Сделав шаг в пропасть, уже не будет пути назад

      Пребывая в приятном расположении духа, коммунист сидел на кожаном диване, отстукивая пальцами по боковой части изделия, второй рукой поглаживая копну тёмных волос немца.       — Рей, я, конечно, понимаю, что ты уже хорошо обоснавался у меня, но не сильно ли ты оборзел? — с долей шутки спросил он, делая небольшой хвостик из чёлки Рейха       — Ну Союз, что ты опять о плохом спрашиваешь? Я думал, что ты меня любишь, потому приглашаешь меня сюда, а на деле... Ай, ай, ай, пользуешься моим телом и моей добротой! — наигранно замахнув рукой, парень резко повернул голову в сторону, смачно и громко шмыгая       — Не разыгрывай цирк, натоптышь от пятки       — Кто?! Я?! Да как ты смеешь меня так называть?! — тут же поднял голову, да хмуро и обиженно смотря на генерала, тыча пальцем в его грудь.       — Шучу ~ — хитро улыбнулся, чуть вытягивая губы, поцеловав в надутые губки возлюбленного       — Мх, умеешь ты успокоить — ухмыльнулся он, после утыкаясь головой в сильное и плотное плечо коммуниста, тяжко вздыхая — Знаешь... Возможно, сейчас я скажу глупость, но с Веймаром что — то не так… И...       — Волнуешься за него? Не думал, что ты на такое способен       — Союз! Я же сейчас реально обижусь!       — Всё, всё, истеричка... Успокойся. С чего ты взял, что с ним что-то случилось?       — Не знаю, на душе неспокойно. Да и когда я с ним в последний раз виделся, он сам не свой. Занят делом того полосатика. Да и насчёт твоей сестры какие — то думки тревожные строит       — Может просто заработался? Мне порой кажется, что он живёт в своём офисе. Может и гложит его эта мысль, ведь у него теперь... Девушка есть — заключил мужчина, потерев задумчиво переносицу       — Тут такое дело…       — Что ты натворил? — резко спросил большевик, уже со всей серьёзностью смотря на бледнеющее личико немца       — Когда мы с ним разбирались с делом США… Его все время, раздражал телефон и... Ему написывала твоя средняя сеструха… В общем, я ей начал отвечать… Эм, скинул парочку фоток… Думал, она поняла, что это пишет не Веймар… А, наверно… Не поняла, кхм... — волнение нарастало с каждым новым словом, Рейх вжимал шею, чувствуя, как капельки пота стекали по его лицу и спине.       — Твою же мать, Рейх! Ты знаешь, что натворил?! А если Аляска увидит эту переписку?! Ты головой думал?       — В тот момент, видимо, не очень… — сухо ухмыльнулся ариец, отведя в сторону взор       — Нам нужно встретиться с твоим братом, думаю, что тут что-то нечисто — дёрнул носом, обременительно массируя лобные складки.       — Успокойся для начала. Я знаю, что виноват, я признаю это!       — Это ты не мне должен объяснять, а своему брату. Знал же, что плохая идея тебя к нему отправлять, как обычно не послушал своё чутьё       Ариец огладил изгиб выпирающего плеча мужчины, плавно приблизившись к уху коммуснита — Тшшш...       — Не шикай мне тут       — Ну что ты так раскричался? Сейчас я позвоню ему и я исправлю, что натворил, обещаю       Рей недолго думаю, перекинул своё тело через колени большевика, укладываясь на них животом, да беря в руки телефон. Набирая знакомые цифры, он слегка закусил губу, понимая, что подобные шутки с его братом плохо кончаются, ведь с юмором у старшего всё глухо.       — Слушаю — прозвучало хрипло в трубку, Веймар не удосужился даже представиться, как он обычно делает       — Алло, можно мне генерала Веймара?       — Рейх, это я. Чего тебе?       — Ой, Вей? Я тебя и не узнал, богатым будешь!       — Не язви, чего надо, ты просто так мне не звонишь?       — Да ладно, ладно. Я с тобой хотел поговорить, можно ли мне сегодня к тебе приехать? Поверь, этот разговор очень важен и не смей меня игнорить! — немец уже ожидал душного ответа со стороны старшего и то, что он снова занят, но на этот раз ответ был отличным от предыдущих.       — Приезжай. В семь вечера жду в своём кабинете — хрипота голоса с каждым новым словом нарастала. В то время как сила звуковых волн нежного баритона сходила к минимуму, отчего и вовсе прекращалась на полуслове.       Не успел Рейх ответить, как тут же телефонный звонок прервался — Отключился... — задумчиво процедил младший, откладывая телефон.       — Ну что там?       — Он пригласил меня сегодня в семь вечера в его кабинет, но с ним что — то не то… Может заболел просто.       — Стоит надеяться, что это просто болезнь       Третий Рейх не раз цеплял себя на мысле, что он является самым ужасным братом, какого можно только выдумать. Зная статус и манеры старшего, он все равно умудрился вставить палки в колеса, пускай и в шуточной форме. Даже такого преступника, как он, может терзать совесть. Удивительно, но это работает только в отношении его родных и близких. Остальных он напрочь не переваривает и готов творить гадость сколько влезет.       — Мне стоит быть с тобой там?       — Если ты не будешь занят, то я бы не отказался от твоего присутствия. А то боюсь, что обратно я уже не вернусь. Буду лежать со сквозным отверстием в голове от его револьвера.       — Не нагнетай обстановку. Всё пройдёт хорошо, я уверен в этом. Из любой ситуации есть выход, не смотря на то, что он бывает трагичным, но не стоит отрицать, что этот исход и есть результат       — Возможно, ты и прав — тяжко вздохнув, немец оправил, упавший на лицо, локон волос, поднимаясь с нагретого местечка.       Рабочий день генерала Союза прошёл достаточно спокойно. Большую часть дня он находился в своём кабинете, разгребая отчётные бумаги, ведя активные споры с представителями бухгалтерии и некоторыми сотрудниками, которые пришли жаловаться на низкие премии. Но как говорится, кто как работал, тот так и получил. Блики розоватых зайчиков прыгали с полочки на полочку, скрываясь в тени больших предметов. Яркое солнышко, совсем недавно обогревающее людные улочки, также уходило за линию горизонта, забирая с собой своих фамильяров — пушистых розоватых кроликов, оставляющие последние яркие линии уходящего света. Воздушные облака рассеивались в стороны, озаряя ранние и тусклые звёздочки, что маленькими острыми ручонками натягивали ночную скатерть. Часы пробили в момент, когда большая стрелка достигла отметки 12, в то время, как маленькая прокалывая острым кончиком округлую шестёрку. Это могло означать лишь одно, что пора выдвигаться.       Дорога была неблизкая и потому приходилось зажимать педаль газа в момент свободных сегментов. Но с небольшим опозданием в минут тридцать двое влюблённых голубков уже подъезжали к полицейскому участку немецкого генерала — Волнуешься? — разорвал глубокий, но спокойный голос коммуниста, кратко перемещая взор в сторону соседнего сиденья.       — Немного. Мне кажется, что случилось что — то страшное и непоправимое       — Что я тебе говорил? Любую ситуацию можно исправить. Пускай и несильно, но можно       — Спасибо — искренне ответил ариец, отстёгивая ремень безопасности, так как машина остановила свой ход и припарковалась — Не уходи от меня далеко, прошу тебя       — Не уйду       Третий шумно вобрал воздух, резко его выдыхая, окончательно покинув авто. Руки покрылись капельками пота, а сердце участило свой ритм, но крупная рука, огладившая маленькое плечо, помогло ненадолго отвлечься от поступающей паники — Пойдём, а то мы и так опоздали       Рей кивнул, тут же направляясь в помещение. В офисе уже никого не было. Дневная смена ушла домой, ночная же пошла на вечерний патруль местности, потому было намного проще пробраться в кабинет генерала, без сопровождений вопросительных глаз. Стоило им подняться на этаж выше, как перед ним красовалась та самая дверь, что была им необходима. Рейх продолжительное время смотрел в железный корпус двери, не решаясь даже вытянуть руку, но в один момент раздался стук массивной кистью и дверь была открыта коммунистом — Генерал Веймар, можно? А то мы бы ещё долгое время стояли за дверью       Кабинет Веймарской Республики было не узнать. Зная насколько старший немец чистоплотный, он бы не допустил подобного разврата помещения, в котором он пребывает чуть ли не сутками. От входной двери и до самого стола наблюдалась дорожка из пустых одноразовых стаканчиков кофе из биоматериала, они лежали в хаотичном порядке и их количество превышало отметки двадцати. Некоторые клочки бумаги затесались под диванчик, скорее всего этому поспособствовал ветерок, что исходил из открытого настежь окна, которое не закрывали продолжительное время, ведь крупицы пыли плотно въелись в поверхность подоконика. На рабочем столе царил такой же хаос: скопище папок, бумаг, цветных стикеров с различными пометками и извечно работающий компьютер с картой местности и мелкими точками навигации.       — Вы опоздали, но ничего… Вам повезло, что я сегодня в ночную смену — на этот раз голос был куда тише и слабее, чем был утром. Взъерошенные пепельно — белые локоны упали на спинку стула, они уже не были собраны в хвост, лишь беспорядочно колыхаясь в потоке прохладного воздуха. Белоснежный китель висел на спинке стула, в то время как отвернутый от всех немец восседал на троне в одной чёрной рубашке из тонкого хлопка и брюках — Зачем я вам понадобился?       — Вей, повернись к нам — тут же потребовал младший немец, явно осознавая, что его предчувствие не подводило, что — то случилось       — Это вам не к чему. Говори зачем я тебе понадобился — все с той же ноткой в голосе твердил парень, вникая туманным взором в окно.       — Я не намерен разговаривать с тобой, когда ты меня не слушаешь! — уже более напористо сказал Рейх, приближаясь к стулу, на котором и сидел его брат.       Резким рывком он развернул стул, увидев перед собой труп, по другому увиденное не назвать. Бледное, мраморное лицо безэмоционально смотрело сквозь тело Рея. Потухшие глаза с серым отливом лишь придавали этой картине безнадежность и мертвенность. Огромные чёрные круги выдавали, что их хозяин явно не спал несколько ночей, взращивая подобный урожай. Плечи осунулись, отчего утратилась грандиозная и гордая осанка, которой он придерживался, не смотря на усталость. Приоткрытые уста тяжко выдыхали поток воздуха, отчего губы покрылись плотным панцирем сухой корочки. Красные хрусталики, немного опухшие веки, его тело кричало о помощи, но безмолвные уста гордо молчали, смыкая душевные терзания.       — В-Вей? Ты… Ты плакал? Что случилось?! — уже более эмоционально и встревоженно спросил Рейх, впиваясь пальцами в ослабевшие плечи, начиная трясти генерала, но потом лишь с горьким криком, он примкнул к его груди, крепко вжимаясь — Прости… Прости, это во всём виноват я! Только я!       Коммуснит уже не смог сдерживать себя и потому поспешил тут же отцепить «совестного» братца — Рей, успокойся, дай ему хоть слово сказать!       — Рей, что ты такое говоришь? Здесь виноват только я…       — Нет! Нет! Я... Я писал той девке, чтоб просто позабавиться, но я не знал, что всё так обернётся! Я думал, что она поймёт, что это был не ты!       — Я утратил блеск её красивых глаз. Лишь маленькое напоминание даровано мне, как утешение…       — Но, видимо, она влюбилась в тебя по-уши, что даже и не заметила подвоха, прости!       — Мне стоило уделять ей больше внимания… Это лишь моя вина…       — Прости!       — Я ужасен…       — А ну заткнулись оба! — не выдержал коммунист, смачно хлопнув рукой о столешницу — Устроили тут девичьи сопли! Да вы даже не слышите друг друга! Один говорит, что он виноват, решил поиграться с влюблённой девкой! Другой твердит, что он утратил самое дорогое! Да вы хоть для начала друг друга послушайте! — большевик начал набирать обороты — Веймар, ты же знаешь Рейха, он пришибленный на голову и потому совсем не думает ею, когда следует. Ну написал он моей средней сестре с твоего телефона, ладно бы он тебе об этом сказал, но нет, он как обычно, наделает делов, а потом по — тихому смоется! Да, тут его вина есть. Он перед тобой извинился, прекрасно, значит, не всё потеряно. Но ты, Веймар, взрослый парень, ну будь хоть ты вменяемым! Ну потерял ты мою сестру, я знаю, что у вас что — то случилось, от меня поверь очень сложно что — то утаить       — Т-ты... Ты её видел?!       — Да, видел       — Я прочесал весь свой участок в надежде её найти, а ты оказывается знал её местонахождение?! Совет, так дела не делаются!       — Заметь не я заварил эту кашу, так что тебе её и расхлебывать. Но я тебе не скажу, где она находится, пока что ты не в нужной форме, чтоб с ней разговаривать       — Совет! Не играй с огнём! Я уже две недели не нахожу о ней и весточки, а ты мне говоришь, что ещё не время?!       — Для начала приведи себя в порядок. Совсем уже запустил себя, приберись хоть тут. А уж потом может я тебе чего и скажу, если посчитаю нужным. И да, после того как будешь готов, я отвезу тебя к знакомому лекарю, он то тебя и подлатает, а то совсем раскис, не хочется, чтоб Аля тебя видела в подобном обличие, испугается ещё — ухмыльнулся он, придерживая одной рукой второго немца.       — Не смешно, но тут ты прав. Сильно я себя запустил, стоит мне немного прийти в форму. От лекаря я, пожалуй, откажусь       — Отказа не принимаю. Он сделает из тебя такую конфетку, что все твои картофельные мешки под глазами сойдут в считанные дни       — Тц, ладно. Не буду возражать. Могу я завтра к тебе подъехать? Сейчас... Сейчас мне стоит заняться уборкой       — Конечно, я тебя не тороплю. Я то с Аляской могу видеться, хоть каждый день, в отличие от некоторых       — Если тебя этой язвительностью заразил мой братец, то ты скажи, я вмиг перекрою этот «недуг» — более хмуро и мрачно посмотрел в сторону своего младшего брата, отчего второй лишь тихо пискнул, явно понимая, что живость в тело вернулось, но явно не ему на руку       — На этот счёт не волнуйся, сам разберусь. Ладно, думаю, мы всё выяснили, да?       — Да. Я честно не думал, что так всё получится!       — Я даже и не удивлён. Зато теперь мне многое стало понятно. И если с Алей все хорошо, то меня это радует. Я должен ей всё объяснить       — Ну что ж, Ромео, не отвлекаем от великих дел. Завтра жду у себя, будем наконец делать из тебя человека. На Рейха уже даже надеяться не стоит, из него дурь уже не выкинет ни один лекарь       — Эй! Я всё слышу!       Спокойный и расслабленный смех сошёл с уст старшего, отчего лёгкий румянец укрыл бледные щеки, наконец, лицо приобрело чуть больше живых красок — Это ты верно подметил, Совет. Эх, как же все-таки не хватало мне вашего присутствия… Благодарю       — Не стоит, это всё Рейх и его плохое предчувствие. Если бы не оно, то сидел бы ты здесь очень долго       — Скорее всего, если бы мысли дошли до критичной точки, то, возможно, уже лежал бы под окнами своего кабинета       — Так, без этой херни, ладно? — прервал коммунист, уходя в сторону двери — Готовься, завтра у тебя очень важный день, отнесись к нему со всей ответственностью, генерал Веймарская Республика!       — Так точно! — отдал честь Вей, напоследок ухмыльнувшись.       За последние две недели проживания в семье азиатов, Аля научилась пользоваться палочками и даже опробовала есть ими разного рода блюда. Всё же, что господин Китай, что госпожа ЯИ готовят великолепно — «Вот бы Вей попробовал их готовку, он бы точно также, как и я, влюбился бы в неё» — подумала Аляска, прижав к себе палочки, которыми она хотела подцепить кусочек красной рыбки.       — В чем дело, Аля, сердце колит? — вдруг поинтересовалась Яш, явно понимая состояние своей подруги. Ведь в такие моменты она вспоминала себя, когда томительное и жестокое ожидание вонзало острые клинки в любящее сердце, в то время, когда возлюбленный был далеко       — Нет, нет, все хорошо. Я просто задумалась, ахаха! — неловко посмеялась она, все же выцепляя кусочек рыбки, тут же помещая в рот — Ммм, вкуснотища!       — Да, наша милая Яш — великая ценительница рыбной продукции, так что я даже и не удивлён, что любое блюдо — сплошное произведение искусства — вымолвил Китай, приподнимаясь с подушечки, на которой раннее сидел       — Ой, милый, ну не смущай меня! — тихо хихикнула японочка, оглаживая округленький животик — М? Нам кто — то звонит?       — Есть такое, надеюсь, что не реклама ножей — посмеялся азиат, беря телефон и тут же подключая звонок — Китайская Народная Республика слушает вас… М? Совет? Давненько ты нам не звонил. Ага… Понял. Да без проблем, что ты уж!       Пока Китай разговаривал по телефону, Аляска вновь погрузилась в мысли. Со своей порцией она уже давно закончила, потому ей ничего не оставалось, как дожидаться пока доест её подружка.       — Яш, у меня хорошие для тебя новости!       — М? — с набитым ртом промычала она, повернув голову в сторону парня       — Сегодня у нас гости. Совет приедет, привезёт «больного» товарища, как он объяснил, выглядит тот.... Крайне печально       — Ох. Что с ним случилось?       — Сам не знаю, но Совет сказал, что работка мне под силу, так что… Разберёмся       — К вам привозят больных людей? — поинтересовалась Аля, собирая грязную посуду со столика       — Ну я же лекарь, конечно. Правда, они более одного дня не задерживаются, так как не могут вынести натиска гостеприимства ЯИ — посмеялся китаец, приобняв свою женушку.       — Не ври! Ты вспомни, как мы их порой выталкиваем силой из дома!       — Не будь так критична к бездомным людям, им просто нравится наш ночлег       — Они просто пьяницы! Не оправдывай их       — Хорошо, хорошо, не буду, хи-хи       — Какая же вы всё же милая пара, уже не терпится увидеть ваших детишек — ярко улыбалась Аляска, складывая посуду в мойку.       — А мне очень хотелось бы посмотреть на твоих с тем генералом — съехидничала Яш, хитро посмотрев на подружку       — Яш! Не поясничай!       — Ладно, ладно, молчу       — Я о чём — то не знаю?       — Нет, нет, милый, это так девичьи разговоры       Китай лишь смиренно улыбнулся, поцеловав маленький носик Яш несколько раз, после чего поспешил в свой кабинет — Я пока что пойду поработаю, если вдруг кто — то постучится, то можете открыть дверь? Совет сказал, что совсем скоро они приедут       — Конечно, родной, откроем, как раз можем чем — нибудь и угостить гостей, а то вдруг голодны       — Да ты ж моя бусинка, только сильно не напрягайтесь девочки, а то мне будет крайне совестно, что я заставил вас работать       — Ну всё, всё, иди работай! — с улыбкой на лице, Яш слегка пихала своего муженька в сторону кабинета       — Ах, уже выгоняют! — наигранно процедил азиат, после лишь бегло посмеявшись, скрываясь за деревянной дверью.       — Надеюсь, что я вам несильно надоедаю, а то живу у вас две недели, как — то сильно долго для приёма друзей       — Не говори глупостей, ты нам ни капельки не мешаешь. Тем более мы должны удосужиться, что тебе стало легче — это часть нашей терапии, не забывай об этом       — Хорошо, спасибо тебе, Яш, спасибо вам, что принимаете меня и помогаете обрести спокойствие — Аляска аккуратно подошла к японке, крепко обняв её, на что получила подобную реакцию.       — Может быть... Сегодняшний день станет для тебя важным… — тихо прошептала Яш, после отстранившись — Ну все! Давай готовится к гостям, мы с тобой ещё успеем поговорить ночью, как мы это любим, хи-хи       Настенные часы без какого — либо интереса наблюдали за суетливой деятельностью девушек, бесцеременно продолжая двигать стрелки вперёд. Хороший и тёплый денёк уже подходил к концу, что можно было сказать, по свечению фонарей в садике возле дома и красивому разлитому закату, что простирался на голубовато-синем небосводе. Девушки даже не заметили, как прошло около двух часов, пока их не отвлек стук во входную дверь — А? Не уж то гости удосужили нас посетить? — с задороной улыбочкой процедила Яш, аккуратно подбегая к двери и открывая её — Генерал Союз, здравствуйте! Как же я вас давно не видела!       — Здравствуй, здравствуй, вижу, что ты в хорошем настроении, это очень важно в твоём положении, Китай не обижает?       — Да что вы?! Он меня холит и лелеит, как хрустальную вазу! А вы такое наговариваете на него!       — Да шучу я, ахаха! Я к вам не один, вот знакомься. Лучший генерал столетия, если бы ты работала у него, то он тебе такую взбучку устроил бы, он у нас строгих правил — Вау! У вас наверняка порядок на участке, господин… — Яш немного замялась — Веймарская Республика — Приятного познакомиться, господин Веймарская... А?! Как?! — тут же встрепенулась девушка, вдруг вспомнив это имя — Ох, какая все же... Неожиданная встреча — Мы разве с вами были знакомы, честно не припомню — процедил Веймар, немного неловко отведя взор уставших глаз. На этот раз его волосы были собраны в красивый шелковистый хвостик, отчего пепельный отлив волос переплетался с лучиками вечернего солнца. Лицо наконец приобрело живую мимику, но сохранялись отпечатки усталости, безнадежности и огорчения. Одет генерал был солидно — чёрные брюки, чуть темнее оттенка рубашка, застегнутая на все пуговицы, не считая одной верхней, которая плотно обволакивала выпирающий кадык. На плечи накинуто крупное и тяжёлое пальто цвета шоколада со множеством красивых, глянцевых пуговиц. На ногах красовались ботинки с вытянутыми носками.       — Я просто о вас слышала, все же вы личность известная, хах — неловко почесав затылок, Яш ощутила как кто — то дотронулся до её поясницы, аккуратно отведя в сторону.       — Ну что ты так засуетилась, моя дорогая, испугалась наших гостей? — любовно шептал ей на ушко Китай — Иди пока посиди в комнате, думаю, наша гостья тоже сейчас там       — Д-да, хорошо, милый, я скоро к вам подойду, только решу несколько важных дел! — Яш даже и не заметила, как ноги смогли в короткий срок переместить её из одного конца особняка в другой, все же стресс порой творит чудеса. Открывая дверь, ведущую в комнату Али, она заметила, как девушка сидела в уголке на матрасике для сна, крепко обнимая подушку, впиваясь тонкими пальчиками в образовавшиеся складки — Аля?..       — Там «он»?..       — Мх, да… Там он. Может это шанс с ним поговорить?       — Я не могу. Я ушла от него так внезапно, что… Мне просто стыдно будет смотреть ему в глаза после этого...       — Алечка… — ЯИ аккуратно подошла к ней, присев рядышком и приобняв одной рукой — Мы же с тобой это уже обсуждали. Вам нужно просто поговорить, тем более смотри, он пришёл! Это хороший знак!       — Его сюда привели. А вдруг он просто приболел? И Союз его просто сюда привёл?       — Генерал прекрасно знает, каких людей принимает Китай. Если бы это была обычная простуда, то он мог просто обратится в больницу. А если он привёл его сюда, значит с ним случилось что — то серьёзное       — От этого мне становится ещё тяжелее. Ведь я чувствую, что виновата здесь только я       — Отбрось эти мысли, давай лучше проследим за ними? Тихонько послушаем, о чем они беседуют, м?       — А если заметят?       — А мы тихо, поверь, я знаю, несколько мест, про которые они даже и не знают.       — Хорошо… Можно попробовать — неохотно ответила девушка, закрывая немного оголенное плечико частью кимоно.       