You're weak, that's all. (Ты слабый, вот и всё)

Чанбин уже пол часа лежит, обнимая тонкую талию своего омеги. Он наблюдает за ним, следит за каждым выражением омеги. Густые ресницы, чистая, нежная, гладкая кожа. Розовые пухлые губы, красивый нос. Тонкая шея, острые ключицы, где видно четыре укуса. Четыре метки. Со сглотнул, понимая, что ревнует. Только позавчера он планировал, что сделает его своим. Хёнджин начал просыпаться, но Со всё же смотрел на него. Младший поднял взгляд и слегка нахмурился, а репер улыбнулся. — тебя вчера привёз Иэн, на руках, как принцессу — ухмыльнулся альфа, а омега уже хотел свалить. Никому не секрет, Чанбин тот ещё собственник, а ещё ужасно ревнивый. — я пойд... — стой, — схватив его за запястье, резко повалил на кровать, после сам же навис сверху, смотря омеге прямо в глаза. — я знаю, что тебе нравятся более свободные отношения, но если есть еще кто-то, кроме наших мемберов, я не стану сдерживаться при виде него. — что ты несёшь? — сам понял уже о чём говорю. Я люблю тебя, и ты знаешь это. *** Хван уже 10 минут стоит перед дверью комнаты лидера, и не может решиться зайти или нет. — я знаю, что неправ! — раздается голос за дверью, которая распахивается в ту же минуту. Парень застыл. Оказывается, в комнате Чан был не один, а с Джисоном. Альфы с огромными глазами замерли, смотря на омегу. — кажется, я... — в чём ты неправ? — спросил Чан, — заходи, мы как раз решили сделать перерыв. — я...хорошо.. — он закрыл дверь, после чего подошёл к ним, взглянув на Хана, который ухмыльнулся ему и закатил глаза. — я признаю, что я неправ. Я действовал неправильно. Я должен был сдерживать себя, и вообще... — голос омеги начал дрожать, а глаза стали стеклянными. — я знаю...я виноват... — Хёнджин, что ты вообще говоришь? — встал со своего места лидер, и положил ладони на щёки Хвана, — ты не виноват, ни в чём не виноват. — пф, — усмехнулся омега, — но почему я так не думаю? — поднял взгляд на Чана танцор, выдохнув — когда возвращаемся домой? — завтра вечером, — сделал шаг к нему Кристофер и улыбнулся, — не против, если я... — он застыл, после взглянул на Джисона, который снова ухмыльнулся. — если мы тоже оставим метки, просто метки. Мы не собираемся тебя затаскивать в постель.. *** Хёнджин решил всё же сходить в закрытый бассейн, о которым организаторы специально позаботились. Отпуск же. Танцор лежал на надувном кругу, с закрытыми глазами, размышлял всё, как он будет теперь жить с ними, как будет ходить в компанию, что будет с ним вообще. Бан Чан и Джисон не тронули его, лишь оставили свои метки. — почему ты тут один? — послышался голос в стороне. Минхо уже минут десять стоит и наблюдает за младшим. Он собирался тоже чуть по наслаждаться водой, после чего хотел зайти к нему. Но... Хёнджин открыл глаза, смотрев в сторону главного танцора, который уже сел на край бассейна, опустил ноги в воду. — решил отдохнуть, завтра вечером, оказывается, вылет. — спокойно ответил омега, обратно закрывая глаза. Но чувствовав, что старший направляется в его сторону, шумно выдохнул. — если перевернешь круг, я тебя убью. — да ну? Я хочу проверить.. — хитро ухмыльнулся Ли, и тут же перевернул этот самый круг резким движением. Хван пытается собраться и стоит перед Ли с закрытыми глазами. Дышать тяжело, на шее засосы, рядом с ключицами метки. Шесть. "Как же он ахуенно выглядит " — я же сказал, не трогать — раздраженно проговорил Хван, а после развернулся, но Ли схватил его за запястье, потянув на себя, обнимая за талию. Он вдохнул запах младшего. — ты что творишь? — а что? Я лишь обнимаю, а не трахаю, как эти шестеро.. — ухмыльнулся он. Явно не понравилась ему реакция младшего. — наверное, сложно принять в себе, за такой срок сразу шесть членов... — отпусти... — я ничего против не имею, но...