Парадоксальное явление

      — Слушайте, — задумчиво бубнит Такемичи, — А кто из вас сидел в тюрьме?       Все четверо Майки переводят удивленный взгляд на мальчишку, который о чем-то размышлял, потирая подбородок.       — Не я, — качает головой копия Шиничиро, заинтересованно рассматривая парня, — А тебе зачем?       — Думаю, как Казутору украсть, — говорит серьезно Ханагаки.       — Зачем? — хмурится оригинальный Сано.       — Как «зачем»? — удивляется путешественник во времени, — Новый год праздновать!       — А причем тут Казутора? — все также не понимал первоначальный Манджиро.       — Балда! — Ханагаки щелкнул мужчину по носу, — Потому что собираться будем всей семьей, — кивнул головой он, — Еще и Па-чина украдем!       — Такемучи, — подал голос глава Бонтена, — Может тогда всех из тюрьмы выпустишь, раз на то пошло?       — Типа, — нахмурился пятнадцатилетний Майки, — Новогодний подарок для заключенных?       Такемичи поджал губы и отвернулся. Все Манджиро неотрывно глядели на капитана первого отряда.       — Кроме Казуторы и Па-чина никого освобождать не буду, — фыркнул тот в ответ, надувая щеки, — Не хотите помогать, как хотите! Мне Чифую поможет, вот он такой план придумает, что вы все офигеете!       От плана Мацуно офигели не только Майки.       — Казутора! — радостно говорит Такемичи, замечая то, как золотистые глаза округлились, а сам парень вжался в стенку, — Давай, вылезай!       Ханагаки на ходулях, не спрашивайте где он их взял, заглянул в тюремное окошко. Как он пробрался в тюрьму, пожалуй, промолчим. Бедному Доракену и так пришлось притворяться умалишённым, чтобы Такемичи с Мацуно смогли незаметно пробраться внутрь. Так мало того, Чифую чуть собаку не стащил тюремную. Мол, зачем такой пусе пропадать хрен знает где.        Сидящие с Ханемией молодые люди уставились на путешественника во времени, как на Иисуса.       — А… — юноша неуверенно указал на себя пальцем, смотря на нового капитана первого отряда.       — Ой, отметим Новый год, потом вернёшься, — закатывает свои голубые глаза мальчишка, — Давай, не тяни резину.       — А…       — Эй, — какой-то странный парень громко крикнул, привлекая к себе внимание, — А нас не хочешь забрать?       — Если твоя фамилия не Ханемия, а имя не Казутора, нет! — рявкнул громко златовласый, — Ну, что, Казуторочка, пошли?       Ханемия странно квакнул, но, все же, пошел.       — Казутора, — раздается рядом голос Чифую, который слегка улыбается и машет рукой, — Пошли, мы тебя заждались.       Пэян радостно обнимал Па-чина, пока Мицуя прикидывал, что им будет за кражу двоих людей. Доракен как-то странно смотрел на стену.       — Казутора, — подходит Майки к заключенному, серьезно смотря тому в глаза, — А у тебя лом с собой есть?       — Ч-что? — удивленно отвечает один из основателей Тосвы, — Нет…       — Слушай, а если я попрошу, ты сможешь убить кое-кого? — шепотом проговорил глава «Токийской свастики».       — Что?!       — Ну, тебе все равно сидеть, одним годом больше, одним меньше, какая разница, — искренне удивился мальчишка.       — Майки, это не смешно!       Взрослые версии Сано недовольно поджимали губы. Свастоны радостно праздновали Новый год, пусть сегодня и было всего-то 27 декабря. Такемичи пообещал Майки, что сам Новый год они проведут вместе без лишних ушей.       Мицуя вместе с Эммой наряжали Доракена, из которого решили сделать милую елочку. Па-чин с Пэяном орали, пением их вопли точно назвать нельзя, на весь двор какие-то песни, из-за чего в них иногда прилетали картошки с окон. Видимо, люди такие концерты не оценили.       Нахоя нарядился в костюм клоуна и бежал к прохожим, вымогая у них конфеты, на замечание брата, что Новый год — это не Хэллоуин, старший Кавата лишь закатил глаза. Сам же Соя с Хаккаем решили немного выпить. Выпили они, всего-то, три бутылки сока, после чего начали тащить всех в свой клуб «младших братьев». Каким-то образом, у них получилось затащить Риндо, который вместе с братом просто проходил мимо, в свою секту. Ран теперь не знает, как отцепить этих пьяниц от своего младшего брата. На них даже телескопка не действует!       Казутора, пожалуй, самый адекватный из всех присутствующих, опасливо косился на друзей. Чифую, слегка пьяный, висел на шее Ханемии, говоря о том, что тот неплохо пахнет. Мацуно радостно еще о чем-то лепетал, но мальчишка толком не слушал. Единственное, что он уловил, это то, что Баджи хотят воскресить.       — Казутора, — Манджиро подходит к друзьям и вручает мальчишке лом, — Короче, их трое.       — Майки… — Ханемия странно косится на главу Свастонов, а после на лом в своих руках, — Ты же шутишь?       — Никаких шуток! — серьезно заявил Сано, — Чифую, поможешь ему?       — А, ты про них? — глупо хихикнул заместитель первого отряда, — Черный, белый и светлый!       — О чем вы? — Казутора неловко косится на светловолосых парней, — Может, я лучше назад в тюрьму пойду?       — Хрен тебе, — Манджиро грозит кулаком возле лица заключенного, — Это очень важная миссия и только тебе по силам это совершить!       Ханемия сглатывает, размышляя о том, что лучше бы он и дальше себе спокойно сидел в камере и никого не трогал.       — Казутора ведь не будет на нас с ломом идти? — хмурится черноволосый сидя на коленях первоначального Сано.       — Судя по выражению лица Казуторы, — жуя мандаринку, бубнит Майки из последней временной линии, — Он этим ломом себя убьет, а не нас.       — Мне немного его жаль, — проговаривает глава преступной организации, удобно устроивши свои руки на талии копии Шиничиро, — А где Такемучи?       — Ребята, — радостно кричит Ханагаки, — Я украл елку!