Моя вселенная это ты!

У каждого уважающего себя человека есть куча друзей, знакомых, возможно даже отношения. Но это не про нашего героя. У Антона всегда что-то шло не так. И в личной жизни, и в рутинной. То пуговицу не так пришьёт, то конспект не сдаст. Про свидания с девушками мы молчим. Там всегда всё было плохо, то кофе прольет, то девушка страшная. Именно из-за таких инцидентов Антон иногда думал, что он гей. Но не об этом. В общем всё не как у людей. Обычное утро. Понедельник. Дурацкий телефон, который Антон не мог нащупать уже минуты так три, разрывался в ужасном рингтоне. Спросите почему ужасном? Да чтобы наша туша с утра просыпалась и шла на пары, куда он ну оооочень не любил ходить. И всё-таки, все попытки найти телефон оказались тщетны и ему пришлось открыть глаза. О боже, почему именно я. Почему именно сегодня и почему именно сейчас?! Ненавижу понедельники! И будильник свой ненавижу! Вообще всё ненавижу! Н-да, разговаривать с собой Антон научился ещё в Воронеже. Когда родители вечно ссорились, а друзей у него не было. Сейчас в колледже они конечно есть, и их двое. Дмитрий Позов и Сергей Матвиенко, но все же. Антон часто задумывался, что это шизофрения, ведь говорить с самим собой, это как минимум странно, но другого ему и не оставалось. И нашему «герою» всё-таки пришлось сесть на край кровати и начать раскачиваться. Иначе он опоздает, а сегодня говорят новый препод по экономике придёт. А Шастун всё-таки хочет быть хоть кем-то в глазах препода, потому что это первое, на что обращают учителя внимание. Дисциплина и поведение. Да-да, то чему нас с детского сада учат. Доковыляв до ванной общежития, Антон умылся холодной водой и почистил зубы. (ну а что вы хотели, Шастун у нас не богач и живёт в общаге. Ему повезло, что у него нет соседа, а как сказала вахтерша «и не подселю к тебе никого, испортишь человека!», он и не ждал гостей) Ну да, именно из-за таких людей у Антона и плавает самооценка где-то на дне реки в Воронеже. Еда в понятии парня это что-то из разряда вон. Поэтому пара дошираков и десяток яиц это всё, что у было и есть в холодильнике. Плюнув на завтрак Антон начал одеваться. Зеленый джемпер, джинсы, ветровка, кроссовки. Куча колец и браслетов, без которых он ну просто не выходит на улицу. По стандарту в общем. Рюкзак на плечо и наш мученик пошёл в колледж, проклиная всё что видел на своём пути. *** Первая пара. Экономика. Новый препод. Думаю достаточно, чтобы вы поняли почему Антон сидел на своей любимой третьей парте, уткнувшись носом в руки, и спал. С экономикой он не дружил, ну вот от слова совсем. Как он будет сдавать сессию? Сам не знает, но как-то будет. Девиз его жизни «и не из такой жопы выбирались». Лёжа в раздумьях, он не заметил, как вошёл препод. Всё встали, начали здороваться и Антон подскочил, повторяя за всеми словно робот. Сев на место, Тоша начал рассматривать учителя и первое, что ему бросилось в глаза это голубые, прозрачно чистые как море, глаза, в которых можно утонуть. Одет был преподаватель очень элегантно: выглаженная блузка, галстук, начищенные ботинки. Боже, да он идеальный! Стоп. ЧТО?! Антон ты сам понял, что сказал?! Нет, ну ты же не из этих. Голубых. Да он красивый, но не в том же плане! И вообще, Антон, ты шизофреник, сам с собой разговариваешь. — Здравствуйте, класс. Меня зовут Арсений Сергеевич Попов, я ваш новый учитель по экономике. Сейчас я пройдусь по списку, чтобы посмотреть кто есть, кого нет и ознакомиться с вами. Запоминать вас я буду потихоньку, так что не обессудьте. Пока Антон витал в облаках, а точнее разговаривал в голове сам с собой, преподаватель шёл по списку довольно энергично и дошёл до героя. — Шастун? Имеется такой? — спросил Арсений, на что получил в ответ тишину. — Шастун! — повторил тот, но уже более грубо и громко. — А что? Где? Когда? Тут! — выкрикнул Антон выходя из своих мыслей из-за громкого голоса. Что ему вовсе не понравилось. — Антон, если будешь спать на моих парах, то дальше первой сессии не уедешь, — презрительно бросил он и быстро потерял интерес к мальчишке. Фу, какой надменный. Не люблю таких. Завалит на первом экзамене, а потом ходи перездавай, в ножки кланяйся! Философ Антон Андреевич Шастун. 