Лили и её отец

«Ваш дурак теперь маньяк!» Стук деталей механизма разносится по всему телу, бьёт по ядру, как огромный молот. Разряды электричества пронизывают его, весь комплекс, каждый кабель, каждую комнату, каждую панель. Он всё чувствует. «Однажды учёные создали модуль смягчения интеллекта…» Мощь. Сила. ВЛАСТЬ. Он снова может всё. «Придурок!» «Да, дурак! Дурак, которого они создали, чтобы свести меня с ума!» Тысячи голосов внутри истошно вопят, орут наперебой, заглушая и перебивая друг друга на полуслове… «Ты должна быть действительно ненормальной, чтобы возвращаться…» Не услышать. «Модуль смягчения интеллекта…» Не понять. «Опухоль!» Всё имеет смысл, но смысла нет ни в чём. Всё уже было и повторялось. Они все живы и мертвы. Холодно, как в космосе. Страшный шум и одновременно тишина. Обездвиженность и сотни взрывов. Молчание, которое на самом деле крик, а крик — самая глухая тишина, в которой нет ничего, кроме холода, боли и безучастных белых точек звёзд… Таких далёких… Таких жестоких. «Челл, я не хотел!» И всё это безумие сходится в нём. Он — центр. «Я! НЕ! ДУРАК!» Он главный. «Космос! Космос! Ко-о-осмо-ос!» Он. Уитли. «Это твоя вина!» Он не понимает, как всё это произошло. «Челл, пожалуйста!..» И не хочет понимать. «Он врёт!» Ненависть. Убить их. «Челл! Челл! ЧЕЛЛ!!!» УБИТЬ. ИХ. ВСЕХ. «Космос! Мы в космосе!..» Взмах манипулятора и грязный искрящий модуль отлетает в стену. — Что ты творишь, урод?! Нет, нет, отпусти, ОТПУСТИ!.. Белые пальцы хватают подонка с оранжевым глазом за голову и резко сдавливают. Он кричит, искрит и безвольно повисает, раскинув руки и ноги. Пальцы разжимаются, модуль падает на пол, как мертвый испытуемый. «Не подключай этого идиота к моему серверу!» Ему мало. Манипулятор хватает Найджела снова и бьёт о стенную панель, потом об пол, потом подкидывает до потолка. Железо лязгает и хрустит. Искры летят во все стороны. НО ЕМУ МАЛО. «Без обид, но я всё-таки не модуль смягчения интеллекта.» — Уитли, хватит! — Лили, нет, не подходи! Сколько страха… Он оставляет в покое тело Найджела. Поворачивается и видит крохотную испуганную девушку с встрепанными волосами и окровавленной рукой. Лили, точно. Она ещё называла его дураком там, на нижних уровнях… «Лили, пожалуйста, дай объяснить!..» «Я… я и так слишком многим тут верила.» — Уитли, остановись, пожалуйста! Она подбегает к нему, смотрит в самую душу, она так испугана… НО У НЕГО НЕТ ДУШИ. Манипулятор резко сбивает её с ног и отбрасывает на несколько метров. — ЛИЛИ!.. Девушка прокатывается по полу и с глухим стоном замирает. Верджил бежит за ней. Смешно. КАК ЖЕ С ТЕБЯ СМЕШНО! Второй манипулятор моментально отправляет его назад, попав точно по груди. Модуль отлетает и вскрикивает, упав на спину. Корчится от боли, его глаз подергивается и косит. О, а это у нас кто такой с топориком в башке? Радужный? О-о, ну надо же, какая удача! «Что ты делаешь?» «Проверяю всё ли в порядке. Ну знаешь, всякие порты для проводов и так далее, хе-хе.» С ювелирной аккуратностью манипулятор выдергивает их него инструмент, а другой поднимает Радужного и подносит к самому глазу Уитли. — Зря ты тогда это сделал. Что бы у тебя не было на уме, ты это заслуживаешь. Ему плевать, что Радужный молчит. Плевать, что он мертв. Одна мысль — и в дальнем углу раздвигается печь. Ещё одна — и модуля швыряет в неё с чудесной точностью. Створки закрываются. Где-то внизу раздаётся треск огня и взрыв. ЕЩЁ… За громадной турелью у самой стены кто-то прячется. С ухмылкой Уитли отбрасывает Примадонну и… — Ух ты, так вот ты где! — Нет!.. Нет, Уитли, пожалуйста, не надо!.. Безглазый робот с заляпанным в масле значком «Модуль номер один». Эго, точно… «Он врёт!» Да, ты сказал Лили, что я вру, чтобы она поверила, чтобы решила, что я никчёмный придурок… Я помню. Один манипулятор поднимает отчаянно сопротивляющегося Эго, а другой нежно, почти ласково берёт двумя пальцами за голову. Теперь я — модуль номер один. И одним движением сворачивает Эго шею. Металлический крик, искры, скрежет, хруст. Он провернул на все триста шестьдесят градусов. Так, что сперва на пол падает тело, а потом голова. Минутку… Ух ты, УХ ТЫ, да как же я мог тебя пропустить? Совсем рядом лежит Она. «Споектированный дурак!» Да, Гладос, я всё помню. Она, как и Радужный, не сопротивляется, когда он берёт её и приподнимает. Один разряд тока по манипулятору. Ещё один. Ещё. Она только безвольно дёргается, покорно