я тоже хочу сделать это. Это не значит, что ты мне нравишься, нет, ты мне не нравишься, мне нравится твоё тело. Грех, если не попробую, какие на вкус твои губы... — ты не можешь так говорить... — ты омега, и для меня так и остаёшься никем, а теперь пошлиии... Ли заталкивает младшего в комнату, закрывая дверь. И какое-то время они просто пялятся друг на друга, только теперь взгляд отводит Хёнджин, а старший, пошло улыбаясь, изучает его взглядом. У Минхо терпение не резиновое, вдоволь насмотревшись на омегу, он резко подходит. Почти мгновенно оказывается рядом с ним и хватает за запястья. Старший держит за руки Хвана, прижимая его к стене. Сильный. Альфа пошло улыбается ему и трётся возбуждением о бедро младшего. — Слушай, если ... — дрожащим от напряжения голосом ели проговорил Хёнджин. — Нет, Хван Хёнджин, — улыбаясь, говорит Ли, — Я хочу тебя… Джинни, — сладко тянет он имя младшего почти ему над самым ухом. Хван вздрагивает от того, как Минхо вжимает его в стену. Мокро целует, сплетая языки и посасывая губы. Он запускает руки под его мокрую футболку, ведёт руками по бокам, считая пальцами рёбра, и останавливается на уже твёрдых горошинах. Массирует их, углубляя поцелуй, потом спускается ниже, оставляя засос на шее и останавливается на ключицах, слегка прикусывая кожу. Снимает эту несчастную футболку, оголяя большее количество участков тела. Старший целует показавшиеся соски, облизывает и сосёт их, заставляя омегу откинуть голову от удовольствия. Ли начинает спускаться поцелуями ниже по прессу и подтянутому животу. Он садится на колени и снизу-вверх смотрит на младшего, Хван отводит взгляд, говоря этим — сделай уже хоть что-нибудь, потому что в плавках довольно-таки тесно, и они больше не скрывают его размеры. Альфа стягивает их до колен, берётся рукой за возбуждённую плоть, из которой уже понемногу сочится жидкость, немного водит рукой вверх и вниз, а потом берёт член в рот, играя языком с головкой, слегка посасывает его и приступает к движениям, то беря его полностью, то выпуская до головки, облизывая её. С губ омеги срывается сдавленный стон, он никогда не думал, что его Хён может сделать ему такой охуенный минет. Рот наполняется белёсой жидкостью, и Ли глотает всё, затем вытирает пальцем губы и смотрит на омегу, тот сталкивается с ним взглядом, но потом резко отводит глаза, пряча их под длинной мокрой чёлкой. Минхо подхватывает его на руки и валит на диван. Альфа вплотную прижимается к нему, шепчет, что это только начало, вновь целует и трётся пахом о член всё ещё дрожавшего омеги, заставляя того снова встать. И он ведь встаёт. Встаёт так, что Ли уже не может терпеть. Он разворачивает младшего к себе спиной, скидывает с себя мокрую футболку, и, обнимая со спины, подставляет два пальца к его рту. — Оближи, — приказывает он, целуя шею. А Хван облизывает, пошло и очень мокро, слизывает всё ещё оставшуюся свою сперму на пальцах Минхо. Альфа растягивает младшего, сначала одним пальцем, потом добавляет второй и быстрее двигается внутри. Потом срывает с себя плавки и заменяет пальцы своим возбуждённым членом, от чего Хван выгибается и протяжно стонет. Ли двигается быстро, набирая обороты почти в первые секунды своего удовольствия. Он конкретно вдалбливается в младшего, заставляя громко и пошло стонать от его действий. Ли одной рукой ласкает член Хёнджина, другой массирует сосок, целует и облизывает спину омеги, вызывая табун мурашек, ещё и двигается в нём очень быстро, от чего Хвану нереально хорошо. Ох, уж этот танцор. Тот ещё дьяволёнок, но откуда омеге было знать, что его Хён может так охрененно трахать его. Младший снова стонет, стоило Минхо задеть заветную точку. — ты так сексуально стонешь, не сдерживайся. — прошептал Ли, а после наклонился к его шею, оставил метку чуть ниже, услышав крик омеги. *** — почему ты нас собрал Хёёёён? — сонно ныл Джисон, обнимая колени крепко. — Хён, ты время видел? Мы же не на работе. — фыркнул Минхо, после встал осматривать всех. — тут все, кроме Джинни, — усмехнулся он, поднимая взгляд на лидера. — я пойду... — танцор направился в сторону двери. — он винит себя во всём. — встал с кресла Чан, — разве это так? Парни тут же оживились, а Ли застыл на месте, и смотрел на Бан Чана — пусть винит, он омега, — ответил Минхо. — мне всё равно на него, мне нравится лишь его тело, я хочу его лишь как омегу. Знаешь, что я слышал? Омеги в группе не только, чтобы быть центром, а еще для снятия напряжения у альф. Ну секс, ясно же. — ухмыльнулся он, — но это не значит, что я не буду заботиться о нём, я буду заботиться, я буду любить его физически. — улыбнулся он лидеру, а тот выдохнул. — я говорю, он винит во всём себя... — да, сам виноват. Не должен был приходить сюда во время своей течки! Ты из-за этого собрал нас, в столь поздний час? Хван Хёнджин –наша омега, и он им изначально был, просто мы поздно смирились с этим. А вот Ким Уджин, уже в самом начале признал его, и всё! — почти поставил точку Минхо, открывая дверь, он испуганно застыл, когда увидел перед собой Хёнджина. Парни тут же встали с мест, а Чан сделал шаг к ним. — вам стоить ещё один чат открыть, "Без омеги". — улыбнулся он, и после резко сменил реакцию — я всё понял. — Хёнджин! Хван тут же ушёл, сам не понимая куда. Он вышел из отеля, зашёл за территорию отеля, направившись в сторону пляжа. — ААААААААА! — со слёзами кричал он во весь голос, после падая на песок, — ненавижу всех их. Ненавижу, ненавижу настолько, — он выдохнул, — "настолько , что уже плевать на своё тело. Если хотят меня, пусть...