Ну и кто же здесь волк?

Снег закончился, но редкие снежинки продолжали опускаться на землю. Ноябрь доживал свои последние деньки, готовясь передать бразды правления декабрю. Температура воздуха с приходом снега нормализовалась и застыла на отметке "ноль". Радует, что из года в год в нашем регионе стабильно теплые зимы. Но зима по-прежнему остаётся зимой, а значит никакого права пренебрегать шапкой, шарфом и парой тёплых сапог нет. Поравнявшись с Матвеем, мне ещё сильнее захотелось укутаться в колючий шарф. Я отчетливо представила, как именно в эту самую минуту, совершенно случайному человеку, совершенно случайно, взбрело в голову, подойти к окну. Ну, вы знаете: посмотреть, как именно стоит одеться при выходе из дома. Что ж, тогда у этого приятеля небольшие проблемы. Рассинхрон поразит его мозг при одном взгляде на вас двоих. Клыкастый был в короткой дутой куртке, к тому же расстёгнутой. Никакой шапки, никакого шарфа, вместо сапог кроссовки. И я сомневалась, что под его спортивками есть колготки с начëсом или та часть мужского гардероба, которую мой дед именует на французский манер — кальсоны. Естественно, недавно переболевшая я не могла позволить себе такого прогулочного шика. Так что покидая дом, моё тело было основательно укутано. Впрочем, никто из моего окружения в такую погоду не стал бы выходить в стиле Матвея на улицу... Разве что новенькая, которая по какой-то неведомой причине до сих пор приходила в школу в тоненьких капроновых колготках. Приезжая. — Привет, — я слегка наклонилась к собаке, давая ей возможность облизать мою руку. — Ты скучал? Скучал, ведь? — Скучал? — мне не понравилось как Матвей передразнил меня. В его тягучем тоне чувствовалась саркастическая издёвка. — Это всего лишь собака. Не принимай на свой счёт: он точно так же будет радоваться мимо проходящему бомжу, решившему протянуть к нему руку. Чертовски бесит, что нужно разжевывать что-то настолько очевидное. — Твой хозяин просто не-нечто. Пушистые передние лапки, оторвавшись от земли, легли на область, чуть ниже колен Колготки отправляются в стирку. Плутончик громко взвизгнул, будто прекрасно понял, что я имею ввиду. Наверное, будь он в теле человека, это являлось бы эквивалентом тому, положи он руку на моё плечо со словами: — Полин, и не говори. Уверена, он бы при этом ещё и устало закатил глаза. — Эй, — рука Матвея потянула поводок на себя, — рядом. Собака грустно проскулив, уселась возле деревянной скамейки, ища взглядом, чем бы себя занять. В это время, я с широко распахнутыми глазами наблюдала за тем, как Матвей сначала приблизился ко мне почти вплотную, а затем и вовсе присел на корточки. — Плутон слегка запачкал тебя. Постой спокойно пару секунд. — С-с-спасибо. — Произнесла я, осознавая, что пряма сейчас Матвей отряхивает с моих колготок грязь, принесённую пушистыми лапками. Всё очевидно: в очередной раз решил тебя полапать. — Я сама. Всё нормально. П-правда, спасибо. — Чудачка, эта не та часть тела из-за которой тебе стоит краснеть. А вот скажем, чуть выше, — его рука слегка потянула ткань моей юбки. — Не... Тело инстинктивно отшатнулась. На негнущихся ногах мне удалось сделать несколько неуверенных шажков назад, установив между нами так называемое "безопасное расстояние". — Да ладно тебе, просто пошутил. — Матвей поднялся, а я в замешательстве размышляла над тем, откуда взялась настолько невинная улыбка на его лице. — Пожалуйста, Матвей, не переходи границы. — Границы? — клыкастый сделал вид, будто бы осматривается, — не вижу никаких границ. В этом то и есть его проблема. — Я имею в виду не не прям границы - границы, а а а личные границы. — Ах, личные. Их я тоже не вижу. Полин, проблема серьёзней чем мы думали. — Просто, держись на расстоянии. — На каком? — Матвей начал подходить всё ближе и ближе, — так достаточно, или еще? Скажем шаг. Или может даже два... Я попыталась остановить наступление: ладонь упёрлась в его грудь. При этом мой рот не прекращал поток несуразного бормотания, в котором я по прежнему твердила что-то про "границы" и "расстояние". — Полин, я не такой экспертный эксперт как ты, но мне кажется, твоя маленькая ладошка сейчас жёстко нарушает мои границы. Рука отдернулась, как будто от горячей сковородки. Взгляд попытался найти понимание, а то и сочувствие, в глазах Плутона, но собаку больше интересовала ветвистая коряга, торчащая возле скамейки. — П-п-прости. — Переживу. Ну так