***
— Отварить тебе сосисок? С появлением мужчины в маминой жизни, она стала лояльней относится к моим запоздалым приходом домой. — Две. — Бросив оценивающий взгляд на уже не настолько подозрительного мужчину, я добавила: — Ничего, если в своей комнате поем? На удивление, прежде чем ответить, мама тоже посмотрела на него, словно ответ на заданный вопрос был написан где-то между его глазами и ртом. Полин, подозрительно. Мужчина, подозрительность которого снова оказалась под большим вопросом, одобрительно кивнул. И только после этого, мама ответила: — Конечно. Убедив себя, что кивок, это всего лишь кивок, а не начало мужской диктатуры в нашем доме, я развернулась с единственным намерением — покинуть кухню. — Полина, — мужской голос заставил меня остановиться, — у тебя на завтра есть планы? — Ну мне надо под-под-подготовиться к понедельнику. В смысле, к школе. — Это не требует целого дня. Как ты смотришь на то, чтобы скататься за кроссовками? — Я еще не накопила, — теперь уже я косилась на маму. — Ерунда, — отмахнулся он. Включив свет, я сразу же направилась к письменному столу, в поисках своей стеклянной банки. Она была ровно там, где и всегда: на дне глубокого ящика, прямо за стопкой чистых общих тетрадей. Открыв тяжёлую крышку, в нос ударил запах полувыветрившихся кофейных зерен. Спустя минуту, содержимое банки было аккуратно разложено по стопкам и подвергнуто тщательному подсчёту. Внутренний попутчик пропел что-то про "деньги деньги дребеденьги", а я пришла к выводам, что в последнее время тратила больше, чем следовало. Собственный финансовый кризис отошёл на второй план, когда палец открыл входящее сообщение от неизвестного номера. Очень даже известного. Просто фотография. Только одна фотография. Никаких плашек о том что « ... печатает». А чего ты хотела? «Не знаю» в голос произношу я, разглядывая присланную фотографию, на которой Егор прижимается губами к моим волосам, в то время как его свободная рука сжимает мое плечо. С кухни донёсся голос мамы, требовательно сообщивший, что если сосиски быстро не забрать, они остынут, а следовательно утратят половину своих вкусовых свойств. По воспоминаниям мозга, я точно знала, что это вкусные сосиски, но у меня никак не получалось сосредоточиться на еде. Мысли курсировали между кроссовками с вопросительно подозрительным мужчиной и Егором, который прочитав мое ответное сообщение, так и ничего не написал. Внутренний пассажир воспроизвёл отправленный текст в голове, сопроводив его какой-то дурацкой писклявой озвучкой (твой голос, вообще-то, Полин): «Сохранила твой номер и поставила эту фотку. Подмигивающий смайлик». Существующие варианты ожидаемого ответа: 1. текстовой "отлично; здорово; круто..." 2. текстовой развёрнутый "отлично, я тоже так сделал... " 3. текстовой заигрывающий "отлично, подмигивающий смайлик... " 4. текстовой вопросительный "отлично, уже ложишься спать?... " 5. без текстовой "смайлик улыбающийся, смайлик подмигивающий, смайлик в солнечных очках..." В последствие, в голове всплывало ещё огромное множество неплохих вариантов, разбавленных смайликами, стикерами, гифками. И почему только из этого всего Егор предпочёл вариант "игнорировать"? Бесит. Приблизительно в первом часу ночи мыслительный маршрут был продлён на ещё одну остановку. Оповещение о позднем входящем пришло, в тот самый момент, когда у меня почти получилось отогнать навязчивые мысли и погрузиться в сон. Ночные сообщения являются отличительной чертой Матвея. «Значит, никаких оправданий не будет?». Оправдание — обычно означает признание чего-либо допустимым, извинитель... Начал цитирование гугла внутренний пассажир. Но мне не нужна была расшифровка термина из интернета, я прекрасно понимала, чего он от меня хочет. Пальцы несколько раз набирали текст сообщения и столько же раз полностью стирали его. Образ Оли, которая по прежнему игнорировала мое существование, выступал сдерживающим механизмом, не давая как следует разгуляться. «Знакомый посчитал забавным ответить за меня». Ответное сообщение пришло тут же. Кое кому следовало бы поучиться у этого парня. Это что камешек в огород Егора? «Меня бы устроил больше вариант с братом или скажем с отцом. Полина, не стоит доверять свой телефон каждому знакомому». Так пишет, будто бы я сама, без его клыкастого совета, не в состоянии это понять. «У меня их нет. Глупо вышло. Не буду». «Пожалуй, это не то, что я хотел прочесть в такое время». Я, как и днем ранее, посмотрела на время отправки. 01:08 Мы с внутренним попутчик были готовы завопить «что это за ТАКОЕ время?». Однако,в сообщении ограничились стикером с человечком, забавно пожимающим плечами. Прочитано. Никакой реакции. Бесит. Погружаясь в сон, я подумала о том, что хорошо бы переименовать этих двоих в телефоне на бесит номер один и бесит номер два. Внутренний пассажир предлагал более радикальные методы с использованием ненормативной лексикой, а то и полного удаления номера и, конечно, всего к нему причастного.***
Сначала я услышала голос, даже не понимая кому он может принадлежать. — Полина, надо просыпаться. Постепенно, голос обрёл тело. Хорошо знакомое родное тело. Сонный взгляд в недоумении уставился на маму, недовольно нависшую над кроватью. — Полина! — Разве сегодня понедельник? — в ещё не проснувшейся голове закралась мысль об исчезнувшем воскресенье. — Нет, но Михаил приедет через час. Так что вставай, если, конечно, не хочешь упустить шанс получить кроссовки. Какой ещё Михаил? Какие ещё кроссовки?