Осколки граната

Верлен думает. Много. Обо всем на свете. О том, что рядовые люди не считают достойным их мыслей. Верлену страшно, хотя он не из пугливых. По Камьелю не видно, но мужчине легче думать, что он тоже боится. Камьель говорил, что обсуждал с шефом их ситуацию. Сказал, что шеф поймет. Больше эту тему Верлен не поднимал. Камьель делает вид, что ничего не произошло той ночью. Что он не гладил по спине плачущего друга, не говорил успокаивающую чушь. Делает вид, что все нормально. Верлен тоже пытается делать вид, что ему не хочется орать и плакать. Даже думает, что у него получается. Он старается быть спокойным. Быть как обычно. Зеркал в квартире больше нет, так что он смотрит на себя через фронтальную камеру телефона, пока Камьель не видит. Верлен думает: «А если бы не мы поехали на тот вызов?» Он думает: «Вдруг Камьель мог полностью закрыть рану?» Он думает, что не хочет винить Камьеля, даже если тот и виноват. От понимания, что уже точно ничего не поделать, легче не становилось. От мысли, что ему еще повезло, он чувствует виноватым себя. У Верлена болит голова со дня выписки. Руки трясутся так, что пока шутить про алкоголизм. Он пьет много воды, пытаясь наивно успокоить сильно стучащее сердце и унять тошноту. Выполняет стандартные для него упражнения, чтобы не терять форму. Верлен не знает, что чувствует. Он настолько потерялся, что это начинает его злить. Ему так же смешно, что это единственная понятная эмоция. Еще он думает о том, что не замечал, какая серая у него квартира. Или она стала такой сейчас? Рутинные вещи он делает на автопилоте с поправкой на новые условия зрения. Будто учится делать все заново. Он верит, что быстро привыкнет к тому, что так будет всегда. Он не хочет привыкать. Мужчина боится, что у него ухудшится зрение. Особенно заметно, когда печатаешь на ноутбуке. Кажется будто он бесконечно близко и бесконечно далеко одновременно. На самом деле Верлен знает, что так со всеми вещами, но с этим сложнее всего. Он думает о том, что надо потренироваться стрелять с левой руки. Мужчина делится этими мыслями с Камьелем и тот молча приносит ему стопку наград за лучшую стрельбу. Верлен благодарит друга за поддержку, но не отказывается от идеи дополнительных тренировок. Он злится на себя за слабость, одновременно понимая, что в такой ситуации это нормально. Он злится и ничего не может с этим поделать. Больше он недоволен только тем, что злится на Камьеля. На то, что его поддержка не помогает. Верлен все еще очень ему благодарен и не знает, как бы справлялся без друга. Иногда ему кажется, что Камьель его бросил. Хотя вот он сидит рядом. Верлен думает, стоит им вернуться на работу, его отстранят. Отправят на пенсию досрочно. Камьелю найдут нового напарника, и он забудет про друга. Может будет писать раз в неделю. Может не будет вообще. Верлен смотрит на ровную спину Камьеля пока тот варит кофе и не подает виду, что ему страшно. Мужчина протягивает руку и хватает друга за край футболки. Его же растянутой старой домашней футболки. Камьель поворачивает голову. Верлен стоит, опустив взгляд, мнет его одежду и будто ничего перед собой не видит. Он боится, что за эти дни успел надоесть Камьелю. Успел разочаровать его своей слабостью. Что тот отвернется от него. Неожиданно для себя, Верлен понимает, что сильнее, чем потерять работу, зрение, да что угодно он боится только одного. Потерять Камьеля. Верлен успевает утонуть в своем страхе. Камьель молча смотрит на него. По Камьелю не видно, что он думает. Верлен думает за него. Верлен думает: «Он меня ненавидит».