Вдохновение

Вернувшись в свою квартиру, я благодарил и проклинал судьбу одновременно. Благодарил за то, что больше не встречался за этот день с особой по имени Кристина. Проклинал за то же. Ведь с каждой минутой, которая отдаляла меня от памятной встречи, мне все больше и больше хотелось заполучить новую. Придя домой, я сразу сбросил верхнюю одежду и сумку, достав прежде из неё, уже ставший любимым, портрет и быстрым шагом направился на балкон. Творить. Я разложил мольберт, достал из плетёного ящика свои любимые пастельные мелки. Прикрепил к мольберту нужную акварельную бумагу, формата А2, а сверху на кнопку прицепил лист бумаги, с которого на меня смотрели большие, округлённые глаза. Я начал рисовать. Если вы думаете, что я снова стал рисовать портрет Кристины, вы глубоко заблуждаетесь. Я начал рисовать то, что видел в ее глазах. То, о чем мне могла рассказать ее душа. Я рисовал осенний лес. Почему именно лес? Я и сам не знаю. Но в тот момент мне казалось, что именно на него была похожа эта девушка. Такая же спокойная и загадочная. Будто так и манит, зайти поглубже в лесную чащу. И остаться там навсегда. Осень в этом лесу только наступила, поэтому редко можно встретить пожелтевшие листья, но мрачность картины сразу намекает смотрящему, что лето уже позади, а впереди дождливая осень, а после неё холодна зима. Я рисовал, борясь с тем, чтобы не изобразить на картине какую-нибудь лесную нимфу, которая манит путника своей тонкой и бледной рукой, зайти дальше в лес. Будто приглашает посидеть возле костра, попить чай с лесными травами и послушать древние Сибирские сказки, об осенних эльфах, которых можно встретить за пожелтевшими листьями кустов, но путник понимает, что ни костёр, ни чай, ни сказки, не ждут его в лесной глуши. Возможно, такие же лесные нимфы уже организовали на него засаду и ждут, когда же одурманенный их чарами странник забредёт к ним на огонёк. Я не нарисовал никаких нимф, но сама атмосфера леса, изображённого на акварельной бумаге пастельными мелками, навевала те самые чувства, заблудшего путника, который надеясь вскоре найти выход, заходит все дальше в чащу. Я любил пейзажи и часто рисовал их, ещё когда был полон вдохновения и таланта. Но я был уверен, что ещё не один пейзаж не получался у меня настолько хорошо. Я даже понемногу сам начал бояться этих лесных дебрей. Как и сама Кристина, они пугали, но и неописуемо манили своей загадочной и необычной красотой. ***** Совсем недавно Кристина заселилась в квартиру на 16 этаже 20-этажного дома, недалеко от центра города. Дом был соединён длинными переходами с рядом стоящим ещё одним жилом 20-этажным домом, а тот в свою очередь с ещё одним, стоявшим после него. Каждый четный этаж соединялся с близлежащим зданием дугообразным открытым коридором. Кристина никогда не понимала этого архитектурного решения, сделавшего из жилых домов своеобразный пазл, но никогда не отказывалась вечером постоять на этих промежуточных пролётах и полюбоваться на расстелившийся, как на ладони, ночной город. Она жила одна, не считая черно-белого Бордер-колли по кличке Лео и пушистой, с шерстью словно первый снег кошке Миледи. Квартира ее отличалась от всех остальных полу панорамными окнами, которые от пола начинались спустя примерно сантиметров 70-80 и шли вплоть до самого потолка. Казалось бы, зачем девушке живущей в квартире с такими окнами, выходить на пролёт между зданиями, чтобы полюбоваться на город. Но девушка слишком любила свежий воздух в спокойную безветренную погоду и не могла удержаться и не выйти на улицу, чтобы не провести медленно уходящий вечер. В один из таких самых дней Кристина стояла на пролёте отделявшего ее 16 этаж, от того же этажа рядом стоявшего дома. В голове у неё был рой мыслей о сегодняшнем дне. Первый учебный день после, казалось ей, впервые длинного лета и сдачи экзаменов, прошёл волнительно. Она переживала, хоть и была спокойна наружно. Она привыкла не открываться людям