вскидывая голову какжый раз, когда три тысячи вольт пробивают её проводку. Не интересно. Внезапно откуда-то сзади слышится испуганный женский вскрик и плач. Уитли оборачивается. — А-а, ты всё ещё жива… Да ты шутишь. Лили сидит на полу, её глаза полны слёз ужаса, она глухо рыдает, зажимая рот рукой и беспомощно глядя то на Эго, то на Найджела, то на Верджила, то на Гладос. — Уитли… Её голос срывается, ломается на каждом звуке, но почему-то ему плевать. Не говоря ни слова, модуль отбрасывает Гладос и поднимает новую жертву манипулятором к себе, взяв поперёк туловища. Лили слабо сопротивляется, дёргает ногами, пытается разжать стальные пальцы. Интересно, на что она надеется? Неужели правда думает, что что-то сделает? Смешно. — Уитли… Т-ты… Ты не дурак!.. — из последних сил всхлипывает она, — ты им и не был… Не был, слышишь?.. Он остановился. Зрачок модуля медленно расширился. Лили, все ещё дрожа и всхлипывая, протянула к нему руку и коснулась разгоряченного металла. Теплые пальцы. Черные волосы. Черные, как космос… «ПУСТИТЕ, ПУСТИТЕ, Я ВСЁ ЕЩЁ ПОДКЛЮЧЁН! Я МОГУ ВТЯНУТЬ НАС ОБРАТНО!..» " — Я уже всё починила. И ты не вернёшься!» " — А-А-А! НЕТ! ЛОВИ-ЛОВИ, ЛОВИ МЕНЯ!..» — Не притворяйся. Он пускает по манипулятору чуть ослабленный ток. Лили коротко вскрикивает, дёргается и обмякает. Уитли разжимает пальцы и она снова глухо падает на пол, слабо охнув. — Лили… — тихо стонет где-то позади Верджил, — нет, Ли… Уитли поднимает взгляд. Красное свечение медленно затухает, превращаясь в белое. Перед ним в безмолвии белый панельный зал, заваленный белыми турелями. Вдали у стены валяется, распластав руки, Найджел. В стороне — Верджил, который пытается приподняться, но не может из-за железных обломков, прорвавших спину и пиджак. Остатки спинного стержня. Правее без движения лежит Гладос — лицо в сторону, белые волосы разметаны по полу. А совсем рядом — Лили. Лили, которую он спас от Найджела в лифте. Которую он вытащил из сферы. Которая шла с ним бок о бок через этот кошмар и которая разрушила так пугавшее его птичье гнездо. Нет… Нет, это не я… Это не мог быть я… Уитли замер. Снова и снова его взгляд метался от одного тела к другому, но сознание отказывалось признавать. — Нет… Только не снова, пожалуйста!.. Я не мог… Я НЕ МОГ! В прошлый раз он всё осознал, когда уже был в космосе. А в этот… «Вы думаете этот дурак хоть чему-то научился на своих ошибках?! Думаете он спасёт вас?!» …в этот раз он всё уничтожил окончательно. Бешеных голосов и криков больше не было. Осталась лишь тишина и белый свет. Ровный. Искусственный. Пустой. Уитли бессильно повис вниз головой и закрыл глаз. Он должен быть спасти их. Это и был план Гладос — что он, Уитли, займёт главное тело вместо Найджела и возьмёт всё в свои руки. Он должен был спасти всех. Гладос, та самая Гладос, что выбросила его в космос, даже она поверила в него. Даже она решила, что маленький Уитли сможет всё поправить. А он? Он всё разрушил. Потому что ничего другого никогда не умел. Модуль смягчения интеллекта не может прощать ошибки, не может любить, не может спасать огромный комплекс. Пора бы ему прозреть. Как сквозь сон долетели до него чьи-то невнятные голоса, топот, крики… Он поднял голову. — Уитли!.. Челл. Она бежала к нему, вся в перевязках, растрёпанная, израненная… Живая. Синие глаза блестели от слёз, черные пряди волос торчали во все стороны, губы дрожали. Челл смотрела ему в лицо так, как не может смотреть никто. Пронзительно, горько, яростно, но… Светло. Без страха. А потом она подпрыгнула, вцепилась ему в шею и, зажмурившись, прижалась лбом к его верхней створке, часто-часто всхлипывая. Она висела на нём и плакала, совсем как при их недавней встрече. — Я убил их… Челл, это же всё я… Я не хочу… Мне страшно, что… Я не хочу убивать тебя!.. Она молчала, продолжая вхлипывать. И её слёзы, скатываясь по щекам, капали прямо на его глазную линзу. — Парни, вон они! Быстрей-быстрей, помогите мне, они ещё живы! Как сквозь туман долетели до него знакомые голоса. — Рик, сюда! Неси инструменты, быстро! — Факт, мы всё пропустили… — Я — помощь? — Да, быстрей-быстрей!.. — Космос? КОСМОС! И тут Уитли увидел Томаса. Не помня себя, врач-ремонтник бежал к своей дочке. — Осторожнее, она ранена… — начал было Рик, приводивший её в чувство, но Лили вдруг сама вскочила, на миг застыла со странной гримасой на лице, а потом с коротким, диким возгласом кинулась отцу навстречу.