что, Полин? — Ч-ч-что? — Что? — Ч-ч-что? Я растерялась то ли от того, что Матвей так внезапно отступил назад, то ли от того, что предчувствовала очередной опасный поворот в нашем диалоге. — Будешь кофе? — К-кофе? — Кофе, Полин, — Матвей, оттопырив мизинец, продемонстрировав как пьёт что-то из невидимой кружки. Невинная улыбка всё ещё сохранялась на его лице. На календаре всё ещё отображался понедельник. А внутренний пассажир, пытаясь передразнить меня, повторял заученную фразу: "Я тут только ради того, чтобы погладить Плутончика. Да да да. Бла бла бла. ". — Угощу тебя, раз уж моя собака каждую нашу встречу занимается порчей твоей одежды. Покосившись сначала на клыкастого, а затем в сторону минимаркета, я дала свое согласие. Горячее бесплатное кофе просто не может привести к чему-то плохому. Полин, для справки: буквально, любая вещь может привести к чему угодно. Особенно к плохому. Особенно в понедельник. — Нет. — Его резкое "нет" заставило тело вздрогнуть. Мой взгляд оторвался от рассматривания яркой вывески магазина и снова сосредоточился на клыкастом, — Здесь только ссанина из автомата. Ты не захочешь это пить. Уже пила. Я посчитала своим долгом отстоять честь напитка, как впрочем и самого минимаркета. — А мне нравится. Недорого, к тому же можно добавить безграничное количество сиропа. Кокосовый, карамельный, ореховый. — Можешь не продолжать. Раз тебе настолько по душе это место себе купи здесь, — невинная улыбка на что-то намекала, — А мне, будь так любезна, сгоняй за нормальным. Напомнить тебе, что мне нравится? Не ссанина. Спасибо, мы поняли. Сгорая от праведного негодования, я позволила один раз отрицательно покачать головой. Воспоминания заполнялись приятным запахом земляники. Полина, угощает вроде как он, а тащиться всё равно нам. Понедельничная справедливость во всей красе. В этот раз даже не пришлось волноваться о том, что предстоит потратить свои кровные. Телефон своевременно провибрировал, сообщая о зачисление на карту денежных средств. Этой суммы вполне хватило бы, чтобы угостить кого-то ещё. Скажем Плутончика. Плутончик не пьёт кофе. Или скажем внутреннего попутчика. Ссанину здесь пьешь только ты. Лучше верни их обратно отправителю. "Нормальный кофе" находилось возле парка, а это означало, что на дорогу туда и обратно уйдёт минут пятнадцать. Впрочем, тяжёлый рюкзак и сменка остались на попечение Плутона (которому я доверяла) и Матвея (которому я доверяла чуть меньше), поэтому я с уверенностью минуснула пять минут. Итого — десять минут. Мог бы и сам сходить. На обратном пути зеленый стаканчик слегка пострадал, а заодно и я вместе с ним. Толпа из шумных детей, окружила меня возле светофора. В ожидании нужного цвета, взгляд блуждал по сторонам, игнорируя всё, что происходит под самым носом. Влетевший прямо в меня маленький человек чуть не снёс меня на проезжую часть. Кровище бы было... — П-поосторожней! Выдохнув от того, что чуть не стала жертвой несчастного случая, я не сразу осознала, что по правой ладони растеклось что-то горячее. Видимо, моя рука инстинктивно сжала стаканчик. Вот тебе и наглядная демонстрация силы давления на площадь поверхности стаканчика. Нет, Полин. Это наглядная демонстрация силы понедельника. По причине случившегося, я решила сразу вручить слегка опустевший (и немного липкий) стаканчик Матвею, предчувствуя, что сегодня никакого кофе из минимаркета уже не будет. — Ты серьёзно думаешь, что я буду это пить? — Матвей снял крышку и заглянул внутрь. — Немного пролилось. Разве это п-п-проблема? — П-п-проблема, Полин. Зеленый стаканчик отправился в ближайшую урну. Звук от падения привлёк Плутончика, который слегка поскуливая, уставился на дно почти пустой мусорки. Даже пёс понимает, что нельзя переводить продукты. Я представила как этот самый стаканчик снова оказался у меня в руках, и я торжественно выливаю на клыкастую недовольную физиономию всё оставшееся содержимое зелёного стаканчика: "— Как тебе твой Раф? Достаточно сливок? А земляничного сиропа?". — Думаю ты и сама прекрасно понимаешь, что тебе придётся прогуляться ещё раз. — С-с-сам прогуляешься! — рявкнула я, закидывая рюкзак на плечо. — Полин, не забудь угоститься саниной за мой счёт. Моё тело повернулось для того, чтобы продемонстрировать ему оттопыренный средний палец. Матвей ни капли не растерявшись, показал мне в ответ тот же жест. Обмен любезностями состоялся на высшем уровне. Ну что, Полин? Погладила собачку?