в первые же дни знакомства. Девушка слушала их разговоры, наблюдала за их поведением и отсеивала, как бы странно это не звучало, потенциально плохих, по ее мнению, людей. У Кристины была способность быстро вливаться в компанию, легко находить друзей и получать крепкое доверие со стороны людей, но при этом же оставаться глубоко одиноким человеком. Странная способность, которая часто по вечерам мучала девушку. Она смотрела на гуляющих по выходным, внизу людей. И каждый раз ей хотелось тоже оказаться там, не одной среди них. Ей хотелось сходить в кафе, караоке или в кино. Но ее никто не звал, да и она никогда не позвала бы никого. Она существует, как активный человек, в компании людей, только если она была в ней изначально. Но собравшаяся отдельно та же компания никогда бы не вспомнила про неё, не позвонила бы и не написала, не пригласила бы сходить куда-нибудь, в один из таких выходных вечеров. Почему же так? Почему, как только стоит Кристине не присутствовать где-то, про неё сразу же забывают. Она не могла ответить на этот вопрос и боялась, что никогда не сможет. Боялась, что если ничего не изменится она просто исчезнет. Про неё забудут. Но очнувшись от своих мыслей девушка повернула голову в бок, на зелёный свет исходящий из квартиры точно напротив ее собственной. Она увидела застекленный балкон, увешанный искусственными лианами и действительно излучавший зелёный цвет. На нем стоял человек, в одежде и с прической уж больно похожего на ее преподавателя истории искусств. Он стоял за мольбертом и увлечённо что-то рисовал на листе бумаги. Приглядевшись внимательней девушка уже с уверенностью могла сказать, что это точно новый, как она узнала, преподаватель в ее университете, Лев Андреевич. Она даже подумать не могла, что человек, встреча с которым, запомнилась девушке, как самое яркое событие за день, будет ее почти что соседом. Ну а точнее живущем ровно напротив ее самой. История искусств была ее первой парой в новом учебном году. Она неописуемо волновалась в этот день. Проснулась раньше положенного, что аж пришлось и собаку будить, чтобы раньше выбежать с ней на прогулку. Прийдя в университет, она немного заблудилась в поиске кабинета, но спустя время все же нашла нужную аудиторию и даже не опоздала на пару. Кристина села на самый дальний ряд парт, чтобы не ловить какие-либо взгляды в свою сторону. Ведь каждый ученик, пришедший впервые в свою группу, считает своим долгом разглядеть каждого своего одногруппника и дать ему предварительную оценку, собственно чем сама Кристина и занималась, но не хотела стать жертвой такой же оценки. Сев на место она сразу же заметила преподавателя, который был глубоко погружён в свои мысли, и кажется не замечал, что кабинет стал наполнятся студентами.Но пришло время начинать пару, и кажется только тогда молодой преподаватель, выглядевший так, будто только вчера закончил свои институт, заметил немалое количество смотрящих на него людей. Кристина почувствовала, как заволновался парень. По нему не было видно ни малейшего признака волнения, но девушка была уверена, что преподаватель чувствует себя ровно так же, как и она чувствует себя. Он точно нервничал. Кристина ни в коем случае не хотела в тот день привлекать чьё-то внимание. Это касалось как студентов, так и преподавателей. Но все же почему-то, именно в тот момент девушка не могла сдержаться и не сказать то, что она сказала. Она чувствовала, что кое-как, но все-таки помогала парню и была рада этому. Но все равно после этого, весь день винила себя в том, что вела с преподавателем себя слишком самоуверенно. Да ещё и наговорила всякого о том, что не похожа на своих одногруппников. Кристина привыкла выдавать себя очень уверенным в себе человеком, которым уж точно не являлась. Ещё ни один человек не смог найти в ее самоуверенности ни малейшей доли фальши. Мысли о сегодняшнем дне вновь захлестнули девушку и очнутся от них ей помог, тот же зелёный свет, с балкона