брок вдруг изменил угол, взял его член в руку и быстрым-быстрым движением стал дрочить. Баки заорал в голос, ощущая крепкую хватку на члене и таранящий его анус член, который попадал по простате с другого ракурса.       Толкнувшись последний раз, Брок крепко сжал член Баки и почувствовал как того затрясло. По пальцам потекло тёплое, что окончательно добило Рамлоу — он последовал за Барнсом, глубоко кончая в нём. Мир растворился для обоих на несколько минут. — Чуть не помер, — осоловело пробормотал Брок, заваливаясь рядом с Баки, который без поддержки Рамлоу упал в собственную лужу спермы. — Умереть от оргазма? — усмехнулся Барнс, поворачиваясь к Броку и разглядывая его с неудобного ракурса. — Смейся, смейся, — беззлобно ответил Брок, повернувшись боком к Баки и лёгким взмахом руки удалил следы их страсти с кровати. — А? — Баки почувствовал как под ним стало сухо. — Не благодари, — улыбнулся Рамлоу и притянул в объятия Барнса. — Спасибо, — тот обнял в ответ и уже через минуту засопел.       «Роджерс меня грохнет». Последняя связная мысль проскочила в голове Брока, перед тем как его вырубило.

***

      В это время Стив открыл глаза и уставился на пустую половину кровати. Сердце сжалось в тиски, а мозг подкинул одну страшную картину за другой. — Баки… — тихий шёпот разрезал тишину в комнате Стива и Баки, и заставил Роджерса подобрать под себя ноги, крепко сжимая их руками.       Отсутствие Баки в комнате заставило вспомнить момент, который не мог быть, но Стив почему-то его помнит. — Я найду Брока, Стив. Где бы он не был. Мы разбудим тебя и будем вместе. Всегда.       Что это могло быть? Что это за слова? Почему Баки пошёл искать Рамлоу? И почему они будут вместе втроём?