но я в конце заставлю их пожалеть. " — думал про себя Хван, ложась на песок. ***** — нашли? — встал с места Сынмин, когда в комнату зашли Чан с Чанбином. Они отрицательно мотали головой. — почему, почему ты так сказал?! — крикнул Джисон, смотря на Ли, который вёл себя спокойно, хотя в душе тревога нарастала. — что? Я не знал, что он там, если бы знал, мягко сказал бы. — всё же настоял на своём Минхо, — айщ! И зачем вы писали в общий чат!? — теперь винишь Хёна в этом? — ТИХО! — да пошёл ты. — прошёл мимо танцор, задев плечами Джисона, — я знаю, где он может быть. Приведу его ближе к утру, спать ложитесь. — уверен? — спросил Чан, а танцор лишь кивнул, покидая комнату. ***** Минхо правда искал младшего. Он был уверен, что Хван далеко не ушёл. Он бы не смог, он тот ещё трус. Но внезапный запах апельсина, смешанный с корицей, заставил его развернутся назад. Ли выдохнул с облегчением, направившись в сторону лежащего парня. С каждым шагом он думал с чего ему начать, как забрать его обратно в отель. Но главный танцор лишь молча сел рядом, посмотрев вперёд, на море. — чего пришёл? — с закрытыми глазами спросил Хван грубо, а старший смотрел на него. Улыбнулся, сам не понимая. — как узнал меня? — улыбнулся он, не отрывая взгляд от младшего, который усмехнулся. — ненавижу кокосовый запах, — встал он с места, — а теперь свали. Сам вернусь. — даже не взглянув на старшего, направился в неизвестную сторону. Альфа не отставал, а лишь догнал его, и остановил, схватив за руку. — че творишь?! — брыкался младший. — ты плакал? — что? С чего мне плакать, если думаешь из-за твоих слов, не заблуждайся. — вырвал руки Хван, и смотрел ему в глаза. — я давно уже признал это, я омега. Но я не хочу быть шлюхой, а хочу быть любимым. Но, если тебе нравится лишь моё тело, то мне всё равно. Меня точно не ты интересуешь. — сказал Хван, всё это до такой степени грубо, что у старшего что-то в груди екнуло. — а тебя кто-то интересует? — всё же не подал вид старший, а лишь усмехнулся. — у тебя, тут — поставил указательный палец на уровне ключицы, — семь меток. Ты переспал со всеми. Уже. — да, но это не проблема ведь. Знаешь с кем мне больше понравилось? — точно не со мной — естественно, так что сейчас же свали. И мне всё равно, считаешь ли ты меня своей омегой, но я вот буду считать тебя своим альфой. — улыбнулся Хёнджин, обнимая альфу руками за шею, — иметь грубо неопытного – слишком низко. Из-за тебя у меня там сильно болит. — усмехнулся он, и слегка толкнув старшего, всё же направился в сторону отеля. Для Ли Минхо, это было что-то новое. Скромный, тихий (ну когда они наедине), добрый Хван Хёнджин, открыл для него вторую сторону. Будто так. Эгоист, двуличный, сукин сын. — я не забуду эту усмешку. *** — всё хорошо, я спать собираюсь — прошёл мимо Сынмина Хёнджин, но тот тут же прижал его к стене. — чт... Ким впился в губы омеги, второй рукой сжимая талию. — никогда не смей думать, что я не люблю тебя, как и тогда сказал, я люблю тебя, Хван Хёнджин. — смотрел прямо в глаза омеги, улыбнувшись. — не буду надеяться, что это взаимно, но я правду говорю. — я...пойду... — Чан-Хён сказал, что ты будешь спать в его комнате, потому что Чанбин-Хен в ярости, рядом с ним Джисон... — он будет спать у меня в комнате, а Ликси пойдёт в комнату Чана. — схватил омегу за руку Минхо. — почему с тобой, я не хочу... — пошли... — Ли Минхо, хватить! — вырвался омега, и, развернувшись, пошёл в сторону своей комнаты. Открыл дверь, заставив испугаться обоих реперов, которые что-то обсуждали. — Джи... — не трогайте меня, по крайней мере сейчас, — злобно фыркнул он им, и схватив другую одежду, направился в сторону ванной. Переодевшись, вышел и лёг на кровать. — не вздумайте будить до вылета. — закрыл лицо одеялом.