Две юные разведчицы посидели ещё какое — то время, после чего тихонько, на — цыпочках поспешили покинуть команту, перебирая ножками по половицам, которые чуток поскрипывали, но разговоры мужчин перекрывали любые скрипы, в особенности, громкий бас коммуниста, который разговаривал больше всех. ЯИ и Аляска присели за тумбочкой с красивым букетом цветов, отчего вероятность их раскрытия была крайне мала.       За столом с маленькими ножками сидели три силуэта — активный разговорчик, который не раз жестикулировал, в лице Союза. Активный слушатель, сидящей в вальяжной позе, в лице Китая. И потерянная фигура, что упирала голову об руку, да попивала зелёной чай из маленькой чашечки, в лице Веймара.       — «Исхудал, родненький… Что же я наделала?» — подумала Аля, отводя взор в сторону, но после вновь возвращая на родное личико, как же оно мило. И как она могла только подумать, что такой человек, как Веймар, мог причинить ей столько боли — «Может я ошиблась? Может Яш права? И я просто себе всё надумала?..»       — Ох, Совет ну ты меня, конечно, заболтал, хах — вымолвил Китай, чуть обтерев уголок глаза — Но мне все же стоит сначала поговорить с нашим гостем. Господин Веймарская Республика, что же вас привело ко мне?       — Честно, меня сюда затащили силой. Я лично хотел продолжать работу, но генерал Союз… Резко изменил мои планы — допив последние капли чая, он лишь потёр переносицу, чуть хмуря брови       — Мне кажется, не смотря на то, что вас сюда притащили, помощь вам необходима       — Конечно, нужна! Ты глянь на его мешки под глазами! Это он не спал! Всё Аляску искал, дурень, мог бы мне позвонить       — Совет, не выносил сор из избы, я прошу тебя.       — А зачем вы её искали, господин Веймар? Насколько мне известно, она законопослушная девушка       — Она самосовершенство, которое я умудрился потерять… — более тихо вымолвил он, потирая висок, да склоняя голову — Я искал её 14 дней, но она скрылась с моих глаз. Благо с ней все хорошо, я уж думал, что она попала в руки того американца или вовсе погибла, я бы себе такого не простил       — Вы её сильно любите?       — Очень, всем сердцем! — тут же заявил немец, впиваясь взором в глаза азиата — Мне очень жаль, что мой брат решил позабавиться с моим телефоном. Знал же, что этому прохвосту нельзя ничего давать в руки!       — А что же случилось?       — Да, Рей решил позабавиться и начал писать моей средней сестре от лица Веймара. А та глупышка уши распустила и не поняла, что это писал Рейх, а не генерал. Видимо, потом эта переписка попала в руки Аляске и… Случилось недопонимание       — Но можно было бы всё обсудить, разве нет? — поинтересовался Китай, переводя взор вновь на второго генерала       — Конечно, можно. Но тут сработала моя неопытность. Я раньше не состоял в отношениях и привык отдаваться только работе. Но когда в моей жизни появилась Алечка, я понял, что жизнь, что была до этого… Это просто серые дни, совсем не значащие для меня. Я должен был беречь её, как нежный цветок, а в итоге вновь утонул в работе, тем самым упустив её. Моё солнышко, мой цветочек…       Тихий всхлип донёсся со стороны тёмного уголка. Кристальные слёзки стекали по красненькому личику Али, а губки жадно сжимались, чтоб не выдавать свое месторасположение. Тонкие пальчики обтирали влажные глазки с густыми ресницами, ножки судорожно поджались и тело девушки окончательно измякло — В-Вей… — шептала она, ощущая, как руки ЯИ помогли ей подняться.       — Пойдём в комнату — тихо сказала она, после чего она заметила взор своего мужа       — Яш, золотце моё, и долго вы там собирались сидеть? Пол не лучшее место, он же твёрдый и холодный. Идите к нам — улыбка не сходила с хитрого лица азиата, в то время как взор Веймара устремился на другую девушку.       Утонченный силуэт, прямые с небольшой волной волосы со сливовым отливом, фиолетовое кимоно, что так грациозно сидело на ней, только больше добавляло красок юной диве — Аля?.. — девушка резко повернула голову в сторону генерала, тут же испуганно вырываясь из хватки подруги, убегая в свою комнату — Аля! Стой! — Веймар поднялся с пола, тут же выбегая из помещения.       — Последняя дверь — ваше лекарство — отпив глоток чая, процедил Китай, подзывая к себе ЯИ, которая немного обеспокоенно подсела к нему — Не волнуйся, они сами разберутся — шепнул его, приобняв за талию — Совет, ещё чаю?       Веймар стучал каблуками о деревянный паркет, приближаясь к той самой заветной двери, тут же хватаясь за ручку, но дверь не поддаётся его силе — заперто.       — Аляска, дорогая, открой! Прошу тебя, дай мне всё объяснить! — парень начал более активно дёргать ручку, прижимаясь плотнее к двери       — Н-нет! Нам больше не о чем разговаривать!..       — А-Аля… Прошу тебя! — он продолжала дёргать ручку, опускаясь на колени, говоря через щелку — Я тебе не изменял, это была проделка Рейха, я могу тебе доказать, я люблю только тебя!       — Н-не любишь! — за дверью начал доносится тихий плач, девушка не скрывала всей горечи и боли, что она успела себе навеять — Т-ты только и занят своей работой, а на меня даже нет времени! — крик переходил на плач, что только с новой силой нарастал.       Глаза Веймара слезились, отчего несколько ручейков сошли с покрасневших век — Я знаю, что виноват. Но позволь мне все исправить, прошу тебя! — по-сильнее дернув ручку, произошёл щелчок по ту сторону двери, вследствие чего дверь с резким хлопком открылась. Веймар под действием силы тяжести поддался вперёд, тут же наваливаясь на девушку, что уже чуть ли не лежала на полу, пока над ней возвышалась величественная фигура генерала       — Т-ты правда меня любишь?.. Ответь мне, только честно, не лги… Я приму любой ответ — но это была грубая ложь, отчего она нахмурила бровки и со всей силы ударила рукой о плотный паркет — Нет, я хочу, чтоб ты любил меня! Я не хочу, чтоб ты уходил от меня! Ты мне нужен, только ты! Я никого другого не приму! Только тебя моё сердце ласкает! Ждёт! — истерика вновь переходила в плач, но она тут же по-утихла, когда почувствовала на своих губах чужие, нет… Родные, тёплые губы.       Веймар крепко схватил ручки девицы, лаская их собственными ладонями, в то время как его губы нежно касались её, одаривая ненасытной нежностью и страстью, что накопились за время разлуки. Ловкие ручки ускользнули из цепких мужских лап, тут же обхватывая мощную шею, впиваясь пальчиками в нежные и мягкие волосы. Увы, но столь долгий поцелуй не мог длиться вечно и потому Веймар неспеша отстранился от мягких уст девушки, приоткрывая глаза — Я люблю тебя и это не обсуждается, Аленька       — Вей, прости меня, что я тебя оставила. Я поступила так глупо, я такая дурочка!       — Тшшшш, я тоже виноват, все мы совершаем ошибки. Но впредь давай будем обо всем говорить, хорошо? — с нежной улыбкой он коснулся её носика собственным, немного потеревшись — Я думал, что потерял тебя… — прошептал он, опуская голову на её грудь, вдыхая душистый запах цветов, а как же была мягка её грудь, словами не передать — Ты так прекрасна, как я мог допустить подобное?.. Всё, больше не отпущу — решительно заявил он, поднимаясь и приподнимая за собой Аляску, усаживая на свои колени.       Растрепанные волосы с фиолетовым отливом плавно улеглись на плечах, немного прикрывая оголенную грудь, отчего девушка смутилась, отводя взор в сторону — Клинья кимоно все время сплозают с моих плеч, как же стыдно       — Не стесняйся меня, ты прекрасна… Афродита моих снов — оставил кратенький поцелуй в сочленении между ключицами       — Не смущай меня, дурак! — тихо посмеялась девица, прикрывая рукой свою смущенную улыбку. Поцеловав несколько пальчиков, она тут же коснулась ими губ парня, плавно проведя по щекам, поднимаясь до самых висков — Бедненький… Тебе стоит высыпаться. Сегодня ты точно будешь спать и это не обсуждается!       Влюблённый и мечтательный взор не сходил с объекта обожания, любое её действие будоражило кровь, вызывая эрекцию кожи, плавно разливающуюся по спине и шеи. Веймар не мог до конца поверить своему счастью. Он наконец её нашел, ту, что дурманила его голову, чей подарок он каждую ночь держал у сердца, выискивая любой удобный случай, чтоб найти её. Он полностью отдал ей свое сердце, свою душу, теперь он принадлежит только ей, а она только ему. Это непоколебимая аксиома, которую он плотно вывел, словно клеймо, в своём сердце.       Но столь интимную идиллию прервали гости, которые слушали все это представление на другом конце коридора. Китай, Яш и Совет лишь довольно смотрели на результат проделанной работы, каждый знал, что их нужно вновь свести, каждый знал что они должны быть вместе, они стоят друг друга.       — Ну что ж, голубки, когда свадебку играть будем? — съехидничал Совет       — Союз, не торопи событие — ответил Веймар, приподнимаясь, продолжая держать на руках свою возлюбленную.       — Ну как вам помогла наша «терапия»? — поинтересовался Китай       — Ещё как, господин Китай       — Эх, очень жаль, что ты уедешь от нас. Я снова буду одна       — Ну что ты, Яш, я могу тебя навещать. Обещаю, что я про тебя не забуду и про господина Китая тоже, вы самые лучшие — радостно заявила Аляска, лишь по-крепче обвив шею генерала, чтоб не упасть.       — Благодарю за столь тёплые слова, мисс Аляска. А сейчас я предлагаю хорошенько выпить за столь радостное событие и пойти спать. Сон — лучшее лекарство       — О, отметить дело я в радость — ответил коммунист, тут же направляясь на кухню, где уже все было накрыто.       — Ты точно будешь пить, Аля, мне кажется, азиатские напитки намного крепче       — Не боись, генерал она уже умудрилась осушить пузырь сакэ — хихикнула Яш, тут же убегая со своим муженьком на кухню.       — Удивительно — хитро глянул на Аляску, отчего та даже не изменилась в лице, лишь с позором приняв тот факт, что выпить порой она любит.       Дружеская и непринуждённая посиделка длилась до самой глубокой ночи, никто даже и не заметил, как время ушло вместе с содержимым двух бутылок. Лишь одна Яш была трезва и помогала убираться на столе, уводя немного шатающихся гостей по комнатам — Ух, главное, чтоб никто на меня не упал — Китай был достойно крепок, по одному его виду нельзя было сказать, что он пьян, но если он начнёт говорить, то вся секретность тут же испарится.       — Пузатик мой, пойдём в кроватку, я так хочу тебя хорошенько потискать ~       — За пузатика я тебе ещё припомню утром, а так, идём, идём, а то совсем на ногах уже не стоишь       Аляска и Веймар довольно аккуратно и спокойно дошли до своей комнаты, но стоило им зайти в помещение и закрыть дверь, как тут же Аля прижала парня к закрытой двери, наваливаясь на него — В-Вей ~ а тебе говорили, что ты чертовски сексуальный?       — Нет, не доводилось слышать? ~       — Хах! Тогда я могу смело заявить, что они все слепые, раз не развидели в тебе такое качество — ехидно и пьяненько улыбалась она, расстегивая пуговицы его тонкой рубашки, оставив несколько поцелуев на груди       — Мх, моя девочка разыгралась? ~ — закусив губу, парень уложил руки на её талию, плавно опускаясь на мягкие ягодицы       — Я просто хочу тебя поцеловать, милый ~ — срывающийся голос ещё больше будоражил фантазию генерала, отчего тот резко отстранил девушку, в быстром темпе укладывая её на матрасик — Ох! Какой ты шустрый ~ — колено девушки немного приподнялось, можно было ощутить плотный бугорок, что скрывался под тканью брюк.       — Солнце, аккуратней, я же все — таки уже возбужден — сквозь стиснутые зубы процедил парень, стягивая лёгкое кимоно, после чего ему предстал красивый вид объёмной груди с твёрдыми, выпирающими сосочками       Девушка вмиг покраснела, словно спелый помидор, поспешив закрыть обнажённое тело, но это действие быстро пресекла рука, что ухватилась за запястье женской руки — Не бойся, все хорошо — шептал юноша, обволакивая губами нежный и чувствительный сосок, прикусывая его губами.       — В-вей… Ах! — спинка судорожно тянула, отчего поясничка прогибалась в крутом изгибе. Внизу всё сжалось, а колено продолжало ощущать твёрдость агрегата — Милый, подожди…! — но парень только массивнее налегал на женскую грудь, с причмокиванием оставляя багровые пятнышки на мягкой и нежной коже. В то время, как рука уже растегнула ширинку брюк, приспуская вместе с нижним бельём.       — Аля, ты просто чудо ~ — выпрямляясь в спине, Веймар приспустил ещё немного свои брюки, высвобождая наружу крупный эрогированный член. Аляска ещё более смутилась, закрывая лицо руками.       — Прости, Веймар! Прости!       — В чем дело, родная?       — Я… Я просто, мх.... Прости, я пока не готова!       — Тебе "он" не понравился?... — с ноткой настороженности и огорчения процедил генерал.       — Нет! Мне все нравится, я просто… Просто пока не готова его принять! Господи, как же стыдно! — ножки сомкнулись в коленочках, девушка поспешила запахнуть свои груди тканью одежды, отводя взор в сторону.       Веймар ничего не ответил, лишь вновь аккуратно натянул на себя трусы, а брюки окончательно снял, все равно готовились ко сну, зачем спать в них? Приблизившись к возлюбленной, он заключил её в свои объятия, прижимая к себе плотнее — Успокойся, я могу подождать, правда       — Ты несильно обижен? Мне нужно время… Я не могу так сходу…       — Обижен? Пф, на это даже обижаться не стоит, я тебя люблю, даже если у нас и не будет секса, я тебя любить не перестану       — Спасибо, ты самый лучший мужчина, которого я встречала… Спасибо, милый — утыкаясь носом в его шею, она вбирала аромат его тела, его одеколона, стягивая с него рубашку и отправляя её к брюкам — Давай будем ложиться спать?       — Давай. Я наконец смогу обнять тебя во сне и мне не будет боязно тебя потерять, потому что я буду чувствовать тебя, твоё тепло — укладываясь рядышком со своей барышней, генерал натянул одеяло, укутывая сначала Аляску, а затем уже и себя, крепко обнимая тонкую талию, утыкая её личико в свою грудь — Я буду защитником твоих снов, спи спокойно, моя радость       — Спокойной ночи, любимый, наконец — то… Ты рядом.