преподавателя. И она подумала о том, что действительно вышла очень хорошо, на том портрете, который рисовал Лев Андреевич. Она нисколько не обижалась на него за то, что он пересадил ее на первые парты, или за то, что вызвал ее к доске и дал задание, которое для девушки было весьма тяжёлым. Он даже похвалил ее рисунок, который был явно далёк от чего-то красивого, как думала девушка. Хоть она и вела себя достаточно дерзко, парень не разозлился на неё и даже сказал ей, что у неё необычная красота, которая отличает ее от других девушек. Хоть для Кристины весь день и оставалось загадкой, почему же преподаватель рисовал именно ее, чем же ему она так понравилась. Девушка была удивлена, что кто-то заметил ее, хоть даже она все равно сама привлекал к себе внимание, но она была очень рада. Кристина весь день, блуждая по коридорам университета, все хотела вновь встретить этого парня. Вновь встретиться взглядом с его темно-карими глазами. И вот вселенная будто услышала желание девушки и подселила молодого преподавателя прямо напротив неё. Вечер становился все прохладнее, уже навевая осенним морозом. Девушка собравшись с мыслями, последний раз взглянула на парня, чьи пряди длинных волос выбились из небрежного, ещё не развязанного с самого утра пучка и невольно залюбовалась им, после девушке показалось странным, что он просто стоял и смотрел на свою картину, но холод уже успевший пробраться под тёплый свитер Кристины, всё-таки заставил ее вернутся домой. ***** Я уже почти заканчивал картину этого необычного, осеннего леса, когда заметил на пролёте между моим 16 этажом и тем же этажом напротив стоявшего дома, девушку. Она была глубоко погружена в свои мысли и смотрела куда-то вниз на оживленный город. Надев очки, я смог пригляделся к ней получше. Черный объемный свитер, с какими-то абстрактными фигурами, на голове высокий хвост темных волос, лицо… Боже мой, это лицо. Я сразу узнал его. Я сразу узнал эту девушку, чьи глаза смотрели на меня с боку стоявшего портрета, чьи глаза смотрели на меня сквозь чащу этого таинственного леса, изображённого мной. Я сразу понял, что это она. Сначала я подумал, что это лишь мираж. Галлюцинация разыгравшегося, за долгое отсутствие вдохновения, воображения. Но я протер глаза, а девушка не исчезла и все так же продолжала стоять там, на пролёте и как-то грустно смотреть на город с высоты. Я резко повернулся лицом обратно к своей картине, боясь быть замеченным, как какой-то мальчишка, подсматривающий за понравившейся девочкой.Я недоумевал. В голове был лишь один вопрос. «Что она здесь делает?»Но спустя какое-то время я заметил, что девушка направляется к напротив стоявшему зданию, а после и вовсе скрывается за железной дверью многоэтажного дома. Через минуту в квартире напротив зажегся свет. И в окне появился силуэт девушки. Я был в очках, но не мог разглядеть ее уже детально, так как здания находились в приличном расстоянии друг от друга. Но я смог заметить, как к ней подбежала черненькая, средних размеров собака и начала радостно вертится вокруг неё, выпрашивая быть поглаженной или какого-нибудь лакомства. Я счёл эту картину очень милой, и необычайно домашней и комфортной. Мое любование прервал взгляд девушки, казавшийся направленный в мою сторону. Я вновь испугавшись, быстро выскочил из балкона в темноту гостиной. Я не хотел, чтобы девушка сочла меня какие-то преподавателем-извращенцем, который подглядывает за своими студентками. Я понял, что моя новая «муза», мое внезапное вдохновение, свалившееся на меня в этот день, живет совсем близко, прямо напротив моей квартиры. В этот момент, сидя на корточках рядом с полётным ящиком с пастелью, в темной квартире, я был как никогда счастлив, что жизнь предоставила мне новый шанс вернуть утраченный талант. Я понял, что эта девушка стала для меня тем самым лучом надежды, который, казалось был навсегда утерян, но я ждал, каждый день, последнии четыре года, я ждал его появления.