17 лет. На самом деле парень гордый, очень часто отстаивает свою точку зрения, что иногда полезно, а иногда лучше бы заткнуться, но нет, это явно не про него. Чтобы Шастун и отступил первым? Ни-ко-гда. Вот знаете, есть люди, которых можно прочитать, как книгу, а есть Шастун. Которого можно испугаться от одного взгляда. Синяки под глазами и взгляд исподлобья, будто он сейчас тебя удушит. Такое себе. Но этого и добивался паренёк. Чтобы. Его. Никто. Не. Трогал. Пока Арсений Сергеевич выводил каллиграфическим почерком дату и тему урока, наша проблема искала ручку на дне рюкзака. К слову, он никогда не закупался канцелярией, как его одногруппники и одногруппницы, у которых были целые пеналы забиты, так что они не закрывались или рвались. А забито то было всё никому не нужными разноцветными маркерами и ручками. А у Антона? У Антона одна, дай бог две ручки на один год и пара зелёных тетрадей. Не густо, но хоть что-то. Конец пары, все начали собираться на следующее занятие и выходили из класса, наш же труженик был самым последним и уже на выходе из кабинета его окликнул препод. — Шастун, подойди сюда, — надменно, со сталью в голосе, сказал Арсений Сергеевич, — Антон, если ты не прекратишь такое поведение в кротчайшие сроки, то мы с тобой не подружимся. Ты же понимаешь это, и я думаю не хочешь этого, а значит, — выдержав паузу он продолжил, — учись на моих уроках, завтра спрошу тебя! А теперь вон из класса! — почти крича последнюю фразу, сказал преподаватель. Антону повторять дважды не нужно. Он пулей выбежал из кабинета, дабы никто не видел его покрасневшим и со стеклянными глазами. Боже нет, меня довёл препод? Позор, позор!!! Шастун ты как мог, так опустится то?! Господи, ты жалкий. — повторял у себя в голове мальчишка, умываясь ледяной водой. Последней парой у Антона была физ-ра, которую он конечно же не любил и собирался прогулять. Шастун вообще не воспринимал эту пару, как что-то важное и ходил на неё только тогда, когда они сдавали нормативы, которые паренёк в силу своего роста сдавал на пять. *** На ходу одевая куртку, Антон выбежал из колледжа с такой скоростью, будто у него через две минуты поезд Воронеж — Санкт-Петербург. И уже на ходу достал пачку таких родных и близких ему уже мальборо. Поджигая кончик сигареты и делая одну затяжку его начало отпускать. Он начал расслабляться, а мысли которые до этого времени роились в его голове, беспорядком начали вставать на свои места. Антон не был уверен, что именно в сигаретах дело. Он даже думал, что он накручивает себя и ему помогают отнюдь не сигареты, но привычка, она и в Африке привычка, и бросить курить, он пока что не мог. Уже успокоившись, докуривая сигарету, почти до самого фильтра, он бросил её в мусорку, а сам пошёл в магазин «у дома», покупать продукты (странно для Шастуна не правда ли?) Выходя с пакетом каких-то фруктов, молока, десятком яиц, сигаретами, дошираком и «комплексным обедом», который нужно всего лишь подогреть в микроволновке, Антон отправился в общежитие. Где у него в планах нормально пообедать в первые за неделю и, воткнув в уши наушники. повторить материал, ведь Арсений Сергеевич явно негативно настроен против Шастунишки.